Необычная любовь

— Заноси её аккуратнее, помни, что ей больно от каждого резкого движения, — Наруто открыл дверь в свой дом перед Кибой с Хинатой на руках. — Заткнись, и без тебя знаю, сколько можно повторять это всё то время, пока мы сюда шли? Мне кажется, что я это на всю жизнь запомню, — ворчание Кибы вызывало в Наруто только смех, который он старался подавлять простой улыбкой. — Сечёшь? — он подмигнул оборотню. — Заткнись, Узумаки, просто заткнись, — сквозь зубы пробормотал Инузука, неудачно пытаясь убрать со своего лица румянец. Пока они сюда шли, Наруто наблюдал за ним с особой тщательностью, не забывая следить за состоянием Хинаты, которое могло ухудшиться. Её тело не было крепким для той силы, что передал ей Наруто. Но больше всего он боялся, что Хината, с тьмой в сердце, может измениться. Это часто случалось в его практике, но Инузуке этого знать необязательно. Всё обязательно обойдётся, он знает. — Можешь положить её на мою кровать, — увидев суровый взгляд, Наруто чуть не рассмеялся, — хорошо, — он щёлкнул пальцами и диван в гостиной стал больше и мягче, — не беспокойся, на нём точно никто не лежал и не будет, — искры намёка в глазах Узумаки выводили Кибу, но он ничего не мог с собой поделать, — дело-то молодое, — в Наруто полетела подушка, удачно прилетая тому в лицо. Киба как можно осторожнее положил Хинату на подушки, даже задерживая дыхание. Вымотанная преображением девушка уснула на руках Инузуки, показывая своё доверие их компании и Кибе лично. «Теперь мне придётся узнать, что такое забота о своих слугах…» — проскользнуло у Наруто в голове, и было не совсем понятно, рад он этому или огорчён. «Конечно, ведь это так сложно», — саркастично заметил Курама, и Наруто представил, как тот закатывает глаза. «Наверное, ты прав», — Наруто немного улыбнулся и устало вздохнул. — Киба, совсем необязательно так за ней следить, всё под контролем, — он ободряюще похлопал сидящего у дивана на коленях друга по плечу, бросив взгляд на Хьюга, — она справится. — Я просто хочу побыть с ней ещё подольше… Я чуть не потерял её… — кулаки Кибы сжались и еле слышно скрипнули зубы. Голова была опущена, а тело слегка дрожало. Видимо, настоящие чувства Инузуки всё же вышли наружу, снова вызывая вздох у Наруто. «Возможно, если бы они общались дольше, и этой ситуации не произошло… то он мог бы меня оставить. Он ведь… имеет право оставить меня». Наруто сам не ожидал от себя этих мыслей, широко распахивая глаза и отступая назад. «О чём я только думаю?! Прекращай, Наруто, приди в себя, — он помотал головой, — кем я становлюсь…» Он огляделся вокруг, решая сделать чай, больше чтобы отвлечься, чем для проявления его гостеприимства. Из холодильника был вынут ореховый торт, который он нарезал треугольниками. Поставив всё на поднос, он отнёс Кибе на угощение, может, это поднимет ему настроение хоть немного. Что-то щёлкнуло в его голове и он поспешил отнести поднос в гостиную как можно скорее. Быстрым шагом войдя в комнату, он заметил болезненный оттенок кожи Хинаты, а ведь её здоровье только начало улучшаться. Поставив угощение на стол, он поспешил к Хьюге, приложив ладонь на лоб. «Ошибка. Ошибка. Ошибка!» — он беспокойно выдохнул, стараясь как можно быстрее найти выход. Тьма поедает её. Хината Слаба. Кибы был так обеспокоен, что цвет его кожи тоже стал бледным. — Киба, в сторону! — рявкнул он, закатывая рукава своей кофты. Киба не мог не послушаться его. «Слабая. Она была ангелом. Чистым ангелом. Она не даёт отпор. Она не может его дать. Что же делать? — Наруто старался соображать, — придётся сделать всё за неё…» — Киба, что бы не произошло, всё под контролем, — Наруто, приложив ладонь ко лбу Хинаты, потерял сознание.

***

«Ч-что со мной?» — Хината огляделась, но перед глазами была только темнота. Она видела себя. Она горела светом. Но все мысли тут же потерялись, когда её начало засасывать в тьму. Она начала проваливаться в неё, как в болото, всё вокруг затягивало её. Все картины прошлого начали вращаться в её памяти, она снова вспоминала это, она снова проходила через все унижения со стороны Харуно. Вспоминала свою жизнь и понимала, что у неё нет ничего, чем бы она дорожила. У неё больше никого нет. Совсем одна. Страшно. Всепоглощающий страх начал увеличиваться с каждым мгновением. Она закричала от безысходности, осела на колени, хватаясь за голову. Стало больно от слёз, лицо будто бы горело, снова и снова вызывая крики. Стало казаться, что воздух кончается и она задыхается. Животный ужас охватил её…

***

Темнота и тусклый оттенок света. Она истощена. Тьма поглощает её. В мгновение оказавшись рядом с ней, Наруто был невозмутим. Обнимая её, их обхватил красный огонь. Тот самый, что и недавно, но теперь с другой целью. Защита. Хината подняла на него свои серые глаза с кристальной чистотой глазами и тонкой струйкой крови, идущей из её рта. — Всё будет хорошо, Хината, я обещаю, — он плотнее обнял её, даря своё тепло, показывая, что он рядом, — тебе не стоит меняться, я защищу тебя, — он утёр горячие слёзы и кровь с её лица, успокаивающе улыбнувшись, — а теперь пора выбираться, — и огонь стал поглощать тьму. Наруто уставал, но всё будет хорошо. «Всё обязано хорошо закончиться», — он погладил девушку по голове, проделывая дыру в сгустке тьмы, что сжималась, пытаясь уничтожить Хинату. — Сейчас будет немного грубо, но иначе никак, — он получше перехватил Хьюгу и со всех сил кинул в её проделанную брешь. Девушка вскрикнула, широко открывая глаза, выныривая в серое пространство. Брешь исчезла, закрывая от её глаз Наруто. — Н-наруто-сан…

***

— Ты не сможешь поглотить своего создателя, — уверенно заявил Наруто, заговаривая, казалось бы, с пустотой, — исчезни! — она таяла, растекалась и испарялась в серый мир. Тот мир, который должен был быть изначально, но который пришлось создать заново из-за собственной ошибки. Он переместился к Хинате, которая шокировано наблюдала за ним. — Похоже на бред, правда? — он рассмеялся. — Н-ну… — Хината засмущалась, вытирая капли пота со лба. — Такая система была создана мной в пять лет, мне тогда казалось, что это отличная идея. Вроде: «Ты мне мешаешься!» — и, бац, я впитал силу противника. Как видишь, руки пока не доходят исправить эту затею, — он неловко провёл ладонью по затылку. — Ладно, Киба там, наверное, с ума сходит, — он рассмеялся, — пошли, нужно обязательно на это посмотреть.

***

Как и ожидалось, Киба хватался за голову, нервно шагая по комнате. — Как смешно ты выглядишь, — Наруто хватался за живот, — у тебя даже вена на виске выскочила. Какой ты серьё-ёзный! — Узумаки почти что бил кулаками по полу, на который упал после потери сознания. — Придурок. Идиот. Дебил. Даун заунывный! — Киба кинулся на него, угрожающе рыча и хватая за одежду, — какого хера просто вот так потерял сознание?! — Ну, вот такого вот хера, — Наруто пожал плечами, — а Хината очнулась, между прочим, — Наруто ему чуть-чуть намекнул, водя бровями и хитро ухмыляясь. Киба замер, медленно поворачивая голову, встречаясь со взглядом серебренных глаз, которые Хината тут же отвела в сторону, краснея. Кибе тоже немного припекло щёки. Он быстро слез с друга, сразу не зная куда себя деть. Наруто вздохнул, глядя на эту картину. Сев по-турецки, он поставил локоть на колено и положил голову на кулак. — Ну и? Что вы как дети малые? — они чувствовали себя неловко, — Наруто щёлкнул пальцами, однако на это никто не обратил внимания, а ведь он заменил остывший чай на горячий. Встав, он взял две кружки и отдал по одной неудавшимся флиртёрам, — торт на столе, почему бы вам не поговорить о любимых сладостях? Как бы между прочим, Киба очень любит ореховый торт, тему я задал, я ушёл, — подтверждая свои слова, Наруто испарился. — М-м… я умею готовить ореховый торт… — прошептала Хината.

***

Саске был в своей комнате, всё такой же мрачной, как и его аура. — Может ли моё желание к нему быть вызвано не только кровью?.. — он прикрыл глаза, вспоминая образ, так влекущего его Дьявола. Глаза, волосы, тело, его запах… Учиха часто блокировал свои обаятельные рецепторы, лишь бы не начать дышать запахом Узумаки. Иногда казалось, что его запах — это как стимул продолжать существовать. Что-то, что удерживало его, манило и чувствуя его, совершенно не хотелось отрываться. Но Саске не мог найти ответа на вопрос почему он вообще чувствует его. Был вариант, что раз тот является Дьяволом, то это его отличительная черта, в принципе, этот вариант до сих пор живёт и подпитывается тем, что более адекватного ответа Учиха не находил. Этот запах был и до пробы крови Дьявола, да и впечатление он произвёл с первых секунд. Саске знаком со многими существами, но ни у одного он не чувствовал отличительного запаха, кроме оборотней, все они пахли псиной. Не может же быть так, что Наруто просто обладает запахом? Нет. Никто более его не чувствует.

***

— М-м… я умею готовить ореховый торт… — прошептала Хината, неловко сжавшись. Киба удивлённо посмотрел на неё, приподнимая брови, словно спрашивая, действительно ли это правда, но так как девушка смотрела в пол, то она не заметила этого. Он сделал глоток чая, усиленно думая, о чём можно поговорить, его назойливая болтливость резко куда-то подевалась. — Здорово… ты умеешь готовить… — он немного помолчал, а потом всё же решился быть собой, — а я вот не умею, сколько бы не пытался, всё сгорает, иногда даже пожар устроил, ты бы видела, как это было. Мы с семьёй тогда так долго искали огнетушитель, что пламя перешло на занавески. С тех пор меня не подпускают к плите ближе чем на пять метров. Собственно, я теперь и сам её боюсь, — он рассмеялся, и Хината тоже похихикала над рассказанной ситуацией в кулачок. — Ореховый торт — мой любимый торт. Уже и не помню, как познакомился с ним. может, это было на мой шестой день рождения, думаю, это была любовь с первого укуса. Я не особо делю еду на «люблю» и «не люблю», чаще я ем всё подряд, но этот торт для меня особенный, — он взял кусок торта в руку, жадно откусывая и практически урча. Хината же воспользовалась ложкой. — Д-действительно очень вкусно! — Ага, этот торт Наруто приготовил, он всегда готовит его на случай, если я приду, самое замечательное, что он редко достаёт его «из воздуха», — Киба показательно щёлкнул пальцами, — он любит готовить сам, вкладывая всю свою любовь. — В-вы давно знакомы, д-да? — Хината неловко разрезала ещё кусок торта ложкой, не зная, нормально ли задавать такой вопрос. Она мало с кем общалась, кроме Харуно. — Да, лет с семи. Я тогда с мамой вышел на вечернюю прогулку, мы тогда возле парка гуляли, ей не очень хотелось туда идти, хоть я и просил, — он сделал глоток чая, — ну, и, будучи непослушным гиперактивным ребёнком, я попросил её что-то мне купить, а сам сбежал в парк. Пробирался сквозь кусты, ну и вылез на полянку, там и был Наруто, он потом рассказывал, что тогда он впервые пришёл на Землю, — он откусил побольше, продолжая не совсем внятно, пока жевал, — ну я ему и помогал по мелочам, я же был мелким, тоже мало что мог и знал. Но я к нему быстро привязался, хоть сначала мы не очень ладили. Сидели на скамейке в парке и обсуждали что-то, помню, что много спорили, он даже мне грубил, но это в прошлом. Я лучший друг Наруто, — он с гордостью поднял голову. — Я-я поняла, что Н-наруто-сан не такой, каким его описывала С-сакура… — называть так свою бывшую хозяйку было непривычно, — он не злой и не глупый, очень сильный и умный… — Естественно! Это же Наруто. Наруто лучше всех. Но я тоже не лыком шит, — неожиданно Киба испытал и зависть и ревность от слов Хинаты, ведь Наруто действительно мог оказаться лучше него, Кибы… — а что любишь ты? Какое мороженое? — чувствуя досаду внутри себя и некоторую зависть, Киба решил перевести разговор и узнать о Хинате больше. — А-ам, я… я люблю, когда вокруг меня счастливые люди, которые не унывают, — Хинате показалось это неким личным признанием, её щёчки приобрели пунцовый цвет, всё это было таким смущающим, — и… мне нравится арбузное мороженое… а…, а тебе? Киба старался запоминать всё, сейчас моля, чтобы его дырявая голова хоть немного, но запомнила, потому как он слушал её дрожащий голос, но не слышал слов, смотрел на её шёлковые волосы, переливающиеся в свете дневного света солнца. Она была так прекрасна, будто создана для Кибы Инузуки. — А я люблю фисташковое, — он счастливо ей улыбнулся, думая, что вскоре влюбится по уши… *** Смеркалось. Время пролетело незаметно. В парке было уютно в преддверии лета, но всё равно немного прохладно. Наруто решил воспользоваться услугой скамейки. Он потратил так много сил, сколько не тратил за пять лет. И, естественно, это было непривычно. После всего случившегося он начал понимать, насколько он ослаб. Просто напросто расслабился. Ему нужно исправиться, возобновить тренировки, быть более внимательным, в конце концов. Он чуть не лишил Хинату жизни только из-за своей несобранности. Какое унижение. Он вскинул голову к небу, которое начало темнеть. — Что же я творю?.. Ведь теперь мы связаны с Саске тоже по моей вине… Точно. Мне стоит начать готовиться к возвращению домой. *** Время возвращаться подошло только к полуночи, когда безоблачное небо открывало вид на яркие звёзды и почти достигшую фазы диска луну. Наруто тогда совсем не оглядывался, восхищаясь ночными звуками парка, как делал это обычно, он смотрел под ноги, как делал это реже всего. Его походка выдавала уныние, а глаза — чистое отчаяние. Он постиг разочарования в себе, а это было страшнее грозы для детей. Ему придётся покинуть дорогих ему людей, возможно, на столетие и даже больше. Он должен быть сильным, а не жить в своё удовольствие. Он должен иметь силы уничтожить Бога и захватить власть, а не пытаться сходить за обычного подростка. Это неправильно. И его чувства к Саске тоже неправильны, ему нельзя влюбляться, потому что Дьявол и вампир не могут быть вместе. Ад не примет его решение. Авторитет перед домом — вот, что нужно для мира «Боюсь, что это конец…» «Наруто Узумаки сдаётся? И что же с тобой такого случилось?» — Курама искренне недоумевал. Наруто менялся. «Я не знаю, Курама, я не знаю». *** Жизнь была без Хинаты казалась слаще мёда, когда Сакура нашла этой глупой недотёпе замену. Яхико прекрасно управлялся со своими обязаностями и терпел её нападки, это было тем идеальным, чего она желала, но всё не без изъяна. Яхико хотел Наруто. И это было его желанием в обмен на рабство — он хотел силы, чтобы заполучить Узумаки Наруто. Дьявола. Естественно, Сакура дала ему силу, солгав, что он заполучит эту блядь. Но кто в своей жизни не лгал? — Сегодня мы объявляем войну шайке Узумаки, — Сакура кровожадно ухмыльнулась, перебрасывая одну ногу на другую, величественно восседая в кресле, будто на троне. Это могло бы показаться забавным, если бы не полный кровожадности взгляд. Она столетиями ждала мгновения, когда сможет вбить Узумаки глубоко в грязь, упиваясь его беспомощностью и мольбами о пощаде. Даже у Бога есть свои желания. Даже Бог мечтает убить. Яхико на мгновение скосил глаза, тут же вновь возвращаясь к уборке. Возможно, что, да, он жалел о своём поспешном решении, которое принял в мгновения своего возбуждённого мозга, тогда эта мысль показалась до безумия превосходной. А сейчас он понимал, что наделал, подписав себе вечное услужение самому Богу. Но он надеялся, что всё окупиться, когда Узумаки Наруто будет сидеть на его коленях, восхищаясь его силой и красотой. Как же он желал этого! И только ради этого он готов терпеть то время, которое был вынужден проводить без него. Ну ничего, всего пара дней и они встретятся, Наруто отдастся ему… Голова кружилась от одного представления невозможно идеального тела. Как же Яхико хотел его себе. *** Наверное, возвращаться так рано к себе домой было опрометчивым поступком, ведь Инузука и Хината наверняка ещё не сполна насладились разговором по душам, но времени и так было мало. Скоро должен был начаться новый день, а он ещё не попрощался в своей кровати с этим. На самом деле он спешил только потому, что его посетила идея устроить дружеский вечер и всем вместе познакомиться с новой подругой в их компании. Нужно было позвать ещё Саске. «Учиха, не спи, у нас пополнение в нашей компании. Будем знакомиться, быть нужно обязательно, так что не отнекивайся, я всё равно слышу твои мысли. Ждём». Саске действительно спал, но как это может помешать Наруто? Ответ был заранее предвиден. Но он смешно мычал и пытался избавиться от ментальной связи, накрыв себя одеялом. Будить его было определённо весело. Но факт того, что он должен будет уйти от них, сильно омрачал настроение и не давал в должной мере посмеяться. «Это для их же блага… и для моего тоже», — он ускорил темп. *** Киба и Хината, всё ещё продолжая смеяться от шутки Инузуки посмотрели в сторону зашумевшей входной двери. Наруто вернулся. Хитро посматривая на них и загадочно улыбаясь, он снял ветровку и прошёл к ним. — Ну что, голубки, развлекаемся? — он подмигнул Кибе, садясь возле него, чтобы если что, тот мог подвинуться к Хьюге. Торта, ожидаемо, осталось немного, значит Хинате тоже понравилось, потому что Киба так и так всегда в восторге от его готовки. — Да, Н-наруто-сан, Киба рассказал мне очень интересную шутку, — Хината мягко улыбнулась, поправив подол своего платья, видимо, не зная, куда деть руки. — О, значит как, этот баловник не приставал к тебе? — он ухмыльнулся, видя возмущённое лицо Кибы, взгляд которого обещал ему хороший удар. Это только больше рассмешило. Такое глупое выражение лица, над которым он, не упуская возможности, всегда его подкалывал. Хината вся зарделась, опуская лицо в пол, теперь же не зная куда деть не только руки, но и себя. — Н-нет, вовсе нет, Киба-кун был очень вежлив со мной. — Ну, ты смотри. Наш пострел везде поспел, — он рассмеялся, когда Киба покраснел от ярости, видя, что Хината сжалась от его слов. — Да ладно, Хината, я же шучу, он вполне себе сносный парень, — он ей подмигнул, ведь был уверен, что так она поймёт, на что он намекает, но так, чтобы сам Киба ничего не понял. Наверняка Инузука сейчас как раз-таки хотел врезать ему. Хината незаметно кивнула. Какая же эта девчонка робкая. Как только она продержалась у этой самовлюблённой сучки Сакуры. Хината составляла ей заметную конкуренцию. Впрочем, Хьюга не привлекала его. Так с казать, она была не в его вкусе. — Так ладненько, пойду на кухню, закатим приветственную вечеринку, что успею приготовлю… -…, а остальное достану «из воздуха», — закончил за него Киба, заметно дуясь, если можно так назвать скрещенные руки на груди и приподнятый подбородок. Он даже смотреть на него не хотел. Ну что ж, хорошо. — Да, Киба, хочешь леденец за сообразительность? Ты делаешь успехи, — он решил смыться до того, как в него прилетит подушка. Слыша, как Киба жалуется на него Хинате, Наруто готовил, как на автомате. Они должны будут понять его желание стать сильнее, да и Саске должен оценить, что он старается для них. Всё должно пройти сносно, а пока нужно приготовить как можно больше вкусностей, чтобы Хината, отчасти, знала чем занять свои руки. Учиха должен уже скоро прийти… и тут раздалась трель звонка. — Я открою, не волнуйтесь и продолжайте разговаривать, — он отряхнул от муки руки о фартук, поленившись его снимать. Пройдя в прихожую, он открыл дверь, ожидаемо видя перед собой хмурого Саске, который недовольно на него смотрел. Но от Узумаки не укрылось то, что тот заценил его «прикид». — Проходи, Учиха, можешь пройти к ребятам или посидеть со мной на кухне, пока я готовлю, — он закрыл за Саске дверь, тот уже успел разуться. По Учихе нельзя было сказать, что тот только недавно встал. Он был сосредоточен, как и всегда да и спину держал ровно. — Давайте я вас познакомлю, — когда они прошли в гостиную, ворковавшие голубки посмотрели на новоприбывшего. Хината подобралась от хмурого взгляда, что бросил на неё Учиха, это не укрылось от Инузуки. — Саске, это Хьюга Хината, моя новоявленная слуга, она очень робкая, поэтому не стоит так на неё смотреть, — дождавшись, когда брови Учиха слегка поднимутся, он продолжил, — Хината, это Учиха Саске, Высший Вампир, мой лучший друг, как и Киба. Не стоит его пугаться, в душе от пусечка, — Наруто усмехнулся, когда Учиха вновь нахмурился, косясь на него, — так, познакомились, а теперь я на кухню, еда сама себя не приготовит. — Приготовит, если ты щёлкнешь пальцами, — крикнул ему вслед Инузука. Саске, зная, что будет здесь лишним, пошёл в Узумаки, невозмутимо садясь за стол. — Вот даже ты заметил, что они ведут себя, как новоявленная парочка, не понимаю, чего они смущаются, — Наруто усердно замешивал тесто, в то время как Саске внимательно следил за ним. — Так смотришь, как будто только сейчас понял, что я умею готовить. Опережая твой вопрос: да, вполне возможно, у меня третий глаз на затылке. — Знал, — или Саске действительно такой неразговорчивый, или он действительно такой неразговорчивый. Что же выбрать? — И что же? — когда Наруто достал формочки, стало ясно, что он готовит печенье. Но пока тот только раскатывал тесто. — За этим интересно наблюдать, — какое открытие, Саске прямо откровенничает. — Ты не готовишь? — не желая, чтобы разговор утихал, придя в тупик, Узумаки развивал разговор, наслаждаясь тем, что нравится Саске в фартуке. — Редко. Воцарилось молчание, которое Наруто уж очень не любил, потому старался найти новую тему для разговора. Хорошо, что эта самая тема сидит в соседней комнате. — Хината была слугой бога, пока та от неё не отказалась, нашёл её в мусорном баке в подворотне, еле успел до того, как она умерла. Теперь она тоже демон, довольно робкий, но демон. Постарайся не давить на неё своим взглядом, а то ведь я тебя знаю. — Хм. — Не хочешь вырезать из теста вместе со мной? — Наруто обернулся, солнечно улыбаясь ему, так, чтобы Учиха не смог отказаться, становясь обезоруженным. Почему-то хотелось увидеть выражение лица Саске, когда тот будет вырезать бабочек, потому что форму звёздочки Наруто обязательно заберёт себе. Поднявшись, Саске тихо к нему подошёл, получая свою ёлочку и начиная вырезать с края. — Саске, да у тебя талант вырезать бабочек, я так и знал! — Узумаки смеялся, невольно замирая, когда Саске тоже улыбнулся, совсем немного, но это было… завораживающе. Впрочем, он продолжил улыбаться, вырезая свои звёздочки. Когда последние фигурки были вырезаны. Наруто выложил их на противень и поставил в духовку. — Отлично, миссия выполнена, напарник, — он подмигнул Учихе, чувствуя, что настроение у того всё же немного поднялось, поэтому его личная тайная миссия тоже была завершена. Впрочем, если это Саске, то настроение ему поднимать очень сложно, потому эта миссия смеет иметь уровни. Понимая, что всё-таки времени почти не осталось, Наруто всё же решил доставать еду «из воздуха», пока эти двадцать минут будет готовиться печенье. Таким же щелчком он убрал, в мгновение оказавшуюся чистой, посуду на свои места. Удобная функция, знаете ли. — Нужно идти к голубкам, а то эта атмосфера начинающейся любви его скоро доканает, — благо, пока она вызывала лишь ухмылку. Можно ли сказать, что он отличная сваха, м? Саске помог развязать ему узел, в который неизвестным образом превратился наскоро завязанный бантик. Это заняло время, ибо ногтей Саске не имел, а узел был достаточно прочным, оттого и маленьким. Судя по копошению, микроскопическим. Однако это было забавно, потому Наруто позволил Саске продолжать трепать себе нервы, тактично умолкая. Более того. Он позволил себе наслаждаться этой ситуацией. Но узел спал, как и Саске отошёл от него. Да, он почувствовал, что этот чёртов афродизиак снова хочет вмешаться. Чёртова кровь. Не теряя времени и стараясь не выдать себя, он направился к ребятам, насвистывая какую-то надоевшую песню. Саске последовал за ним немногим позже. — Итак, — с хлопком его ладоней, с кухни начали, в прямом смысле, лететь к ним разные блюда, шокируя одним своим появлением. Когда все они опустились на стол, Наруто, будучи уже готовым отпраздновать, тоже сел за стол, Саске последовал его примеру, и по щелчку у каждого появилось по тарелке со стаканом и столовыми приборами. — Я знаю, что я молодец, не стоит так на меня смотреть, — он решил начать с салата и тогда только Киба с Хинатой тоже решили начать есть. Скосив глаза, Наруто заметил, что тарелка Саске всё ещё пуста. — Почему не ешь, Учиха? — Я не голоден. — Ладненько, но звёздочку я тебя съесть заставлю, — как это он не будет есть то, что они с такой душой делали. Непорядок. — Хм. — Звёздочку? — не поняв, решил спросить Киба. Любопытство его и погубит. Когда-нибудь. Наверное. А может и нет. — Это секрет, впрочем, ты его унюхаешь сразу же, как они начнут запекаться, а пока не нюхай! Не нюхай говорю! Надувшись, Киба продолжил есть свою картошку, поглядывая на Хинату, стараясь делать это незаметно. Незаметно только для неё самой, получалось на самом деле. Влюблённый Киба определённо выглядел очень… мило? Что это за слово. Наруто покосился на Саске. «Если бы я всё-таки влюбился к него?..» «Даже не думай, не твоего поля ягода. Чтобы ты получил разрешение влюбиться в него, он должен быть достаточно влиятельным Варканом, но этот титул ему не светит с его-то уровнем способностей. Особенно из-за того, что его клан изгнан из ада». «Попытка захватить власть… да, я помню». «Поэтому он должен стать не только сильнее, но и доказать свою преданность тебе и старейшинам. Уяснил?» «Я знаю, спасибо…» Что же делать… Впрочем. Наруто с трудом поборол желание потрясти головой, чтобы хоть как-то отвлечься. Саске не любил его, он не думал влюбляться. И Саске не пойдёт на всё это. Ему не нужен ни Ад, ни сам Наруто, чтобы хоть как-то искупить свои грехи, не говоря уже о получении силы. Осталось просто мечтать. Возможно, когда-нибудь Учиха поймёт, что он — то, что нужно. Следует просто приложить силы, показать ему это, показать себя. Надо будет подумать над этим. А пока стоит завести разговор. *** И вроде как эта ночь была приятным времяпровождением, но что-то было не так изначально. Что-то было настолько опасным, что завораживало своей атмосферой. Наруто чувствовал угрозу, с утра слишком ненавязчивую, а сейчас чересчур густую, её можно было ощутить. Наруто отнюдь не был дураком, единственное существо, от которого он мог ощущать эту самую опасность была лишь Сакура. Непроизвольно он начал думать над тем, что бы она могла вызвать этот звенящий колокольчик в его голове. От этого друзья постоянно его одёргивали, спрашивая, почему он хмурится. Приходилось отвлекаться от размышлений, делая вид, что всё в порядке. Но когда в их головах прозвучало объявление войны, Наруто понял, что дела обстояли плохо, хоть он и подозревал, что это случится. И это лишь убедило его, что иного выбора, как покинуть их, у него нет. — Думаю, что тянуть далее нет больше никакого смысла, — обратил на себя внимание своих забеспокоившихся друзей и радовало только то, что Саске оставался невозмутим, как всегда, — я значительно ослаб, поддавшись искушению мира людей. Я ослаб, как Дьявол, Правитель своего Ада, ведь там мой дом, я натворил дел здесь, из-за чего Саске теперь должен страдать. Я обязан исправить всё это так же, как и не дать Сакуре выиграть. И я заявляю, что должен покинуть вас, ради победы, ради вас и ради себя. Говорилось трудно, на самом деле, но иначе не было бы и шанса показать, что у них обязательно всё получится. Приходилось говорить с уверенной твёрдостью в голосе, чтобы не ставить под сомнение своё могущество, хоть он и говорил о свой слабости. — А мы? Что нам делать? — Киба сжал кулак, скрывая глаза за чёлкой. И, обойдя барьеры собственной защиты мыслей волка, он понял, что тот беспокоится больше за Хинату, чем за себя. Это успокаивало, ведь тот почти не злится на него. — Насколько я знаю, Киба, ты уже прошёл обряд посвящения в волка, потому натренируй своё животное и себя, так же, с твоего согласия, прошу объяснить Хинате правил нашего боя — «Правила боя Дьявола». Она Ангел, ей стоит быть посвящённой. — Да… да, я согласен, — тот бросил короткий взгляд на нервничающую Хинату, и было видно, что от этого объявления у неё трясутся руки, да и она сома, на самом деле. Киба сцепил зубы. — Хината, успокойся, Дьявол никогда не проигрывает, — он прямо посмотрел ей в глаза, вкладывая в этот взгляд силы, чтобы она почувствовала, что он сам спокоен и бояться ей не следует. Она его слуга. Он всегда защищает своих людей. — Саске, что касается тебя, то советую поговорить с братом, не думаю, что узнав про твоё положение, тот будет сидеть сложа руки. Ты также, как Киба и Хината, должен стать намного сильнее. Прими мои слова со всей присущей тебе серьёзностью, — он пристально всмотрелся в него, — я… доверяю тебе, потому я сделаю кое-что… — Наруто вмиг повалил Учиху на пол, сам оказываясь над ним, пристально всматриваясь в глаза так, будто искал там что-то. Учиха недоумевал, это действие выбило его из колеи, хотя внешне он оставался невозмутим. Всё в нём перевернулось и то желание, которое было замаскировано благодаря тому поцелую вновь начало вырываться. Он знал, что Наруто чувствует это. — Сейчас будет немного больно, но смотри в мои глаза. Наруто проник в его голову. Он чувствовал это, чёрт возьми! Саске схватился на бок Узумаки, чтобы хотя бы как-то вымещать всю эту боль. Дальше было только хуже, но он оставался в сознании, упорно смотря в глаза Наруто, которые начали меняться. Они становились красными. А боль где-то в его голове накатывал всё сильнее, опаляя пламенем. Саске сцепил зубы. Он не станет кричать. Наруто нашёл этот замок. Он нашёл его! Тот чёртов ограничитель, который отец поставил оставшимся Учиха, как вечное проклятье для них. И теперь самым сложным было превзойти отца, открыв эти печати, даже не представляя технику, с которой отец работал. Но самое приятное было то, что Саске держался. Это почти заставляло Наруто мурлыкать внутри, он еле сдерживался, чтобы не поддаться искушению и поёрзать на нём. Так Учиха был ещё более манящим… Кажется, что садист внутри Узумаки возбуждался от этого. А как крепко Саске сжимал его… Но нельзя отвлекаться. Эта чёртова дверь почти поддалась! — Давай же, — от усердия Наруто шипел, глаза набирали всё большую силу. И вот. Момент истины. Когда он смог превзойти отца. Взломать его печать. Наруто сел, сверху вниз смотря на Саске, из глаз которого бежала кровь. Сам Наруто мог, наконец, выдохнуть. Глаза щипало, чувствовалась влага и запах собственной крови. Он приложил пальцы к вискам, ощущая свою кровь. Он одёрнул руку, всматриваясь в неё, будто видя впервые, однако не меняясь в лице. — Саске! — Наруто улыбнулся ему, радуясь, что всё получилось. Саске опустил на него глаза, всматриваясь в его лицо, будто видя впервые. И вдруг всё стало неважно, потому что он был рядом. Этот улыбающийся Дьявол был с ним. — Смотри, что ты наделал, — Наруто, озорно улыбнувшись, поднял футболку, показывая дыры в своём боку, которые, однако, не кровоточили. Саске сел, не смея отвести взгляд от следов, которые сам поставил на этом теле. Он чувствовал вину. Плюнув на глаза с их кровью, он обнял этого Демона, который даже и не думал отстраняться, ведь тот понял, что Учиха просит прощения. — Да ладно, Саске, ерунда же, — однако его всё также не выпускали. Чувствуя его тепло и то, с какой силой тот его обнимал, Наруто будто бы таял. Саске стал немного сильнее… Значит, что не всё потеряно. Хината предпочла отвернуться с самого начала того, что потом происходило, Киба с ней также согласился, предпочитая вовсе не видеть всю ту картину, что разворачивалась за столом. Ну не дело подглядывать за их «шуры-мурами». — Саске, — понимая, что отпускать его в ближайшее время не собираются, он решил не откладывать объяснения своих действий в долгий ящик, предпочитая разъяснить сейчас, — то, что я сделал было для того, чтобы ты стал сильнее. Должно быть, ты помнишь, что твой клан, пребывая ещё в Аду, предпринял попытку захвата власти, в следствии которого твой род был уничтожен, и только тебя с братом оставили, — зная положительный ответ, он продолжил, — тогда мой отец наложил на вас печать, которая стала вашим проклятием. Клан Учиха всегда славился своей силой, они жаждали безграничных возможностей, это был их жизненный путь. Отец же, в наказание, лишил вас этого, единственных, кто выжил и послал в изгнание сюда, Землю, где вы точно не могли заполучить силы. Ведь её не было у людей, в отличие от других планет. Теперь же я взломал эту печать, ты… обрёл ту силу, которая передалась тебе от твоего клана. Многие понимали, что Итачи, подчиняясь моему отцу, встанет против их захвата, они так же понимали, что он не сможет убить тебя. Хитрые Учихи возложили на тебя огромную цель получения безумного всевластия. Второго Дьявола, понимаешь? Все те, кто был согласен, наложили печать, которая значила переход силы этих Учих в следствие их смерти тебе. Я расскажу подробнее позже, если захочешь. К сожалению, сильнее меня ты не стал, да и это освобождение временное и частичное. Не подумай, что я тебе не доверяю, просто твой разум не сможет сразу справиться с той волной, есть вероятность, что ты сойдёшь с ума. Так что это ради твоего блага. Друзья поражались этой истории всё больше, они узнавали о Саске нечто новое, понимая, что огласке это наверняка не поддавалось. Они чувствовали ответственность за сохранение этой тайны, возложенную на них, даже без многозначно брошенного взгляда Узумаки. Эта тайна была чем-то связывающим их отныне. Саске же не показывал свои эмоции, но Наруто чувствовал его нервное состояние. Это было естественно, ведь за все прожитые им столетия он так и не знал правды своего рода. Внутри всё смешалось в сумбурный клубок, который нужно было распутывать по ниточке и никак иначе. Учиха сделал глубокий выдох. «Не строй из себя героя, дарующего силы. Я же знаю, что это отчасти из-за желания быть с ним, Наруто», — Курама был серьёзен. Война тоже касалась его, потому что лучший друг и хозяин был в довольно сложной ситуации и помощь ему явно пригодится. Он не бросит Узумаки в беде, как из-за долга, так и из-за своих принципов. Ту швабру он тоже яро ненавидел. «Да, Курама, я скажу ему об этой причине чуть позже. Желательно тогда, когда мы будем наедине. Это вроде входит в личную жизнь». Раны, оставленные Саске, уже затянулись, избавляя от сильного зуда и раздражения в боку, так что двигаться стало в значительной мере более комфортно. Его всё продолжали обнимать и это приносило огромное удовольствие, от которого хотелось улыбаться и сидеть так, по возможности, как можно дольше. В какой-нибудь уютной обстановке, может, за просмотром фильма. Однако… мечтания нужно убрать в сторону. Чем раньше он начнёт восстанавливать свою былую форму, а по возможности и усилить её, тем лучше. — Ребята, мне пора возвращаться домой… — он выдохнул, мгновенно перемещаясь из объятий Учихи на место рядом с ним; так не хотелось этого делать, — у нас пара дней… у меня дома отличное от Земли время, поэтому там время у меня будет идти намного медленнее, это даёт мне преимущество. Много я от вас не требую, но тренируйтесь в моё отсутствие как можно усерднее, но следите за тем, чтобы не выбиться из сил перед боем. А я… — за спиной Узумаки возник портал, тёмная дыра, которую можно было сравнить с чёрной дырой, — я буду достойным другом. Я в вас верю, — а далее в комнате наступила тишина.