А если это судьба?

Звонок прозвенел, словно извещая о моем личном приговоре. Я была взбудоражена и испугана одновременно. Но, ничего. Я преодолею это и либо погибну в этом пламени первой любви, либо восстану, словно феникс. Собрав сумку, я последней вышла из класса. - Далеко направилась? – голос Карин показался мне сверлом, впивающимся прямо в мозг, стремясь раскрошить его в пыль. - Тебе какое дело? – спросила я, обернувшись. Я и так задержалась в классе. А вдруг, Саске решит, что я не приду, и уйдет? Черт бы все побрал! - Я же тебя предупреждала, разве нет? Я только закатила глаза и направилась к лестнице. - Я знаю, что он кидал тебе записки. - Записку, – поправила я её, не останавливаясь. – Только одну. - Что в ней было? – Карин, не выдержав, одним рывком догнала меня и вцепилась мне в плечо, когда мы достигли лестницы. - Пусти! – сквозь зубы прошипела я, пытаясь освободиться. Не вышло. - Я тебе вопрос задала. – Карин вплотную приблизила ко мне свое лицо, наши носы почти соприкасались. Я чувствовала аромат её духов и меня слегка от него замутило. - «Привет, как дела!»– рявкнула я в ответ, все еще вырываясь. Да что она прицепилась? Они же не встречаются, чтобы она его так ревновала. Пишет он мне записки, сочиняет песни или тр@хает в кладовке – её это не касается! Совершенно! - А ты юморная, – оскалилась красноволосая мне в ответ. – Только ты, похоже, совершенно недооцениваешь, во что влипла. Я дерзко подняла левую бровь, выражая все только взглядом. Карин сильнее сдавила мое плечо, и я поморщилась. - Блин, отвали! – заорала я так, словно была одержима дьяволом. – З@еб@л@! - Просто ответь на вопросы, и, если ответы будут удовлетворяющими, я отстану. – ласково сказала Карин, но глаза её просто полыхали от ярости. - Да что ты мне сде… - Я не успела договорить, как Карин ударила меня ногой по лодыжке, опрокинув меня на пол. Молниеносно отпустив мое плечо, она схватила меня за руки и пригвоздила их к полу, усевшись на меня верхом. Я в шоке уставилась в её лицо. – Больная. – прохрипела я, поскольку от удара об пол из меня выбило воздух. – Ненормальная. Отпусти! Я начала яростно бороться, но все было бесполезно. Карин явно обезумела – нормальные люди так себя не ведут. И вообще – где все? Хоть кто-то, а? Школа опустела? - Куда ты идешь? – она словно выплевывала каждое слово по слогам. Я сдаюсь. Серьезно. Когда на тебя вот так вот насели во всех смыслах – бороться бесполезно. Убить она меня не убьет, покалечит… Ну и ладно, заживет. Несколько мгновений я смотрела в потолок, чтобы ответить на поставленный вопрос. Только ответить не Карин, а самой себе. Зачем я туда иду? Причина только одна, и я решила её озвучить. - Я иду сказать Саске Учихе, что люблю его! – крикнула я так громко, что эхо разносилось по коридору. – Довольна таким чистосердечным ответом? - Довольна, - Карин в шоке смотрела на меня. Её реакция была… странной. Более странной, чем когда она свалила меня на пол. Она была… Ошеломлена? Поражена? Удивлена? Я не знаю. Но она молча освободила мои руки и поднялась с меня. Я встала на ноги и начала отряхиваться. Бесполезно, конечно, но что поделать. Карин молча смотрела на меня. Я прошла мимо неё, и встала на верхнюю ступеньку лестницы. Посмотрев вниз, я похолодела. На нижней ступени стоял Саске, и изумленно смотрел на меня. О боже. Он слышал. Он слышал, как я крикнула, что люблю его. Мне стало не хватать воздуха. Я начала спускаться, когда чья-то рука толкнула меня в спину. Дальше все было словно в замедленной пленке. - Карин! – лицо Саске исказилось от гнева, когда я полетела ему навстречу. Он рванул мне навстречу, а я успела подумать, что он ни за что не успеет. А затем меня сковал страх. Лестница стремительно приближалась. Я летела, словно тряпичная кукла, парализованная ужасом приближения конца. Сначала я приземлилась на правую руку и по ней моментально растеклась боль. Потом боль прострелила левый бок, когда перекувыркнулась в воздухе и снова приземлилась. Саске поймал меня за плечи, когда лестницы коснулась моя голова. Последняя вспышка боли ослепила меня, и я потеряла сознание. Вокруг была лишь темнота. Как странно. Все тело болело, каждая клеточка, но я не могла пошевелиться, и это пугало. Я слышала какое-то гудение. Через секунду я осознала, что это были голоса, но я не понимала, что они говорили, это был словно гул пчелиного роя. Я хотела попросить, чтобы они замолчали, но не смогла. - Я клянусь богом, я убью тебя, если с неё что-то серьезное, – голос Саске выделялся из этого гула. Он был тих, в нем сквозила ярость, которая заставила бы меня съежиться, если бы я могла шевелиться. - Саске, я не знаю, что на меня нашло! – Карин плакала? Или мне кажется? Я провалилась в небытие раньше, чем Саске ей ответил.