Актриса погорелого театра

Вечер. На часа 21:17. В комнату пробивается тусклый свет, исходящий от уличного фонаря. Надоедливый сигнал мобильного телефона заставил мужчину вылезти из-под тёплого одеяла и начать обыскивать пиджак, от которого и исходил мерзкий звук. Найдя телефон во внутреннем кармане, он поспешно ответил -Просто решил вздремнуть,- сонным голосом шептал он, включая свет в коридоре. Он был не стар, но и не молод. Тёмные, коротко подстриженные волосы, среди которых уже виднелись седые волоски, были немного светлее чёрной щетины на щеках, которая придавала ему ещё больше брутальности. Не смотря на уже немолодой возраст, он был довольно ухоженным. Широкоплечий, с оголённым торсом, он стоял в коридоре небольшой квартиры, спросонья протирая глаза ладонью. -Я у Кесси. Скоро буду дома, Альберт,- спокойно проговорил мужчина и отключил телефон. -Неужели даже при Альберте нельзя называть меня настоящим именем?-послышался мягкий голос девушки, которая проснулась мгновенно, как кошка, и выглядела безукоризненно, будто и не спала вовсе. -Я не должен пренебрегать мерами предосторожности даже с приближенными, Анна, - он обратился к девушке, которая сидела чуть прикрываясь одеялом. Пышные рыжие волосы струились по бледным оголённым плечам. Прекрасное детское лицо украшали ярко-зелёные глаза. Она сидела удивлённая и взбудораженная, пристально глядя на него своими "ведьминскими" глазами. В такие моменты она нравилась ему больше всего...такая красивая и невинная. Тень улыбки мелькнула на его лице. Вздохнув, он натянул штаны и накинул рубашку. Она придвинулась ближе к краю кровати и, отпустив одеяло, протянула к нему руки и начала застёгивать пуговицы белой рубашки. -Ты к Альберту? - осторожно начала начала девушка. -К жене, - раздраженно поправил он. Этот ответ её явно не обрадовал, и она, сузив глаза, молча закончила застёгивать рубашку, а затем нырнула обратно под одеяло, скрыв под ним своё нагое тело. Он понимал её недовольство, но был очень доволен, что она ему не ответила парочкой каких-нибудь резких словечек. Наконец он накинул пиджак и, дотронувшись её плеча, проговорил: -Знаешь, что мне в тебе нравится больше всего? То, что ты молчалива. Можно подумать, что ты очень умная, но мы ведь оба знаем, что это не так. Девушка кое-как выдавила некое подобие на улыбку. В ответ он слегка улыбнулся уголками губ и пошел к двери. Когда он хлопнул входной дверью, она опять обняла себя за колени, начиная всхлипывать. "Ужасно легко быть бесчувственной днём, - говорила она себе.- Но ночью - это совсем другое дело". В очередной раз она начинала ненавидеть себя, окунаясь в прошлое. Анна Алешникова, уроженка русского города Ростова-на-Дону, всю свою жизнь прожила с бабушкой Марией. С самого детства девочке твердили, что она прелестна. Длинные, цвета пламени, волосы, яркие, зелёные глаза, чуть вытянутое лицо с мягкими чертами, нежный голосок, хорошие манеры - были доказательством как наружной красоты девочки, так и внутренней, духовной. Девочка училась прилежно, помогала бабушке с работой по дому. Все души в ней не чаяли, но до теперешнего времени она сохранила одну привычку: отдаваться настоящим чувствам лишь по ночам. И вот, когда бабушка уже посапывала, Анечка зарывалась под одеяло и горько плакала. Она не хотела новых игрушек или больше друзей, она лишь желала, чтобы мама была рядом. Аня не помнила матери, которая оставила её на попечение бабушке, когда она была ещё совсем маленькая. Бабушка всё время утешала девочку и говорила, что мама её любит, потому и вынуждена работать в далёком Париже, дабы заработать денег на жизнь. -Скоро мама заработает ещё больше денег и поведёт тебя в луна-парк на колесо обозрения, -поговаривала бабушка, очередной раз поглаживая Аню по рыжим волосам. Этой мечтой и жил этот бедный ребёнок. Она всем говорила, что её мать - знаменитая актриса в Париже, и что скоро она вернётся к своей дочке и покатает её на самом большом в мире колесе обозрения. Но годы шли, а мама так и не возвращалась, хотя всегда писала письма Ане. Девочка бежала домой с учёбы и начинала писать ответы на письма матери. И опять она повторяла, как сильно ждёт её. Ане исполнилось 12, когда она написала в очередном письме, что станет актрисой. Женщина ответила, что она рада выбору дочери, вот только бабушка её не поддержала. Она хотела, чтобы внучка была врачом, но Аня известила женщину, что её судьба - показывать своим детям фильмы, в которых она играла главные роли. Прошло ещё шесть лет ожидания. Девушка во всю отбивалась от ухажеров, вскоре поступила в университет, полна амбиций стать актрисой первого плана, как и её мать. Один раз, вернувшись домой с учёбы, она узнала от бабушки, что мама тяжело больна и едет к ним на лечение. Девушка всплакнула, жалея мать, но в тайне ликовала, ведь наконец она увидит ту, на которую молилась всю свою жизнь. ************************************************************************************************************************ Так сильно Аня не плакала никогда. Обняв маму за плечи, она всхлипывала снова и снова. Женщина на самом деле была прекрасна. Те же огненные волосы и бледная кожа, только глаза мутновато-голубые. Болезнь отразилась на ней, но для Ани она всё равно была прекрасна. Однажды вечером, обняв дочь, Анастасия Филипповна (а именно так звали мать Ани) рассказала ей всю правду. С карьерой актрисы у неё ничего не сложилось, и она работала дорогой куртизанкой. Забеременев, она не стала делать аборта. Отдав девочку на воспитание своей матери Марии, она поняла, что больше достатка она нигде не сыщет, как от этой работы. И вот теперь, больная раком, она вернулась в Россию умирать рядом с семьёй. "Ты прекрасна, Анна. Если ты хочешь быть актрисой, то не дай Бог тебе быть такой, как я. Но запомни, что ты - женщина. Мужчины до безумства глупы, но влиятельны. Только очаровывая ты сможешь достичь своей цели". Через месяц Анастасия Филипповна скончалась,а Анна, собравшись с мыслями, двинулась в Московский театр, где главенствовал Роберт Фрикберт - знаменитый актёр и постановщик, игрой которого она всегда восхищалась - покорять столицу.