Красавчик

Автор: Ятен Коу Мы с Нефритом зашли на маленькую кухоньку, в которую едва помещались вдвоем, девушки остались в гостиной (а также спальне, кабинете и прочее). Ли достал из кармана сигары и вальяжно (насколько это было возможно) расселся на стульчике у стола, я сел напротив, прямо у входа. — Ну и как тебя сюда занесло? — шепотом спросил Неф, протягивая мне сигару. — Зашел проведать Минако, — усмехнулся я, закуривая (да, видимо, еще не скоро я отведаю таких сигарет). — Ага, — саркастично хмыкнул друг, выпуская облако дыма, — а она тебе тут же предложила поселиться у нее, чтобы ты больше не утруждался и мог ее навещать, когда захочешь. — Да нет, — я не сдержал вздоха. — Мне просто больше некуда идти. — Ты прекрасно знаешь, что я бы тебя никогда не выгнал. Хотя, соглашусь, Минако для тебя более привлекательная компания. Кстати, что у тебя стряслось-то? — Во-первых, — я недовольно выкинул окурок в форточку, — я не хотел напрашиваться, даже ей рассказывать не думал. Вышло случайно, Минако сама меня пригласила. Ну, а во-вторых, мой дражайший батюшка решил заставить меня встретиться с Цисси. — Она прилетает из Флориды? — Как всегда. Раз в год. Чтобы обнять любимого сыночка. Неф понимающе хмыкнул. — А он совершенно слеп до моей матери, ведет себя, как прыщавый подросток. И при этом говорит, что чувства ушли, а Цис — свободная женщина. Я это ему и сказал, так он аж посинел от злости. Мы повздорили, я психанул и ушел, папочка не держал. Здравствуй, жизнь бомжа! — я даже хлопнул в ладоши от «счастья». — И что будет дальше? — Нефрит пытливо посмотрел на меня, очевидно, припоминая, что я в таких ситуациях любил снять девицу, купить пару бутылок чего-нибудь покрепче и кутить до тех пор, пока папаша не вытаскивал меня за шкуру домой. — Пойду работать, — пожал плечами я, и Неф непонимающе уставился на меня. — Пока не знаю, куда, но сидеть на шее у Минако точно не собираюсь. Правда, на данный момент я просто амбициозный идиот. — Я спрошу у Рома, есть ли вакансии, а еще лучше — у отца, вот старикашка удивится. Их с маман чуть Кондрат не хватил, когда они узнали, что я работаю, — Ли хитро усмехнулся, наливая себе в кружку чай. — А когда еще и сказал, что бросил пить, то мать велела позвать врача. Психиатра. Причем, для нас обоих. — Ты это ради Макото? — мне нравились перемены, которые в нем происходили; странно и приятно видеть, как он, наконец, превращается в мужчину, а глаза при этом остаются детскими. — И ради себя тоже. Впервые соглашусь с Ромулом — я не более, чем повеса, Мако нужен другой человек. — А ты спросил у Мако, что ей самой нужно? Он задумчиво помолчал. — Нет, Ятен, я ничего пока из себя не представляю, ей нужна опора, плечо. То есть, Ром, а не я. — Так почему же она тогда сейчас не с Ромом? Чего ждет? Насколько я знаю по твоим же рассказам, особых надежд она твоему брату не давала. Она не оттолкнула, но и не согласилась. Не находишь? — меня иногда убивает собственная гениальность. Ай да Ятен, ай да умничка! — Не знаю я! — он рассеянно потрепал себя по голове, отчего волосы превратились в гнездо. — Просто для нее хочется самого лучшего. А лучшим я не являюсь. — Да кто тебе сказал, что она хочет лучшего? Может, ты нужен ей таким, какой есть, — я прямо доктор Курпатов и сваха в одном лице. — Посмотрим, Ятен, посмотрим, — он озабоченно вздохнул. — Эй, мальчики, вы там застряли, да? — на пороге появилась улыбающаяся Мако, и Нефрит расцвел на глазах, лицом напоминая какого-то пришибленного; мне захотелось прыснуть. Через полчаса они ушли, оставив меня и Минако наедине. Странное дело. Эта девчонка в растянутой футболке «I love rock» привлекает меня больше супермоделей в кружевном белье. Но свои желания пришлось оставить при себе и покорно скукожиться на старом кресле. Автор: Макото Кино — Давай немного пройдемся пешком? — Нефрит припарковался недалеко от моего дома, и мы вышли на улицу. Дневная жара спала, небо затянуло тучами, и подул прохладный ветерок. Ли накинул на меня свою куртку, прямо как в старых романтических фильмах, и меня окутало облако дорогого парфюма. Никогда бы не призналась, что кружится голова от одного только запаха, от крохотной доли тепла, хранящегося в тонкой ткани. Навстречу нам мигали вывески, горели фары, словно салют, что-то волшебное, непременно доброе. Одним словом — сказка. — Можно? — Неф взял меня под локоток, несвойственно кротко улыбнувшись. — Руки замерзли? — я не смогла сдержать ответной улыбки. — Нет, — он строго глядел вперед. — Просто так создается иллюзия, что у нас свидание. Я смущенно отвернулась. Сердце забилось быстро-быстро, как у испуганного кролика. — Думаю, в честь нашего свидания можно и выпить чаю у меня дома. Как ты на это смотришь? — я поймала горящий взгляд Ли и невольно опустила ресницы. — Если только матушка моей спутницы не будет против позднего гостя. — Не будет. Сегодня с утра моя мама уехала в больницу, — я улыбалась, и это, видимо, обескураживало молодого человека. — Мы три года прождали в очереди на место и, наконец, дождались. Это очень хорошая, современная во всех отношениях больница, а значит, есть маленький шанс на выздоровление. — Так у тебя, выходит, праздник?! Ну, мисс Кино, чаем вы от меня не отделаетесь. Мы заскочили в небольшую кондитерскую и купили целый пакет разных пирожных: корзинок с желе и ягодами, заварные трубочки, буше. — Ваш муж оплатит заказ? — поинтересовалась пухленькая продавщица, искоса поглядывая на Нефа, пока я выбирала сладкое. От изумления все мысли разбежались в стороны, и я как будто издалека услышала озорной и одновременно очень серьезный голос Ли: — Муж оплатит, — и он достал бумажник. Всю дорогу до дома мы в основном молчали, размышляя о чем-то своем. Мне не хотелось нарушать этой тишины, обманчиво уютной и родной. Было просто хорошо. И это — главное. Уже дома я побежала ставить чайник, пока Нефрит снимал ботинки, принялась хлопотать на кухне. Мы с удовольствием и какой-то затаенной неловкостью потягивали чай, изредка пробуя пирожные, и мне отчего-то становилось душно и томительно, хотелось одновременно убежать, скрыться от сияющих синих глаз и отражаться в них вечно, беспричинно смеяться невпопад и громко плакать, танцевать и просто забиться куда-нибудь в темный угол. Что же это? Что со мной? — Мако, у тебя крем на лице, вот тут, — хриплый шепот с трудом доходит до меня; его взгляд был прикован к моим губам; секунда — и Нефрит, едва касаясь, слизнул заварной крем с моей верхней губы. А потом… все. Я почти грубо была прижата к стене под напором его рук и поцелуев, но это мало волновало. Кажется, что-то полетело со стола на пол… Мой судорожный вздох, подавляемый его губами. Мысли, мораль и принципы бабочками разлетелись по сторонам, только махнув своими яркими крылами, ослепляющими меня до конца. Мы сползли по стене на пол, даже копчику больно… Он что-то говорит, но я не слышу, как в тумане плетусь за ним к кровати, незрячая, безумная, нежная… Я дышу, но мне кажется, что воздух не попадает в легкие… Наверное, это называют секундами до смерти. Да, наверное. Холодная простынь подо мной и тяжесть чужого волнующего тела… Со мной ли это? Он снова что-то шепчет, но я слишком занята его густыми волосами и такой ненужной футболкой… Ничего не помню. Резкая вспышка боли. Его жалостливые, испуганные глаза и крепкий сон… у него на груди. Автор: Нефрит Ли Она заснула быстро, почти, наверное, не осознавая, что стала женщиной, и этого факта уже не изменить. И меня немного страшило то, что завтра утром это осознание придет, и итог будет необратимым: или Кино возненавидит меня всей душой (чувствовать наполовину она не научилась), или станет моей невестой. И того, и другого я боялся почти в равной степени. Когда-то давно отец в первый и последний раз вызвал меня на «серьезный» разговор, где я поклялся, что никогда не буду рушить чужую жизнь и не лишу ни одной девушки невинности, кроме своей жены. Он уже, видимо, тогда знал, что женщин я буду менять, как перчатки, но я поклялся и всегда избегал девственниц. Отец твердо внушил, что это — Дар, который не должен быть растрачен на первого встречного, а я всегда занимал такую позицию по отношению к любовницам. Сегодня я нарушил эту клятву. Я так ошалел от страсти и нежности, что даже и не додумался проверить. Теперь ничего, кроме отвращения к себе я не чувствовал. Я не хочу жениться. Не сейчас, когда я — никто, и ничего не могу ей предложить. А ведь ответственность всегда наступает… Я знаю, что Мако не хочет затащить меня под венец, то, что произошло сегодня — искренние чувства, доверчивость с ее стороны и полная уверенность, что я ее не подведу. А я уже подводил. И даже если я постараюсь ей объяснить свои страхи, она не поймет, хотя бы потому, что всегда была откровенной, а мне даже перед самим собой приходилось изворачиваться. Прости, Мако. Я знаю, что не достучусь до твоего сердца и обману тебя, но я постараюсь быть честным с тобой. Прости.