Межиречье

Встречник уже ждал Маргариту. Сухощавое лицо было спокойно, глаза слегка прищурены. Когда девушка спешно спустилась к озеру, он лишь лениво повернул голову в ее сторону. - Нашла? - без приветствий спросил дух. Маргарита кивнула, протягивая пустую шкатулку. Рука, костлявая и кишащая песчинками, снова появилась из-под черной ткани. - Ты уверена, что это та вещь? - Нет. Но другие вещи были видны и обычным глазом. - Тогда все верно. Вторая когтистая рука аккуратно приподняла крышку и тут же опустила. - Шкатука с посланием, - заключил Встречник, - но ты его не слышишь, у тебя нет слуха. - Может, просто передашь его мне? Встречник снова усмехнулся глупости девушки: - Твое ухо не воспринимает эти звуки, даже если они прозвучат из моих уст. Придется тебе вернуться в Межиречье. Ни с кем там не вздорила? - По правде... Я не оставила молока. Встречник резко изменился в лице: на лбу образовалось несколько новых грозных складок, губы сжались и сморщились еще больше. - Неужели нельзя все делать так, как я говорю? Это было так сложно? Марго не успела ничего сказать в свое оправдание: на берегу послышался шум и чье-то громкое дыхание. Глаза Встречника метнулись на звук, и скоро из тьмы выделился черный силуэт. - А, это просто собака из пансионата, - выдохнула Марго. Теперь, когда пес был здесь, она чувствовала себя лучше. - Где ты Ярчука взяла? - удивился дух. Собака подошла совсем близко к воде, глядя на Встречника умным и отважным взглядом. Дух же отступил в воду, с недоверием косясь на пса. - Это просто собака, - повторила Марго с недоумением. Встречник уже не ухмылялся, кажется, девушка начинала его раздражать. - Это Ярчук, пес, который на нечисть охотится. Если он тебя слушает - бери его везде с собой. Просто собака, как же. Затем Встречник возвел глаза к небу принялся бормотать что-то себе под нос. Марго не могла разобрать ни звука, но была уверена, что дух ругает ее непонятливость. - Кого я убить должна? - прервала она Встречника. Тот опустил глаза на девушку. - Есть один дух, который навок убивает. У меня в озере им спокойно живется, а в Межиречьи он уже почти всех отловил. Вот если убьешь его - навки тебе что хочешь дадут. Как придешь туда - свистни, он сразу придет. Только не жди, чтоб он зубы тебе начал заговаривать, бей сразу. Девушка втянула воздух и прикрыла глаза. Встречник тем временем снова перешел на свой любимый будничный тон: - А где то, что я просил? Свечи, гребень, золото где? Девушка смутилась: - Ты только про свечи писал! Свечи я принесла. И золото - вот, - она сняла с пальца колечко. - Значит, гребешок завтра возьмешь, - сказал дух, пряча свечи и кольцо куда-то в складки своего одеяния. Маргарита попрощалась и поплелась в пансионат, сопровождаемая Ярчуком. Несмотря на усталость, заснуть она не смогла. После пары бессонных часов в постели она сдалась и вышла на веранду, чтобы выпить кофе. Оставив чашку остывать на столе, девушка завернулась в плед и уселась в любимое плетеное кресло. Тишина пансионата казалась теперь убаюкивающей, а не зловещей. Маргарита прикрыла глаза. - Тоже не спится? - спросил Матвей. Марго встряхнула головой, отгоняя дрему. Перед верандой стоял всего лишь Никита в джинсовом пиджаке и с большой белой кружкой в руках. - Вроде того, - вздохнула девушка. Никита поднялся на веранду, сел на маленький табурет, поставил свою чашку рядом с чашкой Маргариты... Время пошло быстрее. Они говорили об университетах, о Бодлере, о Метерлинке, о современной музыке и о Матвее. Поднялось холодное солнце. - Ты устала, наверное? - Нет, нисколько. - Я все равно пойду. Встретимся на завтраке. Ужасно хотелось спать. Маргарита осмотрела дворик и веранду, щуря покрасневшие глаза. Тонкая гравиевая дорожка, поросшая травой, мангал, кучка дров и топорик, лежащий рядом. Маргарита спустилась, взяла топорик в руки, взмахнула пару раз - легкий, поднять можно. И подозрений не вызовет, здесь многие колют дрова. Девушка вернулась в дом и на скорую руку сварила еще кофе. Потом снова надела платье и выглянула из дома. Никого видно не было, и она соскочила с веранды, сунув топор подмышку. Ярчук, отдыхавший под деревом, резво вскочил и последовал за Маргаритой в ее опасном пути.

***

Стук в дверь разбудил Никиту, только прилегшего вздремнуть перед завтраком. Антон и Таня мирно спали в своей комнате. Натянув джинсы и майку, Никита поплелся открывать. Он ожидал увидеть Маргариту, но перед ним стояла совсем другая девушка - выше Маргариты, с гораздо более свежим и привлекательным лицом. В простом легком платье и босоножках без каблука она выглядела не хуже, чем модель на подиуме. Прямые темные волосы струились до самой талии, еле заметный макияж подчеркивал правильные черты лица. Никита застыл, глядя на незнакомку. - Простите, что беспокою, - начала красавица встревоженным голосом, - но вы не видели здесь девушку, брюнетку с короткой стрижкой? Худенькую такую, чуть ниже меня, она должна была поселиться в доме напротив... - Маргариту? - Да! Вы ее знаете? Я звонила ей вчера весь день, но ее телефон отключен, и ни в столовой, ни в медпункте ее не видели... - девушка, казалось, не может остановиться из-за волнения. Никита поспешил утешить ее: - С ней все хорошо, мы говорили где-то час назад. - Вы... говорили? В смысле, она с вами говорит? Никита кивнул, не понимая вопроса. Что значит - говорит? Конечно, не немая же она. Увидев недоумение Никиты, незнакомка объяснила: - Просто она недавно попала в аварию с тех пор несколько замкнута. - Я знаю, - кивнул Никита, - она говорила. Но с ней все хорошо, она у нас гостила вчера, а с утра я видел ее возле коттеджа. Думаю, она сейчас просто спит, вот и не слышит стука. Парню почему-то не хотелось рассказывать незнакомке о том, что они с Маргаритой проговорили все утро за чаем. Да и кто она вообще такая? - А вы кто, простите? Девушка очаровательно, хоть и по-прежнему беспокойно, улыбнулась: - Я Елизавета, сестра Маргариты. - Сестра, - удивился Никита, - она и не говорила, что у нее есть сестра. Только о... - Только о брате, - закончила за парня Елизавета, - да, она всегда так делает. Ладно, спасибо, что успокоили меня, я пойду искать Маргариту. В коттедже ее точно нет: у меня есть копия ключа, и я уже заходила. - Тогда она, скорее всего, на реке или на озере. Может, просто гуляет по лесу... я могу поискать с вами, если хотите. Девушка кивнула. Никита быстро начеркал записку для друзей и прикрепил на холодильник, а затем запер коттедж снаружи и бросил ключи внутрь через приоткрытое окно. Молодые люди двинулись к озеру. *** Маргарита поняла, что не умеет свистеть. В Межиречьи было все так же тихо и пустынно, у самых ног девушки возился Ярчук. Она складывала губы трубочкой, совала в рот пальцы, дула что есть мочи - ничего не выходило. "Матвей здорово свистел," - вспомнила Марго. Но сестру он никогда не учил, да и зачем девчонке свистеть? Она прикрыла глаза, вспоминая Матвея и его красный спортивный велосипед. Она смотрит на брата из окна, а тот пересекает двор, ведя за собой компанию таких же хулиганов на велосипедах. Он складывает пальцы колечком и громко свистит на ходу... Набрав побольше воздуха, Маргарита сложила губы и свистнула - тихо и неумело. Ярчук напрягся, всматриваясь в даль. Верхушки деревьев затрепетали. Что-то огромное и сильное шло Маргарите навстречу. Она выронила топорик из рук и вжалась в ближайшее дерево... когда Встречник говорил, что нужно будет кого-то убить, Марго представляла в худшем случае маленького старичка вроде Скарбника, но уж никак не огромного зверя, сотрясающего деревья! Ярчук же куда-то исчез, оставляя Маргариту наедине с неведомым монстром. Наконец он появился. Сперва Маргарита увидела громадную ручищу, ухватившуюся за ствол сосны. Затем показался и ее владелец - мохнатый, здоровенный, напоминающий человека и медведя одновременно. Был он не так огромен, как показалось Маргарите вначале - не больше двух с половиной метров в высоту. Спутанная и грязная шерсть некогда белого цвета покрывала тело существа, длинными пучками свешиваясь с его лица на манер бороды. Из-под косматых бровей блестели светлые и ясные голубые глаза. Завидев Маргариту, существо спросило: - Ты звала? Голос его звучал... дружелюбно? Маргарита, все так же вжавшись спиной в колючий ствол, произнесла: - Я. - Кто ты такая? - существо сделало шаг к девушке, та, отцепившись от дерева, шагнула назад. - Ведьма Мальва. А ты кто? - Звала и не знаешь, кого? - существо рассмеялось, поглаживая брюхо мохнатой лапищей. - Я Чугайстер! Чего хотела-то? Ну вот, подумала Марго, то, о чем говорил Встречник - надо бить сразу, пока не начал говорить. Теперь она просто не представляла, что делать. Топорик лежал совсем рядом, высокая трава скрывала его от глаз Чугайстера. Чудище тем временем принялось притаптывать на месте и что-то бормотать. - На навок жаловаться пришла? Знаю, знаю. Я их напополам могу ломать - хрусть! - вдруг он остановился и спросил серьезным тоном: - станцуем? - Ч-что? - выдавила из себя Маргарита. Такого предложения она точно не ждала. Стараясь не привлекать внимания, она пошарила ногой в траве в поисках топорика. - Что-что, такая музыка - грех не станцевать! Ф - Музыка? - Марго недоуменно покачала головой, но, тут же одумавшись, воскликнула: - а, музыка! Да, славная! Чугайстер насупил брови: - Да ты ее не слышишь... не ведьма ты вовсе! Он двинулся к девушке тяжелым шагом. Охваченная страхом, та отшатнулась, зацепилась за какую-то корягу и упала на спину в густую траву. И тут появился Ярчук. С яростным лаем он выскочил из-за дерева и, в два прыжка оказавшись у Чугайстера, вцепился зубами в его ногу. Нога эта больше напоминала столб по толщине, но пес, видимо, был действительно не просто псом: от укуса чудище взвыло и с грохотом повалилось на бок. Не помня себя от страха, Маргарита вскочила на ноги, схватила топорик и понеслась на лежащую тушу. С силой, невесть откуда взявшейся в худеньком теле, девушка занесла топор и ударила по месту, где у чудища предполагалась шея. Перерубить толстенную шею ей не удалось, но топор вошел в тушу достаточно глубоко, чтобы вой прекратился навсегда. Не в силах выдернуть топор или хотя бы вдохнуть, Маргарита отшатнулась и снова рухнула в траву. Ярчук оставил ногу Чугайстера в покое и подбежал к девушке, резво размахивая хвостом. Его частое дыхание привело Маргариту в чувство, и она поднялась на ноги, а затем побежала прочь из Межиречья так быстро, как только могла.