Остров Баскервиль

Дверь скрипнула, открываясь - но Шерлок уже поднял голову, потому что чуть раньше услышал шорох ткани. Джон вышел из спальни, сел за стол перед Шерлоком и попытался удержать его взгляд, но у него не вышло – Шерлок улыбнулся, кивнул и снова погрузился в свои записи. Лампа с горючим кристаллом неровным светом освещала стол, усыпанный листами рукописей, и казалось, что призрачный ветер шевелит сухие листы, исписанные уверенным почерком, искажая рисунки, вставленные между кусками текста. Джон зевнул и поплотнее завернулся в тонкое покрывало. На нем не было ничего, кроме этого покрывала. - Холодно, - сказал Шерлок, не поднимая головы и продолжая усердно водить пером. – Ты бы оделся! Вот я оделся. - Зачем мне? – пожал плечами Джон. – Я все равно сейчас лягу обратно. - Хорошо, - сказал Шерлок и замолчал. Джон следил за ним некоторое время, потом спросил: - Это что? - Где? – выпрямившись, озабоченно спросил Шерлок и стал озираться. - Там, - не доставая рук из под своего облачения, Джон глазами указал на лист, лежащий перед Шерлоком. – Что ты пишешь? - А... это... – на лице Шерлока появилась мечтательная улыбка. – Это «Таинственная пещера», книга пятисот мудрецов. Я ее цитирую. - Врешь ведь! - оживился Джон. – Ничего ты не цитируешь – сочиняешь на ходу! Я же вижу! - Нет, цитирую, - Шерлок взял листок в руку, повернул исписанной стороной к Джону и стал не глядя декламировать: - «Живший на острове мудрец не оставлял попыток найти эликсир вечной молодости и, как только солнце выглядывало из-за края озер, совершал длительную и утомительную прогулку, усеивая свои следы поднятыми со дна моря белоснежными камнями, чтобы таинственные чары не заставили его повторить уже пройденный путь дважды. И так семнадцать лет и четыре дня. Уже под конец жизни, отчаявшись найти прекрасноцветущий альмигортиус, однажды в своих поисках мудрец очутился у входа в таинственный грот, освещенный изнутри призрачным туманом, стелющимся по каменному полу и ползущим по сырым стенам. Мудрец ужаснулся увиденному, но, зажмурившись, сделал шаг и вошел. По эху от собственных шагов он догадался, что находится уже внутри...» - Тут этого еще не написано, - остановил Шерлока Джон, следивший по написанному. – Тут только до слов «прекрасноцветущий альмигортиус»... Что за альмигортиус такой? - Обычные сказки, - ворчливо сказал Шерлок, возвращая лист на стол и обмакивая перо в глиняный череп-чернильницу. – А дальше не написано, потому что я еще не написал. Неужели не понятно? - Ты... цитируешь по памяти? – восхитился Джон. - Да, - ответил Шерлок. - С ума сойти, - пораженно проговорил Джон. – Постой, но не легче разве... Ты же возишь с собой эту уйму книг. У тебя весь чемодан ими забит! Зачем ты не заглянешь в них? - Это другие книги, - пояснил Шерлок, продолжая выводить буквы. – Я их еще не читал. А те, что прочитал, уже знаю... - Как это, знаешь... Наизусть, что ли? – не поверил Джон. - Конечно. А для чего еще их читать? - Ты специально заучил наизусть все книги, которые прочитал? - Я не заучивал... Просто запомнил... И не все подряд – только то, что считал нужным. Это просто! – Шерлок отложил перо и внимательно глянул на Джона. – Самое сложное – отделить полезные знания от бесполезных. - А ту, про любовную лихорадку, которую ты сжег? – спросил Джон. - Кое-что запомнил. Где-то около половины. Остальное было ненужным. - Никогда не думал, что влюблюсь в ходячую библиотеку, - задумчиво протянул Джон. Шерлок фыркнул и отложил уже исписанный лист в сторону, но только Джон открыл рот, чтобы предложить ему вернуться в кровать, как освободившееся место занял чистый лист, и Шерлок снова взял перо и потянулся к чернильнице. - Ты долго еще тут будешь? – недовольным тоном спросил Джон. - Угу, - ответил Шерлок. – Ты иди спать. - Я не хочу, - ответил Джон. - Ты же собирался! – напомнил Шерлок. - Я собирался с тобой вместе, - устало вздохнув, сказал Джон. – Мне это не понравилось, знаешь ли – просыпаться и обнаруживать, что тебя нет. Так что перестань тут чиркать пером, пожалуйста, погаси лампу и ложись спать. - Просто спать? – деловито уточнил Шерлок. - Да. - Неинтересно, - буркнул Шерлок. - А если не только для этого? Джон с удовольствием отметил, как по лицу Шерлока пробежала тень смущения, как тот покрутил перо в пальцах и нерешительно глянул на чернильницу. - Я лучше останусь, допишу, - произнес он полувопросительно. - Оставайся, - сказал на это Джон. – Только, спорим, у тебя не получится написать ни строчки. - Не вижу ни одной причины, по которой это может произойти. - Видишь, - с вызовом сказал Джон и, поднимаясь со стула, обошел стол, оказываясь за спиной у Шерлока. - Теперь не видишь, - добавил он, давясь от смеха, и, сбросив одеяло, склонился над Шерлоком, обнимая его и приникая губами к виднеющейся под шейным платком полоске бледной кожи. - Это очень важная... часть... моего исследования, - настаивал Шерлок, не сопротивляясь, но все еще не теряя надежды уговорить Джона перестать. – Я должен... этот светящийся туман в пещере... мне кажется... там какое-то растение... как бедламские грибы... - Обожаю, когда ты говоришь о грибах, - прорычал Джон, справляясь, наконец, и с шейным платком, и с крючками камзола. – Ненавижу, когда ты одет... - Может, я все-таки... Джон, что ты делаешь?! Это же... М-м-м... - Только скажи, - шепнул Джон, успевший уже избавить Шерлока от камзола и расстегнуть крючки на поясе брюк. – И я перестану облизывать твою шею и мирно удалюсь в спальню. - Не смей! – приказал Шерлок, пытаясь повернуть голову так, чтобы губы Джона оказались ближе к его губам. - Одно слово, - продолжал Джон, - и я уберу свои бесстыжие руки от твоих сосков. - Н-н-н-не-е-е... – пытался произнести Шерлок, но голос его внезапно потерял свою звучность, и сил оставалось только шумно дышать. - Может, мне уйти? Шерлок в панике стал хвататься за Джона, куда смог дотянуться, вначале пытался удержать его руки, потом схватил его горстью за волосы и притянул голову к себе, через плечо, с такой силой, что Джон мог поклясться – выдернул целый клок. - Осторожно с лампой, - предупредил Джон и, подхватив Шерлока под мышки, вздернул его со стула и почти бросил грудью на стол, беспощадно смяв или разметав исписанные и чистые листы. Стул повалился набок, но грохот от его падения был смягчен покрывалом, которое до этого сбросил с себя Джон. Лампа дрогнула, но устояла. - Чер... ниль.... – выдохнул Шерлок. - Что чернильница? – спросил Джон, ему было не до чернильниц, он опустился на четвереньки, стаскивая с Шерлока штаны и воюя с мешающими туфлями, пряжки которых решили зацепиться за ткань. - Не разбей... – простонал Шерлок. – Это Майкрофта... я ее украл у него... - Да что ты! – удивился Джон, не особенно соображая, чему, собственно, удивляется. Он уже одержал сокрушительную победу в бою с пряжками и, отбросив туфли Шерлока вместе с его штанами, поднялся и отступил на полшага, чувствуя, как теряет последние капли рассудка от открывшегося ему зрелища. Шерлок лежал, подмяв под живот скомканные листы, пытаясь нащупать края стола и хоть как-то за них ухватиться, и вслепую шарил дрожащими руками среди охватившего стол беспорядка. Голова его с взлохмаченными кудрями тоже двигалась, склоняясь влево, вправо, как будто понукаемая неспокойно шевелящимися плечами. Тонкая рубашка все еще была на нем и скрывала зад, а ниже не было ничего, что мешало бы любоваться. Вот Джон и залюбовался на правильные линии ног, и в голове у него мелькнула запоздалая мысль: он никогда раньше не замечал и не искал красоты в мужском теле, на Шерлока же он мог теперь смотреть вечно. - Джон? – подал голос Шерлок, не понимающий, почему Джон вдруг медлит. Испуганный взгляд, брошенный через плечо, обжег Джона, и он возненавидел себя за это промедление, за то, что заставил Шерлока ждать и сомневаться хотя бы несколько секунд. - Да, - сказал он, осторожно берясь за тонкое полотно и почти благоговейно поднимая его, обнажая верхнюю часть бедер, небольшой зад и слегка прогнутую поясницу, покрытую редкими тонкими волосками. Его напугало то чувство, что охватило его при этом – слишком торжественное, слишком сильное, чтобы быть правдой после всего того, что он видел в свое жизни, но отступать было некуда. Он любил Шерлока. И все еще не был готов причинить ему ту боль, которую, судя по его неопытности, Шерлок мог испытать, если Джон... - Рано, - сказал сам себе Джон, и, наконец, прикоснулся к столь желанному – и дрожащему от желания – телу перед собой. Шерлок замер, прислушиваясь к тому, как постепенно овладевал им Джон – еще не приступая к тому, все еще пугающему проникновению, просто поглаживая спину, бока, толкая коленями и прижимаясь низом живота, так что Шерлок ощущал твердый, как камень, признак желания Джона, но все еще боялся сделать лишнее движение. - Боишься меня? – спросил Джон, склоняясь и добавляя к неторопливым ласкам ладонями столь же неторопливые поцелуи. - Нет, - соврал Шерлок, и Джон, расслышав настоящий ответ в дрогнувшем голосе, двинулся губами вниз, вдоль позвоночника, и остановился у копчика, застыл в миллиметре от ложбинки между ягодицами, тревожа ее только своим теплым дыханием. - Если ты! – вдруг гневно воскликнул Шерлок, делая отрывистые паузы, чтобы справиться с дыханием. - Сейчас же! Это не сделаешь! Я! Сойду с ума! - Шерлок... – произнес Джон его имя, как будто вдруг понял, кто перед ним, в его руках. Он вспомнил про бальзам, сделал было шаг в сторону спальни. - Куда?! – зарычал Шерлок, приподнимаясь на локтях. – Всё тут! Вот! Обернувшись, он бросил в Джона коробочку с бальзамом, которую тот машинально поймал, и снова улегся на стол, обиженно сопя. - Такие простые вещи, - заворчал Шерлок, пока Джон не слушающимися пальцами открывал коробочку. – Не мог сообразить... Пришел тут меня соблазнять, а сам... А-а-а-ах.... - Так нравится? – спросил Джон, проводя скользкими пальцами снизу вверх и останавливаясь у самого копчика. Шерлок задышал еще чаще и кивнул, закусив нижнюю губу. - Как это ты догадался, про бальзам? – поинтересовался Джон. – Неужели я такой предсказуемый? - Да, - выдохнул Шерлок. – Джон, сделай так еще... - Вот так? – Джон повторил движение, но на этот раз немного задержался у самого входа, попытался, не причиняя боли, протолкнуть палец внутрь, растягивая нежную плоть. Внезапно Шерлок заворочался, быстрым движением поднялся и повернулся к Джону, которому пришлось прекратить все свои манипуляции. - Если ты думаешь, - резко сказал он, - что я буду стоять и ждать, когда ты соизволишь оказаться внутри меня, то ты ошибаешься. Возьми меня, или я просто оденусь и уйду. Чтобы подкрепить свои слова, Шерлок свирепо выдвинул челюсть и, схватив Джона за плечи, хорошенько тряхнул его. «Он выше меня почти на голову!» - совершенно не к месту подумалось Джону. Единственное, что показалось Джону значительным из всего, что он вынес из слов Шерлока – тот был весьма возбужден. Джон усмехнулся, обхватил Шерлока за талию, как будто собирался с ним пуститься в пляс, и, не медля, повалил его обратно на стол, на этот раз на спину, и уже краем сознания определяя по внушительному треску, что чернильница все же пострадала, скинутая на пол. Шерлок не ожидал такого поворота, от неожиданности он замахал руками, но его тут же рванули на себя, схватив за бедра, и Джон - на мгновение замерев, примериваясь - плавно вошел в него. Шерлок слабо вскрикнул, но тут же поднял голову и с прежним гневом взглянул в напряженное лицо Джона. - Ты остановился! – упрекнул он его. - Сколько же... ты.... болтаешь... – выдавил из себя Джон. – Надо было тебе... рот заткнуть... кляпом... Он больше не мог сдерживаться – стал двигаться, впиваясь пальцами в крепкие бледные бедра, прижимая их к себе, стараясь не замечать, как побелели костяшки пальцев у Шерлока, который пытался удержаться на столе и вцепился в край. Шерлок уже не смотрел – он уронил голову в шуршащие остатки своих рукописей и стонал, выставив вверх подбородок. «Скорее бы закончилось», - подумал Джон. – «Ему больно...» Он вдруг вспомнил, как сильно Шерлок тогда сжал его ногами, в тот, первый раз, когда у них вышло только неловкое обжимание. Джон остановился. Да, он остановился. Он осторожно вышел из Шерлока, хотя ему этого совсем не хотелось – хотелось продолжать, входить внутрь этого прекрасного тела еще и еще, не прекращать, пока наслаждение не лишит его на несколько звенящих-сияющих секунд даже проблеска воли. - Ты перестал, - раздался тихий недоумевающий голос. - Да. Шерлок уже не был возбужден. Это убедило Джона в том, что он поступает правильно. Что нельзя продолжать, потому что Шерлок все-таки испытывал боль. Джон помог ему слезть со стола и поднял на руки, понес в спальню. Шерлок подчинился, как больной ребенок, которого несут в детскую. Он молчал и позволял себя нести, не обняв Джона за шею, а сложив руки на животе. Джон уложил его, прилег рядом и накрыл их обоих теплым одеялом, почувствовав, как напрягся Шерлок. - Ты перестал, Джон, - повторил он чуть слышно. – Я не хочу, чтобы ты оставался неудовлетворенным. Покажи, как ты хочешь... - Шерлок, нет, - остановил его руку Джон. – Спи. Я с тобой посплю. - А тебе разве не нужно.... - Нет, - твердо отклонил его руку Джон. – Спи. - Хорошо... «Я чертов дурак! Осел! Змей я болотный и гнойный нарыв!» - ругал себя мысленно Джон. – «Поддался. Он меня вызвал, – а я поддался, идиот...» - В следующий раз будет не так больно, правда, Джон? Джон открыл глаза. Шерлок был совсем рядом, дышал ему в ухо. - Да, - сказал Джон. – Правда.