Эгоист.

      - Ты какого хрена тут делаешь?!         Кричу во все горло. Масато лежит на мне, в чем папа родил, и сладко потягивается. Что тут вообще происходит?!       - Ай-ай, что ж так кричать-то, Сойчиро-са-а-ан! – Масато недовольно щурится, отчего на лбу у него появляются морщинки, а выражение лица такое забавное.       - Почему ты спишь на мне?       - Я проснулся ночью. Мне стало холодно. Методом тыка нашел твою комнату.       - Ладно. Хорошо. Почему ты голый?!       - Я всегда сплю голый, - омежка невозмутимо вскидывает бровь. Вот честно, он сейчас смотрит на меня так, будто я задал пипец какой тупой вопрос.       - И что мне с тобой делать…       Невольно закатываю глаза и чуть вздрагиваю, когда его холодные пальчики игриво исследуют мою грудь, едва задевая соски.       - Любить, кормить, никогда не отпускать. А, и еще разрешать кататься на твоей штуковине.       - Прости, Масато, но моя штуковина уже почти год как находится в мертвом состоянии.       Омега округляет глаза и смотрит на меня как на идиота.       - Сойчиро… Вообще-то, я говорю про твою коляску, а не про член…       Тут же лицо заливается румянцем. Вот же дурак! Нет, я уже даже нормально и здраво думать не могу рядом с ним. Минута молчания. Ой, не нравится мне это его задумчивое выражение лица.       - Это ты виноват, - омежка усаживается мне на бедра, и я взглядом улавливаю, что у него стояк. – Поэтому давай-ка поставим тебя на ноги, и чтобы у тебя твоя штуковина не лежала, а стояла.       - Ты мелкий извращенец, - нет, ну а как его еще назвать? Хотя я и сам не лучше. Думаю о всяких пошлостях сейчас.       - Когда у тебя последний раз был секс?       - Дай календарик, - шутливо отвечаю, а омега, похоже, шутку воспринимает всерьез.       - За какой год?       - Масато, ты невыносим! – протягиваю вперед руки, и омежка за долю секунды набрасывается на меня, вжимаясь своим тельцем. От него исходит такое тепло. На душе так хорошо и спокойно. Странно… Этот маленький демон неожиданно оказался тем, кто заставляет меня напрочь терять голову. И это не природные инстинкты. Это самые чистые и искренние чувства. Когда ты не просто хочешь переспать с ним, а хочешь подарить ему весь мир. Сделать его самым счастливым. Но правильно ли я поступаю с ним?       - Ну… Я… Мы как бы гулять пошли, - слышится со стороны двери.       Мы оба резко переводим взгляд. В дверях стоит папа, прикрывая рукой глазки Канаме. Масато медленно начинает натягивать на себя одеяло и прятаться полностью под него, ложась на меня.       - Пап, мы тут это…       - Завтрак на столе. Ванна наполнена. Масато, - папа выделяет голосом имя омеги.       - Я слушаю вас, - доносится из-под одеяла.       - Поможешь Сойчиро, хорошо? – рассмеявшись, папочка одаривает меня счастливым взглядом и покидает комнату.

***

      - На что ты уставился?       - На него, - омега пальцем указывает на мою плоть. – Это ж какого размера он, когда стоит… - и тут начались фантазии и жесты руками.       После минутных раздумий, Масато, наконец, помог мне забраться в ванну. Зрелище не для слабонервных, конечно. И я заметил, как ему было тяжеловато помогать мне.       - Масато, - не знаю, чем я сейчас думаю. Я сижу в ванне спиной к нему. Он вплотную прижимается грудью ко мне, руками нежно поглаживая плечи, руки и вообще все тело.       - Что такое?       - Лучше я скажу это сейчас, чем потом, когда будет поздно…       - Ты о чем это, Сойчиро-сан?       - Ты ведь понимаешь, что я такой на всю жизнь, Масато, - чувствую, как омежка напрягся, сжимая руки на моих плечах. – Я не знаю, что сейчас нами движет. Ведь мы знакомы всего пару недель. Ты молодой парень. Красивый, целеустремленный. А я обуза, понимаешь? Я тот груз, который потянет тебя на дно. Если ты продолжишь в том же духе, ты погубишь себя, находясь рядом со мной. У тебя еще все впереди и твоя жизнь будет наполнена всеми прелестями и возможностями.       Неожиданно Масато поднимается из воды, покидая ванну. Я с сожалением за сказанное смотрю на него, а в его взгляде пылает обида, смешанная со злостью.       - Значит, ты думаешь, что я из тех, кому подавай сладкую жизнь?! Так, что ли?! Ты считаешь, что я сейчас с тобой играю и когда мне надоест, я сбегу?! Да мне плевать, какой ты и что с тобой, - омежка повязывает на бедра полотенце. – Ты с самого первого дня стал для меня тем, с кем я хочу связать свою жизнь! И для меня не главное, чтобы раздвинуть ноги. Секс не главное, понимаешь?! Я люблю тебя, придурок! Полюбил с первого взгляда и все тут!       - Масато, - от его слов у меня все мысли из головы повылезали.       - И не надейся, что я куда-либо уйду. Теперь ты только мой! Ты, Канаме… Вы оба мои!       Господи, его от злости даже трясет. Кто же знал, что так произойдет. Я тоже хорош. Обидел парня своими словами.       - Масато, прости меня. Просто ведь это трудно - жить с таким, как я.       - А я буду жить!       Последние сомнения тут же исчезают. Он действительно особенный. Один-единственный. Такой.       - Иди ко мне, малыш.       - Не пойду.       - Это еще почему?       Масато резко срывает с себя полотенце и смотрит вниз на свой член.       - Упал.       - Не ударился?       Смех заливает ванную комнату. Похоже, два извращенца нашли друг друга.

***

      - Масато…       - Что такое, Сойчиро-сан?       Время перевалило к вечеру. Папочка и Канаме ушли в гости к нашим знакомым, а мы с омежкой снова дома одни. Я, как обычно, сижу в своем любимом кресле возле камина. Не люблю дома во время отдыха в коляске находиться. Масато сидит сейчас на полу, прислонившись спиной к моим ногам, и медленно гладит их. Как бы я хотел сейчас полностью ощутить все его прикосновения.       - Я понимаю, что все это слишком быстро, но не хочешь ли ты…       - Сейчас же поеду за вещами! – омежка вскакивает. Осторожно, но шустро залезает мне на колени, крепко обнимая за шею. От его радостного и такого счастливого личика сердце сбивается с ритма.       - Вот прямо сейчас?       - А зачем тянуть? Я так рад, так рад!       И пусть наши отношения развиваются так быстро. Но пока он сам того не захочет, я не смогу его отпустить. Этот парень придает мне уверенности в себе. Он дарит мне безграничное счастье. Благодаря ему я стал чаще улыбаться. Благодаря ему я понял, что, даже находясь в инвалидном кресле, можно сполна ощутить жизнь, можно быть счастливым. И пока он сам хочет быть рядом, у меня есть стимул жить. Есть стимул пытаться встать на ноги, хоть это и, наверное, невозможно.       Мое предложение его так обрадовало, что он тут же стал собираться. Бегая по гостиной в поисках своей сумки и одежды, – а пока мы вдвоем, он по-прежнему гоняет по дому голышом.       - Я очень быстро! – восклицает малыш и убегает.       Что ж, пока у меня есть время побыть одному и возможность еще раз все обдумать. Я сам подписываю ему этот приговор. Я должен нести ответственность за свои действия. Но, противореча своим обещаниям, я все-таки впускаю в свою жизнь нового человека. Надеюсь, что все на этот раз будет хорошо.       Сидя в кресле, я немного задремал, пока прокручивал в голове свои мысли и все происходящее. Из царства сна меня вывел звонок в дверь.       - Открыто, - громко выкрикиваю.       Дверь щелкает, слышу тихие шаги в коридоре.       - Масато, ты быстро, - поворачиваю слегка голову и прихожу в дикий ужас.       - Ну, здравствуй, любимый…