Разве я был виноват

Да, моя жизнь ничего не стоит, как и у миллиардов людей во вселенной. Но я борюсь, хочу, чтоб она заиграла другими красками без плохих людей. Разве все мои действия были не пользой? Да, многих убил, но и очень многим спас жизни. Люди стали думать прежде, чем совершать что-то плохое. Мне хотелось построить другой мир. Любыми способами. Разве не этого ты хотел, отец? Ответь. Ты считаешь меня таким же убийцей, но нет, я всего лишь бог… Наконец-то, появилось что-то, что может заставить человека думать. Почему же вы этого не понимаете? Преступников отпускают за большие деньги, и всем все равно. Никто ничего не мог сделать, но я могу. Разве это плохо? Бог смерти выбрал меня для нового мира, и я не отказался, я не струсил. Решил стать «убийцей». Страна боялась потерять необходимость в полиции. Та, в свою очередь, стала бороться против меня. Вы видите, что со мной мир мог бы стать совсем другим. Появился бы настоящий закон и судья. Я бы управлял миром, и я бы вернул былое благородство. Те, кто пойдут против меня, найдут свою смерть. Возможно, это и вопреки здравому смыслу, но смерть - лучшее «лекарство» от ненужных и безрассудных людишек. Может, ты меня попытаешься переубедить, но я все равно буду идти до конца по предначертанному мне пути и не сверну с него, чего бы мне это не стоило. Всё так и было раньше, но сейчас всё изменилось. Меня раскрыли, поймали в моей же игре. Хотя, наверное, все было очевидно с самого начала. Не бывает всё так идеально, как начиналось. И сейчас моя жизнь потеряла прежний смысл, тетрадка сожжена, а я сижу с этим чокнутым «Рюзаки» и пью слишком сладкий чай. Этот парень стал моей тюрьмой, отец просто отдал меня ему… Для других я просто умер, а на самом деле, сижу с ним. Еще убили-то меня, как изящно. Спихнули мою смерть на меня же, на Киру. Как же все глупо произошло. Я не был достоин такого конца. Ведь теперь моя жизнь ничего не значит. А раньше я был богом. Теперь же, каждый день провожу время с человеком, не зная даже его имени. Лучше бы меня посадили или убили. Так нет, мне надо помогать этому странному парню, который когда-нибудь обязательно лопнет от сладкого. В ту ночь, когда я почти добился смерти Л и других полицейских, у меня наступила черная полоса в жизни. Да еще этот Рюк, наглый бог, пожиратель яблок, не помог мне. А я его еще кормил… Вот доверяй теперь богам, даже они предатели! Хотя он все же бог смерти… Л забрал все тетрадки и сжег их, Аманэ потеряла память, а у меня такого счастья не было… Я все помнил, а почему - не знал, наверно Рюк не до конца рассказал все правила. Мису отправили домой, а меня хотели сначала казнить, но отец все-таки уговорил Рюзаки оставить меня у него. Чтоб я помогал расследовать дела, а он не был одинок. Меня как игрушку бесплатно отдали, хорошо еще не убили. На том спасибо. Но через двадцать три дня, этот парень должен умереть, что меня радует. А уж что потом со мной сделают, я не знаю. Что-нибудь придумаю. У меня было достаточно времени приготовить план побега после его смерти. Он дурак, пожертвовал своей жизнью, ради моего разоблачения, глупый смертный. Хотя... Я теперь точно такой же, как и он. Мы с ним очень похожи, но всё же я умней. Я же смог обмануть саму Смерть. Хотя, это она была глупа, потому что любила эту девочку. Мису же было совсем не жалко. Чувство жалости пропало, когда я убил свою первую девушку. Это была ненужная смерть, ведь мира я так и не достиг. Сиори, так её звали, умерла во благо человечества. Эта девчонка должна гордиться своей смертью. Я мог бы и сам так умереть ради пользы окружающих. Хотя, наверное, я лгу. Не стал бы умирать ради таких-то людей, которые это даже не оценили бы. Забыли бы мое имя на следующий же день. Но родных жалко, они ведь ничего не сделали против меня, а им пришлось пережить потерю. Миса, наверно, сейчас скорбит, как моя мать и сестра. Правда сомневаюсь, что с этой девушкой у меня что-нибудь бы вышло. Но она все же любила меня, глупая. Готова была умереть. Мало кто на это способен. А ей лишь хотелось мира на земле, нашего мира. Жизнь сыграла злую шутку, но я еще отыграюсь. Мы еще посмотрим кто-кого. Моя роль еще не сыграна до конца. Киру еще узнают в этом мире! Да, сейчас у меня не будет никакого шанса управлять делами. Но и без тетрадки я обязан сделать этот мир справедливым! Чтобы люди не боялись жизни, а наслаждались ей! Надо прожить эти двадцать три дня с ненавистным мне парнем. А потом попытаться вырваться, и я буду строить планы… Ладно, буду решать проблемы по мере их поступления. Вот и начинается мой личный ад. Отец забрал мои вещи из дома и ждал нас около самолета. Кстати, именно вчера всё случилось. Я чуть не умер, когда мой план провалился. Я был зол на весь мир. И даже подумывал убить Л, когда тот будет спать. Но потом понял, что марать руки не буду. Все же убивать человека проще с помощью тетради, чем самому. Я не хочу стать убийцей… Да, записывать чужие имена было гораздо легче… Всю ночь я провел в штабе; никто из сотрудников (кроме отца) не знал, что я жив. Он же полностью доверяет Рюзаки и отдал меня целиком. «Я тебя породил, я тебя и убью». Почти также случилось и с нами. Конечно, я хотел убить и отца, но это было во благо! К аэропорту мы ехали в полной тишине. Да мы и так не разговаривали. Я был полностью погружен в свои мысли, в которых я уже сотый раз разносил это место к чёртовой бабушке. Конспирация была у нас хороша. Люди прочитали в газетах, что меня убили. Так что было бы глупо, если бы меня увидели на улице живого и в полном здравии. Хотя не в полном, все-же кто-то из сотрудников выстрелил мне в бок, и теперь там ужасно ныло, но рана была не смертельна. Л сам сделал мне перевязку… Я был немного удивлен, но он же тоже должен был мне поклоняться, как и другие, так что в этом нет ничего удивительного. Если не считать случая с перемоткой моего бока, то мы вообще никак не контактируем, будто меня нету. Я тоже стал игнорировать Рюзаки, на что-то обижался, наверное, всё же за то, что он выиграл. Это бесит! Наша машина была тонирована и очень непримечательна на фоне других. Водителем был сам Рюзаки, что тоже немного удивляло, видеть его в такой позе. Ноги были на тормозе и газе, а не подобраны под себя. При виде этого я только хмыкнул. К аэропорту мы доехали примерно за полчаса, на дворе уже была ночь, но для нашего великого Л, всегда и везде было открыто. Полетим мы на его личном самолете и только лишь с пилотом, который, как я понял, не знает о количестве пассажиров, да и если бы знал, держал язык за зубами. Вышли из машины мы вместе, потому что меня пристегнули к ручке чемодана, а Рюзаки его держал. Интересно, куда мне бежать-то? Так еще и надо на меня наручники цеплять. Я как заложник. Отец уже стоял около самолета и поглядывал то на время, то вдаль, выискивая нас. Мы приблизились, и он вздохнул с облегчением. Я лишь закатил глаза. - Привет, парни, а я вас уже заждался, – выдавив что-то наподобие улыбки, сказал нам отец. Но в глазах была грусть, которая меня немного смешила. Я не ответил, не обратив внимания на его слова. - Здравствуйте, вы привезли вещи Лайта. – Он не спрашивал, а утверждал. Увидев наручник на моей руке, отец немного покосился на Л, но все же говорить ничего не стал. Ведь, с этого дня у него больше нет сына. Мне нельзя ни с кем контактировать, а ему нельзя мне писать, да даже адреса не будет. Никто не знает, кроме моего мучителя, куда я отправляюсь. - Давайте вещи и прощайте. С вами приятно было работать. А то, что произошло потом, было немного странно. Отец притянул его к себе и обнял. Кажется, даже заплакал. «Да… Картина маслом», - пронеслось тогда у меня в голове. Конечно, отпрянув от Рюзаки, потянулся ко мне, но я лишь ухмыльнулся и зашагал к самолету. Любой на моем месте сопротивлялся бы таким обстоятельствам. Но всё было бесполезно, и мне оставалось только следовать по моему пути, каким бы он ни был. Всегда, когда что-то происходит, не стоит говорить "нет". А вообще меня и не спрашивают… Я первый раз летел на самолете. Было ужасно интересно. С такой высоты этот жалкий мирок, кажется еще более ничтожным. А я такой большой, словно как целый самолет, который сейчас упадет и всех раздавит… С такими мыслями я и уснул. Везде темно, передо мной стоят мои родные, и их расстреливают у меня на глазах. Я кричу и пытаюсь что-то сделать, чтобы меня услышали и заметили, но все бесполезно. А управляет всем этим процессом - Кира. Я вижу себя, убивающего свою же семью… Резко просыпаюсь; внутри странное чувство страха, оглядываюсь по сторонам. В самолете… Летим над каким-то городом. Рюзаки спит в своей любимой позе. Последнее время мне часто такое снится, наверное, разум подготавливает меня к худшему. Хотя, может все будет не так плохо, как я думаю. Подумаешь, буду жить в одном доме с маньяком, который сейчас спит, положив голову мне на плечо. Наручники, кстати, он отцепил от чемодана и защелкнул у себя на запястье. Очень мило выглядело бы, если не означало - плен. Немного подумав о смысле жизни, я снова погрузился в сон.