Die, die, my darling

Парк размышлял о безумии, сидя на кухне или чердаке, когда пытался читать заумные книжки или восстановить компьютер, когда стонал и кончал под Эдди. Его очень занимал этот вопрос. ,,Что значит сойти с ума? Люди говорят, что сходят с ума, когда влюбляются. Некоторые теряют рассудок из за большого потрясения, а кто-то чтобы сбежать от реальности. Значит сойти с ума можно по разному?» Парк частенько задумывался, о том, что не так уж и болен Глускин, что дед-каннибал лишь голодный человек, что многие психи, если бы не попали сюда, могли бы жить как обычные люди. Так же Вэйлона занимал вопрос о собственном безумии. Разве нормально отказаться от теплой квартиры, детей, жены и всех благ внешнего мира, ради психа и маленького мирка ,,Маунт Мэссив» ? Наверное Парк сошел с ума, еще тогда, когда его приковали к креслу и пытались сделать подопытным или же, когда захотел приехать сюда, а может, когда отправил Лизе сообщение, что больше не вернется? В какой момент его шестеренки заработали в другом ритме? Парк лишь тяжело вздохнул, поудобнее устраиваясь на подоконнике какого то помещения, нужно вернуться в их с Эдди обитель, до прихода последнего. Глускин не разрешал Вэйлону свободно разгуливать по больнице, оно и правильно ведь вокруг их парочки постоянно ошивался дедок, да и другие бывшие пациенты с удовольствием перекусили бы свежим мяском. -Дорогой?- Парка пробрала дрожь, он не успел! Эдди будет зол. Очень зол. Пока программист прокручивал в голове все возможные ужасы, а Глускин в гневе был действительно страшен, его нежно обняли сзади. -Милый мой Вэйлон. Я же просил тебя не покидать наше гнездышко. Я так испугался, когда не обнаружил тебя,- руки чуть сильнее сжались. Такое проявление эмоций было не частым для жениха. В такие моменты он словно забывал о том, что психопат и один из главных опасностей лечебницы, нежно обнимал своего возлюбленного и целовал. Парку нравился нежный Глускин, такого он бы мог полюбить. -Эдди,- в мертвой тишине шепот, ударяясь о стены, режет слух,- как ты оказался здесь?- программист боится последствий своего вопроса, если псих сейчас нежен, то в следующую секунду он может со злобой отскочить от Вэйлона и пойти убить какого-нибудь несчастного. -Ты правда, так хочешь знать?- хоть Эдвард и усмехается, Парк явно чувствует грусть и боль. -Да,- сегодня он на удивление смелый. Глускин выпускает программиста и садится рядом, несколько секунд они сидят в полнейшей тишине. -Мы были самой обыкновенной американской семьей. Мать, отец и сын. Но неожиданно мамина болезнь обострилась и через несколько месяцев она умерла. Отец тогда начал очень сильно пить и избивать меня, а через год к нам переехал жить его брат, дядя Фредди. Я не предавал особое значение легким касаниям или похотливым взглядам, а зря. Однажды, когда я принимал ванную, пришел дядя и предложил мне сыграть в игру, я уже даже не помню в чем она заключалась, но тогда он взял меня первый раз. Потом это происходило снова и снова, пока не стало системой, нас застукал отец. Как хороший родитель, он должен был вызвать копов, но нет, он предпочел присоединиться,- лицо Глускина исказила гримаса ненависти,- В тот момент я поклялся, что моя жена будет чистой и целомудренной женщиной, наши дети будут жить в тепле и заботе, чего бы мне это не стоило. И вот в возрасте 20 лет, я впервые убил. Потом еще и еще, я перебирал женщин в поисках моей единственной, а ей оказался ты. Женатый мужчина, сотрудник ,,Мэркоф», Вэйлон Парк. Меня поразила твоя хрупкость, чистота и благородство в глазах. Но я настолько сошел с ума в этом месте, что захотел сделать тебя своей невестой, женщиной. То, о чем я всю жизнь мечтал,- он горько усмехнулся,- Сейчас я понимаю, что мне это не нужно. Мы с тобой прекрасная пара и наши дети будут самыми прекрасными на свете, я буду защищать нашу семью, работать. А ты сидеть дома и присматривать за ними. Купим какой-нибудь домик на окраине. У нас все будет так прекрасно, да, милый? Вэйлону нечего на это ответить. Глускин все тот же псих одержимый иллюзией, но кажется программист не против в нее верить, это ведь так просто, представить что ,,Маунт Мэссив»- город, где он проживает счастливую жизнь со своим любимым, мечтая и радуясь новому дню. Парк прижимается к теплому телу рядом, обнимая. -Милый, ты выйдешь за меня?- тихо, куда то в макушку, спрашивает Эдвард. ,,Просто поверь и представь. Ты сможешь, ты уже давно стал сумасшедшим» , думает Парк прежде чем ответить: -Ни за что,- но Эдди уже сшил платье, да и тесак не потерпит отказов, так что Вэйлону придется согласится, однако это все чуть позже, а сейчас Глускин опаляет дыханием губы Парка, нежно водит рукой по четкой линии скул. -Ты так восхитительно прекрасен,- Эдвард резко дергает Парка за волосы, заставляя выгнуть шею до хруста в позвонках и кусает, с жестокостью и страстью на которую способен только он. Второй рукой поглаживает ширинку его штанов. Вэйлону душно, удивительно как жениху удается так сильно возбуждать его своей грубостью. Поцелуи-укусы переключаются на ключицы, а рубашка Парка разорванной тряпкой падает на пол. ,,В этот раз все будет не так»,- решает для себя программист и перехватывает инициативу целуя Глускина, руки шарят по телу, расстегивают пуговицы на жилете, рубашке. -Что ты делаешь, милый?- спрашивает Эдвард, пересекая попытку завалить его на пол -Тшшш,- шепчет Парк накрывая губы жениха своими,- Просто позволь мне,- и он позволяет. Вэйлон перемещает их в горизонтальное положение, стаскивая штаны, сначала с себя, а потом со своей ,,жертвы». Под пристальным взглядом голубых глаз, Парк ощущал себя еще большим психом-извращенцем, чем Глускин. Раскатывая презерватив по члену жениха, Вэйлон краснел, вспоминая зачем ему нужно было починить компьютер. Теории, как можно больше теории, и вот сейчас, на практике он пытается погрузить в себя член. Это больно, где то на середине приходится остановиться, чтобы перевести дух. -Ох, дорогой, прошу тебя!- дергается Эдди, и программист продолжает. Боль кружит голову, но стон срывающийся с губ жениха заставляет резко сесть до конца. Дышать невозможно, взгляд рассеян,- Прости меня, дорогая,- шепчет Глускин и набрасывается на Вэйлона, быстро и глубоко входя. Бедняга успевает подумать, что это тоже сумасшествие. Боль, которая приносит удовольствие, секс, который кажется Парку самым крышесносным в его жизни. И Эдди, ради которого Вэйлон готов сейчас на все. ,,Прости , Лиза», каждый раз думает он когда мозг начинает отключатся и единственное , что остается- Эдвард Глускин. А тот впадая в безумие, достает тесак и меняет угол проникновения. Вэйлону больно, когда оружие входит в тело слишком сильно. Вэйлону хорошо, когда Эдди задевает простату. Парк уже сам не разбирается в своих ощущениях полностью отдаваясь . Толчки все резче, нож отброшен в сторону, программист царапает спину Глускина, хватаясь за него, как за спасательный круг. -Я так люблю тебя, дорогая,- кричит Эдди изливаясь,- Наши дети будут прекрасны -Да,- Вэйлон свято верит в это сейчас…

***

Парк готовит, сегодня ему удалось поймать какого то психа, так что свежего мяса хватит надолго. Скоро придет его муж, у них маленькая идиллия, Вэйлон безразмерно счастлив. -Дорогая я дома,- программист глупо улыбается,- и я привел нашего сына! -Хей,хей, Глускин, успокойся! Мы пришли только посмотреть на того дебила, что принял твое предложение. И ни какой я тебе не сын! Хм, а кстати вкусно пахнет…- Парк в ступоре уставился на своего милого, Волрайдера и Майлза вошедших на кухню. -Ты!- вскрикивает последний, тыкая пальцем в Вэйлона. -Майлз?- не менее удивленно говорит программист, с боязнью поглядывая на Билли. Но тот занят, Глускин с очень серьезным лицом обращается к нему -Ты ведь встречаешься с моим мальчиком?- быстро сообразив, о ком речь, дух начинает кивать,- Ты ведь любишь его?- снова кивок,- Ох, тогда я благословляю вас. Позаботься о нем,- говорит Эдди обнимая биосферу, которая в свою очередь обнимает его. ,,Так, похоже эта парочка спелась. Ну что ж» подумал Парк, медленно подходя к журналисту. -Эм, добро пожаловать домой, сынок,- неуверенно бормочет он, с улыбкой глядя на Глускина. Тот сияет и улыбается в ответ,- Я так рад, что ты зашел к нам. Давайте все вместе поужинаем! -Ебанутые,- подводит итог Майлз Апшер. С тех пор жизнь в мирке ,,Маунт Мэссив» нихрена не изменилась, но стало веселей! Раз в неделю семейство Глускиных обязательно посещало семью Волрайдер или Апшер или Глускин (все таки их сын), которые еще не определились с фамилией. Все были счастливы и вполне довольны жизнью, кроме Майлза естественно, который не переставая напоминал об их долбанутости. По секрету, он был рад их видеть, а его недовольство было вызвано тем, что семья Глускиных появлялась именно в тот момент, когда Апшер собирался пошалить с Билли. Уж как завел Вэйлон эту традицию, так и продолжалось. Конечно были ссоры, крики, немного расчлененки и подвешиваний. Занятия любовью, которые слышала вся лечебница. Милое воркование, совместная охота за пищей. А потом и готовка. Разумеется, пациенты, которые были более или менее в своем уме, крутили пальцем у виска, другие все так же пытались наброситься. А дедок-каннибал, причмокивая, поглощал жаркое Вэйлона, что по –тихому стырил, пока тот с Глускиным пробовали на прочность новый кухонный стол (старый не выдержал, бедняжка). И мечтал, что когда нибудь по пробует жаркое и из самого повара.