Гарри Поттер и Новая школа

На этом злоключения Гарри не завершились. После позднего ужина его и Джинни отозвал в сторону Роджерс. Мальчик подумал, что речь опять пойдёт о курсе анимагии, и, действительно, начался разговор именно с этого. - Он по сути начнётся со следующего понедельника. Но я хотел поговорить с вами о другом. Оказалось, что Роджерс, помимо того, что анимаг, но ещё и архонт-некромаг. Правда, в силу ряда обстоятельств он был вынужден отказаться от практикования некромагии и переселиться за пределы Атлантиды, но связей он не утратил и регулярно получал новости от своих родственников. Джинни была очень удивлена, когда узнала о родственных связях приятного шотландца с теми мрачноватыми личностями, которых она видела на кладбище, когда её пригласили для ознакомительного урока. Но в данном случае речь шла не о ней, а о Гарри. Его тесты несколько раз перепроверялись, да и сам Роджерс – он просил вне занятий называть его Стивеном или Эаком – чувствовал, что Гарри может быть очень сильным стихийным магом, но вот доминант… Обычно его выводили сразу, но с Гарри это не так просто. К тому же, среди стихий были не только те, с которыми мальчик уже познакомился – огонь, вода, земля и воздух – но и смерть, иначе говоря – некромагия и некромантия, являющаяся одной из разновидностей этой науки. Эак считал, что это тоже может быть доминантом в случае мальчика и договорился, чтобы начальный этап, через который проводили и некромагов, и некромантов, Джинни и Гарри проходили вместе. - Это жутковато, - предупредил Стивен. – Тем более, в нашей школе, в других к этому более плавный подход, но Харон – старейшина нашего клана – очень суров и не считает целесообразным щадить кого бы то ни было. Зато, если вы пройдёте это испытания, позже будет значительно проще. Джинни, тебе придётся повторить первый этап, но ты хотя бы уже знаешь, что именно тебя ждёт и сможешь помочь другу. Через две недели – за это время Гарри ещё несколько раз вызывали и Стихийные, и Эолар, хотя к самим занятиям они и не спешили приступать – девочка сообщила Гарри, что Харон приказал ей привести его на первое испытание. Ближе к вечеру выяснилось, что совершить эту прогулку им придётся вчетвером – к двум стихийным присоединились Гермиона на предмет изучения рун и Эрни – дат на надгробиях. Джинни, глядя на них – они с Гарри сидели в холле, ожидая вызова – огляделась, так как ожидался ещё Малфой, изучавший вампиристику, но его здесь не оказалось – то ли его могильное образование проходило в другом порядке, в другом месте, то ли он не хотел проходить его даже частично в компании гриффиндорцев, которых это вполне даже устраивало. Друзья успели обменяться несколькими фразами, удивившись, что Гарри обязали ещё и посещать кладбище, когда вызов активизировался и они оказались в весьма мрачном месте. Гарри доводилось бывать на кладбище – хотя бы в конце четвёртого курса, когда ему пришлось стать свидетелем – и не только – возрождения Воландеморта, но это не шло ни в какое сравнение с этим. Это было настоящим царством смерти, надгробия наводили ужас не только своей многочисленностью, но и разнообразием. Здесь были и простые обелиски, и кресты самых разных форм, и статуи, арки и… чего только не было! Правда, над некоторыми не было никаких надгробий, но сюда сама земля не допустила посетителей, Джинни пояснила, что эта часть кладбища отведена проклятым – тем, кто при жизни совершил столько преступлений… или столь тяжкие преступления, что был не просто изгнан или казнён, но даже после смерти не могли обрести ни прощения, ни сострадания… От них не осталось даже памяти, лишь только в специальном архиве хранятся записи, открытые лишь крайне узкому кругу архонтов – судей или карателей. - А в истории… или историю здесь не читают? – спросила Гермиона. В этом году она решила уделить истории магии особое значение. - Нам обещали историю, но – эта часть истории доступна лишь избранным, тем, кто здесь, на Атлантиде, изберёт строго конкретную карьеру, только им назовут имена, а на обычных лекциях вместо имён будут использовать прозвища. Мне так сказал Клодий, именно он читает историю – кстати, не только для некромагов, к нему могут ходить все желающие. Гарри хмыкнул, глядя на горящие глаза Гермионы, этот неведомый пока Клодий скоро получит эту заучку на свои занятия… Оставалось надеяться, что некромаг преподаёт лучше призрака. Кстати, а некромаги могут влиять на призраков – это ведь духи умерших… - Джинни, а в чём состоит наше испытание? – спросил он. – Что мы должны делать? - Ничего. - ??? - Мы просто ходим здесь. Рассматриваем надгробия. Правда, выйти отсюда можно только через склеп… Там жутко, но лишь из-за темноты, склеп был возведён специально для новичков. Гермионе и Эрни было весьма непросто заставить себя приблизиться к этим могилам, несмотря на то, что им действительно было необходимо осмотреть их надписи для выполнения заданий, данных их наставниками. Гарри поинтересовался, в чём они заключаются и вообще, что они изучают на рунистике и нумерологии? - Это не очень просто объяснить, - сказал Эрни. – Но настоящий нумеролог, получив необходимые ему данные, сможет рассказать тебе всю твою жизнь, как прошлую, так и будущую, скажет, на что ты способен, на что нет, чего тебе следует опасаться, а что тебе точно не грозит. Это одна из самых уважаемых концессий здесь, на Атлантиде. - Ну да. Нумерология, рунистика, некромагия, эльфистика, - кивнула Гермиона. – Что касается рун, то всё, что было обнаружено до сих пор на земле – ничто по сравнению с этими… Существует около миллиона разных стилей, алфавитов, традиций… Каждый специалист обязан досконально владеть не менее, чем сотней, причём из разных школ… И рунисты, как и нумерологи, учатся всю свою жизнь, а у архонтов она… скажем так, значительно дольше, чем у обычного мага. Гарри пожал плечами. Эльфистика… Эолар тоже упоминал о важности его премудрости, но до сих пор на его занятиях он просто любовался разными объектами – солнцем, листвой, облаками, учился описывать облака в разных ретроспективах… слушать тишину, а недавно эльф сказал, что из тишины он должен уметь тоже вычленять разные составляющие, так как это тоже весьма сложная и многообразная материя. - Только после этого мы сможем приступить к самой нашей премудрости. Не думай, что мы занимаемся ерундой, очень скоро поймёшь, что пустяков нет ни в одной из архонтских наук, всё имеет своё значение, никто из нас ничего не делает просто так. И тебе придётся написать мне сочинение на тему облаков и их форм… размер произвольный, но не меньше фута… Не меньше фута. А хогвартское расписание тоже поражало: ежедневно по три часа зельеварения, три – защиты, два – трансфигурации или чар, кроме того, по пятницам час – травология. Самостоятельных работ ещё не задавали, но их уже обещали дать. Впрочем, профессор МакГонагалл обрадовала будущих анимагов – все, кто ходит на занятия Роджерса, освобождаются от самостоятельной работы по трансфигурации. Анимагия была назначена на пятницу и ещё многие согласились пожертвовать часть субботы, поскольку эти превращения привлекли очень многих. Роджерс многим вывел формулы животных, в которые им предстояло превращаться после прохождения курса. Рону он вывел лиса, Гарри дал кота, но сразу уточнил, что это официальная форма. - Ты – трансформ, а трансформы могут превращаться во что и в кого угодно. Начать лучше всего с чего-то совсем простого, например, кота. Кроме того, над головой мальчика, наподобие дамоклова меча, зависла необходимость тренировок по квиддичу. Это было возможно только на выходных. И ему предстояло выбирать новых игроков… Гарри нисколько не сомневался, что в команде окажутся братья Селины, которые не сопровождали его только в Атлантиде, но и то мальчик подозревал, что это только временно. И чего это они к нему привязались, интересно? Рон их на дух не переносил, а они его постоянно поднимали на смех. Гарри уже не знал, что и делать. С одним они давно уже дружили, но иногда Уизли даже его раздражал своей бестактностью и несерьёзностью, другие… ему нравились. Они были сродни близнецам Уизли, единственное, не устраивали никому «сюрпризов», но характер был такой же весёлый, озорной. - Они славные ребята, - говорил Невилл, когда однажды Селины отправились костылять обидчикам сестрёнки. – Анатоль меня подтягивает по зельям… И так хорошо объясняет, я под его присмотром сварил уже два зелья – и хоть бы лишний раз булькнуло! Снейп час читал – а до меня дойти не могло, а у Анатоля я за пять минут всё понял. Гарри теперь не понимал одно – как это Селины везде успевали: и его повсюду сопровождали, и другим помогали… И почему-то не ладили только с Роном и Гермионой. И – за что их так не любит профессор Дамблдор? Однажды у них опять состоялся разговор на эту тему. - Мальчик мой, я тебя предупреждал насчёт этих двоих. Это самая неподходящая компания для тебя, держись от них как можно дальше! - Но, профессор, почему? Они мне очень нравятся, и не только мне одному… - Петтигрю тоже очень многим нравился, а что из этого вышло?.. Но разговоры разговорами, Селины как-то сразу вошли в его жизнь и он не понимал, как до сих пор обходилось без них. Даже само время текло иначе, мальчик подозревал, что близнецы владеют соответственной стихией и теперь всячески этим пользуются – в том числе для того, чтобы помочь ему. Как иначе он успевал бы всё делать – писать сочинения для Снейпа и МакГонагалл, да ещё и для Эолара? Хорошо ещё, Стихийные до сих пор обходились без домашних заданий, как таковых, судя по всему, до выявления доминанта… Внезапно внимание мальчика привлекла одна плита, на которой двигалась какая-то тень. Отделившись от друзей, Гарри двинулся туда и увидел высокую бледную, но очень красивую девушку с распущенными длинными чёрными волосами и в белоснежном саване, которая танцевала на могиле. Это был какой-то дикий, безумный танец, в то же время не лишённый изящества, и танцовщица явно слышала… умела слушать тишину, чему его обещал научить Эолар… Вычленяла в этой тишине удивительную ритмическую музыку… Этот танец завораживал, зачаровывал, парализовал движения и волю… Лишь однажды Гарри испытывал нечто подобное – перед зеркалом Еиналеж. Как и тогда, ему хотелось стоять здесь бесконечно долго, любуясь этой девушкой и её танцем, но она вдруг замерла, сошла с плит, отбросила с бледного лица пряди волос и открыла зелёные глаза, на бескровных губах появилась тень улыбки. - Тебе понравился мой танец? – спросила она глубоким голосом. Он кивнул, даже не поняв до конца, о чём его спрашивает. Просто услышал голос – и ему хотелось согласиться со всем, что скажет его обладательница. – Попробуй повторить мои движения, это не сложно. - ЭТО не сложно? – мальчик покачал головой, но незнакомка схватила его за руку – от её прикосновения по телу пробежала дрожь, слово Гарри сунул руку в ледяной источник, и потянула к себе. При этом он сам не заметил, как оказался без обуви, а в глазах девушки появилось одобрение. Она поставила его перед собой на плиту и сделала длинный взмах рукой, призывая своего пленника следовать её примеру… Он пытался сопротивляться, помнил, как на четвёртом курсе противостоял империусу… но здесь это было куда сложнее. Тело стало каким-то ватным, казалось, у него не осталось ни одной кости… Тем не менее, он боролся и третий взмах был сорван, мальчик сумел отвести глаза и не смотреть на девушку, внушающую ему невольный ужас… и восхищение одновременно. - Эрида, СТОЙ! – откуда здесь Роджерс? – Остановись, ты сошла с ума! - Да ничего я бы с ним не сделала, успокойся, - ответила незнакомка, с сожалением сходя с плиты. – Просто хотела с ним потанцевать, я вижу у него большой талант. А вот ты – бука! - Спасибо… Моя сестра, Эрида, - представил её Роджерс, повернувшись к Гарри, который, сойдя с плиты, поспешно обувался, не замечая, какими глазами рассматривает его наставник. – Думаю, сегодня мы определили твою доминирующую стихию, но остальными тебе тоже следует заниматься. Особое внимание следует уделить огню, это поможет тебе не замёрзнуть и остаться самим собой. - Доминирующая стихия? - Только некромаг мог оценить танец смерти. Только некромаг мог… прочувствовать его до такой степени, чтобы без подсказки разуться, чтобы не осквернять могильный плат. Только тот, кто наделён даром… чувствовать магию смерти, мог пересилить очарование жрицы танца смерти, а Эрида – одна из лучших наших танцовщиц. Правда, сейчас произошёл досадный эксцесс… Если бы я не вмешался, могло бы кончиться очень плохо, без подготовки… Ты можешь требовать от нашего рода всё, что хочешь, иначе… иначе не только Эриде, но нам всем придётся очень плохо. Девушка побледнела ещё сильнее, хотя, казалось, что это и невозможно, до неё, похоже, только теперь дошло, о чём говорил её брат. Но Гарри не знал, о чём можно просить. - А… вы можете возвращать к жизни мёртвых? – с надеждой спросил он. - К сожалению, твои родители умерли слишком давно, чтобы вернуться к полноценной жизни, - вздохнул Роджерс. – Я… я был хорошо знаком с Джеймсом и Лили, если бы я тогда был в Англии… Но именно я в своё время научил Лили тому фокусу, с помощью которого ты тогда выжил, отделавшись только этим… Гарри вздохнул. Он так и думал. Но, может… - А Сириус? - Он тоже погиб?! – Роджерс так и ахнул. - Он упал в Арку смерти в министерстве… в начале июня… Роджерс и его сестра долго молчали, глядя друг на друга, после чего анимаг издал тяжёлый вздох. - Это очень серьёзно. Если бы он просто погиб, было бы проще, но Арка… Она была построена специально для того, чтобы отправлять в безмирье самых опасных преступников, для которых даже смертная казнь считалась слишком мягким наказанием. Пути обратно для них не было предусмотрено, но я узнаю, что можно сделать для Сириуса, обещаю. …Дамблдор злился. Это было ещё очень мягко сказано. Никогда ещё прежде он не посылал так много сов ежедневно и так много пергамента. Министерству Англии, министерству Шотландии, министерству Чехии (а Селины официально были чехами), родственникам проклятых близнецов – «заберите у нас этих хулиганов! Они ни в какую не желают придерживаться школьного устава, успеваемость оставляет желать много лучшего…». В ответ сообщали: молодые люди не могли натворить ничего серьёзного за столь короткое время, а успеваемость на должном уровне, они успели показать отличные знания по всем профильным предметам, вы ещё не успели их изучить, пребывание Селинов в Хогвартсе не обсуждается. А тут ещё появился новый источник беспокойства директора – Роджерс! Мало того, что этот тип имеет здесь сообщников в виде портретов и статуй – всех портретов и всех статуй! – так ещё и завёл привычку ежедневно по несколько раз заходить в его кабинет, как к себе домой, в то время, когда его меньше всего ждёшь, и по самым неприятным для Дамблдора поводам. И от него тоже ведь не избавишься, а теперь… Вот, опять! Гаргулья в него прям-таки влюблена, так что начисто забыла о своих обязанностях, словно кабинет директора был проходным двором. Только Альбус потянулся, прочитав тридцать писем, ответив на двадцать из них и написав ещё несколько по собственной инициативе, как обнаружил прямо перед своим столом проклятого анимага. И когда только успел войти?! Хотя на этот раз он не улыбается, а то всякий раз смеётся прямо в лицо старика… Но сегодня он серьёзен, даже мрачен. И такая перемена настроения заставила Дамблдора насторожиться – не спроста. Так и есть! - Что случилось с Сириусом Блеком? Откуда узнал… хотя, глупый вопрос! Проклятье, он же Гарри чуть не на коленях умолял держаться подальше и от Роджерса, и от Селинов… Этак мальчишка полностью выйдет из-под его влияния, а этого нельзя допустить! Зря он, что ли, столько усилий затратил, чтобы всё пошло коту под хвост?! Хотя, безусловно, к этому вопросу следовало подготовиться давно, ещё тогда. Мало кто знал, что Арку оставили на территории нынешнего министерства Архонты с известными лишь им одним целями, но всякий раз, когда очередной министр магии приступал к исполнению своих обязанностей, и его, и всех сотрудников Тайного Отдела, когда они поступали на работу, предупреждали – не приближаться к этому залу! На него было наложено множество специфических заклинаний, которые не должны были допустить сюда никого из тех, кого это не касалось… Да, Альбус был посвящён в тайну этих заклинаний, помогал их обновлять, когда выяснилось, что не все архонтские заклятья активны в этом мире… так что ему ничего не стоило создать лазейку на тот случай, если понадобится воспользоваться её свойствами. Так, как это было в тот раз. Безусловно, от Блека можно было бы избавиться иначе, у Дамблдора был свой план, который исполнялся тютелька в тютельку… на тот момент Бродяге оставалось жить всего лишь несколько недель. Но, увы, события стали разворачиваться столь стремительно, что у директора не осталось этих недель, пришлось идти ва-банк, зная, что это приведёт к проблемам… Но он надеялся, что успеет подготовиться, так нет! - Я в своё время предупреждал, что наша магия несовместима, - устало сказал директор. – Возможны сбои. По одному коридору вообще не удалось наложить защиту, поскольку взрыв от схлестнувшихся магических зарядов отправил бы в тартарары весь Лондон, как минимум, а то и прихватил бы половину Британии. - Да, ты говорил об этом, - Альбус поморщился: как этот мальчишка смеет так к нему обращаться?! – Поэтому защиту накладывали с учётом такой возможности, заранее проведя все необходимые исследования. По этому коридору мог бы пробраться только архонт или человек с высоким потенциалом, причём со строго определёнными способностями: природа, некро, стихия, руны. Плюс те, кто накладывал эту защиту и те, кого они приведут, выдав специальный пропуск, как в эту группу попал ваш Руквуд – без понятия. Ладно, ребятишки, кроме одного, теперь учатся у нас, но – Сириус? Как туда смогли попасть твои орденцы, Альбус? Альбус и сам теперь хотел бы знать ответ на этот вопрос. Известие, что коридор таки был защищён, его потрясло, но – Роджерс не врал, зачем? Если только те, кто помогал архонтам накладывать защиту, впоследствии помог её же снять или ослабить… А, возможно, существовал ещё какой-то коридор, неизвестный им обоим, но здесь он, Дамблдор, абсолютно чист. - Мы узнали, что Воландеморт стремится заполучить одно пророчество, - медленно проговорил он, старательно взвешивая каждое слово, чтобы этот проклятый анимаг ни к чему не мог придраться. – Мы это знали и старались не допустить его туда. К сожалению, Воландеморту, несмотря ни на что, удалось заманить ребят в министерство. - …и в тот зал, учитывая, что он был далеко от Хранилища пророчеств? – язвительно усмехнулся Роджерс, изогнув бровь. - Этого я не знаю. Могу только предположить, что в процессе погони, когда Пожиратели смерти пытались убить ребят, а те удирали, то случайно попали в это помещение. А, возможно, Пожиратели, под предводительством Руквуда, специально загнали их туда. Мои же друзья, маги, получившие в своё время отличную боевую и магическую подготовку… - …недостаточную, чтобы пробить нашу защиту. - А вы уверены, что ни один из них не был архонтом? – Дамблдор очень надеялся, что это было не так, только в ордене ему этого и не хватало, хотя, если будут посеяны сомнения, ему удастся отвертеться. – Возможно, под иными именами, вы же время от времени их меняете, Эак Снурро Дау! - Я ПРОСИЛ НЕ УПОМИНАТЬ ЭТОГО ИМЕНИ И НЕ НАЗЫВАТЬ МЕНЯ ТАК! - Но, возможно, мои друзья тоже просили кого-то когда-то не называть их теми именами, которые им дали здесь? Может, наш Аластор Грюм на Атлантиде какой-нибудь Боат Куср, а Кингсли Бруствер – Лиуш Йоав? - Нет. Я узнавал. Единственное… хммм, кажется, среди них был оборотень, возможно, их проклятье может при каких-то обстоятельствах вызвать накладку… - вполголоса пробормотал Роджерс-Снурро Дау, возможно, это и не было предназначено Дамблдору, но последний всё услышал и обрадовался. – В любом случае, мы это будем проверять, и не только это, Альбус! – сказал анимаг уже громко. – И мы узнаем всё, можешь не сомневаться, - с этими словами он растворился в воздухе. - Узнавайте, только подольше, - выдохнул директор со злостью. – Кажется, мне придётся принимать… свои меры, но тут уже сами виноваты, не надо было лезть, куда не просили!