Inferno

"Ты победил." Последние слова, услышанные Джейсоном, звенели в ушах, отдаваясь дикой головной болью. Он не понимал, что происходит и происходит ли что-то вообще? Открыв глаза, он не увидел ничего. Вокруг была пустота, не было видно, на чем стоит, только черная завеса, изредка прерываемая красно-бордовыми всполохами. Броди попытался вспомнить, что он видел и чувствовал в последний раз. Нож в своей груди, точно. Почти как тогда, в схватке с Ваасом. Значит, скорее всего, это просто очередная галлюцинация, вызванная какой-нибудь бешеной смесью Цитры...Погодите-ка. Он отчетливо помнил, как та говорила ему что-то о его будущем ребенке, а затем вонзила нож в сердце. Неужели сучка убила его? Джейсон ощутил прилив паники, казалось, он не может даже вдохнуть. Он умер. Последний месяц он носился по острову, убивая пиратов, спасая людей. Он дрался с самыми опасными наемниками, сражался с грозными хищниками, которым не составило бы труда порвать его жалкую тушку на мелкие кусочки. Он, мать его, прикончил Вааса и Хойта, людей, державших в страхе тысячи человек. Его столько раз пытались убить, но Джею раз за разом везло, он ведь почти дошел до конца...Он и дошел. Убил друзей. Остался с женщиной, обещавшей ему все, чего он мог пожелать. И вот чем за это поплатился. Сейчас он стоит посреди темноты и пустоты, и, видимо, это и есть та самая смерть. Та, что ожидает каждого, рано или поздно, та, которую он сам приносил десяткам людей, а теперь и сам оказался лицом к лицу с ней. Постепенно темнота вокруг начала приобретать очертания, красные всполохи становились все ярче, а перед Джейсоном возникла решетка, какая обычно бывает в тюремных камерах. Он оглянулся, чтобы проверить свои опасения, и увидел комнату, большую часть которой все так же скрывала темнота. С другой стороны решетки начали проплывать фигуры, смутно напоминавшие людей. "Как чертовы призраки" - пронеслось в голове Джея. Он попытался заговорить с ними, но они лишь пролетали мимо, а попытки схватить кого-нибудь не увенчались успехом - фигуры оказались бестелесыми и проплывали сквозь руки, не обращая на них внимания. - Да что, мать вашу, здесь происходит? Где я, черт меня дери?! - от безысходности Джей пнул решетку. - Ты бы не разбрасывался такими словами здесь, амиго. Мимолетные желания могут стать реальностью... Тихий насмешливый голос буквально парализовал парня. Он почувствовал, как волосы на затылке стали дыбом, а сердце пропустило пару ударов. Этого же просто не может быть. Джейсон постарался взять себя в руки и медленно развернулся. Быть убитым он теперь не боялся, он уже мертв. Подняв взгляд, Броди увидел, как из темноты спокойно выходит его ночной кошмар, ужас, причинивший ему столько боли, от которого он только недавно избавился физически, но еще не оправился в душе. И имя этому ужасу было Ваас. Джейсон невольно попятился назад, упираясь спиной в решетку, пират же спокойно продолжал идти вперед, сокращая расстояние между ними. Подойдя почти вплотную, Ваас размахнулся и со всей силы ударил парня по лицу. От сильного удара Джей едва не упал, а в ушах снова противно зазвенело. - Это за то, что меня убил, мудак. - выплюнул Монтенегро и направился обратно в темный угол клетки. Но не успел он сделать и трех шагов, как на него набросился Джейсон, сбивая с ног и нанося удары один за другим. Он сидел на пирате, матерясь, проклиная его за смерть брата и пытки, стараясь ударить побольнее, целясь во все возможные болевые точки, но в ответ получил не сопротивление, а нервный смех. Чем больше он старался причинить боль, тем громче смеялся пират. Обескураженный и ничего не понимающий, Броди наклонился ближе к нему, хватая сильными пальцами за подбородок и заставляя Вааса смотреть ему в глаза. - Какого хера ты смеешься?! В ответ пират только зашелся новым приступом смеха, пытаясь убрать руки Джейсона от своего лица. Тот начал бить его еще сильнее, Ваас же продолжал истерично хохотать, и только некоторое время спустя, когда у обоих закончились силы, наступила звенящая тишина. Джей все так же сидел на пирате, не задумываясь о двусмысленности данной позы, и пытался просто осознать, что с ним происходит. Видимо, он действительно умер и, более того, попал в ад. Потому что раем пребывание в одной клетке с некогда злейшим врагом точно не назовешь. Некогда злейшим врагом...Он уже отомстил ему, и сейчас выпустил последний пар, остатки злобы, от которой теперь не осталось и следа. Внезапно для самого себя он осознал, что больше не ненавидит этого человека. Что ощущает к нему почти абсолютное равнодушие, как к незнакомцам на улице. Что ему плевать, находится он тут или нет. Хотя, насчет последнего он сомневался. Все же лучше проводить вечность в компании хоть кого-нибудь, чем совсем одному. Из раздумий Джейсона вырвало осторожное прикосновение к левой руке. Он опустил взгляд и увидел, как Ваас сосредоточенно рассматривает его татау, поворачивая его, Джея, руку, чтобы разглядеть узор получше. - Ты дошел до конца? Наверно, даже убил своих друзей? Эй, амиго, отвечай, я прав? И Джею следовало бы слезть уже с него или снова врезать по роже, или хотя бы съязвить в ответ и послать пирата куда подальше, но он лишь отвел взгляд и печально вздохнул. Только сейчас он понял, что натворил, но чувство вины и ненависти к себе доходило до него как-то отдаленно, словно место, в котором он находился, поглощало все эмоции. Поэтому он решил просто продолжить разговор, других вариантов, чтобы убить время и немного освоиться, пока не наблюдалось. - Откуда ты знаешь? - Hermano, я ведь предупреждал тебя. Моя сестра не менее ебнутая, чем я, разница только в том, что она не осознает этого. И рано или поздно тебя бы зарезали как щенка во имя великой цели. - на последних словах Ваас вскинул руки, изображая кавычки. - Предупреждал, говоришь? Зачем? Чтобы убить меня самому?! - Джей недоуменно уставился на пирата, продолжившего свое занятие и разглядывавшего татуировки на правой руке. - Ну, если ты вдруг помнишь, я всегда оставлял тебе шанс на спасение. Мог бы просто пустить тебе пулю в лоб. Но вместо того, чтобы сбежать со сраного острова, ты возвращался снова и снова и продолжал срывать мои чертовы планы. Ты сам виноват, что оказался здесь. Ваас был прав. Джейсон действительно мог удрать с острова и свалить домой. Но нет же, он шел мстить пиратам, оставлял своих друзей и наивно полагал, что ему ничего не грозит после всего этого. И ведь он не угомонился даже после смерти Монтенегро, послушал Цитру, пошел убивать Хойта. Он даже сумел спасти брата, несмотря на то, что шансы сделать это были почти равны нулю. И затем убил его. Убил их всех. Все это время он пытался спасти своих друзей, весь этот путь он начал только ради них, чтобы потом убить. Осознание собственной глупости ударило под дых. Видимо, он ничуть не лучше Вааса, такой же монстр и убийца, только в отличие от пирата, он выбрал "великий" путь, а не друзей. Джейсон снова отвлекся от раздумий и хотел было встать, но передумал, увидев непривычно спокойного и серьезного Вааса. Только сейчас он понял, как сильно тот изменился. Все былое безумие, о котором он так часто говорил, жестокость и маньячность во взгляде куда-то улетучились, то ли от отсутствия наркоты, то ли от пребывания здесь. Бывший психопат сейчас тихо лежал на полу, придавливаемый тяжелым телом Джейсона, и рассматривал его татуировки, наверняка о чем-то размышляя. Идиллия, мать ее. - Ты хочешь что-то спросить, - внезапно сказал Монтенегро, - валяй. - Как ты догадался? - Просто догадался, не тяни кота за яйца, спрашивай. - Ты будешь со мной разговаривать? - зачем-то спросил Джей. Ему было непонятно, как такие люди как он и Ваас, могут не только сидеть непринужденно в такой странной позе, но еще и разговаривать. - Нет, блядь, я просто так сотрясаю воздух, - фыркнул пират, - я хрен знает сколько времени провел здесь один, так что спрашивай сам, или я снова начну говорить с тобой о безумии. Джейсон был удивлен, не каждый день увидишь, как сам Ваас завуалированно просит с ним поговорить. Впрочем, и он был человеком, а значит ничто человеческое, вроде потребности в общении, ему было не чуждо. - Хорошо. Эмм, - вопросов было много и выбрать, с чего начать, было трудно, - ты тоже ничего не чувствуешь? В смысле, желания убить меня или типа того? - Во-первых, ты уже мертв, придурок. Если ты о том, не хочется ли мне тебя избить - то нет, мне уже похуй. Во-вторых, я чувствую. Чувствую, что если ты с меня не слезешь, у меня еще долго будет болеть задница, - Ваас немного поерзал под Джеем, но его предплечье не отпустил, и тот остался сидеть на нем. - Я вообще-то имел в виду эмоции. Но если ты чувствуешь боль, то почему позволил избить себя и смеялся, как ненормальный? - Все просто, Белоснежка. Твое появление привнесло красок во всю эту хрень. Я, можно даже сказать, был рад тебя видеть. Ну и позволил немного поразвлечься, - как-то слишком просто ответил Ваас, нервно усмехнувшись. - Мазохист чертов. Ладно, давай дальше. Ты сказал, что оставлял мне шанс на спасение. С чего бы это? Ты же мог меня поймать и...продать, например, или как ты там хотел сделать? - Будем считать, что ты мне понравился. Как там моя сестричка сказала? "Я вижу в тебе огонь"? Я тоже увидел. - Похоже на признание в любви, - деланно скривившись, ответил Джей, - Я все равно не понимаю. - Потому что ты тупой мудак. Из тебя мог получиться нормальный пират. Ну или наемник. Ты мог делать, что хочется, и жить, ни в чем себе не отказывая, но ты пошел к этим... - Можно подумать, у меня был выбор. Ты бы пристрелил меня. - И снова мимо. Если ты вдруг помнишь, я пристрелил твоего брата, а не тебя. А тебе дал шанс. Честно говоря, я надеялся, что мы тебя поймаем потом или же ты сам вернешься, но этот гребаный мост...рано или поздно сам рухнул бы конечно, но тут мы не рассчитали. А потом началось... Разговор не клеился, Джейсон так и не понимал или не хотел понимать, к чему же клонит Ваас, поэтому решил сменить тему. - Ты изменился, - Джей усмехнулся мысли, что такие слова обычно говорят старым друзьям или своим бывшим, - в смысле, не такой как раньше. Даже на нормального смахиваешь. - Амиго, я всегда был нормальным, - Ваас проигнорировал недоуменный взгляд парня, - просто там, наверху, все иначе. Веселей по крайней мере. Каждый развлекается как может, а здесь, как видишь, поводов для веселья не особо много. - Но ты едва не задыхался от смеха, пока я тебя бил. - Говорю же, ты привнес красок. И согласись, приятно видеть здесь кого-то из старого мира, а? Броди в ответ лишь пожал плечами. Пират снова был прав, хоть и не хотелось этого признавать. Возможно, если бы они не знали друг друга раньше, то, попав сюда, могли бы и подружиться. Странно было думать о том, что же будет дальше, если он останется здесь навеки. - Держу пари, ты сейчас думаешь о том, "дружить" со мной здесь или нет, - Ваас будто читал его мысли, - но я тебе вот что скажу: можешь не разговаривать со мной хоть сотню лет, мне похуй, - на этой фразе голос пирата странно дрогнул, - а можешь забыть все то дерьмо, за которые ты уже отомстил, и мы найдем способ скоротать эту гребаную вечность. Черт, не верю, что я это говорю. Джейсон слегка опешил от таких слов и интонаций. Если бы он не знал Монтенегро, то подумал бы, что тот действительно не хочет провести вечность в одиночестве и предлагает если не дружбу, то хотя бы временный союз. А с другой стороны - что он знает о Ваасе? Кроме того, что он убийца-психопат-наркоман? Кроме того, что он стал таким ради своей сестры? Кроме того, что ему так же, как и Джейсону пришлось выбирать? У него было чувство, будто он держит в руках куски головоломки, но не может собрать их воедино. Возможно, он, как и говорил Ваас, действительно был глуп. Ему определенно стоило подумать. И все-таки слезть с Вааса. Джейсон медленно, будто отнимая кусок мяса у ягуара, вытащил руку из ладоней пирата, продолжавшего разглядывать татау, встал и уселся у одной из стен клетки. Сразу стало как-то неуютно и неудобно. Здесь вообще было неуютно и неудобно, он же в аду, в конце концов, но именно на расстоянии от пирата это чувство усилилось в разы. Монтенегро же приподнялся и, подвинувшись, устроился у противоположной стены. - Я так понимаю, это значит "нет"? - голос Вааса звучал почти разочарованно, а взгляд был опущен куда-то в пол. Джейсону стало почти жалко его. Слишком уж брошенным он выглядел, пусть и заслужил это. Интересно, были ли у него друзья в том мире? Или девушка? Или хотя бы человек, которому он мог довериться? Вряд ли. У подобных Ваасу таких людей не бывает. Были сотни пиратов, которые находились рядом только из-за денег или наркоты, был Хойт, которому просто нравился Ваас как подчиненный, ну и как игрок в покер. Может быть это было ответом к той головоломке, которую не мог собрать Джей? Пират увидел в нем родственную душу? В нем? В запуганном мальчишке, ставшим грозным воином ракьят? Это было не просто странно, это было безумно, как и сам Ваас, так что, может, это действительно было ответом. Чувство неуютности стало сильнее и Джейсон, наплевав на все, поднялся и подошел к пирату. Тот заметил его появление, лишь когда голова Броди устроилась на ногах Вааса. Стоило бы запатентовать его бедра как идеальную подушку, но это позже. Сейчас Броди хотелось говорить. Тишина начинала резать уши не хуже звона, с которым он здесь очутился. Пират же отреагировал на это действие слишком спокойно, лишь устроился поудобнее, перекинув одну руку через живот парня, и повернул голову в сторону решетки. Поэтому Джей не заметил слабой улыбки, тронувшей губы Монтенегро, лишь снова почувствовал вернувшееся чувство уюта. - Расскажи о себе. - Что? - Ты сказал, я могу задать вопрос. Я спрашиваю. Расскажи мне о себе. Давно ты живешь на острове? В смысле, жил. Почему не общался с Цитрой? Почему стал пиратом? Джейсон продолжил задавать вопросы, а Ваас смотрел на него со смесью удивления и непонимания. Зачем ему все это знать? Неужели и правда интересно? Тем не менее, он начал отвечать, не замечая, как рассказывает вещи, которые никогда никто не знал. Кроме самого Вааса, разумеется. А Джей слушал его и снова и снова убеждался в правоте своего предположения. За весь долгий рассказ он не услышал ни об одном друге пирата, не говоря уже о любимых людях. - ...а потом появился ты со своими дружками, и все полетело к хуям. Продолжение сам знаешь. Увидев, что Джейсон снова о чем-то размышляет, Ваас слегка потянул его за волосы, которые неосознанно перебирал во время рассказа. - О чем задумался, амиго? - Думаю, что было бы, не попади мы на твой чертов остров. Или если бы мы встретились при других обстоятельствах. - Ну, встреться мы при других обстоятельствах, я бы тебя трахнул, - равнодушно ответил пират. Джей несильно пихнул его в бок. - Что? Считай это комплиментом, Белоснежка, - усмехнулся Монтенегро. - А ты так уверен, что я бы под тебя лег? - парировал Джейсон. Поддавшись внезапному порыву, он сел, развернувшись к Ваасу. В глазах Джея читался вызов. Нет, его не тянуло к парням, тем более к убийцам-психопатам, но здесь и сейчас хотелось чувствовать хоть что-то помимо сожаления, затянутого пеленой равнодушия. Ваас тяжело сглотнул. Он хотел бы отыметь Джейсона до потери сознания, но еще больше он хотел, чтобы его душа принадлежала пирату. И сейчас, глядя в его глаза, он не мог понять, поступает тот так из-за простого плотского желания или потому что так же хочет чувствовать рядом кого-то, как и сам пират. Видимо, он думал слишком долго, потому что Джей сам подался вперед, аккуратно целуя Вааса в губы. Взгляд пирата прояснился и теперь, наплевав на причины, он сам углублял поцелуй, проводя языком по губам и кромке зубов Броди. Оторвавшись на пару секунд, он усадил парня себе на колени и притянул ближе за талию, тот же одной рукой уперся в стену, а другую положил на шею пирата. Монтенегро переходил с поцелуями на шею и ключицы парня, порой не сдерживаясь и кусая, отчего тот тихо шипел и царапал ногтями стену. Джейсон отстранился, снимая с себя футболку и стягивая майку с пирата, а затем стащил с себя оставшуюся одежду. Усевшись обратно на колени Вааса, он продолжил целовать его в шею и плечи, пока тот расправлялся с ремнем и застежкой на камуфляжных штанах. Затем пират поднес два пальца ко рту Джея, заставляя взять их в рот. Парень понял, что от него требуется и, не теряя времени, принялся смачивать их слюной, периодически покусывая, наблюдая за потемневшими от желания глазами Вааса. Чего-чего, а вот терпения ему точно не хватало, поэтому, вытащив пальцы изо рта, он принялся растягивать Джейсона, не слишком аккуратно, но тому было все равно. Неприятные ощущения растворились без следа в удовольствии, которое доставлял Джею Ваас, целуя его подбородок и уверенно проводя ладонью по его члену. Третьего пальца Джейсон почти не почувствовал, слишком уж он был увлечен изучением тела пирата, проводя сильными руками по его ребрам, оглаживая выступавшие кубики пресса и затем возвращаясь на мускулистую спину мужчины. Но желание становилось почти нестерпимым, поэтому Ваас, вытащив пальцы из Броди, стащил с себя штаны и боксеры. Джейсон на секунду засмотрелся, созерцая почти идеальное тело, и затем вернулся к пирату, снова жадно целуя его в губы. Он приподнялся и затем мягко опустился на Монтенегро, направляя его член рукой и шипя сквозь зубы. Выждав минуту и привыкнув к ощущениям, Джей начал подниматься и опускаться, вырывая из груди Вааса приглушенные стоны вперемешку с грязными ругательствами. Двигаться так было неудобно, и пират, снова будто прочитав его мысли, прижал его к себе и аккуратно перевернул, опуская на валявшуюся на полу одежду. Он продолжил целовать грудь и шею Броди, оставляя бледно-красные отметки, пока тот не отстранил его от себя и прошептал "Давай же, ну". И Ваас перестал сдерживаться. Вбиваясь в Броди сильными, быстрыми толчками, он ощущал, как тот отдается ему полностью и без остатка, телом и душой, и это было восхитительнее всего. Лучше любой травы или таблеток, что так любил Ваас. Джейсон же гладил пирата везде, куда только мог дотянуться, и стонал так, что скорее всего через несколько часов он и говорить нормально не сможет. Сейчас то ощущение правильности и уютности было сильно как никогда, и он растворялся в нем, стараясь запомнить этот момент, потому что кто знает, что его еще ждет в аду. Движения становились более рваными и сбивались с темпа, первым не выдержал Джей, кончая себе на живот, а затем и Ваас с громким рыком излился в парня, выходя из него и буквально падая рядом. В глазах у обоих мелькали темные пятна и сил едва ли оставалось на разговоры, поэтому Броди просто улегся на пирата, утыкаясь носом ему в плечо. Монтенегро прикрыл глаза и запустил пальцы в волосы парня, наслаждаясь ощущением близости. И если он застрял в аду навеки, то с Джейсоном Броди вечность не кажется чем-то страшным.