Неудачник.

- Как самочувствие, Семён? - в палату вошёл мой лечащий врач. Сегодня уже неделя как я лежу в больнице и самое странное, что всё это время рядом со мной находился Сычёв. Нет, я не позволил его пускать, мне до сих страшно. Я элементарно его боюсь и не верю, что люди могут меняться. Но он всё это время сидел на диванчики в коридоре, рядом с палатой, уходя из больницы только ночью. Об этом мне рассказал Николай Петрович, в надежде на то, что я смилоствиюсь и всё же позволю пустить парня к себе. - Всё хорошо, голова почти не болит, можно мне домой ? Больше всего на свете, помимо Сычёва, конечно, я ненавидел больницы. Мне кажется, что я уже прирос к этой больничной койке, хочется поскорее оказаться в своей квартите. - Семён, я не могу вас выписать пока не наступит полного выздоравления, а эта ещё недели две. Что? Две недели, да я помру тут быстрее, чем меня вылечат. - А если я подпишу отказ? Николай Петрович, я отлично себя чувствую и очень хочу домой, пожалуйста. - Семён, вы поймите, за вами же даже ухаживать некому, родителей нет, вы проживаете один. А если станет плохо? - Вызову скорую. - Семён, не дури! - Николай Петрович даже перешёл на вы, хотя до этого только выкал. - Сознание потеряешь, кто тебе тогда поможет, сотрясение это не шутки, поэтому до полного выздоравления находись в больнице. Мне не нашлось, что ответить. Я понимал, что врач прав, но чёрт возьми как же хочется домой. У меня ведь и правда никого нет, совсем один, помру никто и не узнает. В голову пришла одна мысль, не скажу, что удачная, но желания быстрее оказаться дома, было сильнее, чем чувство страха. - Николай Петрович, а этот ещё тут? - Этот это кто? - не понял врач. - Ну друг мой. - Ааа, друг, который не друг, да здесь. - Позовите его, пожалуйста. Да это и была моя неудачная мысль, что, если Сычёв каждыми днями дежурит у моей палаты, без права войти, то вдруг согласится делать тоже самое, только уже дома. Надежды было мало, да и страх никуда не делся. Но я сейчас готов на всё, чтобы поскарее оказаться дома, даже, если для этого придётся подпустить к себе самого дьявола.