Наследие первых магов 6

Джен — в центре истории действие или сюжет, без упора на романтическую линию
Ориджиналы

Рейтинг:
PG-13
Жанры:
Фэнтези, POV, Мифические существа
Размер:
планируется Макси, написано 279 страниц, 30 частей
Статус:
в процессе

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Замышляя рискованную вылазку в закрытый город, Алистер уж точно не собирался возрождать многосотлетнюю борьбу за дары первых магов. Но она вспыхивает и охватывает империи, угрожая перерасти в настоящую войну. Теперь у Алистера есть два пути: сбежать или начать свою битву. Личные мотивы упорно толкают его ко второму...

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
В связи со сменой первоначальной задумки, произведение меняет название с "Сети города" на "Наследие первых магов".

Пишу редко, но... я пишу:) Честно:)

Глава 20. Заброшенный особняк

11 октября 2015, 17:51
Алистер

Кажется, этой зимой в снегу утопнет весь мир. Не могу вспомнить, когда еще его было столь много, что сугробы кое-где доставали окон второго этажа. И когда лавины сходили не с далеких горных вершин, а с крыши соседнего здания. А уж зиму, помешавшую важным гостям попасть на ежегодный зимний бал в Большом Императорском дворце, даже старик вроде Хранителя книг вряд ли вспомнит. А ему, между прочим, в этом году стукнет сто девятнадцать.

Не успел я вдоволь удивиться сумасшествию природы, как этот самый старик нетерпеливо откашлялся у меня за спиной и стал барабанить ногтями по столу, мол, я тебе не за разглядывание видов за окном деньги плачу.

– Уже бегу, – утешил я его и со скоростью хромой улитки отправился в кладовую за очередной стопкой книг.

Всю осень и половину зимы я провел здесь, среди шелеста древних страниц, запаха пыли и лабиринтов стеллажей. Помогал библиотекарю разбирать завалы поступающих книг и отыскивать потерявшиеся тома. Занятие не самое веселое, да и платили копейки, но иного способа ознакомиться с запрещенной литературой не было.

Как еще я мог пробраться к дальним стеллажам и отыскать среди них книги о жрецах, как не улизнув в последний час работы от уставшего, потерявшего бдительность Хранителя? Ведь даже так я рисковал головой. Да и, если честно, головой старика тоже. Древние тома давно уже объявили опасными и подлежащими сожжению, но пока что никому не было до них дела. Что ж, мне это только на руку. Безалаберность людей, возможно, в который раз спасет мне жизнь. Если, конечно, я сумею найти то, что мне нужно.

– И долго тебя ждать? – Хранитель стоял в дверях кладовой, грозно взирая из-под насупленных бровей. И без того маленькое помещение показалось мне вдвое теснее и неуютнее.

Я окинул взглядом сложенные стопками книги, которые мне предстояло перетаскать сегодня в главный зал. Не намного меньше, чем было с утра.

– Извините, отвлекся, – пробормотал я, хватая ближайшие книги и неся их в зал. Нужно задернуть шторы на всех окнах, иначе буду останавливаться у каждого из них. Виды садов и людей, гуляющих по заснеженным тропинкам, не давали мне покоя. Так же как и слуги, спешащие подготовить дворцы к празднику.

Обычно мне не было дела до балов и приемов, я всегда отклонял приглашения, но сегодня все воспринималось иначе. Хотелось присоединиться к шумным толпам, снующим по коридорам, поддаться их приподнятому настроению, засмеяться, не совсем осознавая причины радости. Ведь это означало бы, что у меня нет никаких серьезных проблем.

В том числе созданных собственной глупостью.

Не знаю, что заставило меня присвоить медальон жрицы, особенно, если учесть обстоятельства, при которых он был найден. Я не раз задумывался: а сам ли я принял решение забрать его? Судя по поведению магической вещи последние месяца три, она имела собственную волю и никому не постижимые цели.

Сильнее всего эта воля проявилась в тот день, когда я, устав от постоянных ночных кошмаров, головной боли и крови на подушке, решил избавиться от медальона. Не придумав ничего лучше, я просто закопал его среди садовых роз. Возможно, побрякушка не любила эти цветы еще больше, чем я. Или ее просто обидело такое обращение. Но свое неудовлетворение она выразила крайне жестоким способом. Следующая моя ночь превратилась в сущий кошмар. Если наказания в Нижних Мирах действительно существуют, то, должно быть, выглядят примерно так же. А еще, подобные ощущения, наверное, возникают у заключенных в камерах пыток.

Конечно же, едва рассвело, я побежал в сад добиваться прощения у мерзкой вещицы. А ведь никогда не верил во власть предметов над людьми! Даже смеялся над рассказами магов. Ожерелье, задушившее владелицу; кукла, обретшая дух; взбесившийся талисман… Разве может это все быть правдой? Больше походило на бред сумасшедших.

И вот, прошло несколько лет, и я сам стал таким «сумасшедшим». Безумцем, дни и ночи проводящим в поиске избавления, с горящими глазами листающим каждую книгу, хоть чуть-чуть связанную с нужной темой. Жизнь любит подобные шутки.

Работать сегодня я закончил немного раньше. В канун праздника всем обладателям пригласительных сокращали трудовой день. Я не собирался идти на бал, но улизнуть раньше и провести больше времени за книгами был не прочь.

Я погасил в кладовой свечи, закрыл дверь и пересек библиотечный зал, собираясь вернуть Хранителю ключ. Подойдя к его столу, я понял: старик что-то замышляет. Его с головой выдавал хитрый взгляд, даже чтение эмоций не могло говорить красочнее.

– Сегодня читальный зал я закрою, – с радостной улыбкой огласил он.

Его фраза в одно мгновение разрушила все мои планы. Я рассчитывал на абсолютно пустую библиотеку этой ночью, ведь Хранитель не пропускает ни одного зимнего бала. Возможно, это единственный день в году, когда старик покидает свою привычную берлогу, оставляя читальный зал открытым на случай, если студентам он срочно понадобится. Что же изменилось сегодня?

– Ладно. – Я решил не вызывать подозрений. Хранитель и так часто бросал на меня косые взгляды, удивляясь такой невероятной жажде знаний. Пожалуй, даже будущие профессора не учатся столь много. – Зайду завтра.

– Вот завтра заходи. Поможешь мне разобраться с вон тем стеллажом. – Старик ткнул пальцем в неопределенную сторону, впрочем, мне было все равно, какую работу придется выполнять. – А сегодня сходи на бал, развейся.

Глядя на довольное лицо библиотекаря, мне даже стало неудобно. Похоже, он в самом деле думал, что оказывает мне услугу. Я не нашел в себе силы его разочаровать, так что промычал что-то невразумительное. Надеюсь, он принял это за положительный ответ.

– К тебе утром приходила какая-то девушка, – неожиданно сказал Хранитель, доставая что-то из ящика. – Передала вот это.

Я взял из его руки конверт, повертел, пытаясь найти привычную строчку «От…». Но на жесткой бежевой бумаге, должно быть, очень дорогой, было лишь одно имя. Мое.

– Спасибо. – Я развернулся в сторону двери, спиной ощущая заинтересованный взгляд старика. Что ему еще нужно?

Словно бы читая мои мысли, библиотекарь сказал:

– Только не вздумай проигнорировать письмо. Знаю я тебя.

Понятно. Кое-кто уже сунул любопытный нос в конверт.

– Ладно, – в который раз за день пробормотал я и наконец вышел в коридор. Закрыв за собой двухстворчатую дверь, я остановился возле колонны и прочитал письмо.

«Встретимся в Тронном зале. Я в фиолетовом».

И все? Я перевернул листок несколько раз, внимательно всматриваясь в бумагу. Но не нашел больше ни строки. Кто бы ни передал это письмо, он явно рассчитывал, что я догадаюсь обо всем сам. Северина? Но у нее платье должно быть зеленым. Да и не в ее стиле такие шутки. Значит, кто-то другой. Судя по цвету одеяния, девушка. И я должен ее знать хотя бы в лицо. Среди моих знакомых наберется не менее десяти девушек, которые появятся на сегодняшнем балу, а фиолетовый цвет в этом году, кажется, вошел в моду. Придется пойти в зал и уже там разгадывать эту головоломку.

В том, что на балу я все-таки появлюсь, я уже не сомневался. Любопытство не даст мне провести эту ночь в своей комнате. Сразу же возникли мысли о ловушке. Странное письмо и странный способ его передачи не вызывали доверия. Но… Мрак! Этот проклятый медальон вызывает у меня нездоровую подозрительность. В конце концов, может, это всего лишь баловство знакомых девчонок.

Спрятав письмо в карман и вытряхнув из головы назойливые мысли, я отправился в жилое крыло. Нужно было отыскать хоть одно из четырех приглашений, присланных на протяжении прошлого месяца. Надеюсь, я их не выбросил.

Коридоры пестрели мишурой и яркими нарядами. Людей было так много, словно весь Малый дворец собрался на одном этаже. Шумный поток из главного холла плавно перетекал на лестницу, спускаясь на первый этаж. Я знал, что большинство гостей планировали прибыть в Тронный зал на два-три часа раньше намеченного времени. Это считается хорошим тоном, да и успеть поболтать с важными гостями хотелось всем. Ведь на зимнем балу даже простолюдины могли беспрепятственно общаться со знатью, конечно, при наличии приглашения. Но раздобыть его не выглядело особой проблемой.

Я же собирался явиться в зал если не последним, то уж точно в самом конце шествия. Идеально было бы попасть туда во время танцев, но двери к тому моменту обычно закрывают. Придется выбирать золотую середину между скучным ожиданием и моментом, когда меня выгонят прочь.

На лестнице я свернул вверх, спеша сбежать от жуткого галдежа. Миновал множество этажей, украшенных не меньше, чем первые два. Весь дворец был буквально укутан блестящими лентами, объемными бумажными фигурками и сверкающим слоем ненастоящего снега. Как по мне, все это слепило глаза и раздражало, но по пути я ловил немало восторженных взглядов. Кому-то такое нравилось.

Зайдя в свою комнату, я нашел под дверью три новых письма. Два из них оповещали о мероприятиях, запланированных на весну, и не представляли ничего интересного. А вот третье порадовало – очередное приглашение на зимний бал. Имени отправителя на конверте не оказалось, что заставило меня вспомнить о странной записке. Скорее всего, его прислал тот же человек.

Время до вечера я убил на пролистывание новых томов, недавно взятых в библиотеке. К сожалению, ни «История магических амулетов», ни «Основы предметной магии» не содержали ничего полезного, кроме одних и тех же фраз, повторяющихся в большинстве книг. Создавалось впечатление, что оригинальных произведений в библиотеке не больше десятка. Остальные – лишь собрания кратких пересказов и отсылок к другим авторам.

Я ударил кулаком по столу. Хотелось смачно выругаться и расколотить все вокруг на осколки. Столько книг, а толку от них никакого! Почему наше книгохранилище считают лучшим во всех трех империях? Кроме писанины старых университетских маразматиков я не нашел ничего. Либо ценные книги запрятаны где-то далеко, даже дальше запрещенных полок, либо звание присвоено по ошибке. При обоих раскладах у меня нет шансов отыскать нужные знания.

Самое время впадать в отчаянье.

Медальон, до того мирно «спавший» в кармане, задребезжал, словно поддерживая мои мысли. Пришлось довольно сильно его стукнуть, заставляя успокоиться. Подумав пару мгновений, я все же вытащил его и положил на стол. Мне было понятно, какая именно сила заставляет разглядывать медальон снова и снова, но сопротивляться намного дороже. Тем более перед балом. Не хватало еще упасть в обморок, как впечатлительная девица, или залить кровью новую рубашку.

Нервно теребя пальцами цепочку, я пытался придумать иной способ узнать то, что мне нужно. Спросить у кого-то? Но так просто с моим вопросом не подойдешь. «Извините, я тут по глупости украл одну вещицу у мертвой жрицы, вы не подскажете, как от нее избавиться?». Прозвучало бы дико, но не это страшно. Попади такие слова не в те уши, и за мной, а точнее, медальоном, устроят охоту. Жрецы слишком больная тема разговоров для большинства магов, а вот изучать их способности они всегда рады. Их резко перестает волновать вопрос морали, веры и тому подобных мелочей, когда появляется возможность лично познакомиться с опасными способностями жрецов. А еще лучше – ими воспользоваться.

Когда часы пробили шесть, я закрыл все книги, пообещав себе забыть о них до завтра. Достал из шкафа одежду, разложил ее на кровати и отправился сполоснуться.

Реагируя на мое появление, в ванной вспыхнули магические светильники. Просторную комнату залил яркий, почти ослепляющий свет – одна из причин, почему я не стал вешать такие же в спальне. Я открыл все краны, и вода быстро заполнила ванну. К потолку поднялся пар.

До ситуации с медальоном я любил проводить здесь часы, особенно зимой, когда помещение наполнялось теплом и паром, вытесняя пробирающий до костей холод и извечные дворцовые сквозняки. Но теперь я старался как можно скорее возвращаться к делам. Сидя в тишине и одиночестве, слушая тихий плеск капель, время от времени падающих из крана, начинаешь думать о слишком серьезных вещах. Когда-то мне это нравилось, но не сейчас. Мысли то и дело возвращались к увиденному в пещерах и ночным кошмарам. К тому же, изморенное недосыпом и постоянными головными болями тело не слишком хорошо переносило горячие ванны.

Вернувшись в спальню, я поежился. Воздух казался холодным, несмотря на горящий во всю мощь камин. Имел бы я дар, проблем с теплом не существовало бы. Правда, некоторые маги все равно использовали привычные методы отопления. Например, мой брат.

За окном сгущались сумерки. Быстро надев чистую рубашку и брюки, я присел на стул возле выхода, зашнуровывая сапоги. И только теперь заметил, что в комнате кто-то есть. Присутствие выдавало лишь слабое чувство тревоги, перемешанное с решимостью. Я поднял глаза, окидывая взглядом комнату. Не удивительно, что я не заметил сидящего в кресле мага. Он выбрал самое темное и неприметное место в спальне.

– А я только о тебе вспоминал.

Тэрри вздрогнул, будто испугавшись моего голоса. О чем он так увлеченно думал, перебирая звенья цепочки и вертя в руках медальон жрецов?

– Правда? – Вопрос прозвучал риторически. Брат поднял голову и повернулся в мою сторону. В наступившей темноте человек увидел бы лишь тусклое свечение его глаз. Зеленых и странных. Возможно, он принял бы его за кота, сидящего на спинке кресла, а вот меня, видящего его лицо, пробрал озноб. И дело было не в прохладе.

– Смотрю, ты продолжаешь являться, когда не ждут, – пробормотал я, пытаясь стряхнуть с себя оцепенение. С каких это пор я боюсь собственного младшего брата?

– А ты – бурчать по этому поводу. Становишься занудой.

Привычный обмен любезностями. Каждый безумно рад встрече, но никогда в жизни в этом не признается.

– Сделаю еще один шаг к занудству и спрошу, какие ветра тебя сюда принесли. Разве ты не должен быть в Тронном зале?

– Сегодня меня там не будет.

Я вернулся к возне со шнурками, которые вот-вот грозили запутаться, но ответ брата заставил меня вновь поднять голову.

– Серьезно? Ты никогда не пропускал бал.

– Конечно. Я же не мог отмахнуться от приглашений, как ты, – почти обижено произнес брат. – Но сегодня у меня событие поважнее. И я хотел бы, чтобы ты о нем знал.

Если бы не серьезное выражение лица Тэрри, я бы подумал, что он в кои-то веки шутит. Чтобы младший братец посвятил меня в свои тайны? Да скорее Мастер Мира совершит ко мне дружеский визит.

Как бы ни хотелось мне отвесить какую-нибудь колкость, я решил, что отбивать у брата желание чем-либо делиться глупо. Вместо едких слов я лишь качнул головой, показывая, что готов слушать. В том, что духи не оставят этот жест незамеченным, я не сомневался.

– Нет времени вдаваться в причины, – заговорил Тэрриус. – Но сегодня я соглашусь на просьбу Рэмируса.

– Ту самую?

– Ту самую. Насчет Города Дамиана.

– Зачем? – машинально спросил я, запоздало понимая, что вопрос глупый. Тэрри ведь только что намекнул, что история длинная.

– Расскажу по дороге, – последовал ожидаемый ответ. Тэрри поднялся с кресла и подошел к двери. Я почувствовал едва уловимый запах мяты. Кажется, этот аромат любит его мать.

– По дороге на бал?

– По дороге в Город. Я отправляюсь к императору прямо сейчас.

Брат уже вышел за дверь, когда смысл слов наконец дошел до меня.

– Ты хочешь, чтобы я поехал с тобой?

– Я уверен, что ты поедешь со мной. Если, конечно, я хоть немного тебя знаю, – хмуро ответил Тэрри. Отвернувшись, он быстро пошагал по коридору. В первый момент я удивился, что он не предложил пойти в зал вместе. Но потом понял: он думает, что я как и всегда проигнорирую праздник.

Да, Тэрри действительно хорошо меня знает. Я поеду с ним, даже если мое присутствие никому не будет нужно. Хотя бы ради того, чтобы стать свидетелем эпохального события. Все-таки, не каждый день раскрываются тайны старых городов. Да и узнать, что за мотивы у брата, тоже охота. В общем, решение ехать в Город оказалось самым легким в моей жизни.

Вернувшись в комнату, чтобы накинуть пальто, я заметил на тумбочке медальон. Я совсем забыл спросить Тэрри, зачем он его брал. Ничего не подозревая, я взял предмет в руку, но в следующий момент пришлось разжать пальцы, позволив ему упасть. Медальон был горячим, как разогретая сковорода. На ладони остался алый след. Сжав от боли зубы, я бросился в ванную, открутил кран с холодной водой и подставил ладонь под поток.

Боль отступала медленно и нехотя. Вода ее приглушала, но стоило вытащить руку из-под потока, как ожог вновь наливался жаром. Присев на край ванной, я уставился в одну точку и просидел так четверть часа. Очнулся я под бой часов. Как ни странно, я все еще успевал на бал. А так хотелось бы опоздать, с чистой совестью лечь спать и забыть о непонятной записке…

Весь путь до Тронного зала я думал о медальоне. Опалив мою руку, он стал холоднее, чем когда-либо. Не осталось никакого напоминания о раскаленной поверхности. Хотелось бы свернуть всю вину на магию жрецов, но из головы упорно не выходил Тэрри. Думаю, он не просто так вертел предмет в руках. Если так, то брат приходил не только чтобы известить меня о планах. Слова были лишь предлогом явиться в мою комнату. Предлогом подобраться к медальону. Но зачем?

– Вы оставите пальто? – служанка взяла меня за локоть, ненавязчиво уводя от входа в Тронный зал. Девушка, шедшая за мной, недовольно фыркнула и пробормотала что-то о рассеянных гостях. До меня даже не сразу дошло, что она про меня.

– Да, конечно.

Служанка улыбнулась, словно пальто я оставляю ей в личное пользование, а не на вешалке.

Когда с формальными приветствиями и пожеланиями слуг было покончено, я наконец осмотрелся.

Зал кардинально изменился с того момента, когда Рэмирус собрал из-за нас с Севериной совет. Нет, напыщенная роскошь никуда не пропала. А вот мебели стало в разы больше. Десятки столов разместились под стенами, ломясь от тарелок и подносов с едой. Мягкие пуфы и диваны ютились в нишах, в обычное время закрытых занавесками. На возвышении, рядом с троном императора, поставили несколько кресел для почетных гостей. Естественно, все вышеперечисленное было усыпано блестками и мишурой, устелено яркими тканями и скатертями.

Хотя праздник еще официально не начался, в центре зала уже танцевало несколько пар. Оркестр играл тихую мелодию, слуги сновали в толпе, предлагая бокалы с вином и шампанским. Я медленно пробирался ближе к центру, попутно разглядывая гостей. В фиолетовом сегодня явилось не менее четверти девушек, и пока что я не представлял, кто из них отправил письмо.

Ровно в восемь на возвышении появился Рэмирус. Одет он был скромно и неброско, но внимание гостей привлек мгновенно. Толпа замолкла, все лица повернулись к нему. Люди и маги с увлечением слушали стандартную приветственную речь. Моего же внимания хватило лишь до момента, когда император ушел в русло о равенстве людей и магов. Бред данных слов, казалось, ничуть не смущал присутствующих. По крайней мере, большинство из них. Они жадно впитывали каждое предложение, словно с этого самого момента обладатели дара начнут уважать «бездарных» людей, а люди перестанут бояться чародеев.

Возможно, так будет сегодня. Пока алкоголь льется в глотку, весь мир кажется лучше. Даже никогда не пьянеющие маги могут поддаться общему настроению и завести уйму знакомств с человеческими слугами или конюхами. Не зря же в нишах поставили диваны. А завтра одна половина дворца будет краснеть под пытливыми взглядами «возлюбленных», а другая – хвастаться мимолетными знакомствами. Зимний бал – обыкновенный карнавал. Только маски на лицах видно не всем.

– Ал? – Рука в тонкой шелковой перчатке коснулась моего плеча. Я обернулся, с удивлением обнаруживая перед собой Северину. Я скорее ожидал увидеть ее среди внимающей Рэмирусу толпы.

– Удивила.

– Чем? – Она смешно нахмурила брови и пытливо всмотрелась в мои глаза.

– Думал, ты его слушаешь. – Я кивнул в сторону императора, а Северина скривилась, будто вместо Рэмируса увидела лимон.

– Слишком приторно вещает, – с раздражением сказала она. – Почти чувствую сахар на зубах.

Я улыбнулся. Первая хорошая новость за сегодня – Северина растеряла грезы и наивность.

– Тогда, пока мы не оказались погребены под горой сахара, предлагаю прогуляться в другой конец зала.

Стараясь держаться у стенки и миновать гостей с бокалами, мы стали продвигаться прочь от основного скопления людей. Я вел Северину в единственное более-менее свободное место – самое отдаленное от императора. Там собрались пожилые гости, тысячу раз видевшие подобные выступления, и такие как мы. Хмуро взирая на окружающих, они с нетерпением ждали начала танцев.

Завидев поднос с бокалами, я взял по одному для себя и Северины. Она с улыбкой приняла его и проговорила:

– Я думала, у вас больше свободы.

– В каком смысле?

– Они так внимают своему правителю. А ведь он говорит явную бессмыслицу. Почему никто не оспорит его слова?

– Эта бессмыслица – чистая формальность.

– Но они все равно слушают ее как нечто интересное и новое.

Я пожал плечами. Что тут ответишь? Она права, но…

– Дань воспитанию. В конце концов, благодаря этой толпе мы можем улизнуть, не привлекая к себе внимания.

– То есть, мы сейчас используем их? – Девушка приподняла брови. Ее синие глаза смеялись, а лицо оставалось совершенно серьезным.

– Вроде того.

– Это их тоже не смущает?

– Ничуть. Они называют себя воспитанными особами, а мы… Что с нас взять? Я – недоделанный маг с неустойчивой психикой, а ты…

– Что?!

– Что?

– Какой-какой маг?

– Отец однажды так меня назвал. Не важно.

– Прекрасный отец, – сказала девушка, глядя на меня через пустой бокал. Я даже не заметил, как она его опустошила.

– Бывают и хуже.

Северина подошла к столу, чтобы поставить бокал, а я в это время разглядел ее наряд. Зеленое платье, как она и говорила. Бархат мягко струился от талии до пят. Корсета не было, что уже выделяло ее среди остальных девушек. В ушах сверкали серьги с крошечными изумрудами. Распущенные волосы спадали по плечам, достигая лопаток.

– Например? – спросила она, возвращаясь.

– Рэмирус. Ты можешь представить отца хуже?

Северина на миг задумалась, прежде чем согласиться.

– Не могу. Я где-то читала, что его сын пропал, а всемогущий Рэмирус не смог найти никаких следов.

– Или не захотел.

– Вот именно.

Девушка задумчиво посмотрела в сторону императора, все еще не закончившего свою речь. Накрутила на палец локон и поднесла его к губам. Переживает. Я пожалел, что на время отгородился от эмпатии – если б не эти жесты, я бы не догадался, что что-то не так.

– Что тебя беспокоит?

– А?

Она сделала вид, что не поняла. Я не стал переспрашивать и просто подождал, пока она решится рассказать.

– Ты давно видел Тэрри?

Настала моя очередь молчать. Под ее требующим ответа взглядом я судорожно пытался решить, что можно говорить, а что лучше отложить на потом.

– Да, достаточно давно.

Судя по лицу Северины, врать я так и не научился.

– И когда было это "давно"?

– Почему это так важно?

Вокруг резко поднялась суматоха. Двигаясь, люди оттеснили нас, и мы оказались у самой стены. Я посмотрел на сцену. Выступление Рэмируса закончилось.

– Потому что твой брат прислал мне приглашение и эти серьги. – Она указала пальцами на украшение. – А сам не явился.

– Ты уверена, что его нет в зале?

– Ты думаешь, я глупая? – Возмутилась девушка. – Будь он здесь, нашел бы меня уже давно.

– Возможно, он придет позже, – предположил я, чувствуя себя на редкость гадко. Уж лучше врать, чем устраивать этот спектакль. Тем более, Северина не верила ни единому моему слову.

– Алистер!

– Это я.

– Я в курсе. – Северина начинала вскипать.

– Чего ты от меня хочешь?

– Ты ведь знаешь, где он.

– Ладно. – Я решил сдаться. Но не до конца. – Его не будет. Возможно, он найдет тебя завтра и скажет что-то очень интересное. Но не гарантирую.

– И на том спасибо.

Мои слова явно не обрадовали девушку. Но обижаться за это на меня глупо.

– Прости, но это не мои тайны. Не хочу прослыть болтуном.

– Я понимаю, – кивнула Северина, ее тон стал чуть теплее. – И не обижаюсь. Давай потанцуем?

– Ты издеваешься?

– А что?

– Я и танцы несовместимы.

– Уверена, ты прибедняешься. Кто из нас вырос во дворце?

– Я рос в садах и лесах. А еще в библиотеке. Но никак не в бальном зале.

– Алистер!

– Не используй мое имя как ругательство.

– Почему ты такой упрямый?! – обиделась Северина. Она смотрела на меня как ребенок, у которого отобрали леденец.

– Прости. Но я танцую ужасно, и это не отговорка.

Отговорка, конечно. Меня, как и всех детей знати, учили разным бесполезным вещам, среди которых были и танцы. Но я пришел сюда не ради музыки и вальса. Во время разговора с Севериной мой взгляд скользил по гостям, отмечая каждое фиолетовое пятно, мелькающее в толпе. Пока что ни одного знакомого лица.

– Я все равно тебе не поверила. Так и знай, – объявила девушка. Она взяла у подошедшего слуги два стакана с ягодным желе, и протянула один мне.

– Я думал, ты обидишься, – улыбнулся я, по привычке протягивая правую руку. От прикосновения к стакану ожог снова опалило болью. Я поморщился и взял десерт другой рукой.

– Что с твоей рукой? – Мои манипуляции не прошли незамеченными.

– Ничего. Небольшой ожог.

– Спрашивать, откуда он, бесполезно?

– Угадала.

Северина расстроено покачала головой. Я почувствовал сожаление от того, что сейчас не могу ничего ей рассказать.

Последующие часы на балу были скучными и безликими. Северина быстро покинула меня, заметив в зале подруг. Я остался бродить в одиночестве. Гости перемещались по залу. Кто-то танцевал, кто-то просто переходил от стола к столу, набивая живот на год вперед. Рэмирус время от времени являлся толпе и под громкие овации выбирал девушку для танца. Каждый раз новую. В итоге образовалась небольшая компания счастливиц, радостно улыбающихся и делящихся впечатлениями. Каждая из них считала, что именно ее заприметил сам император. Я смотрел на этот цирк и мечтал поскорее убраться с данного мероприятия. Отправительницы записки все еще не было видно.

Ближе к полуночи, когда толпа немного поредела, я совершил последний обход зала, уже подозревая, что попался на глупую шутку. Целый вечер прошел зря! Попадись мне теперь, шутник!

– Не меня высматриваешь? – Вокруг было множество голосов, но этот почему-то меня напугал. Наверное, потому что я не ожидал, что кому-то в этом зале могу понадобиться.

– Тебя, – подтвердил я. Надеюсь, она не заметила, как я вздрогнул от ее оклика.

– Прости, я опоздала, – сказала девушка в фиолетовом платье. Я ожидал увидеть на ее месте кого угодно, но не…

– Ингрид, как тебя сюда занесло? Как же Пирс, о котором ты так мечтала?

– Подождет, – отрезала она. – Мне нужно кое-куда тебя отвести. Только ничего не спрашивай, – предупредила она. Вовремя. Я как раз открыл рот для вполне предсказуемого вопроса.

– Ладно. Веди, – согласился я и понял, насколько плевать мне стало на происходящее. Пусть ведет хоть в пучину морскую, лишь бы подальше от Тронного зала.

Забрав верхнюю одежду, мы вышли из дворца. Миновали людные дворы, полные стражи. Защитники порядка вынуждены были следить за пьяными гостями и бороться с соблазном к ним присоединиться. Не знаю, где еще увидишь настолько несчастные лица. На нас они посмотрели с удивлением и некой долей уважения. Наверное, трезвые пары в этот час – редкость.

Продолжая молчать, Ингрид повела меня через сад. Мы шли достаточно долго, чтобы я успел продрогнуть. Снежная вьюга стихла, но порывистый ветер никуда не исчез. Пальто перед ним было бессильно. Вдобавок, когда мы зашли в старый сад, наткнулись на сплошной сугроб, в котором нельзя было отличить дорожки от клумб. Но Ингрид это не смутило. Она продолжала идти вперед, как заведенная кукла.

– Обязательно закапываться в снег?

– Помолчи.

– Так куда мы идем-то? Может, я знаю иной путь?

– Не знаешь. Ты вряд ли там вообще был.

– Заинтриговала.

Учитывая, что в детстве я облазил все окрестности дворцов, незнакомых мест быть не могло. Разве что это какие-то дальние туннели катакомб, но вход туда находится на кладбище, а мы идем в сторону…

– Погоди, – догадался я. – Мы идем в заброшенный особняк?

Ингрид промолчала, но я почувствовал ее досаду. Почему-то захотелось ее усилить.

– Я там был. Три этажа, четыре спальни, конюшня, огромная столовая с двумя каминами…

– Туда никого не пускают, – перебила девушка.

– А мы никого не спрашивали.

– Вас должны были заметить. Охранную магию вы снять не могли, – сделала она последнюю попытку поймать меня на лжи.

– Верно. Но прокрасться мимо – вполне.

Раздражение. Я явно отвечал не по плану, выстроенному в ее голове.

В нормальную погоду мы добрались бы до особняка за двадцать минут. Но теперь нам понадобилось не меньше часа. Ступив на крыльцо, я вздохнул с облегчением. Здесь не было снега – навес надежно от него защищал.

Ингрид открыла дверь и остановилась на пороге. Я не видел магических полей, но, уверен, девушку проверяли на право зайти внутрь. Дождавшись разрешения, она махнула рукой, и мы вместе вошли в гостиную.

Я ожидал увидеть особняк темным и мрачным. Именно таким он был в моем детстве. Но привычный интерьер исчез. Поломанную мебель заменила новая, с резными ножками и дорогой обивкой. В ней больше не было кривых гвоздей и заноз, которые я знал наизусть, потому что играл здесь с друзьями в прятки. Тени от шкафов – грозных великанов, пугавших младших приятелей, – рассеялись под натиском хрустальных люстр. На месте вазонов с высохшими растениями возвышались статуи. Окна и зеркала блестели от чистоты. Вряд ли в них теперь кто-то увидит «призраков». Паркет, выдававший шаги «разведчиков», теперь не скрипел. Все иначе, словно те воспоминания были лишь сном.

Я почувствовал разочарование. Все эти годы я считал, что особняк навеки останется нашей с друзьями неприступной крепостью. Что его не коснется никто, даже время. Но я снова ошибся, а впечатления из детства рассыпались прахом. К кому бы я сейчас не направлялся, у меня уже есть причина неприязненно к ним относиться.

Мы поднялись на третий этаж. Как и когда-то здесь был огромный зал с камином и книжными полками. Правда, теперь он выглядел в тысячу раз ярче. А еще в нем появились люди. Или, вернее сказать, маги. Трое. Они устроились за овальным столом в центре помещения и не спеша, немного лениво листали страницы книг. На наше с Ингрид появление они отреагировали равнодушными взглядами, лишь один из них удостоил нас кивком.

– Присаживайтесь, – предложил он, показывая на два стула возле себя. Я узнал его. Пожилой человек из башни, едва не поймавший меня в комнате со статуей мага и странной книгой с пустыми страницами. Здесь была и та девушка с необычно низким голосом. Она склонилась над книгой, внимательно слушая своего соседа. Одежда и прическа выдавали в ней чужестранку, но я не смог бы сказать, откуда она родом.

Едва мы разместились за столом, присутствующие вдруг подняли головы и обратили взгляды в нашу сторону. Я почувствовал себя глупо. Уже второй раз я оказался в центре внимания магов. И второй раз не понимал, чего от меня хотят.

– Алистер, – заговорил старик, Магистр, как его называла незнакомка. – Прошу извинить нас за все эти игры в шпионов, но мы не могли допустить, чтобы нас вычислил кто-то для нас небезопасный.

– Разве заброшенный особняк с горящим светом не вызывает подозрений? – Наверное, не стоило сразу же задавать вопросы, но слова мага показались абсурдными.

– Его отреставрировали пять лет назад и с тех пор сдают в качестве гостиницы, – ответил Магистр.

Я вспомнил заснеженную, никем не чищеную дорожку, но решил не показывать свое недоверие к его словам. В конце концов, это их проблемы.

– Это касается и тебя тоже. С этого момента ты соучастник преступления, так что относись ко всему серьезнее.

Голос прозвучал с другого конца стола. Я медленно, стараясь не показывать страха, посмотрел на телепата. Он улыбнулся, словно только что рассказал шутку.

– Не законно, но действенно. И да, у нас нет того кубика, глушащего телепатию, который так любят маги вашей страны.

Мрак! Он читал каждую мою мысль.

– Да. Жаль только, ты полукровка с даром эмпатии. Я бы и чувства твои знал, что было бы полезно для нашего дела.

Не лезь в мою голову!

Бесполезно. Я лишь рассмешил его.

– Велиус, прекращай.

Слова Магистра мгновенно подействовали. Телепат уважительно кивнул и откинулся на спинку стула, делая вид, что забыл про свою жертву. Но я все еще чувствовал его присутствие в голове. Он работал небрежно, ничуть не скрываясь.

– Кто вы и чего от меня хотите? – спросил я, глядя на Магистра.

– Вижу, терпением ты не отличаешься. – Он едва заметно улыбнулся. – Тебе знакома эта вещь?

Магистр достал из-под столешницы книгу с кожаной обложкой коричневого цвета. Та самая. Из комнаты со статуей.

– Да. – Я покосился на Велиуса. Лицо телепата выражало удовлетворение моей честностью.

Магистр ничуть не удивился моему ответу. Кивнул и положил книгу на стол.

– Я не сомневался, что ты ее заметишь, – сказал он.

– Вы видели меня тогда, в башне?

– Нет. Хотя именно я сделал так, чтобы ты попал в ту комнату.

Так вот почему замок на двери оказался открытым. А я наивно считал, что кто-то попросту забыл его закрыть!

– Зачем?

– Признаться, я надеялся застать тебя в той комнате и заставить сотрудничать. Но ты так шустро улизнул. Ты был где-то рядом, когда мы пришли. Но я решил не искать тебя, дабы не вспугнуть. Не знал, какой будет твоя реакция. Ты мог бы сбежать, уехать из дворца.

Я кивнул. Значит, Магистр с девчонкой искали меня. И тот разговор вовсе не был тайным. Они хотели дать мне его подслушать.

– Следующую попытку поговорить с тобой я решил сделать зимой. Все равно осенью у нас были дела и некоторые проблемы. Но теперь ты с нами, и я могу рассказать тебе, почему нам нужна твоя помощь.

– Я слушаю.

Старик глубоко вздохнул и заговорил.

– Все присутствующие здесь – выходцы Южной Империи Объединенных Княжеств. Моя двоюродная племянница Ингрид, талантливый телепат Велиус и его ученица Кларисса. Я Магистр магии. Считай, самый сильный обладатель дара в своей стране. Но это не дает мне никаких привилегий. Знаешь, почему?

Я отрицательно покачал головой. В нашей стране это звание присвоено Рэмирусу. И привилегии от него сливаются с императорскими.

– Потому что маги в Южной Империи – изгои. Вы мало знаете о нашей стране. Немногочисленные послы не слишком любят о ней говорить. Нас разделила Пустыня. Выжженный кусок земли – препятствие не только для путешественников, но и для информации. Нас травят, как у вас маги травят людей.

– Не слишком убедительно звучит. Маги всегда были сильнее. – Я с сомнением посмотрел на Магистра. Он снова кивнул. Я почувствовал, что он меня понимает.

– Нас мало. Когда три империи только зародились, большинство магов примкнуло к сильному государству. Государству Рэмируса.

– Каким боком это касается меня?

Никогда не любил уроки истории. Тем более, от особ, настроенных меня использовать.

– Начну с начала, – произнес старый маг мою самую ненавистную фразу. – Все знают, что Марсселус украл у императора нечто ценное. Кто-то считает, книгу. Но на самом деле – лишь несколько листов из нее. – Магистр указал на «записную книжку», лежавшую на столе.

– Пустых? – не удержался я.

– Нет… Скажи, о чем бы ты хотел прочитать? Я имею в виду глобальные вещи. Допустим, некое событие из истории.

Я мог бы спросить, что угодно из школьной программы, но что-то меня дернуло сказать:

– Мой побег из тюрьмы Города Дамиана.

– Хорошо, – сразу согласился Магистр. Он раскрыл книгу на середине и что-то тихо прошептал. Спустя мгновение на страницах стали возникать витиеватые буквы. – Читай.

Я подвинул книгу ближе и прочитал.

«В ночь с двадцать шестого дня Месяца…».

– Она может показать абсолютно любое событие? – спросил я, дочитав до конца страницы.

– Абсолютно, – подтвердил Магистр. – Но нас больше интересует ее умение показывать карту любого уголка мира. Именно карту и украл Марсселус. И она нам нужна.

– Вы хотите от меня того же, чего и Рэмирус? – Я был уверен, он в курсе, чего хочет от меня император. И чего хочу, хотел или захочу я. У него на лбу написано, что он следит за мной и за всеми.

– Нет. Ты рисковал ради пустышки. В Городе Дамиана никогда не было карты.

– Хотите сказать, что император не знает об этом? – удивился я.

– Не знает. И мы не знали, пока к нам не попал сумасшедший маг, сбежавший пятьсот лет назад вместе с Марсселусом. Он поведал нам об истории, произошедшей с Марсселусом в пещерах жрецов. Из его бессвязной речи мы поняли, что ученик Рэмируса оставил карту жрецам.

– Откупился ею от смерти?

– Нет, на те времена жрецы еще не были такими нахальными. Да и видели, что нападать на мага уровня Марсселуса нет смысла. Он оставил свое украденное сокровище добровольно.

Мне хотелось спросить, не был ли столь прославленный ученик императора круглым дураком. Но заставил себя промолчать. Телепат издал сдавленный смешок. Должно быть, он веселился на полную, слушая мои мысли.

А Магистр тем временем продолжал:

– Безумный маг не смог толком объяснить, что за уговор был у Марсселуса и жрецов. Сказал лишь, что тот надеялся вернуть карту обратно. Но, как мы знаем, вскоре он скрылся за высокими стенами Города Дамиана, который в те времена планировали сделать столицей Северной Империи. Больше ученика Рэмируса никто никогда не видел. Естественно, за картой он не вернулся.

– Значит, я был совсем близко к своей цели, – усмехнулся я, ощущая себя полным неудачником.

– Ты носишь свою цель, или, точнее, часть ее, в кармане.

Старик умеет ошарашить. Просто мастер своего дела. Без предисловий взять и вывалить на тебя всю правду, заставить почувствовать себя идиотом. Медальон жрецов, фрагмент карты… Все пазлы стали на свои места. Сложилась цельная, не очень утешительная картинка.

– Вы ничего не путаете?

Не путает, конечно. Глупый вопрос. Рука сама собой полезла в карман, выуживая из него медальон.

– Ну вот, ты сам же и ответил, – улыбнулся Магистр. На этот раз его улыбка мне не понравилась.

– То есть, этот клочок бумаги – та самая карта?

Да, да, олух! Поверить в это сложно, но…

Телепат снова заулыбался. Ему забавно. Сколько подобной чепухи он слышит в мыслях посторонних каждый день? Не сосчитать. Но ему все еще забавно.

– Сколько всего частей карты?

Старик пожал плечами. Хм, все-таки не всесилен. Чего-то его зоркие шпионы не доглядели.

– Как вы узнали, что одна из них у меня?

Банальный вопрос вертелся на языке, но сорвался как-то неожиданно. Не в тему.

– От нее слишком сильно несет магией. Это все равно что искать нищего на улице знати. Мои люди есть в каждом городе и поселке, в том числе в Пирсе. Тебя заметили. Дальше – дело простое. Мы послали по твоему следу Ингрид с искателем артефактов, она нашла тебя в гостиничном номере.

– К тому же, мы оказались знакомы.

– Да. Это совсем упростило задачу.

– Ты действительно жила в Пирсе? – обратился я к девушке с темными кудрями. Весь разговор она, казалось, пропустила мимо ушей, увлеченно всматриваясь в книгу.

– Жила. Я вообще не участвовала в этом всем, пока ты не приехал в Пирс. Но потом человек дяди сказал, что я могу пригодиться.

– Не отвлекайтесь, – кинула Кларисса. За весь вечер это была первая фраза, сорвавшаяся с ее уст. Ее голос снова меня потряс. Честное слово, если бы не лицо с тонкими чертами и явно женская челюсть…

Я поднял ладони, показывая, что готов продолжать слушать.
– Итак, ты нужен нам как проводник. Помоги нам найти пещеры жрецов. – Безапелляционный тон Магистра меня разозлил. Фраза прозвучала как приказ.

– А сами вы не можете? Знаете, что замышляет император чужой страны, но не можете обойтись без меня?

– Во-первых, безумный колдун накинулся на нас. Пришлось его убить. Месторасположение пещер он указать не успел. А пещер в Северной Империи много. Жрецов тоже. Пока мы найдем нужных, пройдет немало лет. – Магистр сделал паузу и глубоко вдохнул. Я почувствовал его нерешительность. – Во-вторых, тебе самому это нужно. Он убьет тебя, ты ведь это понимаешь?

Я положил медальон на стол и убрал руку. Вещь никак не заявляла о своих планах, но…

– Догадываюсь.

– Если поможешь нам, мы поможем тебе.

– Сначала скажите, что это за карта. И зачем она вам нужна.

Магистр долго молчал, глядя в одну точку на столешнице. Не знаю, о чем он так долго думал, ведь ответ был коротким:

– Это неважно.

– Мне важно. Ваш телепат сказал о преступлении, соучастником которого я стал. О чем он?

– Велиус часто несет чушь. Не буду врать, дело у нас небезопасное, но тебя оно мало касается, – отрезал Магистр. Больше ничего не скажет, можно не сомневаться.

– Если я откажусь?

– Твое право.

– Вы не боитесь, что я кому-то это все расскажу?

– Разумеется, Велиус сотрет твою память.

Так вот, зачем он здесь. Не только чтобы развлекаться за мой счет.

– Вы не оставляете мне выбора.

– Ты сам себе его не оставил, – произнес Магистр, прекрасно зная, что я соглашусь.

Выбора действительно не было.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.