Под маской тигра

- Какого хрена ты вытворял, Том? Не тигренок, а страшный зверь! Ты меня искусал! - ругался за кулисами Тиль, с удивлением смотря на обычно спокойного парня. Сегодня молодого человека вряд ли можно было принять за образец невозмутимости. Весь вечер до представления Томас фыркал и огрызался на Жозе, гримершу и даже Мюллера, а на сцене сам устроил охоту на Тиля. Зрители были в восторге - сопротивляющийся тигренок со своими царапками и укусами казался чертовски сексуальным. Даже в зале понимали, что танец не совсем игра, и охотнику пришлось приложить немало усилий, чтобы все-таки справиться с упрямым хищником. Сейчас Томас мрачно курил, по дитеровской привычке сидя на подоконнике. Тиль разглядывал в большом зеркале шею, на которой краснели следы от острых зубов. - Гадкий кошак, - резюмировал он, наконец. - Что я друзьям скажу? Томас чихнул, посильнее закутался в большой теплый халат, накинутый поверх футболки и джинсов. Грим еще оставался на лице, и это придавало парню фантастический вид. - Курящий тигр - зрелище не для слабонервных, - откуда-то появилась Каролин. Внимательно посмотрела на парней. - Эй, у вас неприятности? - Все вдруг стали такими заботливыми, - проворчал Томас, выбрасывая сигарету. - Тебя Мюллер требует. Срочно, - озвучила причину своего появления девушка. Томас спрыгнул с подоконника. Управляющий, выглядящий не так самоуверенно, как обычно, показал парню на диван. - Знаешь, Томас, ты определенно один из самых талантливых артистов труппы, - начал Мюллер. - Мне повысят зарплату? - сразу перешел к делу Томас. Не то, чтобы он был недоволен финансовым положением. Пожалуй, парень даже мог позволить себе жить широко. Но когда управляющий так начинал разговор, очень хотелось спросить о повышении. Мюллер словно очнулся от размышлений, внимательно посмотрел на свою «звезду» в ярком тигрином макияже. - Эти мальчишки меня в гроб загонят, - сказал он словно самому себе. – Вообще-то я не планировал добавлять денег, и так получаешь достаточно. - Зачем позвал? - хотел знать причину Томас. - В «привате» сидит Михаэль. Он ждет тебя. - Мюллер?! - в голосе молодого человека послышались угрожающие рычащие нотки. - Мы же договорились – никаких приватных танцев! Кажется, в контракте об этом прописано? - Да, да, я помню, ты штучный товар, - устало потер глаза Мюллер – Но Михаэль - очень опасный человек. Он давно тебя просил, а сегодня попал в зал и не уйдет, пока не встретится с тобой. Том. Томас зло смотрел на сконфуженного управляющего. Юноша не знал, чем официально занимался Михаэль, но для себя четко определил область действия с виду тихого и невозмутимого парня – бандит. Даже отвязный Дитер предпочитал не упоминать его имя вслух. Кажется, Михаэль был представителем преступной группировки, которая имела власть над этой частью Репербана. Точной информации Томасу, конечно, никто не давал. Парень чувствовал к себе со стороны Михаэля интерес, когда тот заявлялся с разговорами к управляющему. Бандит всегда вежливо заговаривал с симпатичным юношей, пристально смотрел в глаза, чуть смущенно улыбался. А сегодня засел в кабинете для приват-танцев и ждал выступления. Прекрасно. Вот только этого Томасу не хватало для повышения самооценки. В принципе, артиста его уровня не обязывали работать в випах, и договоренность с Мюллером у Томаса имелась. Танец в привате не подразумевал контактного секса, но по негласному правилу, клиент должен кончить. Томас уже хотел с возмущением послать и управляющего и Михаэля по далекому адресу… Но вдруг блестящая идея сверкнула в голове. Томас, совершенно неожиданно для Мюллера, улыбнулся. - А что мне за это будет? – спросил тоном капризной девочки, пристально смотря на мужчину накрашенными "под тигра" глазами. Мюллер внезапно ощутил, будто над ухом клацнули кошачьи челюсти. Ситуация с Михаэлем вывела его из состояния равновесия. - Что ты хочешь? - Я хочу пересмотра контракта - или сокращения срока «рабства», или аннулирования неустойки. Мюллер поморщился. – Хорошо, Том, обещаю, что пойду тебе навстречу. Поговорю с юристом и нашим владельцем. - Это я иду тебе навстречу. Не забудь об этом, Юрген, - холодно сказал Томас, грациозно поднимаясь с дивана. – Где Михаэль? - Во втором привате. - До завтра, - Томас бросил нечитаемый взгляд на управляющего и преувеличенно осторожно закрыл за собой дверь. Мюллер неожиданно почувствовал себя предателем, кинувшим ребенка в пасть хищному зверю. А в своей гримерке Томас мстительно улыбнулся. Взял со столика большой конверт, утром принесенный курьером, внимательно посмотрел на четыре фотографии с аккуратными записями на обратных сторонах. Друг Гвидо сработал оперативно, всего за сутки снабдив Томаса необходимым материалом. Теперь Михаэль. Если парень на самом деле тот, за кого его принимают, то Томас сегодня реализует свой смелый план. Юноша посмотрел в зеркало. Поправил макияж. Натянул узкие тигровые шортики, черную шелковую рубашку. Пуговицы застегивать не стал, завязав узел на тонкой талии. Немного разлохматил волосы. Чувственно улыбнулся отражению. - Месть – это не закуска и даже не аперитив. Это десерт. В полутемном «привате», на широком диване, сидел крупный небритый парень и пил фирменный коктейль заведения. Он был спокоен, как хищник на отдыхе. Выглядел расслабленным, но внутренне собранным. Томас моментально оценил и стальные мышцы рук, спрятанные под тонкой рубашкой, и серьезное лицо, которое раньше казалось ему незначительным. Он был похож на охранника Кларка, какой-то неуловимой аурой опасности, тяжелой челюстью, цепким взглядом. Только сейчас Томас подумал, что Кларк не просто охранник театра, а может, связан с преступной группировкой… Михаэль неожиданно радостно улыбнулся, увидев хрупкую фигуру у двери. - Ты пришел, тигренок. Скользящей походкой Томас приблизился к вип-клиенту. - Привет, Михаэль, - Томас бросил на диван желтый конверт. - Это что? - уцепился взглядом парень. - Потом, - отозвался Томас, пристально разглядывая молодого мужчину. А глаза у Михаэля были как у Дитера - серо-голубые, с хитрым прищуром. Пожалуй, если он будет смотреть в эти глаза… Томас встряхнул волосами. - Чем обязан, Михаэль? Ты нечастый гость «випов». - Ты сегодня слишком... - мужчина протянул руки. - Без рук, - на автомате отозвался Томас, слегка улыбаясь, словно извиняясь. Михаэль кивнул. - Да, помню правила. Я давно не мог решиться, но сегодня ты мне крышу сорвал. Мне нужно тебя еще раз. Лично для себя. Бандит не отличался красноречием. Томас отошел к музыкального центру, быстро выбрал сборник баллад Франка Дюваля. Со смущенной улыбкой начал медленно распутывать узел на рубашке. Подошел к Михаэлю поближе. - Помоги мне… - проговорил тихо. Мужчина ощутимо вздрогнул, схватился за черную ткань, попутно поглаживая гладкую кожу за рубашкой. Он так увлекся процессом, что не заметил, как Томас торжествующе усмехнулся. Правильная реакция у бандита. Михаэль, наконец, справился с узлом. Быстро провел теплыми сильными руками по обнаженной груди юноши, по плечам, стаскивая рубашку. Томас грациозно отстранился, избавился от черного шелка. Михаэль смотрел на него, не мигая и кажется, не дыша. Облизывал губы. Зрачки стали большими, лишь тонкий ободок радужки позволял определить цвет глаз. Томас решил сегодня играть не по правилам и надеялся на самообладание парня. Юноша изящно покрутился, давая Михаэлю рассмотреть себя со всех сторон. А потом вдруг уселся ему на колени. Мужчина расширил глаза, непроизвольно схватил танцора за бедра, тиская упругую кожу, но быстро опомнился, без напоминаний убрал руки. - А ты правда бандит? - промурчал ему на ухо Томас бархатным голосом. - Я… а зачем ты спрашиваешь? – с трудом сообразил Михаэль. Юноша провел носом по его уху, мурлыкнул еще раз. - Я не всегда соблюдаю закон, - бессильно признался парень. Томас догадывался, что бандита заполнил одуряющий туман возбуждения, а почти вертикальную эрекцию он почувствовал еще раньше. Провел тонкими пальцами по щетине, переместился к волнистым темно-русым волосам. Ласково перебирая пряди, задумчиво произнес: - Говорят, для тебя нет ничего невозможного. Если нужно - расправишься с любым неугодным типом. Достанешь из-под земли. Сотрешь в порошок. Михаэль был поражен эротическими действиями тигренка, юноша возбуждал одними только легкими прикосновениями. Но Михаэль не был дураком и тут же понял, чем вызвала особая благосклонность неприступного артиста. - Тебя кто-то обидел? Желаешь отомстить? - Ты умный, - с видимым удовольствием отозвался Томас и вдруг лизнул парня в ухо. Михаэль блаженно прикрыл глаза, а Томас пробрался теплыми ладошками под рубаху и начал кружить тонкими пальчиками вокруг сосков. Уселся на сильных коленях поудобнее, поерзав попой по черным джинсам. Михаэль сцепил зубы, сдерживая свои явные желания. Только стриптиз. Никакого траха. Но как же хотелось! Томас так просто читал эмоции по лицу, словно Михаэль сказал вслух. - Кто осмелился обидеть тебя на моей территории? - наконец, смог прорычать Михаэль, вдруг поняв суть проблемы. - Некие приезжие плохо поступили с моим лучшим другом, - шепнул в шею бандиту Томас. - Они во что-то играли. Подстроили моему другу проигрыш. Вместо денег, заставили отработать по-другому. Томас отстранился от Михаэля и серьезно посмотрел в светлые глаза: - Ты понимаешь, как? Бандит кивнул, внезапно темнея лицом. - Приезжие? - Да. Четверо из Геттингена. Унизили парня прямо здесь, на Репербане. Я хочу защиты. Вчера мой друг, завтра могу оказаться я… Михаэль все-таки подхватил Томаса под круглые ягодицы, так маняще упакованные в маленькие трикотажные шортики. - Считай, они уже трупы. Но мне нужны данные. Томас показал глазами на конверт, осторожно перемещая горячие мужские ладони со своей задницы хотя бы на талию. Михаэль кивнул, откинул голову, зажмурился, притянул сексуального юношу поближе - так, что возбужденный пах прижался к животу Томаса. На лице юноши появилась хищная улыбка, так гармонирующая с тигриным макияжем. Медленно, под музыку, Томас начал двигаться, сидя на коленях Михаэля, притираясь собственным телом к джинсовой выпуклости бандита. Ритмично, чуть ускоряясь, позволяя мужчине тискать свои бедра и все сильнее прижимать к себе. Задавать темп. Михаэль стонал сквозь стиснутые зубы, наслаждаясь близостью желанного юноши. Томас решил преподнести еще один сюрприз - потянул молнию на черных джинсах и обхватил узкой ладошкой большой член. Михаэль вскрикнул, широко распахнул глаза. Кажется, он не мог поверить своим ощущениям, но представшая картина убедила в правдивости происходящего и усилила возбуждение до предела. Томас быстро двигал рукой по стволу, поглаживая головку, распределяя смазку. Закушенная губа и внимательный взгляд темных глаз дополняли завораживающую сцену. Михаэль почти сразу излился прямо в руку Томасу, громко застонав и вцепившись пальцами в плюшевый диван. Томас сполз с колен обессиленного парня. Заметил взгляд Михаэля, медленно поднес мокрую ладонь ко рту и лизнул кончиком острого языка. Михаэль счастливо улыбнулся. Забрал конверт. - Я сообщу тебе о дате похорон. Томас усмехнулся, наклонился к уху бандита. - Не надо жертв. Я только хочу, чтобы им было так же больно. С чарующей улыбкой он провел губами по лицу Михаэля и выскочил из кабинета. Сердце еще бешено колотилось, а по спине бегали щекотные мурашки, когда Томас избавлялся от макияжа в маленькой гримерке. Смотрел на себя в зеркало и презрительно обзывал бандитской подстилкой. Но почему-то ему было весело. Добиться наказания для ублюдков оказалось слишком просто. Томас видел глаза Михаэля. Он выполнит обещанное, даже если те парни представляли из себя какую-то ценность. Чтобы вернуться за благодарностью. Кстати, как Томас собирался благодарить бандита? Юноша переоделся в джинсы и свитер, взял сумку и вышел в коридор. По пути завернул в репетиционный зал, откуда, несмотря на поздний час, звучала музыка. В зале ругался Жозе. Хореограф пытался синхронизировать движения группки неотесанных девиц, взятых накануне для классического канкана. Чернокожий красавец уже чуть не метал молнии в бездарных девчонок. - Я на минутку, - Томас бочком просочился в зал. - Где у тебя кассеты? Можно взять на пару деньков? Жозе махнул рукой в сторону музыкального центра. – Бери. Справа порнуха, слева просто фильмы. Игнорируя заинтересованные взгляды полуодетых девушек, Томас прокрался в другой конец зала и быстро выбрал несколько видеокассет. Ехать к Дитеру не имело смысла, на улице была уже глубокая ночь. Еще до выступления Томас звонил другу и убедился, что тот в нормальном состоянии и язвительном настроении. Пожалуй, он навестит его завтра.