Парк

Джексон вышел из парка, тяжело дыша и стараясь не уронить безжизненное тело Марка. Руки болели, а плечо ломило. Тело уже забыло, каково это – тренироваться каждый день. Когда-то Джексон был очень сильным, спортивным, но офисная работа и рутинная жизнь расслабили его, хотя еще немного сил осталось. Аккуратно положив Марка на сидение такси, Джексон сам сел сзади и назвал адрес. - Пожалуйста, побыстрее. - Ого… Интересненько, - хмыкнул водитель, искривляя губы в глупой усмешке и поглядывая то на спящего Марка, то на запыхавшегося Джексона. - Эм, это не то, о чем вы подумали, - начал оправдываться Ван, услышав пошлые нотки в его голосе, - Он просто… - Да развлекайся, сладенький, - загоготал таксист и рванул, как просили, к дому Джексона. Ван недоуменно посмотрел на него, но решил ничего не отвечать, внутреннее состояние сейчас было и так ни к черту. Откинувшись на спинку сидения и беспокойно поглядывая на Марка, он нервно кусал губы и оглядывался по сторонам, высматривая знакомую многоэтажку. Несколько минут, и Джексон снова взял на руки горе-акробата и потащил его к себе домой. Марк машинально, сквозь сон сцепил кисти на шее Джексона, заставляя его вздрогнуть. Тихо, чтобы никто не услышал (а в особенности бабушка Ли), Ван вышел из лифта, мысленно проклиная старые скрипящие двери. «Вот же черт. Ключи. Надо достать ключи», - ругался он, роясь в кармане джинсов и пытаясь не уронить Марка. Замок как назло не хотел поддаваться. Спустя несколько бесконечно долгих секунд, что-то щелкнуло, и дверь открылась. Победно вздохнув, Джексон шагнул в квартиру. - Фух, я даже девушек так не приносил, - выдохнул Ван, кладя Марка на свою кровать и снимая с него кроссовки. Туан снова что-то простонал, сворачиваясь калачиком и заходясь в приступе кашля. Его знобило. Джексон побежал в ванную. - Дерьмо. У него температура, - шипел Джексон, роясь в аптечке, - Антибиотики, жаропонижающие, обезболивающие... Схватив все лекарства в охапку и попутно налив стакан воды, он кинулся обратно в спальню. Аккуратно придерживая голову, Ван напоил Марка таблетками, снял с него толстовку и укрыл теплым одеялом. «Марк, ну как же ты так? Что тебя туда понесло? Сколько же ты не спал?» - переживал Джексон, глядя на разгоряченное лицо. Марк ровно дышал, его грудь тяжело вздымалась, лоб был покрыт легкой испариной. Джексон принес небольшой тазик воды и полотенце. Встав на колени у кровати и смочив тряпочку, он приложил ее ко лбу Марка, услышав легкий, почти беззвучный выдох. Джексон, улыбнулся, разглядывая каждую черточку его лица, освещенную лунным светом. Пухлые губы чуть приоткрыты, пышные ресницы слегка дрожат, на щеках нездоровый румянец, каштановая челка прилипла ко лбу. Несомненно, он был очень красив. Появилось нестерпимое желание провести пальцем по этим скулам, чуть ниже к шее, коснуться выпирающих ключиц. Джексон наклонился довольно близко, чтобы рассмотреть каждый миллиметр его лица. Но Марк снова зашелся в сильном кашле, и Ван отпрянул. - Что-то я размечтался, - хватаясь за сердце, выдохнул парень. «Надо же было себя до такого довести», - качая головой, причитал Ван, - «Черт, у него же там еще что-то со спиной», - он бережно повернул Марка на бок и слегка задрал футболку. На бледной коже в районе поясницы виднелся большой синяк. Джексон провел большим пальцем вокруг ушиба и вновь услышал болезненное шипение Марка. Его тело напряглось, и парень снова свернулся калачиком, впиваясь пальцами в подушку. Позвонки так выпирали, что их без труда можно было пересчитать. Джексон отметил его нездоровую худобу: «Он вообще что ли не ест? Жесть...». Ван принес пакет льда и приложил его к пояснице. Марк прерывисто выдохнул и немного расслабился. Ван держал пакет со льдом, тем временем скользя взглядом по изгибам тела, по сильной спине, скрытой темной футболкой, опускаясь ниже к пояснице. Внутри что-то сжалось от того, что в такой идеал вторгался чертов синяк. Джексон закусил губу и убрал лед, который за это время от высокой температуры Марка подтаял. Он заботливо укрыл его одеялом и приложил руку к влажному лбу. Температура медленно спадала. Усталость валила с ног, но нужно было еще через несколько часов дать таблетки и периодически прикладывать полотенце. Луна пробивалась сквозь легкие шторы, освещая небольшую спальню Джексона. Парень сел на пол, привалившись к кровати и согнув одну ногу в колене, тяжело выдохнул и прикрыл глаза. «Зачем я все это делаю? Зачем я его притащил к себе, а? Почему нельзя было отвезти его в больницу?» - думал Джексон, сжимая в руке влажное полотенце. Сквозь шум ночного города пробивалось слабое сопение молодого человека, мирно спящего на кровати Вана. Веки Джексона тяжелели, разум постепенно затуманивался, рука с полотенцем бессильно упала на пол. Марк проснулся от дикой боли в спине. Было ощущение, что тысячи раскаленных иголок вонзились в поясницу, и простое движение казалось чем-то нереальным. Закусывая губу, чтобы не закричать, он сел на кровати, упираясь на руки сзади. «Где я, черт побери?» - оглядывая спальню и щурясь от яркого солнечного света, соображал парень, - «Последнее, что я помню – это как я упал в парке на спину. И еще чей-то голос». Марк повернул голову влево к окну и его взгляд упал на молодого человека, спящего совершенно в неудобной позе. Его голова была откинута назад, рот слегка приоткрыт, одна нога согнута, другая вытянута, в руке было сухое полотенце, а недалеко стоял тазик с водой. Туан, окончательно проснувшись, узнал в нем недавнего надоедливого знакомого. - Дерьмо, - прошипел он и попытался встать. - Согласен, - прохрипел внезапно Джексон и перебрался на край кровати, отбросив в сторону полотенце, - Доброе утро, Марк. Все мысли внезапно покинули его голову. Парень пытался сообразить, что ответить. В горле пересохло, во рту была какая-то противная горечь от таблеток. Широко распахнув глаза, он только и смотрел на улыбающегося Джексона, пытаясь хоть что-то вымолвить. Внутри был фонтан из негодования, потерянности, непонимания, страха. - Ты…Я… Что я здесь делаю? – слова были тяжелыми, словно камни. - Ну, я принес тебя сюда... – начал объяснять Джексон, но Марк не дал ему договорить: - Это я понял. Зачем? – выделяя каждое слово и прожигая новую дыру в собственном спасителе, прохрипел Туан. - Так. Погоди, не нервничай, - поднимая руки, сказал Джексон, - Ты вчера какого-то хрена тренировался вечером в парке, неудачно приземлился и вырубился. Ты еще и болеешь. Я принес тебя сюда, - пожимая плечами, сказал Джексон, как само собой разумеющееся, и внимательно наблюдая за Марком. Его глаза становились все шире, а пальцы яростнее сжимали простыни. - Вообще-то, спасибо должен сказать, - съязвил Ван, похлопывая парня по ноге. Тот резко дернулся, напугавшись неожиданного прикосновения, и поморщился от внезапной вспышки боли в пояснице. Джексон обеспокоенно поглядел на него, - Лучше бы тебе не двигаться. - Сам знаю, - огрызнулся акробат, но все равно попытался встать с кровати. - Да лежи ты, - надавливая на грудь Марка и кладя его обратно, сказал Джексон. В глазах акробата было жуткое непонимание: «Зачем он это делает? Что ему от меня нужно?». Он нехотя лег, - Лежи спокойно, не дергайся. Как ты себя чувствуешь? Неожиданная забота со стороны практически незнакомого человека заставила Марка снова проглотить язык. Он беспомощно хлопал глазами и смог пролепетать только: - Что тебе нужно от меня? - Мне? Ничего. Или тебе не нравится, что я тебя не оставил там, на холодной, мокрой земле, а спас тебе жизнь? - Джексон начинал злиться. Все его труды и забота летели коту под хвост. Обида быстро подступала к горлу. Марк не знал, что ответить. Тишину прорезал только шум машин на улице. Акробат растерялся, чувствуя тяжелые волны злобы и обиды, исходящие от Джексона. Парень снова сел, превозмогая боль. - Нет, - спустя несколько секунд прохрипел Марк, пряча взгляд в складках одеяла, и еле слышно прошептал, - Спасибо. - Что ты сказал? - Джексон наклонился ближе, подставляя ухо, явно издеваясь. - Я сказал - спасибо, - выпалил Марк, глядя прямо в глаза. - Ну, спасибо в карман не положишь, - дьявольски ухмыляясь, сказал Джексон и еще ближе наклонился к Марку, опираясь одной рукой о спинку кровати прямо возле его плеча, а другую руку заводя за спину. Сидящий напугался и шумно вдохнул воздух сквозь крепко сжатые зубы. - Что ты имеешь ввиду? - тихо спросил Марк. Его сердце билось в бешеном ритме. Он до безумия боялся вторжения в личное пространство. - Не волнуйся, я тебе скажу, как вылечу. Будут два желания, - подмигнул он. - Почему два? - Потому что я так хочу. Это будет плата за мое время, потраченное на тебя, Марки, - Джексон щелкнул пальцами, отстраняясь, и улыбнулся, - Выпей таблетки, - он указал на горсть лекарств на тумбочке, - А я пойду варить кашу. - Но что за желания, а? – беспомощно закричал Марк вслед уходящему на кухню Джексону, но ответа он не получил. «Что за черт? Что вообще происходит? Джексон… Этот придурок опять вторгается в мою жизнь. Что я ему сделал? Нет, конечно, спасибо ему огромное, но почему он не отвез меня в больницу?» - Марк лег на спину, сминая руками простыни и закусывая губу от боли, - «Спина не сломана. Просто сильный ушиб, как всегда. Обычно все намного хуже. Неужели он мне лед приложил?» - он повернулся на бок и завел руку за спину, прикасаясь к пояснице. Было так больно, что из горла рвался крик, но Марк издал лишь слабый стон, прикусывая язык. Через несколько дней все станет лучше. Надо просто немного подождать. «Надеюсь, он меня не отравит», - Марк услышал, как Джексон гремит посудой и сильно ругается. Прикрыв глаза, он пытался вспомнить, что было той ночью. Смутные образы, крики Джексона, боли в спине, холод в пояснице. Не было ясно, что снилось, но удивительно, он выспался. Хотя в последнее время выспаться было огромной удачей. Марк приподнялся на кровати и выпил лекарства. «Хрена себе таблетки. Он дорого меня лечит!» - глядя на коробки и прикасаясь ко лбу, подумал он. Температуры не было. Остался только кашель и легкий насморк. Марк не любил лечиться. Не хватает времени, денег, да и вообще он придерживался принципа «само пройдет». Парень сел, облокачиваясь на спинку кровати, и посмотрел в окно. Если солнце так ярко светит, значит, время уже около обеда. «Я не пошел на работу… Прекрасно», - откидывая голову назад и тяжело вздыхая, думал Марк, - «Вечером попрошу прикрыть меня Джуниора. А что делать с кафе? Ладно, потом разберемся». Через пятнадцать минут он услышал торопливые шаги с кухни и повернул голову в сторону двери. - Я не знаю, я пытался. Вроде, должно получиться нормально, - Джексон поставил разнос с тарелкой рисовой каши Марку на колени, - Приятного аппетита! - Откуда мне знать, что ты меня не отравишь? – Туан поглядел на то, что с трудом можно было назвать кашей, и поднял глаза на Джексона. Это было нечто среднее между клеем и слипшимися комочками крахмала. Ван цокнул, закатив глаза, и вырвал палочки из рук Марка. - Доволен? – он съел немного из его тарелки и внезапно скривил лицо, - Боже, нет, не ешь. Это отвратительно. Марк, пряча лицо в ладонях, засмеялся так звонко, что Джексон сначала оторопел. «Он улыбается… так заразительно», - пронеслось в его голове, а на лице неожиданно для него самого появилась легкая улыбка. - Ну, ладно-ладно. Хватит ржать. Я сейчас закажу что-нибудь, - Ван убрал разнос, все продолжая улыбаться, подошел к шкафу и начал что-то искать там. - Нет, не надо. Я, наверно, домой пойду, - Марк перестал смеяться и внимательно следил за действиями Джексона. Тот рылся в целой горе одежды, периодически поглядывая на сидящего парня и что-то бормоча себе под нос. - А ты никуда не пойдешь, - усмехнулся он, кидая на кровать белую майку и легкие серые штаны, - Ну если только в душ. Встать сам можешь? - А что я, собственно, здесь у тебя забыл? Спасибо тебе, что спас меня и еще лечил такими таблетками, я позже все верну. Я отдам долг, - Марк откинул в сторону одеяло и аккуратно, опираясь о тумбочку, встал с кровати. Голова немного кружилась, и его повело назад, но Джексон быстро среагировал и схватил его за запястье. Туан рефлекторно сжал кулак и с отвращением скинул руку Вана. Молчание длилось вечно. - Иди в душ. Прямо по коридору. Все, что тебе нужно, там есть, - стальным голосом сказал Джексон и вышел из комнаты. Он буквально кипел: «Да какого хрена? Почему он так себя ведет? Я тут распинаюсь, а он? Аищ, пусть делает, что хочет». Он столько сил вкладывает, а этот парень ведет себя с ним так, будто Ван - маньяк-извращенец, который всячески домогается до невинного мальчика. Парень сел на диван, потирая виски, как вдруг услышал шум воды. «Надо же», - подумал он. Злоба мгновенно пропала, так как Джексон был очень переменчивым. Ван был доволен, что этот упертый парень хоть как-то его слушается. Марк прикрыл глаза, наслаждаясь горячими потоками воды. Боль постепенно уходила, остались только слабые отголоски, которые усиливались периодически при резких движениях. Обезболивающие были как раз кстати. Марк просто стоял под горячим душем, не думая ни о чем и словно впадая в транс. Минут через двадцать парень вздрогнул, очнувшись, и тяжело вздохнул, вспоминая, где находится. Одевшись, он тихо вышел из ванной и медленно побрел по коридору. Слева находился вход в спальню, а в конце направо была дверь в зал. Было как-то неловко находиться в чужом доме, да еще в чужой одежде. Марк редко ходил в гости и вообще дружил с кем-то. «Меньше общаешься с людьми - меньше боли от них получаешь», - принцип, которому следовал Туан. Временами этот принцип был неверен и даже совсем не помогал, ведь человек не может жить один, и Марк страдал, но держался, хотя последнее время делать это становилось все труднее. Он неуверенно вошел в гостиную. - О, ну что? Что закажем? - Джексон сидел на диване, закинув ноги на кофейный столик. Марк ошарашенно посмотрел на него. Он ожидал гнева, злости, но не этого, - Я готовить не умею. - Не надо ничего заказывать. Ведь эти деньги войдут в сумму долга, я правильно понял? Я сам все приготовлю, - тихо сказал Туан, сминая большую белую майку и глядя в пол. - О, так даже лучше. У меня продуктов много. Пошли на кухню, - Джексон соскочил с дивана, довольно хлопнув в ладоши, и поманил рукой Марка за собой. Кухня была небольшая, но очень уютная. Марк огляделся, привыкая к новой обстановке. Джексон тем временем достал все, что необходимо, и сел за круглый кухонный столик, подпирая рукой лицо и наблюдая за акробатом. Тот ловко орудовал приборами, добавлял все, что нужно, очень точно, хоть и на глаз. Пухлые губы были поджаты, взгляд сосредоточен, брови сведены. Туан занимался любимым делом, ни на что не отвлекаясь. Всем известно, что очень интересно наблюдать за работающим человеком. Джексон даже не обратил внимания, что сидит уже минут десять с открытым ртом и откровенно пялится на Марка. Свободная майка оголяла бледное тело, острые лопатки, тонкие ключицы, изящную шею. Этот парень и не подозревал, насколько он сексуален. Джексон только сейчас заметил, что у Марка проколоты уши. Он усмехнулся, дотрагиваясь до своих ушей. Раньше они тоже были проколоты, но менеджеру по кредитам в банке нельзя быть «таким вульгарным». Марк тяжело, опираясь о стену и морщась от боли, сел на стул напротив Джексона. Они молчали. Нужно было много о чем спросить, много о чем поговорить. Но ни тот, ни другой не хотел начинать разговор первым. Неожиданно Марк зашелся в новом приступе кашля. - Скажи, зачем ты пошел вчера туда? – от долгого молчания голос Джексона прозвучал немного хрипло. - Туда? Не знаю. Просто все осточертело. Я хотел полетать, - иронично сказал Туан, запуская пальцы в волосы, - Прыжки мне всегда помогают. А парк – единственное место, где я могу свободно это делать. - А болезнь совсем не помеха? Марк пожал плечами. Снова тишина, нарушаемая только шумом машин за окном, тиканьем часов и легким шорохом ветра, пробирающегося в квартиру. - Джексон, что ты хочешь от меня? – в который раз спросил Марк. - А простое общение тебя не устраивает? – вопросом на вопрос ответил Ван, глядя прямо в глаза, - Почему я должен от тебя что-то хотеть? Марк опять замолчал и отвел взгляд в сторону. Джексон не стал требовать срочного ответа. Тема не закрыта, и это пугало. «Он же должен быть нормальным, правда? Иначе бы он меня не спас», - думал Марк. Глянув на часы на стене, Туан попытался встать, снова опираясь о стену, как почувствовал теплую ладонь на локте, которая подталкивала его, помогала ему. Джексон неловко, но так солнечно улыбнулся, его глаза блестели. От этого внутри что-то сжалось. Стало немного теплее. «Я решительно ничего не понимаю», - поджимая губы и кивая головой в знак благодарности, подумал Марк. Джексон помог переложить кашу в тарелки. Запах риса напомнил ему о детстве, о беззаботном времени и вкусной еде. - О, мой Бог, Марк, это так вкусно! – воскликнул Джексон. - Это просто рисовая каша, - сказал Марк, глядя, как на дурака. - У фепя фаланф, - с полным ртом промычал Ван, а Марк не смог сдержать улыбку. - Спасибо, - хмыкнул он. «Он такой странный», - подумал Марк, периодически поглядывая на Джексона, - «Вообще странный. К чему такая забота? Ему ничего от меня не нужно? Просто общение? Быть не может. Людям всегда что-то нужно». Только сейчас в спокойной обстановке под тихий шорох колес о дорогу и шелест листьев, Марк заметил, что Джексон довольно привлекателен. Большие глаза, которые всегда сияли живым огнем, прямой идеальный нос, алые полные губы, темно-каштановая челка, которую Ван откидывал каждый раз, когда она мешала ему, натренированное загорелое тело, сильные руки… Марк поперхнулся, когда Джексон внезапно посмотрел на него. И Туан не заметил улыбку, игравшую на губах Вана. - А мы не закончили разговор, Марки, - откидываясь на спину стула, вкрадчиво сказал Джексон. - Какой еще разговор? – он недоуменно посмотрел на Вана. «Не нравится мне этот тон», - подумал он и отложил палочки в сторону, кладя руки на колени. Нервно сглотнув, парень хлопал глазами и сминал легкую ткань штанов. - А тот, что начали в баре. Ты не рассказал о себе. И это мое первое желание. Ты обещал отдать долг. - А давай чай попьем? - лукаво улыбнулся Марк, пытаясь отойти от темы. Джексон искоса посмотрел на него, с подозрением щуря глаза. - Но ты не уйдешь от разговора, - вставая из-за стола и щелкая пальцами, сказал Джексон, - Говори, что делать. Я не умею. Под руководством «гуру чая и еды» (так называл его Джексон) Ван сделал все идеально. Кухня наполнилась терпким ароматом свежезаваренного чая. Парни легко улыбнулись сами себе, вспоминая тот волшебный вечер в баре. Не хватало сейчас только сладкого голоса джазовой певицы и слабого света ламп. - Давай начинай, Марки, - Джексон поставил чашку и облокотился на стол, подпирая щеку рукой, хитро глядя на собеседника. - Я не знаю с чего начать, - Марк прятал взгляд, словно боялся, стеснялся Джексона. Неловкое молчание. Стрелки отсчитали пять секунд. Ван склонил голову на бок. - Начни с главного, - тихо сказал Ван. На губах играла легкая улыбка. - Я... Я Марк И-Ен Туан. Живу здесь давно, но родился в Америке. Работаю, как ты уже заметил, в кафе днем и в баре по вечерам, - Марк тихо, неуверенно говорил. Но голос, который был сначала охрипшим, слабым, становился все крепче. Человеку приятно, когда его слушают. - О, интересно, - сказал Джексон. «Он серьезно, что ли? Он не шутит? Ему, правда, интересно?» - удивился Марк, но на душе стало немного теплее. Словно огонек Джексона передался ему. - А давно ты занимаешься акробатикой? - С детства, - слегка смущаясь и почесав затылок, ответил Марк. Он постепенно, под живые вопросы Джексона, под солнечные лучи, пробивавшиеся сквозь синие занавески, под еле слышное тиканье часов, раскрывался. Ван почувствовал это, но напирать сильнее не стал. Марк все чаще радовал его своей улыбкой. Конечно, он по-прежнему был очень замкнутым. Но, как говорится, лед треснул. Хоть и немножко. Минутная стрелка сделала пол-оборота, как у Джексона внезапно зазвонил телефон. «Твою ж мать… Работа. Я совсем забыл. Марк, блин, Туан», - чертыхался мысленно он, забегая в спальню, и пытался найти источник шума. Тот разрывался от входящего вызова. «Фух, хорошо, что не начальник», - Джексон схватился за сердце, когда увидел на экране «Джебом», а не жуткое, бросающее в пот «Босс». - Да, Джейби, я уже еду. Да-да, скоро буду, - быстро затараторил Ван, попутно доставая офисную одежду, - Я просто немного проспал. Ты меня прикрыл? Спасибо огромное! С меня бутылка. Все, еду. Марк услышал шум и грохот в спальне. Беззвучно засмеявшись, он вошел в комнату и облокотился на дверной проем. - Работа, да? – издеваясь, спросил Туан, закусывая внутреннюю сторону щеки, чтобы конкретно не заржать. - Марк, собирайся, поехали. Я отвезу тебя домой и рвану скорее на работу, - в глазах Джексона был ужас, взгляд метался от одной вещи к другой, одежда в беспорядке была раскидана по всей комнате. Джексон сорвал с себя футболку через голову, повернувшись спиной к Марку. Туан давно не видел такого сильного тела. Загорелые плечи, в меру накачанные руки, мускулистая спина. Он отвел взгляд в сторону и достаточно громко сглотнул, чтобы Джексон повернулся к нему. - Ты как себя чувствуешь? Нормально? – Ван не дожидался ответа, - Одежду потом отдашь. Бери портфель и пошли, - натягивая на себя брюки и прыгая по комнате, собирая последние вещи, торопливо сказал Джексон, подгоняя Марка к выходу. Туан засмеялся, взял портфель и вышел в коридор с мыслью: «Какой же он резкий, все-таки». Пока он обувался, стараясь не обращать внимания на уже ослабшую боль, хорошо приглушенную таблетками, Джексон закинул в его раскрытый рюкзак лекарства. Марк открыл рот, пытаясь что-то сказать в знак протеста, но Ван только покачал головой и вытолкал его из квартиры. - Джексон Ван, мне придется отплачивать тебе за все? – шипя от боли и недовольства, спросил Туан. - Аищ, Марк. Я опаздываю. Не сейчас. Поехали, - схватив за руку и заведя в лифт, прошипел он. В кабинке он завязывал галстук, попутно надевая пиджак и укладывая бумаги в портфель. «Это у него всегда так? Импульсивный какой. Тяжело ему, наверно, жить», - качая головой и еле сдерживая смех, подумал Марк. Красный BMW выехал на солнечные улицы Сеула, вплетаясь в поток спешащих людей. «Что же я такого сделал, что мне так не повезло? Или повезло?» - Марк косился на нервного Джексона, крепко сжимающего кожаный руль автомобиля. Его лицо было сосредоточено, он постоянно закусывал губу и проверял время, ругаясь и крича на «тупых водителей, которые купили себе права». Марк косился на него, но молчал, прикрывая улыбку ладошкой и стараясь контролировать себя. Джексон злился очень смешно. Его жесты, эмоции и мимика были такими яркими, что Туан задался вопросом: «Почему он не пошел в актеры?». - Где ты живешь, Марк? – жестко спросил он, не отвлекаясь от дороги. - Высади через пару домов от моего кафе. Я дойду, - ответил Марк. - Точно? – Джексон внимательно посмотрел на него. В другой ситуации он бы стал точно выяснять правду, пока не докопался бы до самой глубины, но не в этот раз. Время конкретно поджимало, а еще раз остаться без премии совершенно не хотелось. - Точно. Автомобиль резко затормозил в указанном месте. Марк схватил портфель и быстро протараторил на прощание, стараясь не вкладывать много смысла в слова: - Джексон, спасибо тебе. Я очень благодарен, что ты спас меня. Пока. - Да пожалуйста, Марки. Лечись. До встречи, - он легко ударил его в плечо, солнечно улыбаясь. Марк вздрогнул и, коротко кивнув головой, вылез из автомобиля. «Да, таблетки Джексона мне точно кстати», - закрывая глаза и сдерживая стон, подумал Марк. Действие обезболивающих постепенно заканчивалось. Красный автомобиль уже давно скрылся за поворотом, а Туан еще несколько минут стоял и, почесывая затылок, спрашивал сам себя: «Повезло мне или нет?».