Почему нельзя спорить с Луи Томлинсоном

- Спорим, Бразилия выиграет? - глаза Гарри сияли азартом. - А хуй тебе не пососать? - хохотнул Томлинсон, устраиваясь на диване поудобнее. - Хорошо, - Гарри недовольно поджал губы, - если побеждает Германия, ты сегодня сверху. - Ага, по количеству голов, - хохотнул Луи. Стайлс хотел было что-то добавить, но тут прозвучал свисток, оповещающий о начале матча. Гарри даже не знал, на что соглашается… *** - Ну, это было ожидаемо, - улыбнулся Гарри, глядя на опасно ухмыляющегося Луи. - В конце концов, Германия не могла не забить. Да и ты не мог... ну, в общем. - Думаешь, Бразилия сейчас быстро отыграется? - Я бы не стал очень на это надеяться... но вряд ли это единственный гол в этой игре, - пожал плечами кудрявый. - Да, это было бы слишком скучно. Знал бы Гарри, что после первого гола последует второй, затем третий, четвертый, а его догонит пятый - молчал бы и берег драгоценное сокровище, на котором сейчас сидел, хлопая глазами на экран. - Ты тоже видишь это? - не останавливаясь, ржал Луи. - Не смешно, - надулся Стайлс. - Мне вот жалко фанатов, смотри, как рыдают. - Подожди, может еще отыграются, - фыркнул Томлинсон, щипая за задницу парня. - Или нет, - поиграл бровями он... - Конечно, отыграются, - неуверенно ответил Гарри, - вон еще второй тайм впереди. И вообще, это стратегия такая. Они усыпляют бдительность. - Ну-ну, - Томлинсон сверился с часами, - у нас есть еще тринадцать минут перерыва. А потом второй тайм, после которого кого-то будут раскладывать на его любимой кровати во всех позах. Стайлс пропустил шпильку мимо ушей. - Как думаешь, сколько мячей забьет Бразилия? - Столько, на сколько не делят, - хохотнул Луи, за что получил несильный удар по ребрам. - С тобой невыносимо смотреть футбол! - воскликнул Гарри, отодвигаясь от парня, - Бразилия, между прочим, одна из самых сильных команд! - У всех бывают плохие дни, - Томлинсон ехидно улыбнулся, - а у тебя, похоже, намечается хорошая ночь. Минуты второго тайма тикали, забирая с собой уверенность Гарри и улучшая Луи настроение. С седьмым голом в ворота Бразилии, тот не выдержал и вскочил с дивана, разражаясь хохотом и поднимая кулаки к небу. Кудрявый легонько приложился головой о стеклянный кофейный столик. Семь. Серьезно? Так не бывает. - Так не бывает, - озвучил он свои мысли. - Им заплатили. Вместо них играют роботы. Медведи. Они пьяные. Я не знаю. Луи сделал серьезное лицо и сел обратно, кладя руку на плечо Гарри: - Понимаешь, дорогой, иногда такое случается... не у всех бывает все хорошо всегда. Ты поймешь, когда подрастешь, а пока нужно потерпеть... семь раз, - заржал Томлинсон, ломая весь произведенный эффект. - Иди к черту! - Гарри заулыбался в ответ. В конце концов, он ведь и так знал, что достанется ему, так бы он вряд ли и спорил. - О, куда же я теперь пойду? Я же должен позаботиться о том, чтобы на тебе не было долгов от проигранных споров, - Луи поиграл бровями. - Луууу, - вкрадчиво произнес Гарри, - а ты уверен, что семь раз тебе по зубам? А? Томлинсон призадумался. - Я буду делать все возможное. Но учти, малыш, ты не встанешь с постели, пока не отработаешь все. - Фу, как пошло звучит, - поморщился Стайлс. - … гол! – послышалось со стороны телевизора, и Гарри обреченно уронил голову себе на руки. Истерический смех Луи заставил его вновь выровняться на диване. - Знаешь, - задыхаясь, сказал Томлинсон, - за этот гол престижа я даже позволю тебе выбрать позу. Первую, в смысле. Или последнюю. А, возможно, и обе. - Гол престижа? – переспросил Гарри, - ты хочешь сказать, это не 8-0? - Нет, милый, Бразилия великодушно решила предоставить твоей попке немножко милосердия. Ну, знаешь, переживают там, как ты выдержишь… - хмыкнул Луи. - Если будешь стебаться, никакого секса не будет вообще, - гневно скрестил Гарри руки на груди. Из телевизора раздался финальный свисток, и парень тяжело вздохнул. Томлинсон прикусил губу: - Ну-ну, детка, спор есть спор, и мы оба знаем, что ты этого хочешь, - подмигнул он, хватая своего парня за запястье. Тот, для виду, посопротивлялся слегка, однако быстро поддался, падая на Луи. – Я ведь не буду трахать тебя семь раз подряд, - прошептал последний в ушко, прикрытое кудрями, от чего по телу парня пробежала дрожь. – С перерывами, аккуратно, не спеша, милый. Как ты любишь. Выбирай, с чего начнем? Или ты предпочтешь последнюю позу? - Последнюю, - низким голосом тихо произнес Гарри. – Если доживу. - Куда ты денешься? - вкрадчиво спросил Томлинсон и, не дожидаясь ответа, поцеловал приоткрытые губы Гарри. Парень ответил моментально, удобнее устраиваясь на Луи и запуская пальцы в его волосы. Поцелуй получился на удивление страстным, что явно не входило в планы последнего. Он хотел довести Гарри до исступления своими ласками, заставить его кричать и умолять о большем. Когда они оторвались друг от друга, чтобы отдышаться, зацелованные губы Луи расплылись в ухмылке: - А говорил, что не хочешь, не будешь, не дашь... - протянул он. - А тут такое рвение. Чему же верить, милый? - Своему члену, - попытался рыкнуть Гарри, двигая бедрами вперед, но звук перешел в стон, когда Томлинсон приподнялся ему навстречу. - Ты посмотри, какая наглость, - цокнул языком парень. - Нет уж, милый. Ты проиграл, и теперь парадом командую я, - с этими словами он крепче прижал к себе горячее тело, чувствуя, как напрягаются под пальцами мышцы, и перевернулся, меняясь с парнем местами и спускаясь чуть ниже, покрывая поцелуями шею, прикусывая нежную кожу, оттягивая ее и вновь зажимая между зубами. Руками Луи, тем временем, вовсю исследовал подтянутый торс, забравшись под свободную домашнюю футболку Гарри, задирая ее до самых подмышек. Пальцы легкой щекоткой пробежали вверх, по бокам, переместились на грудь и сжали соски парня. Мягкая плоть вмиг сжалась от нехитрой ласки, и Стайлс застонал, теряясь в ощущениях. - Нравится? – прошептал Луи, обдавая торс горячим и влажным дыханием, оставляя открытые поцелуи на коже и наслаждаясь видом мурашек, выступивших на коже и контрастом мышц с мягкими боками парня, осторожно покусывая их. – Я же знаю, что нравится. Ты так любишь, когда я тебя трогаю, когда поддразниваю и мучаю, когда не даю нужного, а лишь… Гарри прерывисто задышал и прогнулся в спине, когда пальцы, все еще поглаживавшие соски, скользнули вниз, стаскивая за собой свободные домашние штаны, и мягкие губы оказались в слишком непосредственной близости к месту, где их так хотелось: - Нравится, - хрипло прошептал парень. – Очень нравится. Люблю, когда ты такой. Луи осторожно лизнул головку начавшего наливаться кровью члена, после чего легко провел раскрытой ладонью по внутренней стороне бедер парня, и тот развел их в стороны, позволяя устроиться удобнее. Недолго думая, Томлинсон провел губами по нежной, чувствительной коже, повторяя путь рук и одновременно чуть царапая короткими ногтями живот Гарри. - Пожалуйста... - шепнул Стайлс, закидывая одну ногу на спинку дивана, а вторую опуская на пол, - ну же, Лу... - Только потому, что ты так вежливо попросил, - Луи последний раз поцеловал самое нежное местечко между бедром и пахом и, вдохнув чистый мальчишеско-мужской запах Гарри, языком провел по толстой вене, выступавшей на члене, дальше по головке и, наконец, втянул ее в себя, крепко схватив руками бедра парня, не давая тому шанса пошевелиться. Гарри сдавленно выдохнул, шумно сглатывая, и положил руку на затылок своему парню, легко перебирая пряди волос, массируя кожу. Тот издал одобрительный звук, который отозвался дрожью в кончики пальцев на ногах, и продолжил все быстрее заглатывать член кудрявого, работая языком, когда почти полностью выпускал его, и вновь опускаться вниз, упираясь носом в гладкий пах, до слез на глазах. - Боже, - выдохнул Гарри, зажмурившись. Казалось, это все для него слишком. Он не выдержит и минуты. Впрочем, в постели с Луи эти ощущения были верными его спутниками. Томлинсон, тем временем, заметив состояние парня, сбавил обороты. Осторожно посасывая саму головку, он больше не заглатывал член до основания. Луи подхватил Стайлса под бедра и подтянул его еще ближе, сильнее открывая для своих бесстыдных действий. Тонкие пальцы, до этого легко поглаживавшие бедренные косточки Гарри, скользнули ниже, переключившись на нежную кожу его ягодиц. Поцелуями спустившись вслед за пальцами, Томлинсон помассировал мягкие полукружия, раздвигая их, открывая себе максимальный обзор на «поле действий». После первого касания языка, парень завороженно наблюдал, как беззвучно распахивает рот кудрявого, как искусанные губы формируют красную «о», как напряженно дергается член, тяжело лежащий на животе, и на нем выступает капелька смазки. - Знаешь, что я еще так в тебе люблю? – Луи вновь лизнул, после чего аккуратно прикусил зубами нежную кожу, после чего всосал ее и вновь лизнул, делая язык жестче. – Ты такой отзывчивый, - еще движение языком. – Такой чувствительный, - еще и еще, - такой невероятный. Протяжный стон был ему ответом – похоже, Гарри был вовсе не в состоянии выдавить из себя хотя бы пару связных слов. - Ты сводишь меня с ума... Гарри зажмурился, прогибаясь в пояснице, но Томлинсон прижал его к дивану, вновь принимаясь вылизывать пока еще сжатую розовую дырочку. - Моя бы воля, я никогда бы не выпускал тебя из постели... Гарри судорожно сжал пальцы, цепляясь за мягкую обивку дивана и облизывая губы. - Боюсь, э-это идет вразрез с нашим контрактом, - с трудом выговорил он. Быстрые движения языка Луи заставили его забыть о теме разговора, особенно когда он почувствовал, как тот большими пальцами ласково обводит напряженное колечко мышц и чуть растягивает его в стороны, позволяя языку проникнуть внутрь. Быстрыми и короткими движениями Луи выбивал из своего парня порнографические вздохи и постанывания. Оторвавшись, ненадолго, Томлинсон смешно дернул носом: - Тебе сейчас нужно бояться совершенно за другое, - и вновь вернулся к своему занятию, с упоением и усердием доводя Гарри до состояния, в котором он с трудом осознавал, где находится, а в голове билось лишь луилуилуи. Томлинсон коротко улыбнулся и, глубоко вдохнув, принялся вылизывать Гарри с еще большим энтузиазмом, обильно увлажняя. Гарри широко распахнул глаза, глотая ртом воздух, когда почувствовал, как в него проник палец любовника. Совсем неглубоко, всего на фалангу, но Луи, поглаживая изнутри, заставлял его терять себя даже этим действием. - Ну же, - бессильно сжал руки Гарри, было слишком мало, пусть и уже очень много. - Еще, Луи, еще. - Ни «спасибо» тебе, ни «пожалуйста», - протянул парень в ответ, двигая запястьем так, чтобы средний палец оказался внутри полностью, а затем, прикрыв глаза, вновь, с упоением, начал облизывать вокруг, медленно растягивая парня. - Пож... Ах... Я не могу, Лу... Быстрее, прошу тебя! - Гарри откинул голову, ощущая как вместе с пальцем в его тело вновь вторгается влажный язык. Недолго думая, Томлинсон добавил еще один палец, начиная искать точку, от прикосновения к которой его мальчик будет плакать, теряясь в удовольствии. Судя по рваному выдоху и пальцам, запутавшимся в волосах Луи, цели он своей достиг довольно быстро. - А-ах, - протянул кудрявый, сжимая пальцами карамельные пряди. - Еще, пожалуйста, еще. Два пальца входили и выходили из него, и Томлинсон завороженно наблюдал, как тело парня принимает их в себя, слушал звуки и надеялся, что Гарри долго не протянет так - его очень хотелось, но первый из семи раз внимание к его члену в себя не включал. - Лу, - бедра Гарри напряглись, притягивая парня между ними еще ближе. - Я не могу больше... Я... Я сейчас... На лице Томлинсона мелькнула шальная улыбка, и он вновь потянулся к напряженному члену Гарри, проводя языком от поджавшихся яичек до головки. - Давай, милый, - поцелуй головки, нежное, но упорное поглаживание простаты, - ну же, ты был хорошим мальчиком, - и Луи взял головку в рот, начиная быстро и усердно сосать, одновременно с этим увеличивая темп движений пальцами. Гарри напрягся, вытянулся, словно струна, а затем, сжав длинные пряди челки Луи, выгнулся, с низким стоном кончая тому в рот. Луи не выпускал Стайлса до тех пор, пока тот не перестал подрагивать в его руках. Парень осторожно извлек пальцы из его тела и поднялся вверх, активно игнорируя собственное возбуждение. Губы мягко коснулись губ, и Луи улыбнулся. - 1:0, - произнес он, едва Гарри успел открыть глаза. - О боже, - слабо застонал Гарри, закрывая лицо руками. - Как ты сформулируешь причину моей смерти остальным? Выдоил досуха? Затрахал до смерти? Луи поднял бровь и смерил Гарри насмешливым взглядом: - Ты слишком жив и оживлен для того, кто только что кончил, и кому в ближайшее время предстоит это сделать еще шесть раз. - Шесть... - простонал кудрявый. - Именно, - расплылся в довольной улыбке его мучитель. - Может, ограничимся хотя бы первым таймом? - Нет, - Луи припечатал еще один поцелуй на его губах, - а теперь, полагаю, настало время подкрепиться. Чего доброго, свалишься в обморок в самый ответственный момент. И что я в таком случае буду с тобой делать? - Полагаю, чинным образом дотрахаешь мое бездыханное тело, а после - будешь над ним проливать слезы? Луи с недоверием уставился на парня: - И откуда, позволь спросить, в твоей голове появилась эта светлая мысль? Гарри невинно пожал плечами, насколько это было возможно, и, сверкая голой задницей, по которой получил мягкий шлепок, направился на кухню. Луи же, проводив его взглядом, поднялся с дивана и пошел в спальню. В конце концов, для запланированных на сегодня еще двух раундов ему крайне необходимо взять парочку предметов. Ребята уже допивали чай, когда Луи тихо рассмеялся каким-то своим мыслям. - Я до сих пор поражаюсь, насколько комфортно ты чувствуешь себя в подобном виде, - Томлинсон окинул полуобнаженную фигуру Гарри многозначительным взглядом. - Я думал, ты уже привык, - пожал плечами парень, делая последний глоток из чашки и забирая посуду со стола. - Твои прекрасные и аппетитные части тела не устают меня поражать и услаждать взор мой, - покивал Томлинсон. - Ты что, ебанулся там, пока я готовил? - сдвинул брови Гарри. - Нет, я планировал. Перекурим? - сладко улыбнулся Луи, поднимаясь со стула и направляясь на балкон, вслед за своим парнем, который согласно кивнул. Гарри протопал в комнату и, заметив, что Томлинсон не следует за ним, остановился. - Луи! Ну, где ты там? - Иди, я подойду, - ответил тот из кухни. Стайлс пожал плечами и вышел на балкон. Воздух остыл, заставляя его поежиться. Легкий ветерок холодил обнаженную кожу бедер и прикрытых длинной футболкой ягодиц. Все-таки, выходить только в этом предмете гардероба было опрометчивой идеей. Но возвращаться и надевать что-то еще было так лень… Гарри оглянулся, вздохнул и закурил. Парень глубоко затянулся и, задержав в легких дым, посмотрел на небо. Оно было особо звездным в тот вечер, хотя обычно в огромном городе редко можно заметить россыпь созвездий, составлявших компанию Луне. После второй затяжки Гарри стало теплее не только изнутри - к спине прижалась теплая и весьма одетая грудь Томлинсона, который довольно бесцеремонно вытянул из его пальцев сигарету. - Ну, Лу! Взять себе целую сигарету не судьба совсем? – лениво возмутился Стайлс, чуть обернувшись к обнимавшему его Луи. Тот невинно улыбнулся в ответ и затянулся, после чего вернул сигарету своему парню. Гарри вновь перевел взгляд на небо, чуть улыбнувшись, когда теплые руки забрались под его тонкую футболку, задирая ее. - Совсем не судьба, - Луи легонько пощекотал крепкие бока, прижимаясь ртом к уху парня. - Зачем, если ты все равно на все готов ради меня, - в этот момент Гарри крепче вцепился в поручень и сделал новую затяжку. Член Луи начал проникать в него плавно и осторожно, но от этого не менее неожиданно. Мысли в кудрявой голове закружились сумасшедшим калейдоскопом, переключаясь с одной на другую. Что происходит? Какого хрена? Когда он успел воспользоваться лубрикантом? Пальцы сжались чуть сильнее, ломая сигарету, и Гарри, наконец, выдохнул, чуть прогибаясь в спине и облегчая Томлинсону доступ. Тот, в ответ, подошел еще ближе, напирая всем телом, заставляя Гарри опереться торсом о не слишком высокие перила балкона. Вид открывался прекрасный, на маленьком футбольном поле одиноко лежал позабытый мяч, и Стайлс вдруг вспомнил, что это пока всего второй из семи раз. И именно в этот момент Луи прогнул его в пояснице, меняя угол и вырывая из парня пошлый и высокий стон. Прижимаясь грудью к его спине, Томлинсон нежно коснулся губами чувствительной кожи на шее Гарри. Он мягко двигался в тугом послушном теле, прикрыв глаза и, перекрестив руки на груди парня, перекатывал в пальцах твердые горошины его сосков. Гарри чувствовал, как ситуация стремительно начинает интересовать его член, уже пришедший в себя после недавнего оргазма. - Я, - шумно выдохнул парень, - очень рад тебя видеть. Луи фыркнул: - Ты же, ах, блять, даже не видишь меня. - Зато чувствую, - Гарри вцепился в единственную для него сейчас опору и сжал мышцы ануса. Томлинсон громко и витиевато выругался, а кудрявый закусил губу, ощущения от члена в заднице и рук на сосках отключали какие-либо зачатки здравого смысла. - Маленький, если ты сделаешь так еще раз, я тебя выпорю, - доверительно сообщил Луи, сильнее сжав пальцы в ответ, ощущая, как вздрогнул под ним Стайлс. – Готов? - К чему? – недоуменно переспросил Гарри, но Томлинсон не ответил. Нехотя высвободив руки из-под футболки Стайлса, тот ухватился за перила и мощно задвигался в сильном теле. Гарри разрывало от ощущений словно слишком сильно надутый воздушный шарик. Быстрые и резкие движения бедер Луи, его совсем не маленький член, заполнявший изнутри и двигавшийся именно так, как нужно, крепкое тело, что держало его на одном месте, не позволяя двигаться - все это сводило с ума, заставляло коленки дрожать, а ноги подкашиваться. Возможно, в этом была виновата еще и высота балкона - второй этаж, но все равно не мягкая кровать, если падать. - Вот так, сладкий. Я так люблю, когда ты расслабляешься, - толчок, еще и еще, - так хочешь этого. Ты же любишь мой член, правда? О, как ты его любишь. И пальцы, м? - Заткнись, - ахнул Гарри, чувствуя те самые вышеупомянутые пальцы на своем члене. Томлинсон выровнялся, поднимая за собой и Гарри, вынуждая его еще сильнее расставить ноги, которые, по правде говоря, уже едва удерживали его тело в вертикальном положении. На секунду в голове мелькнула мысль, что если бы его не держали, то он давно бы рухнул на пол. Движения Луи стали рваными, а рука обхватила член кудрявого чуть крепче. Пальцы второй сжали поджавшиеся яички, и Стайлс застонал, откидывая голову на горячее плечо любовника. - Еще немного, Лу… Еще чуть-чуть, я почти… - Я знаю, мой хороший, знаю, - Луи вновь наклонил Гарри, заставляя того из последних сил вцепиться в перила, широко раскрытым ртом хватать воздух и издавать протяжные стоны каждый раз, когда Томлинсон вдалбливался в его простату. - Луи-и-и, - захлебнулся стоном парень, - ну пожалуйста. Нежные горячие подушечки пальцев коснулись растянувшегося вокруг члена колечка мышц, ласково погладили, а затем кончик одного начал аккуратно проникать, вместе с членом. Гарри задохнулся, сжимаясь, напрягаясь от неожиданности, и с полузадушенным всхлипом кончил в руку беспощадного экспериментатора. Томлинсон резко выдохнул, сжимая ладонями ягодицы парня, и продолжил двигаться, заботясь уже только о своем удовольствии. Ноги Гарри, таки, подкосились, и он повис на перилах, из последних сил цепляясь за них руками. Луи толкнулся несколько раз особенно сильно и замер внутри Стайлса, упираясь лбом ему между лопаток. Удовольствие сладкой судорогой скручивало его мышцы, заставляя тело дрожать, а руки сильнее сжиматься на широко разведенных бедрах Гарри. У него очень чувствительная кожа, на ней уж точно останутся яркие отметины от пальцев Луи. - Надеюсь, ты в сознании и в адеквате, - спустя какое-то время пробормотал Гарри. - А то ты и когда не возбужден большой, а после двух оргазмов я немного слишком чувствителен. - А еще ты так любишь жаловаться, - Луи укусил парня напоследок и выскользнул из него. Впрочем, свято место пусто не бывает, верно? Гарри вскрикнул, когда почувствовал, как в него проникает что-то по размеру даже немного больше, чем Луи. - Что ты делаешь? - тяжело дыша спросил он. - Угадай, - хмыкнул Томлинсон, наблюдая за тем, как пробка скользнула на свое место, удобно устраиваясь меж половинок, и шлепнул Гарри по ягодице. Тот устало застонал: - Ты просто кара господня на мою голову. - Задницу, мой хороший. На твою задницу, - подмигнул Луи, разворачивая, наконец, Гарри к себе и нежно целуя. - Я буду первым человеком, умершим от удовольствия, - проурчал Гарри, крепче прижимаясь к Томлинсону. - Вот за это я тебя и люблю. - Это еще не конец, - заверил его Луи, улыбаясь сквозь поцелуй. - Это только 2:0. - Ноги меня не держат, - предупредил Гарри, когда Томлинсон развернул их и начал подталкивать к двери с балкона. Парень лишь усмехнулся в ответ, закинув руку кудрявого себе на плечи и обхватив того за талию. Футболка Гарри снова задралась, но ребята не обратили на это внимания. - Тогда держись крепче, - и с этими словами Луи буквально уволок Стайлса в сторону ванной. - Я хочу спать, - попытался, было, возникать тот, но Томлинсон был непреклонен. - Никаких спать без душа. Гарри недовольно фыркнул, но послушно принялся переставлять дрожащие ноги, периодически стискивая зубы, когда пробка двигалась в до безумия чувствительном теле. Луи невинно похлопал глазами, поймав на себе укоризненный взгляд, и включил горячую воду, заводя свое сокровище в кабинку и ступая за ним вслед. - Я напоминаю, что тебе придется меня держать. И мыть. Любить и не обижать. - О, любить... - протянул Луи, прикусывая уголок губы. Он взял фруктовый гель для душа и выдавил его на мочалку, поворачивая Гарри лицом к себе и заставляя его взяться за ручку. - Это можно устроить. Откинувшийся на дверцу кабинки и жмурившийся до этого момента, Гарри приоткрыл один глаз и вопросительно изогнул бровь: - Ты на что это сейчас намекаешь? Грязный извращенец! - Ни-на-что, - по слогам проговорил Томлинсон, хитро улыбаясь и мягкими круговыми движениями принимаясь намыливать усталое тело любовника, особое внимание уделяя его ягодицам и бедрам. – И не извращенец, и совсем не грязный. Мы же в душе, котик, ты забыл? - Не заговаривай мне зубы, - почти убедительно погрозил пальцем кудрявый, но вздрогнул и шумно втянул воздух носом, когда Луи начал играться с основанием пробки, а затем вновь мирно продолжил свое занятие, как ни в чем не бывало. – Ах ты… Томлинсон хмыкнул, нежно смывая пену с бледного подтянутого тела своего парня: - Ничего не знаю. Неудивительно, что через непродолжительное время подобных манипуляций Гарри начал реагировать на них. - Лу, серьезно. Ты... издеваешься? - простонал он, ощущая, как внизу живота закручивается тугой узел возбуждения. - Еще разочек, и все, - Томлинсон невинно похлопал глазками, опускаясь перед ним на колени и прижимаясь щекой к влажной коже паха. - Еще разочек, и ты не просто понесешь меня, а сгребешь в совочек и выльешь в стаканчик на прикроватной тумбочке, - однако, несмотря на все жалобы, кудрявый начал подаваться навстречу теплым губам, которые двигались все ближе и ближе к члену. Впрочем, за обилием ощущений, он совсем не уследил за рукой Томлинсона. Однако почувствовал ее. Опять-таки, на основании пробки. - Не прибедняйся, мы оба знаем, что тебе это нравится, и ты этого хочешь. Мы оба этого хотим. - Не думаю, что я буду в состоянии тебя отблагодарить, - на краю сознания Гарри удивленно отметил, что его голос прозвучал достаточно ровно. - Это не страшно, - Луи легко прикусил нежную кожу, - скажешь свое "спасибо" завтра... Стайлс, честно, хотел ответить что-то колкое, но теплый язык принялся вылизывать его яички, и остатки сил он благоразумно использовал на то, чтобы не съехать по запотевшей дверце душевой кабины в поддон. Горячая вода заливала нос и уши, но Томлинсон упорно продолжал доводить своего парня до состояния подтаявшего желе, наслаждаясь его тихими и отчаянно-сладкими стонами. Кабинка постепенно наполнялась паром, и становилось все жарче, и не только от температуры воды. Гарри громко ахнул, когда Луи аккуратно провел зубами по члену, затем лизнул, а после начал покрывать его поцелуями, быстро и уверенно двигая пробку. - Вот так, мой хороший, вот так, - горячо прошептал Томлинсон, второй рукой оглаживая и сжимая бедра. Губы незамедлительно вернулись к прерванному занятию. Пробка без труда ходила в растянутом теле, хотя Стайлсу казалось, что он был зажат. В какой-то момент Гарри обнаружил, что ему тяжело дышать. То ли от пара, то ли от наслаждения, каждый вдох давался ему с трудом, и острота ощущений достаточно быстро довела его до пика наслаждения. - Лу-луи, - простонал он. - Лу, пожалуйста. Мне...мне нужно. Еще немножко. - Вот так? - с этими словами парень крепко зажал губами головку и начал работать по ней языком, рука без устали двигала пробку, а вторая - скользнула вверх по телу и крепко сдавила сосок, оттягивая его до боли. - Та-ак, - оргазм ударил в голову разноцветными пятнами перед глазами, шумом в ушах и окончательной слабостью в ногах. - Вы-вытащи. Луи. Держи меня. Лу. Томлинсон как раз успел извлечь из полностью расслабленного тела пробку, когда ноги Гарри, все же, подкосились и, очень надеясь на расторопность любовника, он скользнул вниз по мокрой от брызг дверце кабинки, прямо тому в руки. - Эй, ты же не вздумал уснуть прямо здесь? - голубоглазый погладил его по лицу и, приложив некое усилие, поднялся на ноги, утаскивая за собой и Стайлса. - Я бы мог, - не открывая глаз, пробормотал тот. – Тепло. Не нужно стоять. Класс. - Идиот, - ласково «наградил» парня Луи, выключая воду. Поддерживая парня за талию, он помог ему выйти из кабинки, сразу же заворачивая его в пушистое полотенце. К этому моменту тот немного оклемался, поэтому вытереться смог сам, хотя и медленно, что освободило руки Томлинсону. Наконец, сухие и практически спящие, они дошли до спальни, не поздоровавшись с полом и даже почти ни разу не споткнувшись. - Ты зверь, - хмыкнул Гарри, зарываясь лицом в подушку. - Зато добрый, - самодовольно проворчал Луи, - иначе стребовал бы с тебя весь долг сразу. - Побывал бы ты в моей шкуре, после второго раза просил бы пощады, - монотонно проговорил Гарри, придвигаясь к Томлинсону ближе и удобно устраивая голову на его груди. - Это ты так ненавязчиво пытаешься меня сейчас взять на понт? - Луи обнял его и поцеловал влажные волосы, чувствуя обнаженной кожей мягкую улыбку. - Ну... Почему же?.. - голос Стайлса стал тише и между словами появились продолжительные паузы. - Возможно... Я просто... Что именно он хотел сказать, голубоглазый так и не узнал, потому что Гарри самым наглым образом уснул. Но Луи особо и не расстроился, уже предвкушая, как запоет кудрявый завтра. Если к последнему разу еще сможет говорить. С удовлетворенной улыбкой на губах парень медленно погрузился в сон. Ох уж этот футбол, сплошная выгода, как ни крути.