Смерть через... 5

Dworkin автор
Zodd бета
Реклама:
Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
J-rock, SaTaN (кроссовер)

Пэйринг и персонажи:
Hayato, Hi-Na, Hayato\Hi-Na
Рейтинг:
R
Размер:
Драббл, 2 страницы, 1 часть
Статус:
закончен
Метки: Драма

Эта работа была награждена за грамотность

Награды от читателей:
 
Описание:
С возрастом люди не становятся счастливее — они просто опускают планку ниже, чем прежде. (с) Фредерик Бегбедер

Посвящение:
Моей любимой. Я счастлива, что ты есть, Зодд.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Писалось на дуэль. http://vk.com/topic-41296779_30341891?post=21193
30 июня 2014, 23:33
Сколько я себя помню – я всегда искал смерти. Мне казалось, что нет ничего изысканнее и красивее смерти в любом ее проявлении. Я бросался под машины, прыгал с крыш, глотал таблетки и резал себя почем зря – но все без толку, иногда чудом, иногда благодаря проходящим мимо людям я всегда выживал… И не был рад этому. Я много читал о смерти и о жизни и видел в ней сокрытое от остальных людей изящество, неописуемую эйфорию последнего момента. На самом деле, каждый раз, когда я вновь решался на отчаянный шаг с самого края, я немного боялся. Но страха было совсем немного, куда больше адреналина и наслаждения. Короткий миг полета с крыши или момент, когда грани реальности стираются под воздействием таблеток – прекрасен. Возвышенно прекрасен. Истинная красота жизни – в смерти. Я уверен в этом. Был уверен. Иногда я пытался утянуть за собой еще кого-нибудь. Друг или нет – никто не понимал меня в моем странном увлечении и неординарном видении красоты. Многие считали меня сумасшедшим, а семья отказалась от меня. Никто не хотел понимать, что только смерть сделает меня счастливым. И ничто другое. Они говорили мне, чтобы я одумался, сходил к врачу. Они бросали меня одного, когда видели «нездоровый» блеск в глазах, уходили подальше, чтобы только позднее не попадаться полицейским. Я был одинок, но все равно несчастен, хоть это было лучше вымученных улыбок и попыток смерти. Я поджигал себя. Тушил о себя окурки. Я травил себя. Бросался под автомобили. Падал с крыш. Резал вены. Артерии. Я вешался. Бросался под поезд. Кстати, чертов поезд остановился… Я нырял с аквалангом, отключая себе кислород. Я прыгал с парашютом. Даже мне верится с трудом, что я все еще жив. Я не верю в богов, а значит, мне некому помогать. Самое интересное в моей жизни началось тогда, когда я увидел его. Поначалу я даже не сообразил, что это все-таки он. Нетипичный для представителя мужского пола макияж, одежда, больше подходящая для проститутки дешевого класса и омерзительный запах алкоголя и сигарет. Он подсел ко мне с целью доступного траха, а я подумал: «СПИД? Почему бы и нет?». Но он оказался прекраснее смерти. То, что я испытал с ним - не поддается никакому описанию. Неоднократно он опаздывал или же вообще не приходил на встречи. Наши отношения можно было определить только словом «странные», ну и уже к финалу «сумасшедшие». Но для меня это была лучшая любовь. Я ревел, снова и снова безуспешно ожидая его в назначенном месте, но даже если он и приходил, то извинялся всегда я. Он помыкал мною как хотел – и мне нравилось это. И нравится до сих пор. Его безответственность расценивалась мною как нечто само собой разумеющееся, пренебрежение – как любовь к свободе. Он постоянно вспоминал своих бывших, он кичился тем, что музыкант, а его самооценке можно было только позавидовать. Рядом с ним я был никем, только фоном прекрасного его, и меня вполне устраивала эта роль. Круг замкнулся. Я понимал, что не могу с ним и не могу без него, я сотни раз пытался уйти, но всегда возвращался, а если нет – то он приходил ко мне сам. Я вздрагивал от стуков в дверь, я боялся выходить на улицу, потому что знал, что он дежурит около подъезда. Я не отвечал на звонки и задергивал шторы, чтобы создавалось впечатление, что меня нет дома. Я ревел, резал себя снова, бил посуду и портил мебель, чтобы только не сорваться и не выйти из дома и стоять на коленях возле его квартиры. Но каждый раз я не сдерживался, и приходил к нему, а он, довольный своим преимуществом, не открывал мне, с наслаждением слушая мои истерики и клятвы в вечной любви. Соседи, уже давно привыкшие к таким сценам, даже не выходили на площадку, только увеличивали звук в телевизоре, а я стоял часами около невзрачной пошарпанной двери в надежде, что мне откроют. Через несколько часов он открывал, и наступал недельный период счастья. Мы не выходили из дома, постоянно целовались и занимались любовью, совместно готовили и изредка даже смотрели фильмы, но неделя быстро кончалась и все повторялось вновь – мы ругались, орали, избивали и начинали ненавидеть друг друга. Он уходил, возвращаясь с засосами, я уходил тоже, продаваясь и покупая литры алкоголя. Нас всегда хватало максимум на две недели,потом мы надоедали друг другу, начинали выискивать отрицательные черты характера друг в друге, припоминать прошлое и ругаться из-за каждой мелочи. Обоюдная непереносимость росла, и в конце концов, я уходил, чтобы через месяц вернуться. Если я не возвращался, он приходил сам. Он не устраивал истерик, а только молча сидел под дверью, ожидая когда я выйду, сидел тихо, что я даже не знал, а когда я все-таки появлялся на лестничной клетке, то зажимал мне рот, связывал и увозил к себе, где история снова повторялась. Мы не могли больше так, нервы истрепались, я заводился с пол-оборота, а его агрессия превышала все допустимые нормы. Однажды мы более-менее спокойно поговорили и окончательно решили разойтись. Связь должна была прерваться. Я ни разу не вышел из дома за те полтора месяца. Я почти ничего не ел,только то, что было в холодильнике с незапамятных времен,и пил воду из-под крана. Я истерил каждый день, я бил остатки посуды и ходил по осколкам, я бился о стены, резал себя, каждый день я накладывал макияж и практически не смывал его, чтобы черная краска въелась в кожу вокруг глаз. Я часами лежал в ванне, не замечая температуры воды, и все время твердил, что я люблю его. Однажды, когда я понял, что действительно схожу с ума, я вскрыл вены. И когда грань между настоящим и сюрреалистичным почти стерлась, я услышал стук в дверь. И все повторилось. Я забыл про всю красоту смерти. Тогда я хотел убить себя, но не потому что я видел что-то прекрасное, а потому что я устал от всего этого. От него. От своей любви. От его любви. Теперь, когда мы снова вместе на неделю, я вспоминаю прошлое с ехидной ухмылкой. Я не стал счастливее, я не ищу смерти, я изменился… И, черт возьми, я люблю его!
Реклама: