Наследие первых магов +6

Джен — в центре истории действие или сюжет, без упора на романтическую линию
Ориджиналы

Рейтинг:
PG-13
Жанры:
Фэнтези, POV, Мифические существа
Размер:
планируется Макси, написано 279 страниц, 30 частей
Статус:
в процессе

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Замышляя рискованную вылазку в закрытый город, Алистер уж точно не собирался возрождать многосотлетнюю борьбу за дары первых магов. Но она вспыхивает и охватывает империи, угрожая перерасти в настоящую войну. Теперь у Алистера есть два пути: сбежать или начать свою битву. Личные мотивы упорно толкают его ко второму...

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
В связи со сменой первоначальной задумки, произведение меняет название с "Сети города" на "Наследие первых магов".

Пишу редко, но... я пишу:) Честно:)

Глава 4. Похищение похищенного

5 августа 2014, 17:38

Алистер

В детстве мы со старшим братом Геннэдиусом любили играть в игру «Обхитри стражу». Заключалась она в том, что один из нас кидал мелкий камушек в караульного мага, а затем мы оба бегали по саду, прячась за деревьями и кустами. Кого первым поймают – тот делает домашние задания за двоих.

Сейчас мне предстояло подобное занятие, правда, на кону стояли не задания на дом, а моя свобода и будущее. В тюрьму мне, мягко говоря, не хотелось, так что придется приложить все усилия и выиграть.

Прошло несколько часов после происшествия с незнакомой девушкой. Почти все это время я потратил на поиски колодца, чтобы оттереть руки от крови. Все они располагались во внутренних дворах, а туда я лезть не собирался. Хватит с меня и двух преступлений за ночь.

Единственный не огороженный источник воды находился на Колодезной площади, как раз недалеко от моей цели. Возле колодца, прислонившись к нему спиной, спал нищий. Услышав шаги, он открыл глаза и на всякий случай протянул руку. Я кинул в нее мелкую монетку, и тот, довольно вздохнув, снова погрузился в сон.

Идя по длинной Библиотечной улице, я размышлял про совершенное мной в переулке. Нет, я не первый раз убивал, но в этот раз чувствовал себя будто облитым грязью, руки все еще казались липкими от крови, хоть я их тщательно отмыл. Насильник не стоил того, чтобы мараться об него. Он стоил публичного позора, темницы, виселицы, в конце концов, но не смерти от моих рук. Я понимал, что во мне сейчас просто играет фамильная гордость, но гнать эти мысли очень сложно.

Над темной дорогой, ведущей к зданию Городской Библиотеки, светил молодой месяц, время от времени перекрываемый низкими клубящимися тучами. Воздух был душным и тяжелым, обычно такой бывает перед дождем. Фонарей не было, вместо них мягкое сияние издавали прозрачные колонны из хрусталя, явно сделанные не без помощи магов. Трава колыхалась на слабом ветерке, создавая переливающиеся в лунном свете волны.

Главную библиотеку Города Дамиана я представлял себе несколько иначе. Конечно, надеяться на такое же величие, как у Книгохранилища магов не стоило, но и увидеть здесь такое заурядное здание с выбитыми витражами я не ожидал. Единственное, что хоть немного заслуживало внимания – большой купол, венчающий главный корпус.

Я обошел здание библиотеки и очень удивился, не обнаружив ни одного черного входа. Как эти идиоты собирались уносить ноги и ценные книги, если вдруг случится пожар, оставалось только гадать. Придется пробираться через парадные двери, надеясь, что никто из сторожей не ожидает такой наглости.

Вторым моим разочарованием стало то, что я не встретил никого из стражников. Неужели у них настолько мощная защита внутри сооружения, что они не потрудились выставить караул?

Тяжелая дверь была не заперта и, тихо скрипнув, отворилась, являя мне просторное помещение с множеством высоких стеллажей. Это совсем уж странно. Не запирать вход на ночь – верх дурости, если только мне не припасли теплый прием с ловушками.

Я стал идти еще медленней и тише, прислушиваясь к каждому шороху и пытаясь уловить эмоции людей, но вокруг не было ни одной живой души.

По моим предположениям, нужная мне книга находилась где-то в подземных хранилищах, окруженная охранной магией. Как ее снять, я еще пока не знал и надеялся на «решение на месте».

По сути, вся моя затея была рассчитана на такую тактику.

На одной из стен восьмиугольного помещения виднелся темный арочный проем. Я вспомнил планировку большинства библиотек: скорее всего там лестница в подвал. Именно она мне и нужна.

Крадучись мимо многочисленных столов и стопок книг, я вспоминал состоявшийся несколько лет назад разговор с Тэрри. Мы спорили: является ли кража у вора преступлением? Он утверждал, что если ты намерен вернуть похищенный предмет законному хозяину, то ты даже герой. Я не совсем понимал его логики, впрочем, мировоззрение этой странной личности не понимал никто, но сейчас его версия устраивала меня полностью, так как я собирался именно своровать у вора.

Я добрался до арки и заглянул вниз. Подземелье было неглубоким – около двадцати ступеней, а там, где они заканчивались, виднелся круг света. Внимательно осмотрев порог и потолок над лестницей на предмет охранных сюрпризов, я стал медленно спускаться.

Это помещение было лишь преддверием подземного хранилища и являло собой длинный коридор с воротами на противоположной от ступеней стене. Тут горели вечные факелы, освещая нижнюю часть помещения, – изобретение магов, остатки прежних времен. Ворота без сомнений вели в основной зал, а я ищу скрытый от посторонних глаз. Это здание должно иметь несколько подземных уровней, нужно только найти в них проход.

Пусть моего дара не хватало для колдовства, но я хорошо умел чувствовать эмоции людей, расположение предметов поблизости и, конечно же, имел зрение намного острее, чем у людей, – хоть какая-то польза от моего происхождения. Закрыв глаза, я сосредоточился на ощущениях. И справа, и слева от меня была толща земли, а вот под ногами – пустота. Выходит, где-то в полу есть люк.

Я начал внимательно изучать напольные плиты: белые, сверкающие, из гладкого камня, великолепно подогнанные друг к другу так, что даже не осталось щелей. Если здесь и был спуск, то мастерски замаскированный. Осмотр стен тоже ничего не прояснил. Ни трещин, ни зазоров, ни скрытых нажимных пластин. Слабо веря, что кто-то додумался сделать открывающий механизм на потолке, я поднял голову и пожелал сгинуть во Мраке Нижних миров чересчур изобретательным строителям: рычаг находился прямо надо мной. Кольцо на цепочке из того самого прозрачного хрусталя было невидимым человеческому глазу из-за темноты под высокими сводами.

Плиты в середине коридора отъехали, открывая винтовую лестницу. Она уходила вниз так глубоко, что нижних ступеней было не разглядеть. Спуск оказался неудобным, я постоянно цеплялся головой за верхние ступеньки.

Зал, в который я попал, оказался намного больше читального, оставшегося наверху, и будто услышав мои скептические мысли, пытался поразить величием. Стеллажи, по форме похожие на цилиндры, достигали семи-восьми ярусов ввысь, и каждый из них окружала узкая деревянная площадка. Здесь они стояли лишь по площади помещения, ни на что не опираясь и заставляя меня размышлять, как такие гиганты до сих пор не рухнули. Приставных лестниц не было, вместо них возле каждой «башни» с книгами стояли маленькие лебедки, поднимающиеся ручными механизмами. Чтобы обслуживать такое хранилище потребовалось бы очень много людей. Возможно, в довоенные времена здесь и кипела работа, но сейчас зал был абсолютно пустынным и заброшенным.

Я подошел к стенам, облицованным камнем голубого цвета. По ним тонкими струйками стекала кристально чистая, холодная вода. Откуда она появлялась, видно не было, но я бы поспорил на что угодно, что это воды загнанной под землю Призрачной реки.

С потолка, теряющегося где-то высоко, свисали медные чаши на цепях. В каждой из них лежал заряженный колдовством камень, издающий слабое синеватое свечение. Я почувствовал себя так, будто оказался под водой. На полу даже нашлось подобие водорослей – густой темно-зеленый мох, разросшийся на почерневших от времени и влаги паркетных досках.

Все предметы в зале были покрыты толстым слоем пыли и вековой паутиной. Я направился к центру помещения, где стоял длинный стол с черной мраморной столешницей, заваленный листами пергамента. Посмотрев на украшенные драгоценными камнями роскошные стулья вокруг него, я едва не раскрыл рот от изумления: почти на каждом сидели человеческие скелеты.

Похоже, останки в наполовину истлевшей одежде находились здесь нетронутыми все прошедшие века. На них сохранились драгоценности и броши с неизвестным мне символом – волна, накатывающая на берег и силуэт человека с посохом под ней. У некоторых скелетов в костлявых руках были зажаты перья для письма, а кто-то придерживал страницы книг или пергамент свитков. Выглядело все это так, словно люди просто задремали, устав от долгого совещания, и вот-вот могут встать и отправиться по своим ежедневным делам.

Думаю, Тэрриус оценил бы мои фантазии по достоинству, а возможно и воплотил бы их в жизнь – вполне в его жанре. И тут же в мою голову закралась мысль, что я слишком часто стал о нем вспоминать – так всегда бывало за пару дней до нашей встречи, а это меня совсем не радует. Хоть я и знаю, что эта персона находится в неделе пути отсюда, но я также знаю, что она умеет появляться как Ночная тень из чащобы леса – нежданно и стремительно.

Над всей этой немного жуткой картиной нависала люстра таких громадных размеров, что ей позавидовал бы даже Зал Совета в Малом Императорском дворце. В простых хранилищах таких не бывает.

Вывод насчет этого места напросился сам собой: я попал в зал, где проводил заседания местный совет магов еще до того, как городские ворота замуровали. То есть бедняги, чьи останки покоятся тут больше пятисот лет, погибли все в один миг. Миг прихода к власти нового властителя, не желавшего иметь под боком орден, состоящий из чужих магов.

Я отошел от этого подобия могильника, размышляя, почему драгоценности никто не забрал. Ни за что не поверю, что я единственный, кто смог найти вход – есть воры и понаходчивей меня. Тогда остается лишь одно объяснение – страх. Люди всегда боялись магов, как живых, так и давным-давно мертвых.

Вторая половина зала была полностью идентичной первой. Все те же громадные стеллажи, чаши-светильники, ручейки на стенах и мокрота под ногами. И ни одной двери, коридора или прохода. Куда идти дальше, я не представлял. Даже мысленное «прощупывание» пространства не помогло, что-то мешало мне ощутить, что находится за голубыми камнями на стенах. Я бесцельно бродил по помещению уже с полчаса, журчание воды начало надоедать своей однообразностью, а влажный, тяжелый воздух давил на легкие. Не имея карты у меня было слишком мало шансов на успех этой безумной вылазки.

И тут я почувствовал себя полным дураком. На том мраморном столе я видел листы, разрисованные цветными линиями, но, погрузившись в мысли, не обратил на них должного внимания. А ведь там могли быть схемы хранилищ!

Я почти бегом вернулся к старым знакомым, пялящимся на меня пустыми глазницами и почти приветливо улыбающимся во все имеющиеся зубы. Не удержавшись, я даже поздоровался и отвесил небольшой поклон перед тем, как трогать их вещи, – ну уж очень неуютно я себя чувствовал при их пристальном внимании, тем более после многочисленных лекций брата о том, что мертвые тоже могут слышать и видеть, а еще любят вежливость.

К моему разочарованию среди кучи записей и схем не было ничего относящегося к подземельям Библиотеки – лишь странного вида линии, проведенные поверх карт Города. На моей родине рисовали похожие, насколько я знаю, ними отмечают какие-то магические поля, пронизывающие весь мир. А вот чем они полезны, и для чего их рисовать, мне не объяснили, так как я не вхож в круг лучших волшебных умов империи.

Порыскав еще немного в пыльном пергаментном хламе, я плюнул на все, нашел сухой участок на полу и уселся, скрестив ноги. Снова попытался почувствовать пространство и снова наткнулся на сильнейшее сопротивление. То ли у меня иссякли силы, то ли это место защищено колдовством. А если защищено, значит, есть, что оберегать.

Я вспомнил все легенды, что слышал об этом месте еще у себя дома. Кто-то утверждал, что в подземном хранилище обитает жуткое чудовище, кто-то, что материальный дух кого-то из строителей. Некоторые рассказывали про полностью затопленный зал, некоторые про несметные сокровища, падающие прямо под ноги редким посетителям. Все это было сказками, историями, которые сочиняли никогда не бывшие тут люди. В них не содержалось ничего, что могло бы помочь найти тайник. Но книга находилась где-то рядом, она буквально излучала силу, притягивая меня не хуже, чем бриллиант луциата*. Я встал, решив обойти зал еще раз.

Идея осенила меня, когда я приблизился к лебедке на толстой цепи, которая наматывалась на катушку высотой в мой рост (а я, имея в предках магов, был довольно высоким). До этого я искал книгу лишь на первом ярусе, но ведь здесь их около восьми! На самих ярусах вряд ли можно ее найти, а вот тайник под потолком очень даже можно ожидать. Теперь появился вопрос, как туда попасть.

Я проверил цепь на прочность, та вроде бы не собиралась обрываться под моим весом, так что я начал медленно подниматься, ставя ноги прямо на звенья, к счастью они были широкими. Подъем был проще, чем я предполагал, но после пятого яруса мышцы все равно стали ныть и требовать прекратить над ними измываться. Пришлось остановиться, зависнув на немыслимой высоте и вдыхая пыль, которой здесь почему-то было больше, чем внизу. Я порадовался, что в списке моих страхов не числилась боязнь высоты, от коей страдал Геннэдиус, иначе книги мне было бы не видать как своих ушей.

Над восьмым ярусом был такой мрак, что если бы не наследственные способности, я бы не видел дальше своей ладони. Сводчатый потолок был сделан опять-таки из хрусталя – строители явно не испытывали недостатка в этом материале. Сила книги здесь ощущалась лучше, но я все еще не мог понять, откуда она исходит.

Внезапно слева мелькнула тень, повеяло холодом, а по спине побежали мурашки. Я резко обернулся, но поблизости никого и ничего не было. Холод ушел так же резко, как и появился. Размышления о том, что это было, я отложил на потом – и так потерял слишком много времени, а уйти из города лучше до рассвета.

С этой высоты я мог видеть все вершины стеллажей-башен – круглые площадки, диаметром в несколько шагов, на одной из которых был виден люк, ведущий, как я надеялся, куда мне нужно. По закону всемирной неудачливости, он располагался на самой дальней площадке, так что мне предстоял долгий спуск, а потом еще более долгий подъем. За спиной снова появился холодок, но поблизости по-прежнему никого не наблюдалось. Стараясь не обращать внимания на неприятное ощущение, я поставил ногу на звено ниже…


Холодные камни впивались в шею, рука онемела от неудобного положения, воздух был морозным и имел запах сырости. Я открыл глаза и постарался понять, где нахожусь: грязные каменные стены и такой же пол, кое-где залитый водой. Стена из решетки и маленькое окошко напротив нее. Темница.

По коридору, гремя тяжелыми сапогами и волоча за собой человека в кандалах, прошли стражники. Я встал с пола и подошел к двери. Голова болела, а с разбитого лба стекала кровь, попадая в глаза и мешая обзору. Что произошло, я помнил смутно. Отрывки воспоминаний крутились в мыслях, пытаясь составить целостную картину: люк на площадке, в очередной раз мелькнувшая тень, холод, пронизывающий до костей. Чья-то мохнатая морда, мелькнувшая перед тем, как я упал на пол, не в силах пошевелиться.

Дальнейшие события были еще размытее и отрывистее. Меня куда-то волокли. Сначала перебросив через плечо, словно непослушного нашкодившего ребенка, царапая чем-то острым спину, а затем, связав руки и ноги, тянули прямо по земле. Слабые попытки вырваться, ушибы от палок, новые попытки. Последнее, что я помнил – дикая боль в голове и падение в глубокую черную пропасть.

Я вытер кровь рукавом рубашки, заглянул в камеру напротив и едва не рассмеялся: в ней сидел тот самый товарищ убитого мной в переулке, которому удалось перемахнуть через свалку и сбежать.

– Недалеко же ты убежал, – сказал я тихим охрипшим голосом и усмехнулся. Хоть я и сам был не в самом лучшем положении, но увидеть, что эта крыса все-таки получит наказание, было приятно.

Осмотрев дверь, я оставил надежду сбежать из клетки – замок был надежным, а у меня при себе не было даже зубочистки. Сев обратно на пол, я рассмеялся от собственной глупости и легкомыслия. То-то бы младший братишка поглумился вдоволь с моих злоключений. А потом сказал бы, чтобы я сам себя спасал, так как «дуракам он не помогает». И был бы абсолютно прав. Глупо. Безмерно глупо было лезть за этой книгой, не имея при себе ни оружия, ни самой слабой магии.

Можно было бы оправдать себя полным отчаяньем, сильным желанием доказать хоть что-то своему отцу, сказать, что магии у меня нет и никогда не будет, и что с холодным оружием бродить по городу, где на тебя косится каждый второй прохожий, неразумно. Но все это было бы слишком слабыми аргументами и сгодилось бы только для обеления себя перед людьми, но никак не перед магами и, тем более, самим собой.

– Эй, парень, – голос с противоположной камеры прервал мои невеселые размышления. – Ответь мне на один вопрос, а?

– Ты считаешь, что имеешь право со мной говорить?

– Ну зачем так, а? Почему такой высокомерный? Мы ж с тобой сейчас в равных условиях, значит и права тоже равные, что, неправ я?

– В равных условиях. – Я быстро встал и подошел к решетке, глядя прямо в его глаза. – Но отличие наше в том, что ты трусливый насильник, а я таких как ты даже не считаю за людей.

– Эй, эй! Глазами не сверкай тут! А то стражу позову, отправят тебя на костер, а не виселицу. Как колдуна последнего! – Он и правда думал, что оскорбил меня, сравнив с колдуном. Знал бы он, как я мечтал, чтобы меня официально признали магом!

– Зови кого хочешь, хоть сам Мрак, – сказал я равнодушно, идя обратно в угол своего сырого, возможно, последнего в жизни жилища. А потом добавил усмехнувшись: – Если смелости хватит, конечно.

Похоже, его мои слова задели за живое, потому что спустя несколько секунд послышался обиженный голос:

– Ну, ты ж самый храбрый, конечно. Ничего не боишься, бросаешься на вооруженных людей с голыми руками. Тоже мне герой! Тьфу! А ответить на один вопросик сложно, корона упадет – ногу придавит!

Его заявление о вооруженных людях меня позабавило, но умалять его самомнения насчет владения оружием я не стал, для споров у меня слишком трещала голова.

– Какой вопрос, не отстанешь ведь?

– Друг мой, с которым мы бежали, жив?

В его голосе сквозила надежда, но я обломал ее на корню:

– Гниет в канаве.

– Ну, спасибо за честность, что ли. – И добавил с гадливой улыбкой: – Но ты все равно сволочь последняя.

– Твое мнение сейчас заботит меня меньше всего на свете, – произнес я почти шепотом, собирая всю волю в кулак, чтобы снова не провалиться в темноту. Хорошо же меня приложили по голове! Даже интересно стало, что я сделал страже, чтобы такое заслужить.

Мысли танцевали в голове как девушки вокруг берез в День Середины лета. Ничего связного. Только спустя минут пятнадцать до меня дошел смысл фразы про колдуна на костре. Откуда мой вынужденный собеседник узнал про казнь?

Я снова подошел к решетке и окликнул уже уснувшего соседа:

– Слышишь меня?

Он открыл глаза и резко отшатнулся в темноту камеры.

– Тьфу ты, ну и выглядишь ты, Двэйн тебя побери! Детей пугать можно!

– Нет уж, для таких целей больше подходит один мой родствен…

– Да ты себя не видел просто! – перебил тот.

– Заткнись, а то стража прибежит на твои крики. Скажи лучше, откуда ты узнал про виселицу? – задал я вопрос, впрочем, не слишком рассчитывая на адекватный ответ, но как ни странно, он даже не стал препираться:

– Ха! Что тут узнавать? И так ясно, что всех, кого кидают в твою камеру, через пару дней ведут на любимое место развлечений всех горожан. Сомневаюсь, что ты исключение.

Он снова противно ухмыльнулся, явно довольный такой судьбой для своего врага.

– Ты что, здесь не первый раз?

– Конечно, нет! За дебоширство меня уже раз десять забирали, я тут всех стражников по именам знаю, – поведал он мне с некоторой долей гордости и громко захохотал.

Дебоширство? Значит, я ошибся насчет наказания, которое его ждет. В тюрьме и не знали, чем еще он занимался этим вечером, и я уверен, что это уже не впервые. Он просто посидит здесь до утра, а потом вернется на темные улицы города, как ни в чем не бывало. Геннэдиус, говоривший, что в этом мире справедливость так же редка, как чистая любовь и неподкупная честь, вновь оказался прав.

– Интересно получилось, да? Я, не человек по твоим словам, буду жить и гулять по улицам, а ты, бесстрашный герой, – висеть на веревке под недобрыми взглядами людей, – продолжал тот, хохоча еще громче. – Вот ирония, а?

Мне надоели его возгласы, но просить заткнуться это создание все равно, что дуть на костер, пытаясь потушить, – бесполезно. Он продолжал нести чушь еще с полчаса, а потом стал тихо бормотать что-то, по всей видимости, уже во сне. Мимо снова протопали стражники с факелами в руках, бросая взгляды на каждого заключенного. Где-то на краю начавшего приходить в себя сознания мелькнуло чье-то чувство страха. Но он отличался от боязни смерти или наказания, присутствовавшего у большинства заключенных здесь.

Голова снова дико заболела, когда я постарался понять, откуда исходят эмоции.

– Эй, ты что там увидел? – всполошился недавно уснувший сосед, когда я подошел к двери и постарался выглянуть в коридор.

– Заткнись, – снова сказал я и для надежности посмотрел ему в глаза.

Но тот специально стал вопить еще громче и быстрее, да еще и противным писклявым голосом.

– Или ты закроешь рот, или умрешь завтра утром от разрыва сердца!

Похоже, угроза вкупе с моим взглядом произвели на него должный эффект, потому что он сразу же умолк и тихо как мышь ушел в дальний угол.

Источник страха приближался, стали слышны тихие и очень осторожные шаги. А затем из густой темноты появился человек, чье присутствие здесь я ожидал не больше, чем Мастера Мира, вприпрыжку бегущего ко мне с ключом.


*Луциат – духоподобное существо, любящее драгоценности и убивающее людей, чтобы их украсть. Обитает в Землях за Межой и в чащах Дальних лесов.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.