Бляди. Право на надежду

Море облизывало босые ступни, солнце проявляло на коже тонкий рисунок солью, парни смотрели на заигрывание ветра с волнами. – Вам надо поговорить, – первым разорвал тишину Стас. – Хотя бы попытаться объяснить… – Фатальное, – прервал его Мишель. – Что? – Море сегодня такое. – Хочешь, я ему все объясню? – спросил Стас. – Это необъяснимо. Это просто… просто какое-то неизбежное наказание. Цена. – Мда… – Стас нарисовал на песке знак доллара. – Лучше бы жизнь за ошибки брала деньгами. – Продешевила бы, – Мишель перечеркнул денежный знак. – Нихрена бы он не понял! – Денис подскочил на месте. – Почему нельзя все исправить? Почему нет шанса? Почему? Все вокруг говорят, поют, пишут, рисуют о любви. Но она, сука, такая без капли добра! Я ей все рассказал! Думаете, она поняла? Простила? Нихрена! – Кто? – Мишель щурился от солнца, глядя на беззащитно взъерошенного Дениса. – Ташка! Я бы ей все простил. Потому что люблю, так что вот тут занозой болит! – ткнул он себя в ребро. – Кто? – синхронно переспросили парни. Денис вспыхнул, помялся и, пристроившись рядом с ними, сдался: – Я с девушкой встречался. С Ташкой. – С девушкой? Зачем? Подожди… Так ты би? – уточнил Мишель. – Не знаю я, – рубанул рукой воздух Денис. – Мне вообще парни никогда не нравились. И не нравятся. – Я с вас хуею, дорогая компания. Есть еще новости? – с опаской поинтересовался Мишель, косясь на Стаса. – Ты знал? – Откуда? Он так бодро шагал по твоей дорожке, что даже мыслишки не затесалось, что это хренов мелкий перебежчик. – Блядь… – Мишель поднялся и отряхнул руки. – Не вижу логики, но почему-то хочется все это, – он обрисовал нечто в воздухе широким жестом, – отметить. Домой? Там в холодильнике пара-тройка литров сангрии. Мишель сгрузил на поднос кувшин с напитком, бокалы, добавил туда нарезанную тонкими пластами ветчину и потянулся за хлебом с помидорами, когда на столешнице уже не в первый раз зажужжал телефон. Он не глядя ткнул на кнопку громкоговорителя и принялся нарезать полюбившуюся Денису сдобу. – Слушаю, – поведал он настырному абоненту. – Мишель, здравствуй, это Сергей. В кухне повисла пауза. Мишель с удивлением обернулся к телефону: – Ну здравствуй, Сергей. Чем обязан? – Ты не знаешь, где Стас? – после долгого молчания раздался глухой голос. Мишель дернул на себя ринувшегося к телефону Стаса и заткнул ему рот. – Не знаю, а что случилось? Зачем он тебе? Стас молча и сосредоточенно выкручивался в руках Мишеля. – Я… я переживаю. Стас перестал дергаться и как завороженный уставился на маленький кусок пластика. – Я такой… мудак… – выдохнула трубка. – Боюсь, что случилось… что-то плохое. – Рассказывай. – Стас был у меня ночью, а на следующий день я его увидел в клубе. Он закидался какой-то дрянью. Был почти невменяем. Полез ко мне… И я его… Я ему сказал… Назвал его блядью и посоветовал… посоветовал держаться от меня подальше и… много еще чего. Стас сорвался. Сунулся к Арамчику. Ты же знаешь, какое это дерьмо. Мне бы его остановить и увезти. Но… я психанул и уехал. Потом позвонил. Стас орал, что будет… будет той самой блядью. Потом он отключился. Я его искал. Арамчик со своей шоблой тоже пропали. Никто не знает, где Стас, в салоне сказали, что он позвонил и отменил все записи. Квартира пустая. Дениса вашего найти не могу… Мишель… что-то случилось. Стас резко обмяк и, развернувшись, буквально впечатался в Мишеля. Тот, прижав к себе друга, поглаживал успокаивающим жестом его шею, чувствуя, что Стас почти перестал дышать. – Тебе-то что? – резанул Мишель собеседника. – Помоги найти Стаса. Я не… переживу, если с ним что-то… Мишель отцепил от себя Стаса и сунул ему в руки телефон. Подхватив поднос, кивнул на трубку: – Давай. Кажется, это тот самый шанс, о котором орал Денис. Получится у тебя, получится и у нас.