Каникулы же или история о том, как они провели это лето

       - Я давно тебя не видела, Фролуша! - девушка с ярко-рыжей шевелюрой, которая никогда не была уложена, сжимала меня в крепких женских объятьях. Моя тетя, словно ребенок, радовалась всему, что случалось в ее жизни, но больше всего ее радовал мой приезд.       - Теть Кир, я же просил: не называй меня так, - шикарное, по-моему, начало разговора. Я не старался выбраться из ее объятий, ибо знал, что это лишено всякого смысла.       Знаете, я люблю приезжать к этому человеку. Украина - красивая страна, а город, в котором живет тетя, по-моему, самый изысканный и прекрасный, несмотря на то, что маленький.       - Хорошо, Фрол, - так официально, басом, - больше не буду, - в карих глазах было видно, что тетя действительно кается за содеянное, а я что? Я так же, взглядом, даю понять, что она прощена.       Рыжеволосая отпускает меня и пропускает в квартиру. Бежевые стены, деревянная мебель, но массовый беспорядок. Всегда поражался этой девушке. Она, во-первых, взрывная, неусидчивая, но милая, а во-вторых, ее абсолютно не волнует состояние ее квартиры, она просто живет. Диву даюсь, как она выживает. Ничего же не умеет. Хотя, кто бы говорил? Сам-то я и подавно ничего не могу.       Я по привычке прошел в гостевую комнату, которую уже законно считаю своей, ибо каждый раз, когда меня вновь и вновь родители посылают сюда на каникулы, я живу в ней.       Закинув портфель на кровать, я резко развернулся на сто восемьдесят градусов. На темно-серой стене висело огромное зеркало, которое отражало меня в полный рост. Вполне себе приличный внешний вид для человека, которому еще и семнадцати-то нет. Ярко-голубые пряди, свисающие чуть ниже лопаток, такого же цвета глаза. Столь неестественный цвет помогают получить линзы, а благодаря им очи мои еще и увеличиваются в размере. Зауженные джинсы и рубашка в измятую клетку. Да, я понимаю, что так, как я, выглядят процентов семьдесят подростков, но мне как-то плевать. Я - это я, и ничего с этим не поделаешь.       Мои раздумья прервал стук в дверь. Несмотря на свою безбашенность, Кира отлично владела манерами.       - Ты с дороги. Кушать не хочешь? - дверь приоткрылась, и в образовавшееся отверстие просунулась рыжая голова.       - Конечно, буду, Кир. Пройдешь? - каждый раз, когда тетя вот так вот ко мне приходит, я приглашаю ее пройти. И она проходит. Элегантная походка, осанка, все это мне нравиться в ней, как в женщине. Тетя легкой поступью преодолевает расстояние до кровати и присаживается рядом с небрежно брошенной сумкой.       - Фрол, ты изменился, - почему она говорит так тихо? Словно боится спугнуть.       - Да, цвет волос сменил, - я помедлил. - А вот ты не изменилась, так и осталась: милая, добрая, красивая. Все такая же яркая, все такая же дикая.       - Дикая? - девушка состроила недовольное выражение лица, показывая, что обиделась.       - Ага, а разве это плохо? - я еле сдерживал улыбку: мне нравилось, когда Кира вот так вот на меня обижается, словно в шутку.       - Не такая дикая, как ты, Фролуша! - злорадная улыбка. Она специально! Да, она намеренно меня шантажирует! Хитрая лиса!       - Ну, те~еть! - на этом моменте рыжая бестия откланялась с целью приготовить мне обед, а я остался наедине со своими мыслями. На пару месяцев я остаюсь с этим ребенком в теле взрослого человека, что же меня вообще ждет?       Не помню, сколько я так сидел наедине со своими мыслями, но из прострации меня вытянул оглушительный вопль моей тетушки.       Вот. Вот я так и знал, что уже первый день моего пребывания в гостях этой буйной девушки обернется катастрофой. По-моему, прекрасно! Нас затопило! В первый же день! Причем затопило глобально, понадобится косметический ремонт. Естественно, во время ремонта жить в этой квартире мы просто не в состоянии, ибо там сейчас такой ужас - врагу не пожелаешь.       Именно поэтому сейчас Кира договаривается со своей давней подругой Арией, чтобы та разрешила нам пожить у нее во время ремонта.

***

       - Извини, пожалуйста, Ариечка! - восклицала стоящая на пороге Кира. Перед нами была девушка чуть младше тети. Русые волосы выше плеч, полное отсутствие груди и слегка длинноватая челка. Пустые, темно-зеленые глаза, нос с горбинкой и немного пухловатые губы. Девушка явно была замученная, но особо этого не показывала.        - Здравствуйте, - сдержанно поздоровался я, в ответ лишь кивок.        - Ария! Ты снова не спала? - в глазах рыжей вспыхнуло беспокойство.        - Угу, - странная она: тихая, спокойная, усталая. Волосы неуложенные, худющая, Боже, где душа только держится? Хотя, кто бы говорил? Сам я не толще щепки.       Тетя кинулась обнимать свою подругу, а я начал осматривать квартиру. Здесь чисто, очень-очень чисто. Каждая вещь знает свое место, а пыль вообще отсутствует, по-моему. Широкий коридор, а в конце несколько дверей. Уборная, спальня, еще какая-то комната, везде чисто. Я приоткрыл тяжелую дубовую дверь. Сказать, что я был поражен - ничего не сказать.       Чистая, большая, просто огромная комната. Белые стены, белый потолок, белые шторы, белое абсолютно все! Пусто... А нет. На двуспальной кровати лежит парень, мирно посапывая. Черные волосы застилают аккуратное, почти детское лицо, а хрупкое, но накаченное тело облачено в черную пижаму с черепами. Парень явно соблюдает определенный стиль и даже во сне не собирается его предавать.       Я присел на край кровати, стараясь не разбудить парня. Не знаю что, но что-то в нем было странное, словно он не от мира сего, что-то, что меня притягивает. Очень притягивает. С каждым его вздохом тело словно вздрагивало, а сердце пропускало удар. Я боялся, что он сейчас проснется и мне придется уйти, отстраниться.        - Ты кто? - я не заметил, как он проснулся. Да что со мной за беда-то? Почему я в последнее время так сильно углубляюсь в свои мысли?        - А? Я? Я... Фрол, - ну а что еще сказать, когда тебя спалили за наблюдением за незнакомым тебе парнем? К таким ситуациям жизнь меня не готовила, к сожалению.        - Эм. Приятно познакомиться, Фрол, - зевнув, парень садится в кровати и протягивает мне руку, дабы закрепить знакомство. - Мир я.        - Мир? - я протягиваю руку в ответ, и он сжимает ее в рукопожатии.        - Мирослав же, - заспанный парень вновь откидывается на огромное количество подушек за спиной.        - Красивое имя, Мир, - не, ну, а что еще сказать? Извиниться за то, что потревожил его сон? Да ну, бред же.        - Фролуша... Тоже мило, - парень расплылся в улыбке, а я, по-моему, начал смущаться. Я даже не заметил, что меня назвали "Фролуша", я просто не мог смотреть в темно-карие глаза цвета топленого шоколада. Тонкие губы, которые почти сливались с бледной кожей так и манили, а улыбка словно без слов говорила со мной.        - Извини, я твой сон потревожил ведь, верно? - я дебил, ну точно дебил, сначала разбудил, а потом спрашиваю, потревожил ли я его сон.        - Не особо, я все рано хотел вставать, а ты здесь зачем? - вопросы у Мирослава явно не имели ни конца, ни края.        - А я квартиру осматривал, нашу затопило, и тетя Кира попросила Арию, чтобы мы пожили с вами, - на одном дыхании выпалил я.        - А-а-а... - слова Мира перестали идти связным потоком, а потому он начал всплескивать руками и что-то невнятно мычать. - Л-ладно.        - Я пойду, прости еще раз, - я уже начал вставать с кровати, когда меня схватили за руку и вернули обратно на белые покрывала.        - Кхм, ты жить со мной будешь, - властным тоном произнес брюнет, пока я пытался вернуть себе дар речи.        - Х-хорошо-о, а спать мне где? - нет, я не согласился, я просто вынужден остаться тут. Думается мне, что не приживется тут такой, как Фрол Миллер.        - Тут, - коротко и внятно ответил Мир, указывая на место рядом с ним. Большая кровать вполне спокойно могла вместить человека три-четыре. Немного задумавшись, я не смог уследить за Мирославом и за его передвижениями. Не успел понять, когда он оказался около противоположной стены, вдоль которой стоял огромный белоснежный шкаф-купе.        - Ладно, - я понял, что отказываться бесполезно, а потому просто довольно быстро подошел к брюнету и осознал, что-то в этом человеке точно не так.        - Фролуша, - меня окликнули. Опять задумался, последнее время со мной такое часто. Он называет меня в уменьшительно-ласкательной форме, но я почему-то не могу сказать ничего колкого в ответ. - Ты милый.       Данная фраза повергла меня в шок, но я снова не смог ничего сказать, а лишь кивнул в ответ.       Мирослав, не замечая меня, начал переодеваться. Вот он снимает безразмерную футболку с черепом, и я могу видеть его слабо накаченное, но все же мускулистое тело. Я чувствую, как внизу живота все сворачивается от удовольствия. Вот он начинает снимать боксеры с такими же черепами, как на футболке, и я, сорвавшись с места, быстро выхожу из белоснежной комнаты.