Гарри Поттер и Новая школа

Тестирование проходило в большой аудитории, которой давно не пользовались. Войдя и оглядевшись, Гарри увидел, что, несмотря на возражения Дамблдора, Квант загнал сюда не менее ста учеников, со всех курсов, были и малыши, поступившие только в этот год, и те, кому в этом году сдавать ЖАБА. Среди знакомых ему тестируемых были Гермиона – конечно, как же без неё! – Джинни, нервничающая рядом с Луной, Невилл – просто удивительно! Через проход от него сердито сопел Малфой, рядом – Нотт, из Слизерина были ещё Паркинсон и Забини. МакМиллан… Почти все старшие новички. - Проходите, мистер Поттер, садитесь здесь… - Квант указал на место рядом с Невиллом. – Мы подождём ещё несколько минут, после чего начнём. И не нервничайте, ничего особо сложного, мы просто хотим определить вашу внутреннюю предрасположенность, - при этих словах Лонгботтом так затрясся, словно архонт заявил, что сейчас бросит его на растерзание целой стае хвосторог. Гарри терпеть не мог экзаменов, а после СОВ… Но постарался выбросить из головы все свои страхи. В конце концов, тестируют даже тех, кто даже не приступил к обучению магии, как таковой – какой может быть толк от этих малышей? - Я читала, что архонты начинают обучать своих последователей, когда те достигают трёхгодовалого возраста, - сказала сидевшая через проход Гермиона. – Не думаю, что это будет очень сложно. Но – почему нас всех загнали сюда? - Может, тест один на всех и Советник не хочет повторять одно и то же по несколько раз? Наконец, две девушки из Рейвенкло заняли свои места и дверь закрылась. Квант подошёл к своему столу и осмотрел аудиторию. - Сначала я должен объяснить, с чем вам довелось встретиться, - начал он. …Магия в мире была всегда. Ещё в первобытном мире шаманы творили примитивную магию, которая постепенно развивалась, принося некоторым племенам преимущества перед другими. Сначала шаманы просто помогали соплеменникам в поиске плодов, обеспечивали удачную охоту или исцеляли больных, не задумываясь над тем, как и почему происходят те или другие вещи, но потом некоторые из них стали задумываться. Более того, они стали заниматься изучением и развитием своего дара, искали и подготавливали учеников. Многие шаманы были очень слабые, не способные на более серьёзные чары, нежели те, что помогали племени в быту, но другие были из другой области – были искусными целителями, отваживали от территорий племени тёмные силы… И эти, более сильные, стали объединяться в общины, то, что теперь назвали бы кланами или гильдиями. Кланы с течением времени разрастались и превратились в целые народности, которые впоследствии стали называть перво-магами. Некоторых из них древние называли даже богами, но сами себя первомаги предпочитали называть архонтами. Архонты были повсюду – в Британии, на далёком севере, современной Скандинавии, в жарком Египте и засушливом Китае… От менее сильных магов они изначально держались обособленно, лишь периодически приходя в их мир, если замечали детей, наделённых особым даром… не магическим, но – способностью к постижению Высшей магии Архонтов. Своих детей они в мир не отпускали вплоть до постижения ими всех премудростей и достижения определённого этапа. Ещё на заре своего развития архонты обнаружили, что в мире живут не только люди, но и другие расы, некоторые даже более развитые, чем они сами. Гномы, огры, онты, эльфы – нескольких разновидностей, гоблины, ангелы, демоны, вейлы, лепреконы, вампиры, оборотни… да всех и не упомнишь! И у всех есть своя магия, особая! Какие-то премудрости люди могли перенимать у своих коллег других рас, но – не все, далеко не все, если только не поступали в обучение в самом юном возрасте, изначально обладая особым даром. Со временем возникло великое множество школ при каждом из так называемых Царств Архонтов, причём каждый архонт изучал несколько, в одной специализировался, другие были как бы вспомогательные. Сам Квант был нумерологом, то есть, специализировался в магии цифр, но был весьма сведущ и в рунистике. - Со временем Царства были вынуждены объединиться и уйти из вашего мира, - Советник оглядел слушавших его студентов. – Это случилось не однажды, но в четырнадцатом веке по вашему счёту последнее Царство окончательно ушло от вас. Прежде оно располагалось в центре Сахары, где теперь эти архонты – неизвестно. Основными же Царствами, объединившими остальные племена, стали Атлантида, Лемурия, Паатах (архонтское название одного из островов в Азии) и Цветущая Антарктида. Вы, - он потёр руки, - обладаете скрытым потенциалом архонтов, то есть, способны овладеть в той или иной степени нашей магией. Моя сегодняшняя задача – определить, настолько ли силён ваш потенциал, чтобы мы могли его в вас развить, и если да – в какую школу направить каждого определённого ученика. Поэтому нас не интересуют ваши нынешние познания в тех или иных науках, вы можете ничего не писать – тест сам считает с вас необходимый минимум информации, а остальное будем выяснять уже по ходу событий. Если же вы всё же возьмётесь заполнить эти анкеты – тем будет проще провести определение и тем точнее нам удастся его провести. Времени у вас, - Квант достал откуда-то песочные часы и поставил на свой стол, - пока последняя песчинка не упадёт вниз. Приступайте, анкеты у вас на столах. Гарри посмотрел на свой стол. Перед ним и в самом деле лежала стопка бумаг, листов на пять. Это не был пергамент, на котором он привык писать на занятиях или эссе на домашних занятиях, но бумага, тонкая, чуть розоватая… Вернее, розоватым был первый лист, второй был золотистым, третий – голубым, четвёртый – зелёным, пятый – белым, мальчик заподозрил, что каждый лист предназначен для сбора строго определённой информации. Вопросы были обычные. Имя, фамилия, возраст. Попросили указать, в каком возрасте приступил к изучению магии. Чем колдует – безпроводниковая магия, палочка, посох, кольцо, другой артефакт? Любимые предметы? В чём он чувствует себя сильнее, а где наоборот? С чем связаны его надежды, а с чем – страхи? Было несколько вопросов на знание школьной программы, но почти все они были элементарны, проблем не возникло, он даже пару раз глянул на своего соседа. Невилл терпеть не мог экзамены и на свою стопку смотрел с некоторым ужасом, но теперь он писал, без особого страха, а когда добрался до последнего листа, то было видно, что испишет полностью и то его не хватит. Гермиона… Ну, тестирование она обожает, с радостью писала бы и по пять таких тестов ежедневно, это, можно сказать, смысл её жизни – стань самой умной на белом свете и докажи это всему миру! Белый лист был предназначен для сочинения на тему: любимый и нелюбимый предмет, что для вас это значит, почему вы отдаёте или не отдаёте ему предпочтение среди прочих. Понятно, Невилл пишет про травологию и зельеварение. Гермиона… нелюбимым предметом наверняка станут прорицания, а чему она отдаёт предпочтение – нумерологии? Гарри посмотрел на своё перо – перья здесь тоже были особенные, заколдованные на особый лад, у каждого – своё. У Невилла, когда он взял перо, оно превратилось в деревянную палочку, у Гермионы оно было похоже на павлинье, чем она явно была не довольна, его перо было похоже на орлиное, только… какое-то хамелеонистое, как он его обозвал. А как иначе скажешь, если оно постоянно меняет цвет – не резко, постепенно, но цвета постоянно сменяют друг друга. Изначальный белый цвет очень скоро пошёл чёрными пятнами, стал воронова крыла, потом посерел, вернул белизну, потом… - Время кончается, - отвлёк его голос Кванта. Гарри перестал рассматривать своё перо и вывел на листе: Защита от тёмных искусств и Зельеварение. Он писал, а сам невольно думал о том, что здесь предпочтения были заложены не самими предметами, первый преподаватель ЗоТИ мало что дал своим ученикам, да ещё и был весьма комичным со своим заиканием и дурацким тюрбаном. Второй – попросту идиот. На третьем и четвёртом курсе… он многому научился. Профессор Люпин был давним другом его отца, а лже-Грюм, хотя и отправил его прямиком к Воландеморту, но научил противостоять империусу… На пятом опять пришло полное ничтожество, теперь Гарри невольно возлагал большие надежды на Кингсли Бруствера – аврора и члена Ордена Феникса, он создавал впечатление человека очень серьёзного и хорошо знающего свой предмет. Зельеварение… Возможно, если бы был другой преподаватель, у него получалось бы лучше, что показали результаты СОВ. Конечно, ему повезло, что досталось именно это зелье, другие он бы не вспомнил, но он чувствовал себя значительно лучше, когда за спиной не шелестела мантия профессора Снейпа, который, казалось, к каждому занятию придумывал новое оскорбление для сына своего школьного врага. Профессор цеплялся ко всем гриффиндорцам, Невилла вон поедом ел, даром, что ли, стал его персональным боггартом, но бедняга был слабоват в магии, что ни говори, ни у кого, кроме профессора Стебль, не показывал высоких результатов, а вот Гарри… И при этом Снейп регулярно выручал Поттера, стоило ему попасть в переплёт. Несмотря на эту поддержку, юный маг недолюбливал этого Нетопыря и, если бы не мечта стать аврором, послал бы зельеварение куда подальше после СОВ, даже сданных на достаточно высокие оценки… Время истекло. Перо растаяло у Гарри в руке, он посмотрел на свои тесты, те тоже таяли на глазах, но мальчик заметил, что последний лист значительно длиннее остальных, а у Невилла он представлял собой целый свиток! Ничего себе, сочиненье! Интересно, Квант это сам будет проверять? И будет ли он проверять это, может, вместо тестов перед ним появятся листочки с надписью – не годится, годится для такой-то школы… Что будет у него самого? - Я не успела дописать своё сочинение! – Гермиона была расстроена. – Мне оставалось ещё два фута, неужели нельзя было дать ещё несколько минут? Я даже не упомянула… - Давай не будем, - попросила её Джинни. – Мы все знаем, что, дай тебе волю, ты будешь писать сочинения с утра до ночи. Гарри, наверное, ограничился всего двумя-тремя предложениями, верно ведь? И я не стала расписывать… - Если честно, я сам не помню, что написал в сочинении, задумался, - признался мальчик, вызвав негодование подруги. – Надеюсь, Квант разберётся. Вы ходили к Роджерсу? - Я пойду, - сказала Джинни. - Нет! – резко сказала Гермиона. – Профессор Дамблдор говорит, да я и сама более, чем уверена, что вся эта ускоренная техника анимагии чрезвычайно опасна, её следует запретить, а сам профессор Роджерс… Вот Гарри молодец, никуда не идёт… - Иду, - ответил Гарри. – И Рон тоже. Интересно, когда Квант объявит наши результаты? Результаты были объявлены за ужином. Гермиона до вечера не разговаривала ни с Гарри, ни с Джинни, около часа орала на Рона, который подтвердил своё решение идти на анимагию, но так ничего и не добилась. А вот Гарри опять заметил, что Селины продолжают держаться рядом с ним, и, когда Рон по вине Гермионы опоздал на ужин, близнецы сели по обе стороны от Поттера. - Что, Потти, обзавёлся телохранителями? – раздался знакомый хохоток из-за слизеринского стола, но Гарри решил не обращать на это внимания. А вот Анатоль, не глядя, сделал какой-то пасс рукой в направлении Хорька и тот взвыл… Оглянувшись, гриффиндорцы увидели, что слизеринский староста пытается зажать себе рот, из которого выглядывает чёрная голова змеи! - Мистер Селин! – возмутился декан факультета пострадавшего. – Прекратите это! - Боюсь, не могу, профессор, - покаянно ответил Анатоль. – Это будет продолжаться до утра. Кроме того, Драко, - он посмотрел прямо на Малфоя, - в следующий раз, когда тебе захочется кого-то оскорбить… боюсь, змейка вернётся. Это тебе на месяц, надеюсь, этого времени тебе хватит, чтобы изменить свои змеиные привычки… Гарри, ты будешь смотреть свои результаты? Он посмотрел на стол. Прямо перед его тарелкой возник конверт из золотистой бумаги с его именем, написанным красными чернилами, красивым, но весьма затейливым почерком, со множеством завитушек. Вскрыв его, он прочитал: «Гарри Джеймс Поттер. Архонт шестого изначального уровня. Магия природы, стихий, трансформ. Рекомендуется школа Коорин». - Это одна из лучших, - прокомментировал это Александр, глянув на его письмо и пояснил: - Мы там уже учимся. Правда, в другой школе, но некоторые предметы у нас совместные. Что у тебя, Нев? У Невилла была природная магия, у Гермионы – рунистика, она была расстроена, так как её значительно больше интересовали цифры, а на Гарри она смотрела с завистью. - Интересно, какая у тебя будет стихия? – спросила она. – Их же четыре… - Восемь, - возразил Анатоль и перечислил: - Земля, огонь, воздух, вода, смерть, жизнь, время и чувство. Но три последние считаются давно забытыми даже архонтами, у них никогда не было много последователей, а Гарри… Судя по всему, у него есть задатки всех, иначе ему бы записали строго конкретную стихию и строго конкретную природу. Вон, у Невилла – магия друидов и онтийская. - А у вас что? – спросил Гарри. - Я – нумеролог. Эрни, кстати, пошёл к нам. Анатоль – магия звёзд и камней. Именно камней, со стихиями это почти не связано. - Прошу внимания! – раздался голос Советника. Все повернулись в сторону преподавателей и Гарри вдруг заметил взгляд Дамблдора, директор смотрел на конверт в руках мальчика и в голубых глазах на мгновение появился гнев и… ненависть! Но это было столь быстро, что Поттер решил, что ему это показалось, слишком не похоже это было на мудрого доброго профессора. – Некоторые из вас уже обнаружили на своём столе карточки с результатами тестирования, это значит, что эти ученики поступают в наши школы. Это не значит, что вам предстоит переселиться на Атлантиду и забросить своё образование в Хогвартсе, ни в коей мере, это будет протекать параллельно, каждый получит специальный артефакт – портал, который и будет переносить своего владельца в школу и обратно. Заметьте, что при этом вы не теряете времени, поскольку время в нашем мире протекает совершенно иначе и, вернувшись в Хогвартс, каждый из вас обнаружит, что отсутствовал не более минуты. Это всё, что я должен был вам сказать, остальное вы узнаете от своих наставников, - с этими словами Советник растаял в воздухе вместе со своим креслом. Карточка в руке Гарри при этом вспыхнула и превратилась в брошь – белая голубка на фоне зелёных ветвей, это было очень красиво. Но это опять было только у него, у Невилла это было деревце, у Гермионы – кулон в виде какой-то руны на золотой цепочке, у Джинни – костяной браслет, она сидела какая-то притихшая. - Некромантия, - пробормотала она, глянув на друзей. – Я боюсь! - Одна из разновидностей магии смерти, - усмехнулся Анатоль. – Самая элементарная из них. Бояться тебе нечего, это ведь не некромагия, но некро у архонтов – очень уважаемы.