Do it...

- Икс равен двадцати пяти.

Лидия продолжает смотреть в доску: цифры перед глазами разбегаются, буквы грохнулись в Марианскую впадину, а сердце звучит так громко, что, кажется, через город скоро пройдет землетрясение. Тейт непонимающе хмыкает, но, не особо-то и вникая в ход мыслей Мартин, записывает ответ на доске. У девушки даже не зарождается мысль, что ее могут обмануть: это ведь Лидия, она всегда придет на помощь нуждающимся.

- И, милая, убери коготки.

Лидии кажется, что все ее внутренности привязаны к горе воздушных шариков. Если ветер подует чуть сильнее, то она просто взорвется изнутри, ведь ее будет тянуть в разные стороны. Безумно хочется обернуться и заставить Стилински удостовериться в том, что его ненаглядная не знает банальных истин. Однако это все совершенно не в стиле новой Лидии. Мартин бросает взгляд в сторону Тейт: та смотрит на свои когти и, еле заметно ахая, прячет их. Некое самодовольство умирает так же быстро, как и появилось. Под дых бьет понимание того, что, как бы ни была она, Лидия Мартин, хороша, выбор пойдет не в ее пользу. Телефон Стайлза еще не готов разразиться пронзительной трелью, но Лидия знает, что он скоро завибрирует. И, конечно, она знает, что с ней забудут поделиться важной информацией. Плечи нервно дергаются, руки машинально продолжают расписывать решение примера. Мысли заблудились в гигантском лабиринте, мозг атакуют непонятные монстры, а Диего, стоящий рядом, завистливо присвистывает. [Что. Черт. Возьми. Она. Делает.] Что, черт возьми, я делаю? – Лидии кажется, что она знает все мысли Стилински. Они настолько прозрачны, что хочется кинуть в них камнем, лишь бы рассыпались горой осколков, ранив всех на своем пути. Телефон вибрирует, Стайлз дергается, заставив свой пульс ускориться практически в три раза. Лидия понимающе хмыкает и возвращается к доске: ей, конечно, никто ничего не скажет.