Сердце на двоих. Глава 21. За кадром +255

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Шерлок (BBC)

Автор оригинала:
Verityburns
Оригинал:
http://archiveofourown.org/works/301718/chapters/512369

Основные персонажи:
Джон Хэмиш Ватсон, Шерлок Холмс
Пэйринг:
Шерлок/Джон
Рейтинг:
NC-17
Жанры:
Романтика, Драма, PWP, Hurt/comfort
Размер:
Мини, 11 страниц, 1 часть
Статус:
закончен

Эта работа была награждена за грамотность

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Перевод последней, 21-й главы классического фанфика "Сердце на двоих". Только что произошла стычка в переулке, которая могла закончиться для Шерлока гибелью. Джон рассержен...

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания переводчика:
Предупреждение: доминирование; написано до выхода второго сезона, поэтому является AU по отношению ко нему.
Перевод основного текста на русский язык, выполненный Джуд и Mittas: http://sherlockbbc.diary.ru/p175794886.htm.
8 августа 2014, 18:19
Пять месяцев после выстрела

Шерлок открыл рот, в четвертый раз после того, как они сели в такси, и снова закрыл его, так ничего и не сказав. Джон был зол. Очень зол. Он сжимал короткий поручень у окна так, что побелели костяшки, и неотрывно смотрел за стекло. Не кричал, не ругался... он не сказал ни слова с тех пор, как они покинули место преступления, и игнорировал Шерлока, как будто ехал в кэбе один.

Шерлоку не нравилось, когда его игнорировали.

Когда они подъехали к дому, он расплатился с водителем, позволив Джону выйти из машины первым. Он испытывал искушение остаться в такси и уехать в ночь куда глаза глядят, но решил не делать этого. Иногда Джон успокаивался, когда выходил "подышать", однако Шерлок научился понимать его достаточно хорошо, чтобы осознавать сейчас: это был не тот случай.

Он поднялся вверх по лестнице вслед за безжалостным эхом шагов, окончательно уничтожившим все надежды на то, что его вывод может быть ошибкой.

Джон стоял посреди гостиной и ждал его. Спина была прямой, руки сложены на груди.

Шерлок помедлил, тщательно устраивая свое пальто и шарф на вешалке. Это показное безразличие, как он отчетливо и с раздражением ощутил, ни на секунду не обмануло Джона.

Решив сразу перейти к делу, он обернулся.

- Я полагаю, заваривать чай нет смысла?

- Мы можем выпить чаю. Мы можем выпить чаю, как только ты объяснишь мне, о чем, мать твою, ты думал.

Шерлок пропустил этот вопрос мимо ушей, намереваясь проскользнуть мимо Джона и броситься в свое кресло, но отчего-то не осмелился. Интересно.

Он стряхнул с себя это чувство и прикусил губу.

- Ты правда думаешь, что мог за ним успеть?

Джон сделал короткий шаг вперед.

- У него был нож, Шерлок. Здоровенный острый чертов нож. Ты это видел? Твои хваленые наблюдательные способности вообще позволили тебе это заметить?

Шерлок обнаружил, что очень хочет отступить назад, но удержался. Какая-то часть его разума нашла это чувство захватывающим.

- Тот, что прижали к твоей сонной артерии? - спросил он, с трудом сохранив самообладание. - Ты его имеешь в виду, когда говоришь мне про чертов нож?

Джон вытаращился на Шерлока, услышав бранное слово: это было большой редкостью. Он сделал еще одно движение вперед, но замер, не желая сдавать позиции в середине комнаты.

- Он метил в тебя, и ты прекрасно это знаешь. Я контролировал ситуацию, пока ты не выскочил вперед. Твою мать, как ты мог быть таким тупицей? - Джон распрямил руки, и кисти тут же сжались в кулаки. - Почему ты сделал это, Шерлок? - требовательно спросил он. - О чем ты только думал, черт возьми?

- Я думал о том, что тебе сейчас перережут горло, - огрызнулся Шерлок. - Извини мне предположение о том, что это плохой вариант развития событий.

Он, наконец, заставил себя двинуться вперед, намереваясь обойти Джона, даже если инстинкты говорили ему не делать этого. Секунду спустя он оказался прижат спиной к стене; рука Джона от локтя до костяшек пальцев вжалась ему в грудь, удерживая на месте. Джон смотрел ему в глаза, их лица были в каких-то дюймах друг от друга. Шерлок ощутил странное оцепенение и стоял, затаив дыхание, пока правая ладонь Джона не метнулась к задней части его шеи, рывком принудив опустить голову.

Этот поцелуй был самым властным и требовательным из всего, с чем Шерлоку приходилось сталкиваться в жизни, и ему даже в голову не пришло сопротивляться. Он послушно раскрыл рот, как только Джон захотел этого, безропотно приняв ярость, с которой пальцы Джона сжали его кудри, и силу, с которой нога Джона раздвинула его ноги, и жадность, с которой рука Джона скользнула по его животу, чтобы сжать бедро.

Голова Шерлока сама откинулась назад, когда Джон принялся целовать его шею, спускаясь ниже. Он застонал от предвкушения, ощутив первое прикосновение зубов к своей коже, и наклонил голову набок в знак своей полной покорности. Он не знал, что делать со столь неожиданным проявлением собственнических инстинктов со стороны человека, который обычно обращался с ним с такой заботой и трепетом, но, о, Боже... ему это нравилось.

А потом внезапно все кончилось, и Джон отступил назад, мгновенно оказавшись на расстоянии в несколько шагов.

Шерлок остался стоять у стены, осев на нее, совершенно не уверенный в том, что ноги могут его держать.

- В чем дело?

Его голос звучал очень своеобразно.

- Мне нужно выйти на улицу.

- О чем ты говоришь?

- Мне нужно...

Джон выглядел дико, чувства сменялись на его лице сплошным стремительным потоком. За секунду до того, как он вновь заговорил, в его глазах вспыхнул стыд.

- Мне нужно подышать. Я вернусь позже.

- Стой! - Шерлок заставил себя выпрямиться. - Подожди.

Джон по привычке подчинился, но застыл, наполовину развернувшись к двери.

- В чем дело? - повторил Шерлок.

- Тебя чуть не убили, - Джон стоял, опустив голову. – Прямо у меня на глазах.

Он вновь обернулся к Шерлоку, и взгляд его был свирепым... хищным.

- Я хочу раздеть тебя, - проговорил он. - Хочу трогать каждый дюйм твоей кожи. Хочу доказать себе, что ты в порядке, что ты все еще здесь, что ты все еще... мой.

Джон клонился вперед, словно необходимость соблюдать дистанцию причиняла ему физическую боль.

Шерлок сглотнул.

- Это было бы... В смысле, я был бы не против...

Джон покачал головой.

- Не пойдет. Я слишком зол.

Его взгляд жадно шарил по телу Шерлока.

- Если я к тебе приближусь, то сделаю куда больше.

Шерлок отступил от стены; его сердце колотилось как сумасшедшее.

- Ты однажды рассказал мне о "сексе после ссоры". Помнишь? - Он сделал еще один шаг вперед, и Джон шагнул к двери. - Несколько месяцев назад, когда я был слепым - во многих смыслах этого слова. Когда я не понимал, что означают твои слова.

Джон перестал отступать; он неотрывно следил за Шерлоком, который приближался к нему.

- Но я больше не слепой, Джон. И я больше не неопытный. Я никогда не захочу никого, кроме тебя, но ты всегда так бережен со мной, и я иногда... - Шерлок запнулся, потом собрался с силами, чтобы сделать признание. – Я иногда хочу, чтобы ты обращался со мной иначе.

Его голос звучал очень низко, и он чувствовал, как румянец выступает на щеках, однако высоко держал голову, чтобы Джон мог прочесть все на его лице.

В комнате воцарилось тяжелое молчание, затем Шерлок увидел, что решение принято. Внутри у него все затрепетало. Джон выпрямился и встал так, словно был на плацу, - куда воинственнее, чем он обычно позволял себе дома.

- Расчисти стол, - скомандовал он и кивнул в сторону кухни.

Шерлок приподнял бровь. Так не годилось, выполнить это указание было слишком легко.

- Зачем?

- Потому что я собираюсь трахнуть тебя на нем.

***
Все равно что попасть под сель, - подумал Шерлок вскоре после этого. В голове у него царил совершенный беспорядок.

Он лежал на спине, бедра - на краю стола, ноги свешивались вниз. Шерлок ощущал, что брюки и белье все еще болтаются у него на лодыжке. Джон освободил его вторую ногу от одежды и теперь стоял между его бедер, глядя на него сверху вниз. Шерлок снова поднял глаза и посмотрел на своего возлюбленного, завороженный этой новой стороной его характера. Он давно подозревал о ее существовании, но до сих пор спровоцировать Джона на что-то подобное не получалось.

Два пальца Джона уже были внутри. Шерлок слишком увлекся происходящим, чтобы заметить, что он использовал в качестве смазки, однако по ощущениям было похоже на какое-то масло. Он дернулся и заерзал на месте, когда пальцы повернулись, безошибочно задев самое чувствительное место. Он хотел больше соприкосновения, но Джон не трогал его нигде больше, только стоял над ним и смотрел.

Шерлок сделал попытку сосредоточиться, ухватившись за промелькнувшую в голове мысль об экспериментах. Сейчас приборы и посуда для них были разбросаны по полу, поскольку он расчистил стол, попросту опрокинув его. Несколько незаконченных опытов стоило повторить, но в данный момент ни один из них не занимал его так же сильно, как Джон.

- Расстегни рубашку, - приказал Джон.

Сам он еще был полностью одет. Он даже не засучил рукава, и Шерлок ощущал, как ткань касается обнаженной кожи на внутренней стороне его бедер, окончательно утверждая неравенство между ними, - ежеминутное напоминание о том, кто сейчас был главным. Он замешкался. Сорочка была длинной и прикрывала его ниже пояса, создавая некоторую иллюзию благопристойности, каким бы смехотворным ни казалось стремление к ней.

Глаза Джона сузились, он протянул свободную руку и сгреб рубашку у Шерлока на груди в кулак.

- Расстегни пуговицы, или я сорву ее с тебя.

В его голосе не было ни тени сомнения, и тело Шерлока сжалось вокруг его пальцев, когда он с трудом сдержал стон. Он вспомнил, что пурпурный шелк был одним из любимых материалов Джона, и принялся за пуговицы, размышляя, какую сорочку надеть в следующий раз, когда представится возможность его взбесить. Бледно-зеленую, которую купил Майкрофт, решил он. Он будет совсем не против, если от нее ничего не останется.

- Раскрой ее.

Шерлок взглянул вниз и перевел дыхание. Затем снова посмотрел на Джона сквозь ресницы, поднял руки и медленно развел края рубашки в стороны. Шелковая ткань скользнула по коже и бесшумно легла на столешницу, когда он выпустил ее из пальцев, целиком выставив себя напоказ. Он увидел, как потемнели глаза у Джона.

- Ты потрясающий, - Джон протянул свободную руку, взял Шерлока за подбородок и мягко запрокинул его голову. Затем его ладонь соскользнула вниз по горлу; это прикосновение было нежным, но твердым. - Ты точно...

- Да! - Шерлок пресек эту попытку обсудить происходящее, выгнув шею, чтобы Джон мог плотнее ее ухватить.

- Ты уверен, что ты...?

- Не останавливайся.

Ладонь Джона двинулась дальше, блуждая по его рукам, плечам и груди, и это даже не было сексуальным прикосновением - это Джон успокаивал себя. Однако у Шерлока все равно сбилось дыхание, когда кончик мизинца задел его сосок. Он согнул ногу и сжал босыми пальцами край стола, ощутив, что правую часть рубашки подняли и вновь опустили ему на грудь. Затем Джон наклонился, обхватил губами его сосок и принялся ласкать ртом его сквозь темный пурпурный шелк.

На этот раз Шерлок не смог сдержать стона. Он закрыл глаза и во всех деталях представил себе, как выглядит: обнаженный, распростертый перед Джоном - полностью одетым и склонившимся над ним. Он изогнулся, пытаясь отодвинуться от пальцев, которые безостановочно стимулировали его простату, поскольку это мешало думать. Но Джон ухватил его за бедро и вернул на место, и Шерлок содрогнулся на столе.

Он снова дернулся и выгнул спину, когда Джон нажал сильнее и стал поглаживать большим пальцем напряженную кожу в том месте, где находились два других пальца. Шерлок с трудом подавил в себе желание сопротивляться... Ощущения переполняли его. Он открыл глаза и потянулся к Джону, чтобы обхватить его руками и ногами, получив хоть какое-то прикосновение там, где так отчаянно этого хотел.

- Нет, - отрезал Джон, ни на секунду не ослабив хватку, и Шерлок до боли прикусил губу, потому что нужно было как-то себя сдержать... Он вытянул руки и ухватился за край стола. Джон ласкал языком его сосок сквозь тонкую ткань, которая слегка натирала кожу. Его рот был горячим и чуточку грубым. Шерлок поднял голову, его взгляд скользнул вдоль тела туда, где была эрекция: мощнейшее напряжение, требовавшее немедленного внимания к себе.

- Джон... пожалуйста... - Шерлока уже не беспокоило то, что он позволяет себе просить.

Джон поднял голову.

- Ты сейчас не главный.

Он вновь отвел в сторону полу его рубашки, обнажив результат приложенных усилий, и Шерлок увидел свой сосок: блестящий и влажный от того, что побывал у Джона во рту. Он почти ожидал, что сможет рассмотреть, как бьется пульс в этом месте: до того сильно оно дергалось в ритме с ударами сердца. Джон тем временем переключился на второй сосок, склонившись над другой половиной его груди. Затем он поднял голову, взглянул на Шерлока, и тот вдруг понял, что смотрит то во внимательные глаза Джона, то на его приоткрытые губы, то на их слишком уж очевидную цель.

- О, Боже...

Он снова уронил голову на стол и дернулся, когда Джон лизнул его сосок. Горячая рука скользнула по бедру Шерлока, вдоль по боку, на шею, и впилась ему в волосы, удерживая на месте с запрокинутой головой, что заставило его выгнуться и толкнуло его грудь прямо к губам Джона, который только того и ждал. Все попытки отстраниться приводили лишь к тому, что пальцы Джона пронзали его все глубже, и это было уже слишком...

Шерлок не мог сосредоточиться. Он вдруг вспомнил ту давнюю поездку в такси, когда задумался, отчего Джон не хочет оставить свою сдержанность и просто взять его, и вот... наконец, это происходило. Рука у него между ног была невероятно властной, непрерывная стимуляция создавала напряжение, которое Шерлок никак не мог уменьшить, и от нее некуда было деться. А потом к этому прибавились зубы, которые пощипывали и сжимали, - короткие вспышки похожего на боль чувства. Оно распространялось во всех направлениях и делало кожу такой чувствительной, что присутствие даже тех немногих предметов одежды, которые еще оставались на нем, казалось невыносимым. Он стряхнул с лодыжки брюки и белье и обхватил Джона ногой, пытаясь притянуть его к себе... и Джон поднял голову.

Они смотрели друг на друга, Шерлок лежал с открытым ртом, тяжело дыша, неспособный справиться с инстинктивными движениями бедер, которые поднимались в такт движениям Джона. У него побелели костяшки от того, как он вцепился в край стола, удерживая себя на месте, как Джон хотел. Рука в его волосах ослабила свою хватку, погладила его лицо, легла вдоль его щеки, и Шерлок немедленно повернул голову, прижавшись губами к этой ладони.

Послышался резкий вздох, и Джон большим пальцем погладил его скулу. Потом пальцы, которые растягивали его, вдруг исчезли, последовал шквал движений, Джон оказался обнажен до пояса; звук молнии, затем Джон вошел в него, и Шерлок выгнулся с воплем.

Он вновь посмотрел вниз, лишь когда услышал его голос - напряженный из-за самоконтроля и решимости.

- Подними ноги, - приказал Джон.

Его рука блуждала по животу, плечам и груди Шерлока - всюду, кроме места, которое требовало внимания больше всего, словно он говорил: "Твое тело принадлежит мне, и я трогаю его или не замечаю, как хочу". И Шерлок сделал, как сказали: положил ноги на плечи Джона, - а Джон ухватил его за бедра и сдвинул на край стола, и крепко держал, пока не нашел идеальный угол наклона и ритм, который, казалось, был создан специально для того, чтобы окончательно свести Шерлока с ума.

Он в жизни не был так возбужден физически, а глядя на Джона, еще и не мог думать ни о чем, кроме него. Он закрывал глаза, пытаясь восстановить фокус внимания, но ничего не помогало: его разум был наполнен Джоном. Шерлок представлял себе мускулы у него на руках и на груди - напряженные, резко очерченные от того, что Джон держал его в точности так, как хотел: слегка приподняв, просунув ладони вниз, сжимая его ягодицы, как всегда любил делать. Шерлок заскулил и нажал пятками ему на спину, пытаясь наклонить к себе.

- Прекрати, - Джон быстро поменял позу, чтобы можно было держать Шерлока одной рукой, а затем наклонился вперед и крепко шлепнул его по заду.

Шерлок смотрел на него, совершенно потрясенный, - одну... две... три секунды. А потом кончил.

Его тело дернулось и содрогнулось на столе, и он забыл правила вместе со всем остальным, и обнял Джона за шею, притягивая его к себе, повторяя его имя, сотрясаясь и дрожа под ним, а потом, наконец... наконец, Джон поцеловал его, и Шерлок крепко держал его руками и ногами, и подталкивал, пока он тоже не кончил с бессловесным рычанием. Его спина выгнулась так, что вся верхняя половина тела поднялась, руки держали не только его собственный вес, но и вес Шерлока, который не сдавался, который всем телом прижался к нему, словно огромное морское блюдце с руками и ногами: все еще дрожа, совершенно выжатый, но продолжавший держать Джона. Держать так, словно это была самая главная мысль среди всех мыслей в его голове, и только ее он еще удерживал в памяти.

Когда Джон начал успокаиваться, он опустил их обратно и остался лежать на Шерлоке, раскинув руки в стороны, уткнувшись лицом ему в шею. Шерлок чувствовал, что он весь дрожит, и знал, что это реакция не только на секс, но и на то, что случилось в узком переулке несколько часов назад. Когда он оказался, следует признать, на волосок от гибели.

Через несколько минут Джон заставил себя подняться, отстранился, натянул джинсы и застегнул ремень.

- Ты больше никогда не будешь так рисковать своей жизнью, Шерлок. Не по такому глупому поводу. Ты понял?

Шерлок окинул себя взглядом, потом медленно и не без труда сел. Он все еще ощущал слабость в руках и ногах.

- Если ты намеревался устрашить меня таким образом, - его голос звучал нетвердо, - боюсь, ты немного просчитался.

Джон уставился на него, потом шагнул вперед, притянул Шерлока к себе, и тот уткнулся головой ему в плечо.

- Ну что мне с тобой делать?

Шерлок рассмеялся ему в шею.

- Прямо сейчас я вынужден сказать: "Все, что пожелаешь".

Он почувствовал, как Джон поцеловал его в макушку. Однако потом его снова усадили прямо. Джон снова посмотрел ему в лицо.

- Ты в порядке? - спросил он уже мягче. - Я не сделал тебе больно, нет?

Шерлок покачал головой.

- Вовсе нет, - проговорил он и улыбнулся дрожащими губами. - Пожалуйста, не стесняйся измочалить меня на столе в следующий раз, когда почувствуешь хоть малейшее раздражение.

Джон удивленно усмехнулся.

- Я не уверен, что это будет очень практично, - проговорил он. - Но я буду иметь в виду этот вариант.

Они улыбнулись друг другу, но секунду спустя веселость вновь сошла с лица Джона.

- Я серьезно, Шерлок. Ты чуть не погиб - и по совершенно нелепой причине. Нельзя так больше делать.

Шерлок пристально посмотрел на него.

- Если кто-то пытается тебя обокрасть, - теперь его тон был серьезным, - ты не станешь сам предлагать вору свою главную драгоценность и не будешь прятаться за ней.

- Я контролировал ситуацию, - упорно повторил Джон. - Я бы разоружил его через пару секунд. Ты должен был это видеть. Ты видишь все. Но тем не менее ты прыгнул вперед... Это было глупо. И опасно.

Шерлок принудил себя снова вызвать в воображении тревожившую его картину: Джона, которому к горлу приставили нож. Сейчас было ясно, что он оказался прав. Воспроизводя в памяти эту сцену, Шерлок мог вспомнить, как напряглись мускулы Джона и какой уверенной была его поза, мог предсказать движение, которое наверняка оказалось бы успешным. Почему он не рассмотрел этого в тот момент?

- Я видел только нож, - проговорил Шерлок. - Нож у твоего горла. - Он покачал головой: он был собой разочарован. - Я не заметил.

Затем он снова поднял глаза. Джон смотрел на него, приподняв бровь. Шерлок вдруг осознал: признание в том, что "наказание" ему понравилось, могло быть второй худшей идеей за день.

- Ладно, - пробормотал он, признавая свое поражение. - Валяй, неси свою змеиную комедию.

***
Десять дней спустя Шерлок сидел на диване, мрачно уткнувшись в лэптоп. Джон и Лестрейд сновали вокруг, вытаскивая из пакетов купленную навынос еду и устанавливая в проигрыватель DVD, который принес с собой инспектор. Затем Шерлок услышал, как звякнули бутылки с пивом. Он прикусил губу, старательно разглядывая документ на экране компьютера.

Лестрейд поставил на столик перед ним чистую тарелку, но Шерлок сделал вид, что не заметил этого. Потому он заговорил, и его голос звучал тепло:

- Вот, держи, Шерлок.

Он поднял голову. Инспектор протягивал ему откупоренную бутылку пива. Шерлок бросил взгляд на другую руку Лестрейда, но тот держал в ней еще две бутылки - и ни одного стакана. Шерлок открыл было рот, чтобы возразить против такой бестактности.

Джон откашлялся.

Шерлок взял бутылку.

Он старался сосредоточиться на своем занятии так долго, как это было возможно, и нехотя выключил компьютер, когда начался фильм. Очень скоро Джон и Лестрейд захихикали: на экране несколько мужчин, которые притворялись женщинами, выдававшими себя за мужчин, сбросили большой камень на другого мужчину по некой абсолютно нелепой причине.

- В яблочко, - сказал один из них, и Джон оглянулся на своих друзей с сентиментальной улыбкой, - которая, впрочем, исчезла, едва он увидел, что Шерлок так и не притронулся к ужину. Джон сердито глянул на него. Шерлок неохотно взял тарелку и начал есть. В планах на сегодня был "нормальный вечер" с угощением, выпивкой, общим другом, которого позвали в гости, и этим странным "комедийным" фильмом - хотя Шерлок готов был поспорить с подобным определением. А когда он говорил "поспорить", то имел в виду "поднять на смех".

Следующий час ознаменовался внезапным появлением инопланетного корабля, который, казалось, забрел сюда из другой киноленты. Главного героя забрали на борт, после чего он направился прямиком в открытый космос. Шерлоку хотелось сделать то же самое. Он потянулся к своей бутылке пива.

Затем, спустя нескончаемые полтора часа, Джон и Лестрейд принялись на два голоса подпевать сомнительному куплету: “Жизнь - такой кусок дерьма, если оценить сполна". Очевидно, в знак протеста по экрану поползли финальные титры, которые заставили их прекратить этот кошачий концерт, и Шерлок вздохнул с облегчением.

Его наказание закончилось. Он пережил просмотр змеиной комедии (в которой напрочь отсутствовали змеи любого рода, если не считать питонов), и жизнь возвращалась в нормальное русло. Шерлок нацепил на лицо вежливую улыбку и откинулся на спинку дивана. Как только Лестрейд уйдет, можно будет достать скрипку, решил он.

Его отвлекла от размышлений радостная болтовня его возлюбленного и... Шерлок не знал, как определить статус Лестрейда. Джон, несомненно, назвал бы его "другом", однако Шерлок пока не ощущал себя готовым к подобным словам. Может быть, однажды…

Эта перспектива неожиданно стала куда менее привлекательной, когда он сфокусировался на словах Лестрейда.

- Как насчет следующей недели, Джон? - проговорил он. - "Священный Грааль?" Или что-нибудь из классики?

Джон нахмурился, обдумывая вопрос, и Шерлоку испытал какое-то неприятное чувство, глядя то на него, то на Лестрейда.

- А есть еще? - в ужасе поинтересовался он.

- О, да, - отозвался Лестрейд. - Есть еще несколько фильмов и четыре телесерии. Я думаю, в полной коллекции DVD около пятнадцати дисков... Я посмотрю, когда вернусь домой.

Шерлок произвел быстрый подсчет в уме. Пятнадцать дисков. Он разделил стандартную продолжительность фильма на потенциальное время просмотра, вычисляя, со сколькими еще выходными вроде этого ему придется столкнуться.

Затем он представил себе, как Джон и Лестрейд посмеиваются вместе, а он скучает и ничего не может понять, и решительно повернулся к Джону.

- Я сделаю пирсинг, - сказал он.

***
Позже, спустя несколько часов после того, как Лестрейд справился со внезапно настигшим его приступом удушья и ушел домой, а также после впечатляющего секса, в который вылились восторги Джона насчет пирсинга, Шерлок лежал, удобно устроившись в постели, и уже собирался заснуть. Неожиданно Джон вздохнул и проговорил негромко:

- Я не буду заставлять тебя смотреть "Монти Пайтон", если он тебе правда не нравится. Не обязательно делать пирсинг.

Шерлоку испытал искушение воспользоваться выражением, которое он подхватил в одной из телепередач Джона, но решил не делать этого. Он хотел приберечь "да уж понятное дело" для случая, когда Джон готов будет сказать, что его достало. В таких обстоятельствах это должно было его насмешить.

- Я знаю, - ответил он вместо этого.

Какое-то время Джон лежал тихо, потом перекатился на бок, чтобы видеть его лицо. Его глаза поблескивали в полумраке и были полны любопытства.

- Тогда почему?

Шерлок отвел глаза. Их отношения неуловимо изменились после той... схватки на кухонном столе. Он был убежден, что странная реакция его тела могла быть понята неправильно, - ведь он определенно не собирался провоцировать Джона на рукоприкладство. Однако Джон успокоил его, как всегда.

“Дело не в том, что я тебя шлепнул, - с улыбкой сказал он тогда. - Я знаю, это не то, что тебе нужно. Но у тебя всегда так: если что-то происходит в голове, это передается телу. Я думаю, что... время от времени... ты хочешь, чтобы я был посмелее".

Шерлок, который немедленно почувствовал себя гораздо лучше, вскоре ощутил, что Джон после этого разговора и впрямь перестал страдать от приступов нерешительности, которая была свойственна ему раньше. Он все еще следовал за Шерлоком, куда бы тот ни вел, это не могло измениться. Но теперь он целовал его, когда хотел поцеловать, и, казалось, больше не боялся, что Шерлок исчезнет, если держать слишком крепко. А Джон крепко его держал. И Шерлок не собирался никуда уходить.

- Потому что тебе так хочется, - ответил он, наконец. - Потому что это доставит тебе удовольствие, и засело у меня в голове с тех пор, как ты сказал.

Джон открыл было рот, чтобы возразить, но Шерлок выдохнул:

- Ш-ш! Мне это не трудно, - сказал он. - Это не то, что я захотел бы сделать для себя, но я не возражаю.

- Я знаю, что ты меня любишь, - добавил он. - Знаю, что я требую много... - он умолк. - Нет. Я требую от тебя всего, что только возможно, и не всегда отдаю все, что только возможно, взамен.

Он перевернулся на бок, обнял Джона и прижал его к себе; его слова звучали как обещание.

- Но я сделаю тебя счастливым, если я только способен.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.