Скумы и зрелищ

Путешествуя по Виндхельму, Довакин улавливает слушок, что что-то странное происходит в доме Авентуса Аретино и, конечно, решает вмешаться. Взломав замок и оказавшись внутри, Довакин обнаруживает читающего над трупом мантры мальчика. Довакин: А вот это уже ненормально. Авентус: Наконец-то! Ты из Темного Братства! Мне нужно, чтобы вы убили воспитательницу в моем приюте в Рифтене. Она такая стерва. Довакин: И ты добрался из Рифтена сюда? Невзирая на холодные реки, разбойников, диких зверей? После такого убийство старушки не будет представлять для тебя сложность. Авентус: Вы берете заказ или нет? Довакин: Посмотрим, что там творится. Довакин прибывает в Рифтен, заглядывает в сиротский приют и обнаруживает, что Грелод Добрая – стерва, после чего убивает ее под радостные крики сироток и возвращается к Авентусу. Авентус: Грелод мертва! Довакин: Да как в этом мире информация путешествует быстрее меня?! Вы что, используете сов? Авентус: Сердце подсказало. Спасибочки! Довакин: Кому-то всерьез стоит заняться твоим воспитанием. Довакин сражается метлой. Довакин жует ядовитые ингредиенты. Довакин использует Ваббаджек против куриц. Довакин устраивает дебош в храме. Притомившись, Довакин ложится спать и неожиданно просыпается в совершенно другом месте. На шкафу сидит женщина, на полу удобно устроились трое пленников с мешками на головах. Довакин: Как вы перенесли меня, не разбудив? Астрид: Особая уличная магия. Нельзя тебе было убивать Грелод, она была нашей работой. Теперь придется решить загадку. Перед тобой три жертвы. Угадай, кого из них заказали, и убей. Довакин: Мне это не нравится. Астрид: И не должно. Довакин пытается применить дедукцию и делает выбор. Довакин: Ну как? Правильно? Астрид: Какая разница? Убивать – прикольно! Заходи к нам на досуге. На досуге Довакин заходит в убежище Темного Братства. Астрид: Приветики. Приятно тебя видеть! А мы тут живем как одна большая семейка Аддамс. Бабетта: Я как Клодия, только Бабетта. Взрослый вампир в теле маленькой девочки. Арнбьорн: А я муж Астрид, вервольф и не ношу обуви. Фестус Крекс: Я – доказательство того, что маньяки тоже имеют право на достойную старость. Габриэлла: Я женщина тонких, но простых вкусов. Чуешь, как двусмысленно звучит? Назир: Я жизнерадостный, язвительный и черный. Визара: А меня все любят. Астрид: Поубивай пока по контрактам людей, которых каким-то невероятным образом нам заказали. А там посмотрим, что с тобой делать. Довакин убивает ни в чем не повинных людей. Довакин пытается попасть картофелиной в дракона. Довакин варит похлебку. Довакин пытается угнать мамонта. Когда Довакин возвращается в Убежище, оказывается, что туда также прибыл шут с гробом, в котором отдыхает Мать Ночи. Цицерон: Приветики! Меня зовут Цицерон, и я совершенно точно не в своем уме! Довакин: Хоть кто-то это осознает, Марк Тулий. Цицерон: Хочешь послушать мои некрофильские рассуждения? Довакин: Почему нет? Цицерон: Считай, мы уже лучшие друзья. Астрид: На два слова. Довакин: Кого еще надо убить? Астрид: Пока никого. Я думаю, среди нас предатель. Цицерон. Довакин: Этот любитель эпистолярного жанра? Не обижайся, но он не выглядит способным на предательство. Астрид: Почему ты так думаешь? Довакин: Потому что он совершенно чокнутый! Астрид: Да мы тут все ненормальные! Подслушай, пожалуйста, о чем он там бормочет, запираясь в комнате с Матерью Ночи. Довакин: Он все-таки ассасин. У меня есть подозрение, что он меня заметит. Астрид: В гробу я видала твои подозрения. Туда и полезай. Довакин прячется в гробу Матери Ночи и убеждается, что, во-первых, Цицерон действительно совершенно чокнутый, а, во-вторых, Мать Ночи избрала Слышащего и планирует ненавязчиво заглядывать в голову, после чего являет себя миру. И Цицерону. Цицерон: Ты что, сидишь в гробу моей любимой Матушки, сволочь?! Довакин: Слоны идут на север! Цицерон: Слышащий! Нам стоит перестать быть лучшими друзьями и стать любовниками. Довакин: Нет, я так не думаю. Астрид: Что тут творится?! Довакин: Это страшная женщина сказала мне связаться с Амоном Мотьером. И нарекла Слышащим. Астрид: Это все очень не вовремя. Иди поубивай случайных людей, мне надо подумать. После долгих размышлений в дверном проеме Астрид дает добро на встречу с Мотьером. Амон: Ассасин! Я хочу заказать императора! Довакин: Это дерзко! Амон: Я знаю! Вот письмо с планом покушения, вот амулет на расходы. Увидимся! Астрид, снова пофалломорфирорвав, решает осуществить задуманное Мотьером. Астрид: Тебе предстоит убить невесту на собственной свадьбе. Довакин: Это очень коварно! Астрид: Ну, мы тут не кроликов разводим. Довакин коварно убивает невесту. Астрид: Отлично! В подарок ты получишь спектрально-астрального ассасина. Довакин: Это же… Астрид: Да. Осторожнее, ты мне весь ковер сейчас закапаешь слюнями. Габриэлла: Продолжаем сеять смуту. Нужно убить Гая Марона и подкинуть на его труп компрометирующее письмо. Довакин долго шпионит за Гаем Мароном, чтобы застать его в городе в темном переулке, и, наконец, возвращается с победой. Прискакав в Убежище, Довакин обнаруживает, что опять что-то стряслось. Довакин: Вас ни на минуту нельзя оставить! Астрид: Это все Цицерон! Взбесился, напал на меня, ранил Визару и сбежал! Довакин: С чего бы это? Астрид: Ну, я могла ругаться матом в адрес Матери Ночи, а так – даже представить не могу, что его разозлило. Арнбьерн погнался за ним, но куда шут рванул – тоже неясно. Довакин: Наверняка это есть в одном из томов его мемуаров. Вот, точно – Данстарское убежище. Тут и пароль указан. Как удобно. Забавно, а пишет Цицерон более связно, чем говорит… Астрид: Хватит лирики! Настигни его! Довакин: И что мне с ним сделать? Обнять, успокоить, сказать, что все будет хорошо? Астрид: Убей его. Довакин: Разве он не из нашей семьи? Астрид: Я отдам тебе Тенегрива. Довакин: По рукам. Довакин отправляется в данстарское Убежище, находит Арнбьерна, а потом, под истошные вопли Цицерона, и его самого. Довакин: Я – лекарство от твоего безумия, Цицерон. Цицерон: А я думал, клозапин и респеридан. Слышащий… может, не будешь меня убивать? Довакин: С чего бы это? Цицерон: Жить хочу. Довакин: Люсьен, а ты что скажешь? Люсьен: Отец Ужаса не хочет его смерти. Довакин: Я совершенно не знаю, что мне делать с упорным желанием подольститься к тебе. Хорошо, Цицерон, живи. Цицерон: Спасибочки! Довакин возвращается в Убежище и получает задание прикинуться поваром и отравить императора. Астрид: Не волнуйся, я все устроила. Довакин: Почему-то у меня чешется спина, как будто скоро туда должен воткнуться нож. Украв удостоверительную грамоту и прикончив настоящего повара, Довакин заявляется в Мрачный замок, бесконечно говоря о себе в третьем лице, но отчего-то не вызывая подозрений. Подсыпав яда в суп, Довакин убегает через «безопасный» выход, где уже поджидают и любезно сообщают о том, что все было подстроено, император – ненастоящий, а Темное Братство прямо сейчас вырезается под корень. Драма. Довакин отбивается и несется в Убежище, где все в огне, а большинство членов семьи мертвы. Довакин: Твою мать, твою мать, твою мать! Мать Ночи: Обними меня. Довакин: Мне не до нежностей! Мать ночи: Я пытаюсь спасти тебя, бестолочь. Довакин полезает в гроб и благополучно спасается. После этого Мать Ночи отправляет прикончить Астрид. Довакин: Чем дальше – тем хуже. Астрид: Убей меня. Я не хочу разбираться со всем тем, что я натворила. Довакин: Может, не надо? Астрид: Не ломайся. Довакин: Акатош, я ненавижу этот мир. Довакин убивает Астрид и становится главой Темного Братства, что могло бы порадовать при других обстоятельствах. Выжившие Назир и Бабетта отправляются обустраиваться в данстарское Убежище. Довакин отправляется убивать настоящего императора. Довакин: У меня такое чувство, что только я в нашем кружке ассасинов убиваю людей. Довакин пробирается на корабль императора и прокрадывается в его покои. Император: Что ж, такая у императоров и ассасинов судьба – встречаться. Довакин: Вы не в обиде? Император: Нет. Довакин: Сиськи Азуры, за какие грехи на меня пало проклятье убивать всех, кто мне нравится?! Император: Последнее желание. Убей того, кто заказал меня тебе. Довакин: Убей мать мальчика, и месть пробудится в сыне... Вы знаете, это немножко не по правилам… но… не могу устоять перед вашей харизмой. Император: Спасибо, удачи. Довакин убивает императора, чувствуя себя отвратительно. В качестве извинения он устраивает императора на постельке и засыпает труп цветами. Довакин: Ах! Как будто уснул. Люсьен: Ты не без странностей, но ты мне нравишься. Довакин возвращается к заказчику и бессовестно его убивает. Довакин: Мне кажется, все произошедшее оставило мне глубокую моральную травму. Довакин тратит вырученные деньги на то, чтобы обставить данстарское Убежище по последнему писку минимализма. На выходе из Убежища к Довакину подбегает Цицерон. Цицерон: Я пришел, чтобы убить тебя! Да шучу! Ну у тебя и лицо! Довакин: Видел бы ты свое. Цицерон: Так что там насчет моего предложения стать любовниками? Довакин: Останемся друзьями? Цицерон: Пойдет.