Внешность бывает обманчива, ой как обманчива.

От лица Елены Процедуры, процедуры и опять процедуры. Как же я от них устала! А самое обидное - от этого никуда не деться. Одно хоть радует: родные не забывают обо мне. Маринка чуть ли не каждый день приезжает с визитом, девчонки - по мере возможности. Наташка достает звонками ... Дочь. Моя дочь. Наташа. Господи, что же мне делать? Как ее подготовить? Хотя, ... разве подготовишь к такому? Когда погибли наши родители, нас никто не мог к этому подготовить! ... Похороны, потом детдом, переезд, новое место ... До сих пор вспоминаю это с болью, хотя 27 лет прошло. ... Врачи сказали, точнее, подтвердили, что мне осталось жить максимум два года. Пожалуйста, Господи, я знаю, Ты творишь чудеса! Продли мои земные дни ровно настолько, чтобы убедиться, что с моей дочерью все будет хорошо. Пусть с ней рядом будет надежный человек, который никогда ее не бросит, не предаст, не обидит, не оставит в беде. Я не за себя прошу. Я прошу за свою дочь. ... Этот Игорь? ... Почему он опять пришел мне на ум? ... Ох, нехороший он человек, недобрый ... Почему-то мне кажется, что он не оставит ее в покое... Раздается щелчок. Открывается дверь и входит Марина с цветами. Она улыбается, но глаза ее не выдают радости. В них тоска и боль. "Знает", - подумала я и тоже улыбнулась ей. Она поставила цветы в вазу и села на край кровати. Мы обе молчали. А что сказать? - Как, ... как сейчас на улице? - Я, наконец, решила нарушить это молчание. - Холодно. И снежно. - тихо, почти шепотом, произнесла сестра, опустив глаза. Я посмотрела на ее руки. Дрожат. И ей тоже страшно. - Ты сказала Наташе? - Нет, - теперь и я опустила глаза. - И не знаю, как это сделать. - И я не знаю. И ... и я боюсь. Я посмотрела на нее: - Чего ты боишься? Марина закрыла лицо руками. - Боюсь, что это и со мной произойдет! - она задрожала всем телом. Слёзы, которые до этого душили ее, теперь вышли наружу в форме нервного, истерического рыдания. Я привстала с койки, стараясь быть аккуратнее с гипсом, и крепко обняла сестру. Она, почувствовав тепло моего тела, прижалась к груди, как ребенок прижимается к матери. - Не надо плакать, Мариш. - странно, но все то, что чувствовала и переживала я, всегда выражала Марина. И наоборот. Словно, это было сделано специально. Страшно, страшно ... - Ппп-прооостиии меняааа! ... - Тихо, тихо, любимая моя! Сколько прошло времени - не знаю. У меня нет часов. А у нее я не спрашиваю. Наверное, где-то около 40 минут, потому что за это время ко мне трижды заходила медсестра. Как же она была обеспокоена, когда увидела плачущую женщину в моей палате. Я заверила, что все хорошо, и она ушла. - Вот же блин! - Марина усмехнулась сквозь слезы. - По идее, это я, как старшая, должна тебя успокаивать, а не ты. - Ты всегда была такой чувствительной! Ну и подумаешь, что старше меня. Всего-то на две минуты. Марина опять усмехнулась: - Ну да, я такая. И старше я не на две, а на целых ТРИ минуты. Не надо преуменьшать! - Ой-ой-ой, кто обиделся! - на что получила от нее пинок под ребра. Ну, я в долгу не осталась: дала ей щелбан в лоб. - Садистка! - Извращенка! Марина перестала плакать. Мы посмотрели друг на друга и неожиданно разошлись громким смехом, причем одновременно. Наверное, это покажется странным вот так вот из плача переходить резко в смех. Но наш дуэт всегда был "не от мира сего". Мы стали вспоминать наше детство и юность. - А помнишь это? ... А помнишь то? ... А помнишь, как мы с тобой? ... ... и так далее. ... - М-дааа! Золотое, все-таки, было время! - Марина сидела на моей койке, а я положила ей голову на колени. - А помнишь, что мы с тобой учудили на выпускной? - Ой не надо! - нашла, о чем вспомнить. Но Марина словно не слышала меня и продолжила дальше: - Как же мы хорошо с тобой тогда набухались на пару на спор. Помнишь, а? Да чё ты ушки-то закрыла? Классно ж было! А кто из нас потом предложил в школу петарду принести, не помнишь? - Ну ты, мать твою, предательница! - О, оживилась! А ведь, помнится, ты тогда и привлекла внимание ... - Вот про него особенно не надо! - меньше всего мне хочется сейчас вспоминать про человека, который бросил меня много лет назад ради выгоды и богатой невесты. Марина стала серьезной: - Я это к тому, что ... - она сделала глубокий вдох, - я видела его недавно. Он здесь, в городе. Что?! Какого хрена ему надо? Я приняла горизонтальное положение. - Ты не шутишь? - Извини, но такими вещами я еще шутить не научилась. - А, ... он тебя видел? - Нет. Но, по-моему, он ищет тебя. - Пусть поищет другую дуру. Я не намерена с ним видеться. И пусть только подойдет к моей девочке. Довольно я горя с этим человеком хлебнула! Пусть идет к своей ... графине! В голове сразу всплыли далекие воспоминания моей юности, когда я встретила человека, ставшего отцом моей девочки. НЕПРИЯТНЫЕ воспоминания... И что теперь делать? ...