I need more dreams and less life

      Саманта приходит к нам вечером, когда все мы сидим в гостиной, и родители украдкой бросают взгляд на меня и Лиама. Мы играем в шахматы, и это, наверное, еще более странно, чем мы бы просто сидели напротив. Мы все вместе встречаем ее. Я так сильно нервничаю, мои ладошки потеют. - Ох, Саманта, где же ты пропадала так долго? - спрашивает мама, с ослепительной улыбкой смотря на нее. - Кое-что произошло, - отвечает она. Папа помогает снять ей пальто, и когда она поворачивается к нам лицом, мое сердце готова выскочить из груди. - Что-то серьезное? - мама еще не видит, а папа вешает пальто на вешалку. Почему они не видят? Живот ведь огромен! Я боюсь, что она родит прямо здесь! - Саманта? Саманта! Что это? - и сейчас я облегченно выдыхаю. Они уводят ее в гостиную, и я уже слышу восклики и плачь мамы. - Чего ты боялась? - шепчет Лиам мне. Я облокачиваюсь о стену. - Именно этого. Мама будет в истерике и начнет вспоминать Брайана, она будет сидеть дома и просто доставать меня, - я качаю головой. - Может... - он прикусывает губу и поднимает взгляд, чтобы глянуть в гостиную. Мама обнимает Саманту, и боже, могу поклясться, папа вытирает слезы. - Ты можешь ночевать у меня.       Он опускает взгляд и смотрит на меня. Я щурюсь и приподнимаю уголки губ. - Ты предлагаешь переехать? - спрашиваю я. Лиам застенчиво улыбается. - Ну не совсем, но... - Заткнись, - шиплю я.       Мы идем мимо гостиной, наверх. Мы не говорили с Лиамом о вышибале и о том привидении, которое появилось сегодня в аудитории. Я закрываю дверь в свою комнату за Лиамом и включаю лампу. Снег идет за окном, и это все еще странно, потому что обычно у нас он долго не задерживается. Я придумала кое-что с деньгами, но пока не хочу говорить об этом, мне надо выждать, но это так тяжело скрывать от него это. - Если ты хотел узнать, то вышибала ничего мне не говорил, - начинаю я. - Что насчет женщины? Духа? - осторожно спрашивает он, садясь в кресло и беря в руку одну из книг на полу. - Я хотела спросить это у тебя, - хмурюсь я. - Она приходила к тебе, а не ко мне. - Но ты видел ее, я знаю. - Да, видел, но она пыталась обратиться именно к тебе, - настаивает он. - Я слабее, из-за этого, - говорю это сама себе. Улицы заносит. Это ненормально. Все украсили уже свои дома и поэтому улицы выглядят сказочно. - Не надо винить себя. - Я не виню. Я знаю, что я слабее, и я чувствовала, что она пыталась пробиться сквозь мою защиту, - говорю я. - О чем ты думаешь, чтобы защититься? - я дала слово себе, что ни за что не скажу ему, что думаю о нем. Это слишком интимное. - А о чем думаешь, ты? - переспрашиваю я. Мой вопрос остается висеть в воздухе. Я и не требую дальнейших разборок. - Я все еще думаю, сколько нас таких. Вдруг нас больше, чем, кажется, и мы даже пересекаемся друг с другом? - Это вряд ли. - Ты неуверен, поэтому не можешь утверждать. - В чем я точно уверен, так это в том, что если ты начнешь спорить, мы опять рассоримся, - в его голосе предупреждение. Я начинаю улыбаться, как дура, потому что мне так приятна мысль, что он и правда ревнует меня. - Ты ревнуешь меня к Бену, - говорю я. - С чего ты взяла? - он прерывает наш зрительный контакт, чего не было никогда за всю историю. - Эй, просто признайся, ладно? Ты ревнуешь, - восклицаю я. Мне не нравится, что он не соглашается. Я подхожу к креслу ближе. - Лиам, скажи это.       Надеюсь, я вгоняю его в красу, и он краснеет. Но из-за ночников плохо видно. Я могу флиртовать с ним сейчас, потому что чувствую себя раскрепощеннее. Я чувствую себя более-менее свободной. Будто от того, что Саманта, наконец, сказала моим родителям, одна из ниточек напряженности оборвалась. Но я еще не знаю, что могу себе позволить, а что нет. Я обхожу кресло и аккуратно сажусь Лиаму на колени. Он поднимает взгляд и снова смотрит прямо на меня. Вот черт! - Ты можешь мне признаться, в этом нет ничего постыдного, - хмурюсь я. Рука Лиама ложится на мою спину, а вторая на колено. По мне идет огонь, и я чувствую внутри сосущую пустоту, которая нагоняет страха еще сильнее. - Лиам.       Я не хочу ныть, но я хочу услышать эти слова. - Прошу, скажи, что ревнуешь, - монотонно говорю я, борясь с желанием отвести взгляд. - Чего ты добиваешься, Эбигейл? - я застала его врасплох, поэтому он не готов и поэтому он в ярости. - Я просто хочу, чтобы ты был откровенен со мной, - я хитрю, делаю так, как делает он. - Ты ведь знаешь, что я ненавижу, когда Лия даже рядом стоит с тобой.       Я слишком сильно раскрепостилась, Господи. - Мне не нравится, когда ты слишком близко общаешься с другими парнями. Общайся ближе со мной, но не с другими, - наконец говорит он. Но я не совсем это хотела услышать. - Теперь мне ясно, благодарю за то, что снизошел с небес, - отвечаю я. Лиам раздраженно выдыхает. Я его разозлила. Я обвиваю руки вокруг его шеи и обнимаю его, стискивая в объятиях. Он такой теплый и мягкий и его этот запах. - Я не хочу, чтобы ты злился на меня. - Я не злюсь, - мычит он мне в плечо.       За ужином мы сидим напротив друг друга. Мама не прекращает трещать и все говорит и говорит о ребенке. Мне кажется, что Саманта устала, но не попадает вида. Она поправилась и прыщет здоровьем. - Даже если сказали, что это два мальчика, не факт, что это так, - смеется папа. - В моей клинике было несколько раз, что на снимках отчетливо видели одно, а рождалось другое, каждый ребенок расположен по-разному. Например, Эбигейл, должна была быть мальчиком, по имени Дарнелл, но родилась девочка, которую мы назвали в честь моей бабушки. - У тебя должен быть запасной вариант, на всякий случай, - говорит мама. Лиам бросает на меня взгляд, он смеется. - Моя мама тоже говорит об этом. - Мы должны все вместе собраться на Рождество! Семейный вечер! - говорит мама.       Дальше они говорят о том, что естественно Саманта будет рожать у папы в больнице, потому что его врачи самые лучшие. Они обсуждают игрушки и памперсы. Я ничего в этом не смыслю и сижу, опустив голову на ладони. Поверить не могу, что хотела побить Саманту когда-то. Теперь это кажется мне детским лепетом. Саманта родит близнецов, которые будут похожи на Брайана, это кажется мне жутким. Лиаму звонит телефон, он извиняется и выходит из-за стола. Я провожаю его взглядом, когда он выходит в коридор, и я слышу его приглушенный голос. - Как у вас дела? - я медленно отвлекаюсь на вопрос, который непонятен мне. Саманта улыбается. - Как у вас с ним дела?       Господи, наверняка, она думает, что мы вместе. Мои родители с ехидными рожами глядят на меня. Они такие невыносимые. - Почему вы все думаете, что мы вместе? - вздыхаю я. Саманта приподнимает уголки губ и издает смешок. Лиам входит, не проговорив по телефону и минуты. Если честно я думала, что ему просто тошно от разговоров про детей. - Эбигейл, нам надо ехать, - он останавливается прямо за моим стулом и шепчет это мне на ухо. Родители переглядываются, а я сглатываю, потому что своим дыханием он щекочет кожу на шее. Я коротко киваю, не могу шевелиться, моя кожа вся покрыта мурашками. - Нам надо по делам, - говорю я всем и встаю из-за стола, цепляюсь за ножку и чуть не падаю, если бы не Лиам, который подхватил меня за руку и поставил на ноги обратно.       Мы выходим из кухни и идем в прихожую. - Что случилось? - спрашиваю я, обеспокоенно глядя на него. - Поедем за Беном, - он надевает на себя шапку и куртку, ждет, пока я обую ботинки. Сам берет мою шапку и сам одевает ее на мою голову. Он немного нагибается и легко целует меня в губы. Я съеживаюсь и не отрываю взгляд от него. Меня бьет током и это становится не смешно. - Обещай, что будешь молчать там, хорошо? - Там, это где? - хмурюсь я. Это напрягает меня. - Просто обещай, я не прошу о многом, - Лиам застегивает за меня мое пальто и открывает мне дверь. - Я не могу обещать, потому что не могу оценить ситуацию, - я выхожу на улицу, снег бьет прямо в лицо. Лиам закрывает дверь и спускается со мной с крыльца, мы идем к воротам, к его машине. - Я злюсь. - Ты должен привыкнуть, - цокаю я. Лиам открывает мне дверь в машину. На телефон приходит сообщение от папы. Я поднимаю глаза на окна, он стоит в одном из них.

"Все хорошо? Ты хорошо себя чувствуешь? Вернешься домой?

      Меня выводит то, что он сильно заботится, особенно после того дня, когда в меня врезались. Он следит за каждым моим шагом. Он все еще надеется, что я все ему расскажу. Он забрал у меня снотворное. Он думает, что меня кто-то обижает. Он думает, что я совсем слетела с катушек.

***

      Лиам останавливает машину у какого-то склада, во дворе. Мы выходим из машины. Он смотрит в свой телефон и бросает взгляд на меня. - Если все будет хорошо, то думаю, тебе не стоит возвращаться домой, - говорит он. Я недоуменно смотрю на него. Мое хмурое выражение лица навсегда останется таким. - Если? Что здесь вообще происходит? - зло говорю я. - Об этом я и говорю, твой папа сойдет с ума, потому что увидит твои приступы гнева. Я чувствую, что он видит, что с тобой, что-то не то, - произносит он. - Я разобью твою любимую кружку, - я слышу скрип двери склада, из которого первым выходит Бен, а за ним еще трое, один из которых вышибала. - Ох, Слава Богу, что вы приехали, - говорит Бен. Он отходит на пару шагов от этой банды, но вышибала хватает его за плечо. - Что происходит? - тихо спрашиваю я Лиама. Он не отводит от них взгляд. - Бен напился и решил со всем разобраться сам, - отвечает он. - Мы думали, что вы принесли деньги, а это оказался всего лишь пьяный Бен, - громко говорит один из них. - Мы все еще думаем над этим, - тот только усмехается. - Сколько раз я могу это слушать? - его взгляд падает на меня. Он смотрит на вышибалу и тот кивает. - Надо же, он сам привез тебя сюда, не побоявшись за твою шкуру? - Молчи, - говорит мне Лиам. Он не отец мне, чтобы запрещать. - Пошли, Бен, - говорю я ему. - Когда будут деньги? - спрашивает вышибала. - Когда найдем, - рычит Лиам. - Бен?       Вышибала убирает руку с плеча Бена и тот, пошатываясь, идет к нам. Вышибала зло усмехается в спину. По мне пробегает холодок, когда я вижу, что у одного из них за штанами торчит рукоятка пистолета. Лиам берет за плечо Бена и усаживает его на заднее сидение. Вышибала идет к нам, он подходит вплотную к машине. - Лучше поторапливайтесь, - говорит он прямо Лиаму в лицо. - Заткнись, - говорит ему Лиам. Вышибала раздражительно взмахивает руками и толкает Лиама. - Поосторожней со словами, парень, - угрожает он Лиаму. Друзья вышибалы уже скрылись за дверями, поэтому никто не видит этого. - Лиам поехали, - говорю ему я. Обхожу машину и тяну его к дверце. Мне приходится пройти мимо вышибалы. Я не могу спокойно пройти и ничего не сделать. Мои руки так и чешутся. - Если я не досчитаюсь еще одной руки Бена, пеняй на себя, - я вспоминаю то, чему учил меня брат с папой. Замахиваюсь и бью кулаком прямо в нос вышибале. Он хватается за лицо и отворачивается, пока я сажусь в машину, и Лиам уезжает отсюда. - Ты сделала это! - громко говорит Лиам. Костяшки пальцев болят и горят. - Ты сделала это!       Снова говорит он. На лице восхищение, он управляет машиной, но отвлекается. Поворачивает голову, но по-прежнему держит руль, смотрит на меня и быстро касается губами моих губ. Его поцелуй такой крепкий, я чувствую себя сильной. - Воу, - кричит Бен сзади. Он пьяный, поэтому еще более сумасшедший. - Лиам! - кричу я. Он смотрит снова на дорогу и выравнивает машину.

***

      Лиам садит меня на стул в его кухне и смотрит на мою правую руку. Все в порядке, только небольшие ссадины. Он обрабатывает мои костяшки и перебинтовывает руку. - Это излишне, все в порядке, - говорю я. Я чувствую себя в порядке, во мне нет гнева. Я рада, что не поехала домой, рада, что с Беном все в порядке и он дома, что Лиам не злится на меня. - Я не хочу, чтобы в тебя вцепилась зараза. - Зараза к заразе не пристает, - он завязывает бинт на бант и прячет все в ящик. - Теперь я спокоен. - Ты убьешь Бена? - Лиам зол на него, это ясно даже без дара. - Я ударю его, сто процентов. Он идиот, ему совсем срывает крышу, когда он пьяный, - он берет пачку сигарет на подоконнике, приоткрывает окно и зажигает одну. Я не отвожу глаз от него, пока он задумчиво смотрит в окно и курит. - Даже на том вечере в честь праздников? Ему сорвало крышу, поэтому он все рассказал мне? - Да, даже тогда. Он не контролирует себя, - я ежусь от холодного воздуха. - Ты бы рассказал мне об этом? - спрашиваю я. Лиам окидывает взглядом меня, сигарета дымится и он прикасается к ней губами. Делает это мягко. - Я хотел сделать, как лучше. Пойми, Эбигейл, я не хотел, чтобы ты переживала. Думала об этом, боялась за себя, за своих родных. Я не хотел этого, потому что с такой ситуацией, можно сделаться настоящим параноиком. Я знаю, что тебе тяжело жить с этими способностями, но все бы стало еще хуже. Я бы не говорил только из-за благих целей. Я вижу, что ты несерьезно относишься к этому, - говорит он. - Это все серьезно, эти люди подонки. - Я серьезно отношусь к этому! Я просто не хочу делаться в твоих глазах еще более слабой. - В моих глазах ты сильная, не каждая может жить с этим, я не говорю о твоем неудавшемся суициде. Но тебе можно быть слабой рядом со мной, но не позволять им владеть тобой. - Если бы все было так легко, - шепчу я.       Лиам докуривает. Тушит сигарету об пепельницу и легко, соблазнительно улыбается мне. Так, что я не чувствую своих ног и своих мозгов. Господи, я заплачу от того, что этот прекрасный и самый лучший парень сейчас со мной.       Когда я просыпаюсь, Лиам рядом, он смотрит на меня. Ненавижу, когда кто-то смотрит на меня во сне, потому что я выгляжу просто ужасно. Мы проводим утро вместе. Завтракаем тостами с малиновым джемом, который делает его мама. Я спрашиваю у него про его семью, я не видела их ни разу после похорон Брайана. Мы вместе смотрим телик в гостиной. Его голова покоится на моих коленях, а я играюсь с его волосами. В комнате пахнет елкой, она стоит в углу, маленькая и неладно украшена. Он говорит, что не пытался, потому что он украшал огромную елку в доме его родителей всей семьей. Его старшая сестра Николь на третьем месяце беременности. Она не хочет выходить замуж, поэтому живет в гражданском браке со своим парнем, который играет в футбол. Рут же давно встречается со своим парнем и его мама говорит, что все идет к помолвке.       В три, Лиам собирается в спальне, у него смена в магазине. Я снимаю его шорты, цвета хаки и одеваюсь в ванной. Он подвезет меня до дома. Я все еще не говорю ему о моем плане, потому что не совсем уверена в его действительности. Бен уже звонил и раз пять говорил, что он идиот и к алкоголю больше не притронется. Я плохо знаю его, но Лиам говорит, что это блеф и он напьется уже на рождественских выходных.

***

      Дома я сажусь в гостиной. Замечаю, что мама уже купила одежды для будущих внуков. Папа говорит по телефону с каким-то врачом, видимо спецом по беременности, я только вздыхаю. Они впали в ребячество. Я решаю, что здесь бесполезно находится и пойду я лучше в свою спальню или в комнату на чердаке, любимую комнату Брайана. Там я включаю домашний кинотеатр и беру с собой подушки и одеяла. Иду в ванную, чтобы умыться. Набираю воды в ладони и ополаскиваю лицо. Когда поднимаю голову к зеркалу, замечаю темное пятно сзади себя. Пока зрение фокусируется, я закрываю глаза, когда открываю и оборачиваюсь, сзади никого нет. Я тяжело дышу и протираю глаза. Оборачиваюсь к зеркалу и снова это вижу. Черный силуэт. Там где должно быть лицо белое пятно, а вместо глаз черные провалы. Оборачиваюсь снова к стене, там пусто. Но черный силуэт по-прежнему есть в зеркале. Мое сердце быстро бьется, а страх сосет изнутри. Я глубоко дышу. Я не хочу видеть их в зеркалах. Я не хочу видеть их в отражениях, там, где должна быть я. Может, если я попытаюсь понять голоса, то все эти нападки перестанут быть такими сильными?