Слишком правдиво

      «Иногда жестокость состоит не в том, что ты делаешь, а в том, чего ты не делаешь».

Туве Янссон

      На город Токио опустилась звёздная ночь, устоять перед чарами которой не смог практически никто. На улицах нет ни души, и не важно — Гиндза это или Санья. Все здравомыслящие люди сейчас нежатся в своих тёплых уютных кроватях и досматривают десятый сон. Кто-то укладывает своих детей спать, читая на ночь сказку, кто-то, наплевав на поздний час, смотрит увлекательный фильм в компании своих вторых половинок, друзей или в одиночестве, а кто-то и вовсе не отказал себе в удовольствии использовать тёмное время суток с выгодой для себя — заняться любовью. Все хотят использовать это время по назначению, которое, как можно заметить, у всех разное. Возможно, кто-то сейчас развлекается в клубе или каком-нибудь бильярд-баре, чтобы потешить своё самолюбие, показаться крутым и потратить уйму денег; возможно и то, что сейчас кто-то решил переступить черту закона и стать преступником — ограбить квартиру, угнать машину или убить человека…       Наша Сакура не относится к здравомыслящим людям — ждёт подругу, которой почему-то дома не оказалось. Розоволосая была очень расстроена, ведь хотела сообщить такую хорошую новость, каких не было на её памяти никогда. Сначала девушка думала, что Эл просто ушла в магазин за своими «лакомствами», но проходил час, второй, третий — Летисия так и не вернулась. Здесь в пору уже взбеситься. Нет, Сакура понимала, что Ортиз взрослый человек и может за себя постоять, но сердце подсказывало, что что-то не так… Когда стрелки на часах уже показывали два часа ночи, Харуно всё же решила лечь спать и постараться не думать об этом — всё равно когда-нибудь придёт. Завтра розоволосой предстояло показать себя с самой лучшей стороны, ведь теперь она работает сразу в двух местах, а выполнение той работы, что предложена, доставляет ей немалое удовольствие. Выпив напоследок снотворного, девушка понемногу погружалась в сон, даже не представляя, что сейчас делает её подруга…

***

      Тёмный грязный переулок. Обитать здесь могут только бичи или противные крысы, которым, так сказать, не нашлось места на Ковчеге. В одном узком проходе между домами, где разбросан мусор и практически невозможно дышать, незнакомый мужчина искал объедки в мусорном баке, на земле и даже в коллекторе, надеясь отыскать хоть какое-то пропитание на сегодняшнюю ночь. Большая чёрная кошка вертелась вокруг него в надежде получить какое-то лакомство, но вместо этого получала лишь удары ногами. Бедность не порок, но ведь незнакомые люди не знают всех обстоятельств, при которых этот человек опустился так низко. Быть может, он сам виноват в том, что теперь приходится выживать, а может, его просто вынудили стать таким. Разглядев среди бесконечных отходов небольшой огрызок яблока и недопитую бутылку пива, мужчина сел на землю, принявшись «ужинать». Та же кошка присела рядом, не сводя глаз со злого человека. — Это хочешь? — зло пробормотал он, показав на яблоко. Конечно, животное нуждалось в еде, но намного больше оно желало ласки и человеческого тепла, ведь, кто знает, может, его просто выкинули на улицу безжалостные хозяева, не дав шанса на лучшую жизнь. — Разбежалась, — откусив вместе с косточками кусочек фрукта, произнёс мужчина.       Вдруг, совсем недалеко от наших эпизодических героев, раздались выстрелы, произведённые явно пистолетом, а сразу за ними последовал пронзительный мужской крик, отчего в душе этого отброса общества сразу стал развиваться страх. Он посмотрел по сторонам, но никого поблизости не увидел — лишь те же янтарные маленькие глазки, смотрящие на него с доверием. Ведомый диким волнением за свою жизнь, он подхватил кошку на руки и умчался прочь от этого места. Выстрелы здесь — дело обычное, но никому не хотелось подвергать свою жизнь опасности. В маленьком узком проходе осталась лишь грязь, пыль, пустота и всё те же странные звуки. Если пройти по этому проходу и зайти за один из домов, то можно наткнуться на старую железную дверь, ведущую в подвал под бывшим зоомагазином. Именно оттуда и исходили крики… — Повторяю вопрос, — приставив свой остро заточенный нож к среднему пальцу правой руки бандита, произнесла Летисия. — Что он задумал? — Ответом послужило лишь невнятное бормотание в пол.       После того инцидента во дворе Харуно прошло уже несколько часов. Ортиз первым делом притащила своего пленника в соседний двор, ведь уже давно, так сказать, «арендовала» это помещение. Втолкнув мужчину сюда, она принялась готовиться к допросу. Вот что-что, а навыки простых бесед и даже пыток у неё имеются. Связав бандиту ноги сразу в трёх местах и подвесив его за левую руку к балке на потолке, Эл, собственно говоря, исполняла своё обещание — отрезала пальцы за каждый проигнорированный или непонятно отвеченный вопрос. Конечно, сначала она прострелила ему коленную чашечку и мочку правого уха, отчего пленник уже не мог нормально соображать от болевого шока, но теперь ей захотелось, чтобы он поскорее раскололся, да и брюнетка уже пару дней кое-кого ждёт…       Сидя на столе и поставив ноги на стул, Летисия то вынимала обойму, то вставляла её обратно в свой пистолет и сурово смотрела на приспешника Араты. Почему-то сейчас её кровь просто забурлила, требуя зверских издевательств. Возможно, та толика доброты, что всегда жила в ней, умирала, когда перед глазами появлялся враг, из которого нужно вытрясти информацию любыми методами. — Ты хочешь вообще без пальцев остаться? — кивнула она в сторону валяющихся рядом большого, указательного и мизинца. — Ты не думай, когда на руках закончатся, я перейду на ноги, — слезая со стола, продолжала она. — Ты всё равно… с ним не справишься, — усмехаясь сквозь силу, отвечал ей наёмник. Он был готов умереть, но какая-то его часть всё же боялась такой ранней кончины. Он наслышан об этой женщине, побывавшей во множестве преступных организаций в качестве наёмника — у босса есть подробное досье. Одно было ясно: в одиночку с таким хорошо обученным человеком не справиться, но, как оказалось, вдвоём тоже. Делая скидку на то, что она женщина, можно очень крупно просчитаться, что сейчас и произошло. — Зато с тобой легко справлюсь, — подойдя к потенциальной жертве, нахмурилась девушка. Поднеся нож к безымянному пальцу, Эл ещё раз повторила свой вопрос: — Что он задумал? — Сначала лицо мужчины выражало глубокую скорбь, потому что он, кажется, скоро предаст свою присягу, но потом он, глубоко вздохнув, зажмурил глаза. — Прощайся с ещё одним пальчиком, — сказала было Летти, но её остановил его жалобный крик: — Он хочет забрать сестёр Харуно! — Брюнетка остановилась, одобрительно кивнув головой. — Продолжай. — Начало было многообещающим, но дальше последовало глубокое разочарование: — Больше я ничего не знаю! — Негодяй немного дёрнулся, намекая, что не врёт, но нашу Летисию так просто не проведёшь. — Оттягиваешь время? Зря. — Снова пронзительный крик разлетелся по всему помещению, отчего брюнетка даже слегка поморщилась. Что бы там ни было, но сейчас всё это приносило ей удовольствие, какого она не испытывала уже давно. Пусть она и насилие — старые подруги, но для своей дочери она всегда останется любящей мамой, которая учит только хорошему. Только Эл хотела снова начать задавать вопросы, как её взгляд ушёл немного в сторону, а затем вернулся на прежнее место. Дверь с характерным скрипом открылась — понятно, почему девушка отвлеклась. — Долго будешь там стоять? — сказала Ортиз в пустоту. Для пленника всё обернулось как нельзя хуже, ведь голос, владелец которого стоит за спиной Летисии, звучал весьма насмешливо, глядя на всю эту картину. — Давно не виделись, сука! — Из темноты вышла довольно красивая женщина, которая при других обстоятельствах могла бы очаровать любого мужчину. Насыщенные карие глаза, обрамлённые длинными ресницами, с насмешкой всматривались в такое знакомое лицо Летисии, пытаясь найти в её эмоциях удивление; тонкие бледно-розовые губы растянулись в ухмылке, выдавая всю комичность ситуации; длинные прямые волосы пшеничного цвета были распущены и струились по её спине вплоть до поясницы. Одета она была, как рокерша: короткая чёрная кожаная куртка с шипами на плечах, белая лёгкая майка с размазанными надписями, облегающие лосины с маленькими замочками на щиколотках. — Быстро ты, Джули, — отойдя от своей жертвы и повернувшись к незнакомой нам девушке, сказала Эл. — Или мне лучше сказать — Тиана? Джули Дрейфус. 27 лет. Мать: Арлен Дрейфус. Стоматолог. Отец: Эрик Дрейфус. Хирург. Братьев и сестёр нет.       Эта весьма дерзкая и уверенная в себе особа знакома с Летти уже давно. Всё дело в том, что когда Ортиз подрабатывала на всевозможных должностях, то попала в небольшую, но сильную организацию наёмников, в которой и познакомилась со своими, так сказать, коллегами. Это было что-то наподобие клана амазонок, которые слушались лишь своего покровителя — «Заклинателя змей», как он себя называл. Все женщины в этой организации носили специальные кодовые имена, обозначающие разновидности змей — утечки информации не будет. Каждая женщина-боевик была подготовлена, как самый закалённый солдат, не знающий усталости, боли, сострадания и пощады. Все они были ловкими, быстрыми, точными, бесшумными и, самое главное, красивыми.       Из-за их прозвищ другие преступные кланы или организации называли каждую просто «гадюка», что вполне отражало смысл их сущности. Джули, например, была известна как «медноголовка». Она проработала в сфере убийств около семи лет, но незадолго до отъезда Летисии в Японию ушла от «заклинателя», вышла замуж и родила ребёнка, взяв имя «Тиана». — Называй как хочешь. — Русоволосая присела на второй стул, стоящий подле стола, и заинтересованно смотрела на подвешенного мужчину. — Лучше расскажи, зачем втянула нас в это? — Говоря «мы», не трудно догадаться, что Джули имеет в виду не только себя и Летисию. — Повиси пока, мы с тобой ещё продолжим, — обратилась брюнетка к пленнику, а затем подошла к старой знакомой и села напротив неё. — Помощь нужна. — Неужели, — закатив глаза, сыронизировала она. — Именно поэтому ты дёрнула меня из другой страны, заставив оставить Ники? — Ники — это маленькая дочка «медноголовки», которая осталась с отцом в Бразилии, куда девушка перебралась после ухода из преступной жизни. — Я тоже оставила Рейн, так что не надо сейчас возникать, — ответила Эл. — Если ты всё же приехала, значит, я смогла тебя заинтересовать своим предложением, ведь так? — Да, это было именно так. Джули не смогла устоять перед заманчивым предложением «сыграть в нашу любимую игру» — кто соберёт больше человеческих голов. Ортиз понимала, что против целого клана якудза во главе с оябуном у неё нет шансов, если ей будет помогать только Итачи, его помощники, мистер Лойд и Анна, поэтому и решила подключить своих старых друзей, которым разослала приглашения приехать на дело. — Хм, — хмыкнула Джули, опустив голову вниз, — слышала, ты теперь нянька у какой-то там девочки? — Эта девочка — наследница дома Харуно, чтобы ты знала. — Джули расширила глаза от удивления. Да уж, такое услышишь не каждый день. — Так кто-то тогда всё-таки выжил? — Да, и поэтому я хочу вернуть эту девушку на её законное место в этой жизни, — серьёзно посмотрев на собеседницу, сказала Эл. — Уже просто невозможно наблюдать за тем, как она себя изводит непонятно за что. — Вижу, ты очень привязалась к дочке Кизаши, сука, — усмехнулась Джули. И ведь действительно, Ортиз во время работы у «заклинателя» никогда не отличалась особым милосердием, честностью и открытостью, а сейчас перед Дрейфус сидит совсем другой человек, у которого есть чувства. — Кто ещё придёт? — всё продолжая крутить в руках обойму, спросила Элли. — Эрин тоже стало интересно, да и Чаки не против. — Встав со стула, блондинка вплотную подошла к собеседнице и скептически смотрела на неё сверху вниз. — Вот скажи мне, сука: ты, как заяц, бегаешь по миру, помогаешь всяким Харуно, почему мы должны рисковать ради вас головой? — А ведь в её словах есть смысл. Почему Джули должна помогать совершенно незнакомым людям только из-за того, что об этом попросила Летти? Кто она ей? Мать? Сестра? Сноха? Абсолютно чужой человек. — Да, я тоже об этом думала, — уверенно посмотрев в глаза Джули, произнесла Эл. — Когда Анна попросила меня взяться за это, то у меня возникали такие же мысли, но подумай, — хитро сузив глазки, продолжала она, — сколько ты выручишь денег за голову оябуна? А теперь ещё представь, сколько там накаченных здоровых татуированных парней, которых можно убить самым изощрённым образом? А если восстановится клан Харуно и Учиха, то они в долгу не останутся, верно? Мне вот, например, очень даже хочется получить вознаграждение, а тебе? — На её слова Джули лишь усмехнулась: предложение становилось всё более заманчивым, что разжигало в обеих девушках желание вспомнить былые годы. — Чёрт, — весело ощерилась Дрейфус, после чего громко хохотнула, — почему же ты к такому случаю выпивки не принесла?.. — Блондинка достала из специального чехла, прикреплённого к ремню, свой нож и стала крутить его в руках, рассматривая пленника коллеги. — Извини, не удержалась, — так же ухмыльнулась Эл, кивнув на пустую бутылку из-под недавно купленного светлого пива. Джули же продолжала свои манипуляции с ножом, что означало весьма простое действие — она думает. Соблазн стал слишком велик, но и отказываться от него как-то не особо хотелось. — Слушай, пусть мы и были раньше довольно сплочённой командой, но теперь я другой человек, — подходя к мужчине, который всё это время наблюдал за разговором девушек, внезапно выдала Тиана. — О-о-о, чудно, — рассмеялась Летисия, — анекдот. — Да, очень может быть. Я знаю, что всегда ставила личные интересы превыше всего, — задумалась она, — и сейчас сделаю то же самое! — Освободив руки пленника, девушка наблюдала, как тот упал на землю, о чём-то невнятно кряхтя. Летти же только шире улыбнулась, узнав в этой блондинке своего старого товарища по команде. Да, за спиной Эл уже целая жизнь, о которой Сакуре лучше не знать как можно дольше. — Альваро сказал, что ты, как никто, владеешь холодным оружием, — наблюдая за происходящим, вспомнила Эл. Альваро — это и есть «Заклинатель змей», их бывший покровитель, который всегда чтит и уважает своих девочек. Стоит ли говорить, что у него были сексуальные отношения с каждой «гадюкой», кроме Летисии? Думаю, не стоит. — Пошла ты, сука, — с той же широкой улыбкой говорила Джули, — Альваро в этом ничерта не смыслит, а ты, — направив на Ортиз нож, но всё же не отвлекаясь от заложника, продолжала Дрейфус, — вообще поцелуешь меня в зад, крайт. — «Крайт» — кодовое имя брюнетки, которое, как ни странно, ей всегда нравилось — звучало брутально. — Лучше займись делом, а то парнишка совсем заскучал. — Эл продолжала улыбаться, глядя, как лицо блондинки стало весьма похотливым. Нет, она не собиралась насиловать этого парня и тем самым изменять мужу, нет. Хоть она и убийца, но моральные принципы у неё тоже есть. Вместо насилия ей хотелось показать, насколько «гадюки» могут быть жестокими, особенно, если речь идёт о признании и деньгах. — Слушай, а почему он даже убежать не попытался? — склонила голову набок Джули. — Я ему коленную чашку пробила, куда бы он убежал? — поднимаясь со стула, ответила Летти. — Развлекайся, а я, пожалуй, пойду. Завтра доложишь. — Ортиз скрылась за железной дверью, плотно захлопнув её. Выйдя на свежий воздух, девушка решила закурить. Хоть атмосфера была и не самой лучшей для размышлений — мусор, объедки и смрадная органика вызывали рвотный рефлекс у любого нормального человека, но Эл бывала и не в таких переделках, так что спокойно оперлась всем телом о стену, вытащила из пачки сигарету и поднесла к ней зажигалку.       Сделав первую затяжку, девушка в первую очередь подумала о том, как будет объясняться перед Харуно. В то, что на неё напали грабители и пытались ограбить, она не поверит — Ортиз бы за пять минут справилась, но сказать правду тоже нельзя, что очень удручает. Ядовитый дым вышел через нос девушки, как выхлоп из машины, немного расслабляя сознание, но вскоре снова пришло осознание реальности, от которой уже не уйти. Конечно, Эл участвовала во всём этом не только из-за денег или вознаграждения — она хотела вернуть клану Харуно его существование и поставить Сакуру во главе этого распавшегося семейства. Всем известно, что после убийства родителей сестёр остальные члены клана просто разъехались по разным городам, тем самым создавая видимость полного уничтожения их рода. Хоть этот клан был весьма беден, но после той резни они затмили популярность даже клана Учиха или Узумаки.       Только Летисия хотела ещё раз затянуться, как услышала уже знакомый пронзительный мужской крик, а за ним мурчащий громкий голосок: «Давай же, повесели меня!» — Ортиз прыснула от смеха: чего же ещё ожидать от Джули, которая помешана на, так называемых, половых пытках? Решив оставить всё на неё, брюнетка поспешила удалиться, чтобы хоть под утро прийти домой.

***

      Гиндза — единственный район, где вообще не бывает ночи. Не в буквальном смысле, конечно. Здесь, как и в любом другом месте Земного шара, заходит солнце, уступая место яркой серебряной луне, освещающей каждый уголок, но в отличие от той же Саньи, здесь люди не спали круглыми сутками — спешить некуда, ещё будет время отдохнуть. Этот район самый живой и самый энергичный из всех, но не всегда эта энергия была направлена в нужное русло. Здесь обитали кланы якудза, которые нередко вызывали беспорядки, сталкиваясь друг с другом. Всё могло закончиться банальной дракой, а могло и убийством мирных граждан. Эти люди не жалели никого, считали, что все здесь — их рабы. Будь то бедные или богатые люди.       В центре района находилось довольно массивное здание, перевитое разноцветными огнями, создавая ощущение праздника. Эти озорные огоньки на все сто выполняли свою роль — отвлекали внимание людей от того, что происходит внутри, и заставляли не обращать внимания на то, что уже перед входом стояло несколько мужчин с самурайскими мечами, держа их наготове.       На самом последнем этаже этого здания — пентхаусе — находился босс клана «Хамелеон», как всегда с пользой для себя проводя время. Сейчас он был спокоен, ведь послал двух парней-новичков на охоту за Летисией Ортиз, совершенно не опасаясь отрицательного результата — его люди всегда были в хорошей форме. Хоть его мысли всегда были забиты сёстрами Харуно, но сегодня он позволил себе вдоволь поиграть — пригласил к себе двух обворожительных гейш, которые покорно явились в его обитель. Что же можно сказать о гейшах? Это женщины, продающие своё искусство, а не тело. Само слово «гейша» означает «искусница». Такие женщины создают иной, потаённый мир, где царствует красота. Однако… в наше время о таком понятии давно забыли и теперь всегда приравнивали гейш к обычным проституткам. И не мудрено: каждая вторая «гейша» только и ждёт очередной «продажи своего тела», только бы заработать как можно больше.       Вот и сейчас происходило то же самое. Халат Араты давным-давно был распахнут, что невольно заставляло смотреть на явно перекачанное татуированное тело, которое было покрыто немалым количеством шрамов, и больших размеров половой орган, который в данный момент был во рту у одной из гейш. Старательно нанесённый макияж уже давно был размазан по всему лицу, что придавало девушке ещё большей развязности, хотя… куда уж больше. На уголках губ вместе с остатками помады была заметна прозрачная слюна, что текла вниз по подбородку и, в конце концов, падала на довольно большую грудь, и небольшие капли мужской спермы, которые ей запрещено стирать руками. Красивое шёлковое кимоно было откинуто в сторону, что позволяло рассмотреть абсолютно нагое тело молодой особы. Иногда мужчине казалось, будто она хочет откусить его член, ведь такого старательного ротика у него давно не было. Видно, что не впервой. Помогая обеими руками, девушка продолжала нещадно вбирать в себя детородный орган Араты, а тот, в свою очередь, полустонами-полухрипами хвалил девушку и просил не останавливаться.       Другая же гейша устроилась с другой стороны и страстно целовала его, а руками массировала его мощную грудь. От такого сладкого подарка только дурак откажется, поэтому якудза, не раздумывая, яростно сминал в ответ довольно большие полушария, будто пытаясь впитать в них свои руки. Теребя и иногда оттягивая вниз розоватые соски, мужчина в перерывах между животными мокрыми поцелуями засовывал пальцы в уже раскрасневшееся лоно девушки, отчего та пошло стонала прямо ему в губы. Оябун, что сказать…       Неожиданно в комнату без стука влетает довольно взрослый мужчина с катаной наперевес, отчего боссу пришлось ненадолго прервать свои любовные утехи. Совершенно не стесняясь своего подчинённого, мужчина повернулся в сторону «незначительного шума» и одарил его яростным взглядом. — Что случилось? — немного коснувшись своей катаны, прорычал он. Все подчинённые знали этот жест — если новость незначительная, тебя ждёт смерть. — Господин, — всё ещё не может отдышаться слуга, — те двое мужчин, что Вы послали за «гадюкой», мертвы! — Сказать, что лицо оябуна выражало просто испепеляющий гнев — ничего не сказать. Да, они были новичками, но ведь Ортиз уже давно не бралась за оружие! Как?! — Вызови братьев Лино! Немедленно!

***

      Тихонько приоткрыв входную дверь, Эл надеялась, что Сакура, несмотря на свой и без того неспокойный сон, сейчас не услышит её прихода и все вопросы задаст завтра, но нет… Едва переступив порог и закрыв за собой дверь, Ортиз в то же мгновение зажмурилась от яркого света, что внезапно включился. Более-менее привыкнув, Летисия открыла глаза и увидела уничтожающий взгляд Сакуры, направленный на неё. Брюнетка сразу заметила большие мешки под глазами и пошелушившиеся щёки — индивидуальные признаки переутомления и недосыпа у розоволосой. Недовольно потопывая ногой, девушка явно ждала объяснений, которые Эл придумывала на ходу. — Эл, ты где шляешься? — подлетев к подруге, Харуно-старшая уткнулась носом в её большую грудь, а руками обняла за талию. — Я думала, что что-то случилось… — Таких нежностей Элли не ожидала, но всё же поглаживала девушку по голове, а второй рукой тянулась к выключателю, чтобы свет не бил в глаза. — Детка, ну ты чего? — усмехнулась Эл. — Я же пришла. — Где ты была? — всё не унималась Сакура. Её желание узнать было вполне уместным, ведь всегда злит то, когда ты переживаешь за человека, не спишь ночами, грызёшь ногти от волнения, а в ответ тебя лишь отталкивают и говорят, что это не твоё дело. — Да не волнуйся, — отмахнулась Ортиз. — Какие-то отморозки на улице к девушке пристали, вот и заступилась. — Ты что, несколько часов заступалась? — тяжело вздохнув, спросила розоволосая. Девушка прекрасно понимала, что Эл врёт, но что способствовало такой резкой смене поведения, она не знала… Это безумно её злило, но Сакура держалась из последних сил, чтобы не накричать на подругу. — Ладно, забудь… — И правильно. Как собеседование прошло? — как бы между прочим Летти сменила тему разговора. Хотя ей было действительно интересно. — Не поверишь, — внезапно улыбнулась Харуно. Хоть эта улыбка и была искренней, но выглядела весьма вымученной, отчего не сразу можно было распознать радость девушки на фоне кругов под глазами и дерьмового настроения. — Меня взяли! — Да?! — наигранно удивилась Летисия. — И куда? — В университет, ассистентом преподавателя иностранных языков и переводчиком, — всё так же улыбаясь, продолжала Сакура. — А ещё в редакцию. У меня будет свой поэтический уголок на две страницы с цветным разворотом и отделкой! — Да, такой счастливой Летисия не видела розоволосую, пожалуй, никогда. Её зелёные глаза вмиг засияли здоровым блеском, щёчки порозовели, а на губах держалась всё та же широкая улыбка. Было ясно, что девушка обрела свой смысл жизни, которого никогда не было, и теперь будет стараться наладить жизнь к лучшему…       Ладно, с университетом всё было понятно, но вот про работу в редакции брюнетка слышит впервые. Может, Хьюга постаралась? Помнится, она как-то брала у Харуно её стихи. Неужели?.. — А кто тебя в редакцию устроил? — Хината. Я теперь ей должна по гроб жизни, — опустив глаза в пол, розоволосая подтвердила догадки Ортиз. — Она показала мои стихи кому-то из однокурсников, и тот решил похлопотать, за что ему тоже спасибо. Даже не верится, что всё вот так разрешилось… — В это действительно было трудно поверить. Казалось бы, ещё с утра ты не знала, как дальше жить без денег, а сейчас будешь работать сразу на двух работах, да ещё и душа легла прямо под эти специальности. Кто знает, может, чудачества Сакуры изменят её жизнь к лучшему?..