Молчаливый свидетель

      — Как тебя звать-то? — усмехнулся Гажил, толкнув одноклассника на переднее сиденье.       Тот дрожал, широко раскрытыми глазами смотрел в никуда, зажимал уши, чтобы не слышать криков из горящей школы.       — Пристегнись.       — Роуг… Роуг Чени, — тихо произнёс парень.

***

      Гажил вдавил педаль газа. Он мчался, не разбирая дороги, — дома, улицы, магистрали проносились мимо. Он почти не осознавал, что только что натворил. Совести не было. Сожаления — тоже.       Рядом сидел похищенный одноклассник. Его трясло. Он украдкой взглянул на Гажила — красные глаза смотрели вдаль, руки до сих пор покрывала сталь.       Тишина давила.       — Зачем? — голос Роуга прозвучал неожиданно громко.       Гажил вздрогнул.       — Ты что-то сказал?       — Зачем ты… куда ты меня везёшь?       — Приедешь — узнаешь.       Они съехали с магистрали в пригород. Дорога пошла через лес. Тишину нарушали только стук колёс и пение птиц.       — Почему ты оставил меня в живых? — не выдержал Роуг. — Что ты со мной сделаешь?       — Заткнись, — бросил Гажил. — Но если закрыть глаза на то, что ты позволял себя унижать… ты такой же, как я. Такие, как мы, мало знают о своей силе. На себе я экспериментировать не буду. А вот бесполезный сородич подойдёт.       Роуг похолодел. Его руки медленно потянулись к ремню. Пряжка с грохотом ударилась о сиденье.       Машина резко затормозила, съехав с дороги.       — Ты что творишь? — Гажил повернулся. В его глазах читалась злоба.       — Пожалуйста… убей меня.       — Пока ты мне нужен живым, — отрезал Гажил. — Но один урок я тебе преподам, чтобы запомнил... Во-первых, обращаться ко мне на «вы». Я тебе не приятель. — Гажил схватил Чени за горло, прижимая к двери. — А во-вторых, пока ты мне нужен живым.       Он вышел из машины, обошёл её и открыл дверь.       — Иди за мной. И не вздумай убегать.       Роуг не двигался. Гажил влепил ему пощёчину. Чени заплакал, но поднялся и пошёл следом.       Лес становился всё гуще. Туман клубился между деревьями. Солнце уже садилось.       — Быстрее, — бросил Гажил. — Нужно успеть до темноты.       Роуг споткнулся и упал. Гажил обернулся, глаза его в сумерках казались волчьими.       — Копай здесь.       Перед Чени упала кривая лопата, которую Гажил создал из металла.       — Зачем?       — Ради интереса.       Роуг взял лопату. Земля была твёрдой, натыкалась на камни. Он копал, пока Гажил не сказал:       — Хватит. В человеческий рост. В твой.       Роуг понял. Он рыл себе могилу.       Он давно сломался. Не сегодня — ещё тогда, когда все узнали о его способности и отвернулись. Кроме одного друга. Но тот уехал. С тех пор Роуг не жил — существовал.       «Зачем существовать такому, как я? Я монстр. Лучше бы я никогда не рождался», — подумал он. Только сейчас он понял, как тяжело было его родителям сносить все эти взгляды, все оскорбления в адрес их сына.       — Молодец, — похвалил Гажил. — А теперь — главная часть.       Секунда — и Роуг с грохотом упал в яму.       — Прошу… не надо…       Но сверху уже ложился железный лист. Темнота. Воздуха на несколько минут. По ногам ползло что-то липкое.       Роуг закрыл глаза.

***

      Гажил сел на край ямы, включил музыку. Хард-рок — резкий, тяжёлый, как он сам.       Через несколько минут он убрал лист.       — На сегодня хватит. Если не хочешь продолжения — держи язык за зубами. С этого момента я хозяин твоей жизни. Будешь помогать мне разбираться в нашей мутации — может быть, останешься жив.       Роуг жадно глотал воздух. Ещё минуту назад он был готов умереть. Но сейчас, когда железный лист убрали, он понял: он не хочет умирать. Не ради себя — ради родителей. Они столько вытерпели ради него, оставили, когда другие советовали избавиться. Умереть сейчас значило предать их.       — Вставай, — прикрикнул Гажил, хватая Чени за ворот. — Из-за тебя потеряли время.       Рубашка душила, но Роуг молчал. Он был жив. И, как ни странно, был благодарен.

***

      Машина остановилась у небольшого дома из красного кирпича. В окнах горел свет. Забор был резным, с железными птицами между прутьями — неаккуратными, словно их делали через силу.       Гажил вытащил Роуга из машины и поволок к двери.       На пороге показались двое: мужчина и женщина средних лет.       — Вернулся, — равнодушно сказал отец. — Почему так поздно?       — Оскар, ты не о том спрашиваешь! — оборвала его мать. — Откуда у него машина? Почему от него несёт гарью? Кто этот грязный парень?       Гажил напрягся. Родители должны были быть в отпуске.       — А какого чёрта вы дома?       — Что значит «какого чёрта»? — взвилась мать. — Ты угоняешь машины, поджигаешь что-то, возвращаешься неизвестно с кем! Посмотри на него, Оскар, он колется! Уже скоро деньги из дома воровать начнёт! А это кто такой?       — Ты права, — кивнул отец. — Не сын, а монстр. Нужно было отказаться от него, когда мутацию нашли.       — Ещё одна такая выходка, — продолжала мать, — и можешь уезжать на все четыре стороны! Ты нам должен быть благодарен, что мы тебя вырастили! А что мы от тебя получаем? Посмотри на себя! Друзей у тебя нет, только черти, которые за дозу всё сделают.       Роуг ошарашенно смотрел на них. Его собственная семья была другой — там его любили.       Он не заметил, как Гажил вытянул руку. Не услышал ни криков, ни ударов. Очнулся только тогда, когда дождь смешался с кровью. Родители Гажила лежали на земле мёртвыми.       — Ненавижу… — шептал Гажил, пиная тела в подвал. — Ненавижу…       Роуг бросился бежать в дом. Но Гажил уже повернулся к нему, лицо залитое кровью:       — Я же предупредил.