Katekyo Hitman Reborn! "Мы из Сибири..."

      Говорят, птица синяя — символ удачи, счастья, желание найти человека, но ещё эта птица мечты. Не такая яркая, как феникс, но такая же волшебная и загадочная.

***

      Только один человек остался в спокойствии и даже был рад опустошению рядов Варии — Занзас. А действительно, чего ему бояться? Они уже достаточно сражались, но если бы этот молокосос сдох… Возможно, они бы попытали счастье и вломили Бьякурану точно. Но, точно врезали? Или им бы перья пересчитали?       Он ещё никого не потерял, только ждал этого момента, чтобы остаться в полным одиночестве и убитым. Мужчина мог бы начать жизнь вновь, смог бы, если только не полная отдача его людей. В частности, его женщины.       Небо понимал, использовал только её тело, но ему были противны эти глаза. Сломленной женщины. Где эта страсть, голос, поведение? Стала настолько слабой и ручной! Что он только в ней нашёл? И пускай руки утопали в крови, пуская скрывает свой настоящий вид за таблетками, где была она настоящая?       Мужчина скучал, ему душно в этом времени, этим днём, утопал в ночи. Завтра… Завтра они выйдут, наконец-таки, на последний бой, если ещё какой-то мусор спасёт их задницы. Небо усмехнулось и плюнуло в цветок. Не его прятаться, спалил бы всё к чёртям и всё. Но она сдерживала. — Чёртова женщина, — выдохнул он и окинул взглядом комнату. Всё то же, что было оставлено полтора года назад. Вернулись вновь.       Человек задумался, его прошлое было довольно интересным и с голубым небом мир. Он скучал по этом времени, желал вновь сесть в любимое кресло, закинуть на стол ноги и сидеть днями и ночами, изредка видя патлатый мусор и других. Был бы рад, если ещё один мусор сидел на коленях и перебирал его дела. Вполне себе уютная жизнь, но вряд ли теперь это будет возможно.       Сжал кулаки, посмотрел в небо и не понимал. В нём просыпалась ярость и ненависть к самому себя, хотелось сжечь себя.       Он был готов потерять всё, пожертвовать всем, но был не уверен в поступках. Что случилось и с ним? Он сбредил!       Как говорят — иногда к нам приходит Чудо, может, Ангел или ещё кто-то, но он вытаскивает нас из задницы, а мы не замечаем. Так и сейчас, только Занзас мог видеть это, слышать, мыслить и решать. Точнее, он не видел, только слышал, но этого было достаточно. — И всё так оставишь? С тобой Вонгола наверняка бы победила. — Мусор! — Не кипятись, я пришёл с миром… Послушай, не хочешь махнуться с прошлым и изменить всё? — Смысл? — Никто не погибнет, разве этого мало? — Подвох? — Подвох? А он дожжен быть в такой ситуации? Если только нужно будет убить себя настоящего и занять своё место, и это всё. Этот мир станет твоим, — голос заглушал любые посторонние звуки. Казалось, что обладатель всё время улыбается и усмехается.       Они говорили с друг другом неопределённое количество времени, Занзас холодел, не верил ни чему, не верил в этих «как бы» фей времени. — Где ты, мусор? — Не скажу и не подскажу — спалишь. Ну так? — Иди на хуй! Я не верю тебе! — гаркнул Занзас и вошёл в комнату. — Ну, это твоё дело, тебе решать. Я буду всегда рядом с тобой, но только этот и последующий день. Ты должен решить, если что — позовёшь. — Зачем тебе это? — Хочу жить.       Так просто. Так ясно. Так понятно. И всё встаёт на свои места.       Незнакомец хотел жить.

***

— Я не вынесу больше, — тихо прошептала Лидия, уставившись в одну точку. Зинаида стояла рядом и подливала гранатовый сок в стакан. Солнце странно улыбалось, словно что-то скрывая. — Понимаю, используйте это… — и вложила в ладонь подруги маленький мешочек, — Кто-то должен остаться. Мы все понимаем. — Спасибо, — и девушка сжала в кулак подарок. Солнце затянула тьма, на землю опустились первые капли дождя, — Это единственный выход. Мой дорогой…       Последние часы… Последние и единственные.       Она с отвращением смотрела на себя в отражении. Её бесили карие глаза, бесили узкие губы, прямой нос, скулы… Бесила саму себя. Ненависть превращалась в пламя, она вырывалась из ладони бывшего командира. Хотелось сжигать, летать и жить. А ещё она ненавидела отвратительного размера шрам, от подбородка до пупка, полученные во время сражения три года назад. — Я защищу тебя, — шептала она, глядя на линии на своих ладонях, — Тебя, мой дорогой…       Небо молча всыпало слоновью дозу снотворного в тюбик с зубной пастой, обтёрло им раковину, высыпало на полотенце, растирало, чтобы всё пропиталось. Ему помогала сама Луна. Уводила предчувствие от любимого. Оно пригласило ванну, целовало его спину, ключицы, губы. Страсть и желание сберечь. На всём теле оставляло следы снотворного, а затем и опоило.       Не известно, стоило это того или нет, но иногда человеческую волю не сломить.

***

      Бельфегор пришёл на могилу своей любимой, провёл рукой по плите, смахивая пыль и осенние листья. Рядом с ним стоял сын. Он грустно смотрел на картину и хотел понять больше и знать, но парень был слишком мал. — Подойди ко мне, — поманил Бел и присел на колено. Тот медленно к нему подошёл, — Я хочу подарить тебе вот этот стилет — твой первый. Он много раз спасал мою шкуру. Это — твоё начало пути киллера. Сейчас ты сядешь в машину и уедешь отсюда, далеко-далеко, туда, где даже Бьякуран тебя не достанет. Когда закончится война — мы встретимся вновь. Береги себя, я люблю тебя, — и зажал его в объятии. — Па-па, — кричал мальчик, когда его насильно садили в бронированную машину. — Прощай, мой юный принц! Берегите его, — приказал принц рядовым, которые теперь станут няньками и хранителями сокровища ураганов. — Есть! — мужчина последний раз видел сына, он знал, так будет лучше. Как только машина скрылась из вида ураган поднялся в свою комнату и начал собираться. Осталось четыре часа до выхода.       Также поступили с Ламбо, Тсуна не могу ребёнка заставить сражаться.

Четыре часа…

      Максим и Беатриса редко разлучались, хоть они были влюблённой парочкой, но держались пока на дистанции друзей. Сейчас они кидали взрывчатки в сумки и шутили над Леви, которые метался между ними, наводя панику.       Вонгола решила одеться не по официальному, в свободном стиле. В ход пошли тёмных цветов майки, обтягивающие штаны, перчатки, ремни, цепочки, даже очки. Каждый офицер был напичкан всеми возможными средствами, от датчиков ночного виденья, следящих жучков до ослепляющего газа. Бомбочки, ножи, оружие, патроны, коробочки, кольца, пистолеты. Они вышли круто. Полными желанием убивать, стирать с лица Земли. Рядовые поражённо на них уставились. От них исходила неимоверно сильная аура убийц. — Где Занзас? — спросил он у Лидии. — Пойдёт за нами. — Но… — Это его воля, уяснил? — схватив за воротник, грозно зашипело небо. — Врой! — Тихо! — шикнула Екатерина. — Ну что, повеселимся? — хохотнул Николай, кидаясь на Луссурию, словно на предварительный бой. — Полны силами, замечательно. Размажем по стенке, — Рада была готова и ждала команды босса. — Иго-го! — рядом с ними был и Дино. Он привёл и своих людей тоже.       Ещё раз обговорим план нападения на резиденцию Мальфиоре, где находился сейчас Бьякуран, они сели по машинам и под «Маму Любу» отправились в путь. Кто остался — отцеплял район, закладывал взрывчатку и сидели неподалёку в кустах, отстреливая вражеских крыс. — Как назовём наш план? — спросила Хроме однажды на собрании. — Ммм, что? — нахмурился Гокудера. — Рис? — хохотнул Ямамото, на что получил испепеляющий взгляд урагана. Некоторые члены семьи расхохотались. — Мстя. — твёрдо произнёс Александр, вглядываясь в своих товарищей, — И сразу понятно.       Хоть это была несмешная шутка, но они все рассмеялись и на том порешали.  — Если мы проиграем — прилетит бомбардировщик и подорвёт всё с взрывчаткой. Полыхнёт, но, думаю, он сдохнет, — сказала Екатерина Тсуне.

Пол часа…

Операция «Мстя» начинается.

      Их высадили далеко до резиденции, теперь они бежали, разделившись, по лесу и убивали всех тех же крыс и роботов.       Внезапно Бел потерял рассудок, его кровь на руках. Глаза ненавистной личности. Та же чёлка, та же корона и улыбка. На летающем кресле. — Теперь я ураган семьи Малфиоре, не ожидал? — жестокая битва с проигрышем твари воздушной. Один из семерых уже потерял голову. Жажда крови захлестнула Бельфегора, Фран еле сдерживал его, заставляя вспоминать Сабину и юного принца. Это помогло, тело короля обвисло на иллюзионисте.       У других было не легче. Они подобрались почти к поместью. Рядовые уже обложили территорий и очистили. В самом здании ещё спали, не прозвучали сигналы, следовательно кто-то их успел вырубить. Некоторые взобрались на крышу, другие ворвались в логово врага через запасные двери, третьи готовили поджог. Всё было спокойно, слышался храм из спален, в кое-каких комнатах горел свет. — Как странно, — прошептала Лидия, ведя за собой Екатерину, — Смотри, камеры вырублены. Прямо открытая площадка для боевых действий. — Да, но наши внутри ещё не были вроде. — Вроде? — раздражённо переспросило небо, взломав замок обычной двери, ведущую в покои рядовых.       Подкравшись к спящим, девушки почувствовали что-то неладное. Стянув одно из покрывал, комнату сокрушил девичий визг. В кровати лежал настоящий скелет. Тут прозвучал взрыв и цоколь взорвался, всё здание резко пошло вниз. Пошли трещины по стенам, потолкам, полу.       Девушки попытались открыть окно, но оно было заперто и никак не отворялось. — Кто был внизу? — кричала Екатерина, выдалбливая оконную раму. — Леви, Зинаида и Гокудера. — Чёрт, прыгаем! — как только произнёс это дождь, прозвучал ещё один взрыв, теперь не стало первого этажа. Подруги выпрыгнули из окна, зацепившись за сухую ветку дерева, съехали вниз. Здание рассыпалось, полыхало. Их обдурили. Всё знали. Оставили пустым резиденцию, заманили в ловушку и съели.       Но пока ещё было относительно тихо, разгребая завалы, те, кто остался в живых и рядом, звали своих товарищей. Из узкого прохода показалась фигура высокой женщины — Зинаиды. Она несла на себе Леви. — Я не знаю, где Гоку. Это была подстава. — Тише, слышите? — в небе начало вырисовываться голова знакомого человека. — Вы думали, что мы настолько глупы? — он не шутил, смотрел с откровенной злобой на них, — Три раза сбегать. Столько напрасных жертв, чтобы поймать и уничтожать вас! — кричал он, — Я думал, что мы играли честно, но вы сами нарушили правила игры, поэтому их могу нарушить и я. Здесь по всюду мины, один неверный шаг, и всё. Доберитесь до меня через моих хранителей! А я посмотрю.       На территории резиденции появились сами хранители Бьякурана, они улыбались, манили к себе, чтобы убить. К товарищам приближались остальные. Первым начали бой Хибари и Конь с хранителем солнца. Они легко прошли ловушки в виде мин, теперь словно парили в воздухе. За ними пошли и два солнышка Варии и дождь Тсуны, достигнув хранителя урагана. — Ку-фу-фу, — трое иллюзионистов взялись за Бьякурана.       Рада с Александром сражались с дождём Бьякурана. Неловкий шаг Николая лишил его жизни под громкий смех неба Мальфиоре. Тсуна спешил со Скуало и Максимом к своим, на них напали рядовые.       Змеи убивают не хуже мин, они ползли по земле, ища своих жертв. Реза — туман семьи Джессо, веерами размахивала над головой и прыгала выше голов, опутывала своими детёнышами врагов, пытаясь заслужить любовь своего господина. За ней стояли Рёхей и Беатриса. Что касалось Петра, он занял место бомбардировщика, ожидая сигнала смерти. Гроза фиалкоглазого наэлектризованной секирой сражался с Ладой, Екатериной и Лидией. Бельфигор решил взять на себя облако.       Звучали мины, звучали удары оружий, выстрелы, крики и вопли, рыки животных, луна наливалась белым окрасом. Бьякуран всё дальше и дальше отлетал к небу, ему порядком представление портили туманы. Сверху мужчине открывались виды на битвы Тсунаёши совсем недалеко. Его люди пробивались к резиденции, они брали в кольцо Вонголу. Им некуда было бежать, пора было заканчивать этот странный спектакль. Разве они могут победить? Они же жалкие воители за мир во всём мире. Пора было захватить полную власть и начать покорять Вселенную. Небо щелкнуло пальцами. Сильным ударом веером Реза полностью обезглавила солнце Вонголы. Все замерли. Вторым взмахом она отрезала палец, на котором было кольцо, последнее, долгожданное кольцо. Ворвавшийся на поле боя Тсуна рухнул на колени и заорал. — Кольцо! — приказало небо, туман подкинула ему его и пронзительно захохотало, — Я… я победил! Окончательно! Хех.. как это было легко.       Савада встал, расставил руки и начал использовать икс-баннер. Из глаз струились слёзы. Солнце Бьякурано лежало в ногах Хибари, но это не радовало. Они не могли проиграть, не могли! — Да здравствует полная власть! — он усмехнулся, — А теперь вы сами умрёте в огне, как и хотели.       Всё наполнил огонь, бомбардировщик вылетел, но этот шаг был тоже испорчен. Реза появилась прямо на носу самолёта, в кабине пилота появилась змея. Он подорвал себя сам, врезавшись в остатки здания, вызвав огромной мощности взрыв.

***

      Очнувшись на полу в ванной, Занзас долго не мог прийти в себя, слишком болела голова. Он не мог узнать время, все часы были сломаны, как и его телефон, заперты двери, окна. Прострация.       Её машина. Спорткар. Он уснул, его опоили. Он возненавидел всем сердцем. Его оставили. Прошло больше десяти часов! Больше десяти часов!       Ту вспышку он помнил до сих пор, когда Лидия потеряла Екатерину. Сейчас почти такая же стремилась в небеса около резиденции Джессо. Неужели?

***

      Люди приходят и уходят, рождаются и умирают, это и есть замкнутый круг. Так всегда говорил самому себе мужчина, не предавал значение смертям, но почему-то сейчас, когда среди знакомых остаток тел, он чувствовал, как всё обрывается.       Люди могут сдаться и сломаться.       Среди устилающих трупов земли он искал лишь одно тело.       Как же хреново закончилась жизнь этих людей. Вонголы больше нет. Есть только Мальфиоре, один властелин, и это не он.       Больше нет патлатого, мальчика-гея, женского пола мусора, нет больше его кресла. Он задавался вопросом: зачем? Зачем она это сделала? Чтобы он увидел это всё? — Где ты? — крикнул он, прислушиваясь к каждому шороху. Он впервые боялся встретить кого-то, чтобы он нарушил его красную картину. Помешал узнать ответ на вопрос. — Скоро рассвета, выхода нет, — ответил ему знакомый голос. Из тени разваленного поместья вышел человек в плаще, — Ключ поверни и полетели… — Что? — Она там, — незнакомец указал в сторону ямы. Занзас медленно подошёл туда и увидел мёртвую Лидию. Она крепко держала за руку Екатерину. Сломанная, некрасивая, сожжённая. Она уснула с открытыми глазами. Зрелище было отвратительным, но не для него, — Видишь? Бьякуран сейчас вставляет последнее кольцо. Вы проиграли. — Почему она это сделала? — Когда любишь — может и крышу сорвать. Но на самом деле не знаю. Так что ты решил? — ПОЧЕМУ. ОНА. ЭТО. СДЕЛАЛА? МУСОР! — крикнул во всю мощь Занзас и ринулся на незнакомца. — Она верила в тебя. Ты — главный герой этой истории, — его ткнули в грудь пальцем. Мужчина замер, — Я не шучу. Единственный, который не потерял ничего и плевал на других. Но сейчас ты такой же. Пускай ты пока не ощущаешь одиночество, но уже через день или два оно тебя убьёт. Скоро рассвет, надо торопиться… Так что ты решил? — Это безопасно? — Иначе бы я тут не стоял…

***

      «Ты должен победить себя прошлого, встать на его место. Ты станешь властелином времени, потому что уже знаешь, чем это закончиться. Ты сможешь всё изменить. Никто не заметит, это особый вид сил. Сквозной. Но запомни, ты можешь пользоваться полученным знаниями, но когда что-то измениться — будет изменяться и будущее, и ход событий вообще. Например: эта война может длиться не пять лет, а год, но может победить и Бьякуран, и Тсуна.

Ты вернёшься в самое начало начал»

***

      Его кресло. Его старый кабинет. И он сам, восседавший на нём, как король. Занзас усмехнулся и без лишних вопросов выстрелил прямо в лоб самому себе. Тело стало распадаться, расщепляться, а его — меняться, он становился таким, как был пять лет назад. Разница — пять лет. Это он узнал, взглянув в календарь.       Отсюда всё и началось.       Приезд Вестра.       Всё началось вновь.       Стянув грязную от золы рубашку, он зашагал к себе в комнату принять душ. Всё должно измениться, иначе всё повторится. Абсолютно всё.       Это серое небо, жаркое солнце Италии, райский уголок Сицилии…       Машины уже должны подъехать к воротам поместья Варии и расплавиться. Наблюдая за этим делом, Скуало не выдержал и заорал: — Врой, что они делают? — но ему тут же закрыли рот и потянули вниз. — Капитан, разве вы хотите отступить от нашего плана? — спросил пофигистичным голосом Фран, наблюдая, как новообитательницы выходили из автомобилей, доставали свои чемоданы и направлялись ко входу. — Маммону это бы не понравилось… — прошептал Луссурия, тихонько выглядывая из окна. — Его уже нет, — грустно произнёс Леви, доставая из кармана платок, чтобы вытереть набежавшую слезинку. — Вы хоть знаете, сколько стоит эта машина? — ошарашено произнёс Бел, прижимаясь к стеклу, — Это самый дорогой в мире серийный спортивный автомобиль с электрическим двигателем. Я слышал, что почти вся партия была изъята их боссом, даже страшно спрашивать зачем. — Не уходите от меня, семпай! — возрыдал Фран, начиная трясти своего учителя, видя, как у того начала течь кровь из носа.       Пока офицеры делились впечатлениями, пятеро дамочек уже спокойно стояли у входа и ждали, когда те соизволят спуститься. Но время тикало, убегало, солнце садилось и очень хотелось отдохнуть, а то перелёт оказался довольно тяжёлым.       Спокойно перешагнув ловушку, некоторые сели на софу, другие встали около стойки с вазой и принялись ждать, ведь мало ли? Вдруг прошлись мамонты и их вытоптали?       Вскоре, почти впервые, в поместье Варии стояла абсолютно-гробовая тишина. Офицеры и любопытные рядовые, смотрящие на дорогущие машины, не подозревали, что будет ждать их внизу. В самой тишине с коварными улыбками офицеры ждали, когда гости соизволят прийти и запнуться об острую нить, но… к их изумлению, ещё полчаса прошло беззвучно, пока они ни подошли к входу. Там они и остались стоять и хватать ртом воздух, как ослы. На них смотрели из копии, только с формами и другими отличительными признаками.       Стоящая девушка напротив, которая взирала на них алыми-алыми глазами, полными ненависти и злости, желая сжечь их на месте, заставила сглотнуть и представить очень печальную картину. Она будто говорила: «Ничтожества» своим поведением.       Рядом с ней стояла пепельноволосая девушка, у которой был пронзительно холодный взгляд, можно сказать, он опьянял. Она была не худой, сколь очень гибкой на вид. Серебряное украшение в виде акулы обращал внимание на длинную шею и на острые ключицы.       На софе сидели четверо: три девушки и один парень. Все они смотрели на хозяев с интересом и немного даже с отторжением.       Вот так и случилась их первая встреча. Суровая Сибирь против Жаркой Италии.

***

— Хрен, да я вас урою на месте! — заорала на месте Екатерина на английском. Мужчины встали в ступор, чувствуя, как надрываются перепонки от звуковых волн. — Опа-на… — прошептал, разводя руками Фран, — Добро пожаловать, гости дорогие! — и выдавая подобие улыбки, больше похожее на мину пьяного наркомана. — Отбросы. где. моя. комната? — по словам произнесла Лидия, в правой ладони уже загорелось яркое и очень страшное пламя. Нечего с отбросами находиться в одном месте. — Наверху, — если менять историю — то с самого начала, спускалось небо с лестницы. — А это кто? — скривилась Зинаида, запуская свои руки в карманы. — Скариани Занзас, — мрачно ответил он, — И уберите эту херню, мусор, — показывая на натянутую нить, — Как дауны. — В-врой, — Скуало будто бы потерял голос, да и все офицеры хватали ртом воздухом. Они не ожили. Его появление было уж больно неожиданным и подозрительным. — Лидия, — подойдя к нему, она протянула руку для рукопожатия. И тот поддержал инициативу. Хоть и скрывая где-то внутри, пытаясь от него отвертеться, от этого чувства, но он был рад вновь видеть этот взгляд. Красивой. Вольной. Уверенной в себе. Непокорной. — Проводите их, — и Занзас ушёл к себе.       Невысокая иллюзионистка протянула свой багаж зелёноволосому чудику и улыбнулась, как только могла она, так по-доброму и мило, так, что мальчишка покраснел и на новом открывшимся топливе взлетел на третий этаж.       Сделав поклон, Бельфегор ухватился за сумку Сабины и чуть в Ад не улетел, но всё прошло довольно хорошо. Он не упал, а мужественно прошёл испытание. Как оказалось, что она тоже принцесса и любит до безумия кофе. Тут же, не упустив момент, ураган пригласил проехаться до Палермо и выпить по чашечке кофе. Они сразу смогли найти общий язык и понять, что их общее будущее возможно. И что не совсем свихнулась с ума Диана, когда решила спихнуть семерых в Вонголу.       Ведь и не такими неотесанными мужланами девушкам они показались, не такими страшными и шумными, как о них говорили. Они увидели в друг друге что-то такое… что-то такое… может быть, даже родное. Да и мужчины зря волновались, все новенькие были абсолютно адекватными, если можно было это так назвать. И пускай они были незнакомы, но эти крепкие красные нити хорошо помнили себя в прошедшем будущем и желали послужить верную службу душам.

Для них всех началась новая… абсолютно новая жизнь.

Конец третьей части