Когда все меняется

В безумной спешке мы ехали за машиной скорой помощи. Мне не разрешили поехать вместе с Джейном. Я хотела было возразить и сесть в скорую, но Ригсби преградил мне путь, и уговорил сесть в машину вместе с ним, Чо и Ван Пелт. Грейс так сильно сжимала руль, что костяшки ее пальцев стали совсем белыми, слезы оставляли едва заметные полоски на ее бледном лице. Она беззвучно плакала. Позади нас молча сидели Чо и Ригсби, но несложно было понять по их жестам, что их нервы на пределе. Они были напуганы тем, что жизнь Патрика Джейна висела на волоске, на тонюсеньком волосочке, который мог оборваться в любой момент. Шок от случившегося парализовал их. Я провожу все еще запачканной кровью рукой по лицу не осознавая этого, ведь все мои мысли только о нем, о том, кто только что спас мою жизнь. Его слова непрерывно крутятся в моей голове. В тот единственный и ужаснейший момент, когда теплая кровь Джейна сочилась между моих пальцев, забирая его жизненную силу, я осознала многое. Я поняла, что он действительно дорог мне. Потому что ты… слишком важна… для меня… Я поняла, что не смогла бы жить без него. Не плачь… Я смахнула вновь скатившиеся слезы, подавляя рыдания. Я поняла, что предпочла бы тысячу раз оказаться на его месте, в той машине скорой помощи. Я поняла, что готова спасти его, отдав собственную жизнь. Точно так же, как он сделал это сейчас, закрывая меня собой. Машина скорой помощи въехала во двор больницы и резко затормозив остановилась у главного входа. Ван Пелт припарковалась так близко, насколько это было возможно. Именно в эти крошечные мгновения я поняла многое. Но самое главное: я поняла, что люблю его. Я первая выбежала из машины и направилась осаждать врачей. Мельком я успела увидеть лицо Джейна, прежде чем врачи столпились вокруг него. Я проследовала за больничной каталкой до операционной, где второй раз за день мне преградили путь, не давая войти. Затем дверь закрылась, тем самым окончательно отделяя его от меня. И впервые за много лет я почувствовала себя одинокой. По-настоящему одинокой. Каждый вечер, вернувшись домой после долгого рабочего дня, я по привычке погружалась в воспоминания о том, что происходило с нами за день, снова прокручивая в голове шуточки Джейна и его сумасшедшие идеи. Или то, как он прятался за пугалом и как однажды подарил мне пони. Вспоминала, как в момент временной слепоты он коснулся моего лица, потому что хотел почувствовать мою улыбку… И в тот момент, стоя перед дверью операционной, единственным, что не покидало мои мысли, был образ счастливого и улыбающегося Патрика Джейна, образ, который я могла больше никогда не увидеть. Как же мне хотелось сказать ему, насколько глупой я была, насколько важен он был для меня всегда. Как же мне хотелось, чтобы он сейчас был рядом и успокоил меня, ведь только он знает, как это сделать. Я услышала, как ко мне подошла Ван Пелт. Она долго смотрела на меня напуганным взглядом прежде чем решилась подойти ближе и обнять меня. Никакой реакции. Точнее мое тело не реагировало ни на что. Душа да… Но в конце концов, отчаяние взяло верх, и я разрыдалась на плече у своей подчиненной. Впервые я поняла, что в ней нет этой типичной полицейской холодности. В этот же момент я почувствовала руку Чо на своем плече и более тяжелую ладонь Ригсби на другом. Те люди, которых я считала своей второй семьей, были здесь, со мной, вокруг меня. Прижимаясь друг к другу в едином объятии, мы пытались осмыслить тот кошмар, что обрушился на нас. Прошло почти четыре долгих часа, а мы продолжали находиться в неведении. Дрожа от страха и надеясь на лучшее. Я сидела на одном из этих ужаснейших деревянных стульев напротив входа в операционную, закрыв глаза и сжав голову руками. Чо и Ригсби вернулись в КБР, чтобы доложить о ситуации и начать расследование. Это должна была сделать я, но я категорически отказалась покидать больницу, и на этот раз оба моих подчиненных безоговорочно поддержали меня. Я была уверена, что получу выговор от Минелли, но на тот момент мне было плевать на все. Послышался звук каблуков на каменном полу. Я глубоко вдохнула и заставила себя поднять голову, чтобы встретиться взглядом с Грейс. — Я принесла тебе кофе… — пробормотала Грейс, протягивая бумажный стакан. Я взяла его и сжала в ладонях. Тепло от горячего напитка стало медленно распространятся от рук по всему телу. — Спасибо. Ван Пелт, кивнув, присела рядом со мной, потягивая свой кофе. — Как ты? — после долгой паузы она решилась нарушить тишину — А ты как думаешь? — резко бросила я Ван Пелт не ответила и даже не удивилась. — Прости… — пробормотала я после небольшой паузы. — Это так сложно и тяжело…я просто не могу поверить в случившееся. Грейс снова кивнула, прежде чем тишина в очередной раз обрушилась на нас. Я поднесла стакан к губам и глотнула обжигающий напиток, просто чтобы хоть что-то сделать. — Ты любишь его? — вдруг спросила Грейс Я вздрогнула от неожиданности. — Что? Лицо Грейс залилось краской и смотря на меня, она начала оправдываться. — Ой, прости… извини, что спросила… я не должна была…я слишком много болтаю… — Как ты догадалась? — перебила я ее. Она посмотрела на меня с удивлением. Видимо потому что я так быстро сдалась и призналась. Грейс опустила голову и прошептала: — Я просто подумала, как бы я отреагировала, если бы такое произошло с… ним, — она закончила фразу максимально понизив голос. — Ты о Ригсби? — понизив в свою очередь голос, спросила я. На лице Ван Пелт появилась легкая улыбка. — Я подумала, что бы я сделала… как бы я отреагировала, и поняла, что моя реакция была бы точно такой же, как твоя сейчас. Я улыбнулась, думая слегка подразнить ее на эту тему или по крайней мере немного смутить. — То есть, хочешь сказать, что он тебе очень сильно нравится? — спросила я, поднося стакан с кофе к губам. Ван Пелт замерла. — Я не… — Ван Пелт, — я подождала пока она посмотрит на меня, прежде чем продолжить, — мне нет дела, если ты начнешь отношения с Ригсби. Я точно не пойду докладывать об этом начальству. И если я хорошо знаю Чо, а я его знаю, он тоже не будет этого делать. И к тому же, если ты посмотришь на меня, то поймешь, что я в такой же ситуации, если не хуже. Я сделала глубокий вдох, чтобы подавить новую волну слез, и продолжила: — Просто не повторяй мою ошибку… — Грейс склонила голову на одну сторону, прося тем самым продолжить фразу — Скажи ему, как ты дорожишь им и насколько он важен для тебя, пока не стало поздно. Я отвернулась, стиснув зубы, стараясь побороть очередную волну нахлынувших слез. Ван Пелт положила свою руку мне на колено и слегка сжала. Я поняла и оценила ее попытку успокоить меня и внезапное чувство благодарности к этой милой девушке преисполнило меня. Когда эмоции немного отступили, Грейс убрала руку. — Он не умрет! — твердо сказала Ван Пелт, качая головой. — Я бы очень хотела в это верить, но прошло уже четыре часа… Грейс опустила голову, и я поняла, что ее терзают те же мысли. Почему так долго? Почему никто не выходит? В этот самый момент дверь операционной открылась, и оттуда вышел один из врачей. Он все еще был в перчатках и маске. Я подскочила со стула и побежала к нему. — Вы его супруга? — спросил мужчина, снимая одну из перчаток, чтобы пожать мне руку. — Да, — ответила я даже не задумываясь. Ван Пелт едва не подавилась кофе, услышав это. Но я, не обращая внимания, сфокусировалась на враче. — Как он? — Пока не знаем. Операция прошла хорошо, но о его состоянии можно будет судить лишь после того, как он проснется. Закрыв глаза и не желая открывать их снова, я спросила: — Когда он должен проснуться? Как только я услышала ответ от врача, мои ноги подкосились, и я прислонилась к стене, я только слышала, как Ван Пелт прошептала: «Да поможет нам Бог…» — Мы не знаем, — ответил врач. — Он впал в кому.