Эгоист.

      Наступила зима. Второй месяц, как мы уже живем вместе с Масато. Каждый день с ним настолько прекрасен, что я все больше и больше узнаю, что такое настоящее счастье. С приходом холодов на мое агентство обрушилась просто уйма новых заказов. Все хотят заполучить для своей рекламы именно Масато. В общем, работой мы завалены по самое никуда. Вот уже третьи сутки даже не появляемся с ним дома. Ночуем прямо в агентстве. Съемка за съемкой. Нет времени, даже чтобы перекусить или попить кофе. Масато как выжатый лимон. Папа с Канаме улетели на юг, чтобы отдохнуть, а мы трудимся.       - Сколько еще, Сойчиро? – в кабинет заходит Масато. Вид у него до ужаса болезненный. Весь бледный, круги под глазами, нет той привычной задорной улыбки на лице и искорки в глазах.       - Малыш, - омежка подходит ко мне, а я его тут же усаживаю к себе на колени, - ты себя в зеркало видел? – губами касаюсь его лба. – Да ты горишь весь!       - Все хорошо, - попытка улыбнуться, но вышло плоховато. Масато кладет голову мне на плечо, устало вздыхая.       - Все. На сегодня хватит. Домой.       - Но там же еще…       - Я сказал домой! По дороге позвоню Рею. Ты хочешь свалиться?!       Омега отрицательно мотает головой. Он и правда выглядит ужасно. И как я такое допустил! Не нужно было идти у него на поводу и одобрять все заказы. А сколько съемок было на улице… Вот и подхватил заразу.       Помогая мне забраться в машину, он сам усаживается рядом. Даю водителю сигнал, что можно ехать. Из-за частых ночных съемок пришлось даже личного водителя нанять. Дома мы оказываемся быстро, несмотря на начинающуюся метель и гололед. Да и живем мы не так уж далеко от работы.       Самостоятельно заезжаю на коляске в дом. Масато идет следом. Помогает мне раздеться, провозит в гостиную и помогает перебраться в кресло. Легко поцеловав меня в висок, омега скрывается в ванной комнате. Температура и пошел в душ. И чем он думает?       Спустя полчаса малыш выходит в одном полотенце на бедрах. Слабо улыбаясь, он направляется прямо ко мне. Неожиданно он хватается одной рукой за спинку дивана, второй прикрывая рот. Сильный отвратительный кашель, от которого его всего скручивает. Сердце вмиг замирает, когда Масато убирает руку, а на ладони виднеются капли крови.       - Масато! – громко выкрикиваю, а омега, широко улыбаясь, падает в обморок. – Масато!!! – паника тут же подкатывает к горлу. Голос срывается на крик, сердце бешено стучит, сбиваясь с привычного ритма. Черт! И почему все так? Почему?       Делаю попытку подняться, но провал. Вслух обрушиваю на себя кучу матов, проклиная все на свете. Особенно свое беспомощное состояние. Масато лежит весь бледный, без сознания. И даже нет под рукой телефона! Еще попытка встать – провал. Снова смотрю на мое сокровище и вижу, как из уголка губ, подобно воску, медленно стекает тонкая струя крови. Да будь оно все проклято! Прикладываю все свои силы, опираюсь руками на подлокотники кресла, и тут происходит поистине чудо. Боль пронзает все тело, в том числе и ноги. Больно, невыносимо больно и противно, но я встаю на ноги, все еще держась руками за кресло. Пораженный таким, медленно, цепляясь за все подряд, осторожно иду к моему малышу. С тумбочки возле дивана подхватываю телефон. Падая на пол, приподнимая голову Масато, начинаю быстро набирать номер скорой. Слезы потоком обрушиваются из глаз.       - Потерпи, малыш, сейчас, - гудки, затем раздается голос на том конце провода. Сквозь панику выкрикиваю адрес, причину звонка. Крепко обнимая Масато, строчу смс Рею.       Помощь не заставляет себя ждать. Сначала приезжают врачи, а следом в квартиру врывается и альфа, панически глядя на всю картину. Масато тут же забирают в больницу. Подозрение на воспаление легких. Врач советует лучше приехать завтра к нему. Сегодня не следует. Ему нужен покой. Объясняю всю ситуацию им. Масато увозят, а со мной остается медсестра и Рей.       - Я не знаю. Просто неожиданно боль пронзила все тело, ноги, в том числе, и я встал.       - Как сейчас? Чувствуете? – медсестра каким-то специальным прибором осторожно бьет меня по ногам.       - Чувствую, - произношу почти шепотом, накрывая дрожащие губы ладонью.       - Вам необходимо наведаться в клинику, чтобы вас как следует осмотрели. По всей видимости, на вас подействовал страх и паническое состояние. Чувство переживания за этого парня.       Спустя полчаса Рей отправляет девушку на такси в больницу.       - Папе твоему я только что позвонил, - альфа садится рядом со мной на диван.       - Надеюсь, с ним все будет хорошо, - обеспокоенно потираю руки, периодически сплетая пальцы.       - Сойчиро, ты наконец-то пошел, но даже сейчас тебя волнует только он, - губы Рея окутывает мягкая улыбка.       - Я пошел благодаря ему. Но таким образом… Это ужасно.       - Я понимаю. Но сейчас ты ничего не сделаешь.       Альфа садится напротив меня на пол, извлекая из маленького пакетика какую-то мазь, оставленную медсестрой. Он начинает осторожно втирать ее в кожу моих ног. Ощущения давно забытые. Когда кто-то касается тебя там, и ты это чувствуешь. Так непривычно. Как же я хочу почувствовать прикосновения Масато. Его и только его.       Всю ночь я не смог сомкнуть глаз. Ноги пронзала частая колкая боль; мысли заняты лишь моим любимым. Как он там сейчас? Все ли с ним хорошо? Время тянулось мучительно долго, а я все с нетерпением ожидал рассвет. Где-то в соседней комнате слышалось шуршание и возня. Рей остался ночевать. Видимо, тоже не спится.       Ровно в 6:00 прозвенел будильник. Отключив его, я приподнялся на локтях, а в дверях тут же нарисовался Рей.       - Ты вообще хоть спал?       - Ни минуты.       - Я так и понял.       Альфа подходит к изголовью кровати, начиная мне помогать подняться. Как же это приятно сознавать, что хоть пока и не очень хорошо, но теперь ты можешь ходить. Медленно и осторожно, под присмотром друга иду в ванную комнату. Наконец-то я снова могу видеть себя в этом зеркале. Наконец-то сам могу делать все. Проделываю все утренние процедуры, пока альфа хозяйничает на кухне. Иду к нему. Завтрак проходит не очень-то весело. Мне даже кусок в горло не лезет. Переживание за Масато нарастает с большей силой. Желание увидеть его настолько сильное, что я едва могу усидеть на месте.       - Вот он обрадуется, когда увидит, что теперь ты снова можешь ходить.       - Рей, - откладываю в сторону нож и вилку.       - Да? – альфа уплетает салат, глядя на меня.       - Перед больницей давай заедем в одно место.       - Это куда?       От одной лишь мысли я все же смог улыбнуться. Представление этого момента, этих картин греет душу. Сразу в голове возникает Масато и его радостная и счастливая улыбка.       - Скажу по дороге…

***

      - Еще хотя бы месяц воздержитесь от сильных нагрузок. Много не ходите, - через спор и ругань, но Рей все-таки сначала привез меня к врачу для осмотра, прежде чем навестить Масато. – Еще некоторое время при ходьбе будет чуть неприятная боль, но вскоре пройдет. Желательно пока ходить с какой-нибудь тростью, для опоры. И да, еще кое-что, - доктор слегка вскидывает уголки губ, - воздержитесь пока от секса тоже.       Согласно киваю ему, преодолевая смех. В голове проносится ураганом реакция омеги на такие слова. Так давно мечтал и еще ждать. Переключаю рычаг – а Рей заставил меня в больницу ехать на коляске – и покидаю кабинет врача. В коридоре альфа стоит, дожидаясь моего освобождения из лап доктора.       - Теперь к нему! – восклицаю с улыбкой. Альфа кивает и везет меня в другой корпус больницы. За небольшим столиком сидит та самая вчерашняя медсестра. Увидев нас, она широко улыбается. От нее мы узнаем, что мое чудо еще рано утром пришел в себя и уже изнемогает от желания меня увидеть. Масато такой Масато. Да и разве плохо, что мы просто помешаны друг на друге?       Девятнадцатая палата. Рей медленно, ну просто мучительно медленно, везет меня по небольшому коридору. Вот она. Наконец-то! Альфа ногой толкает дверь, снова берется за ручки коляски, и мы уже в палате.       - Сойчиро! – весело восклицает омежка. Его глаза сияют, улыбка просто до ушей. Радость от него фонтаном бьет. Несмотря на то что он все еще бледный и измотан, а по нему это видно, он кажется таким счастливым.       - Малыш, - Рей подвозит меня к кровати, но останавливает коляску, держа меня на приличном расстоянии от Масато.       - В чем дело, Сойчиро-сан? Почему ты не подъезжаешь ближе? Я тебе больше не нужен? Ты хочешь со мной порвать?       Господи, ну что за мысли вообще лезут в голову этому ребенку? И как он вообще может о таком думать? Вот же глупый! В палате повисает неловкое молчание. Перевожу взгляд на Рея. Получив от того одобрительный кивок, я протягиваю руку, хватаясь за спинку кровати. Поморщившись, поднимаюсь на ноги, но продолжаю держаться. Масато округляет глаза. Зрачки расширены, ротик приоткрыт. Его взгляд быстро бегает по всему моему телу. Усмехнувшись, делаю несколько коротких шагов и присаживаюсь на край кровати рядом с омежкой.       - Ты только что…       - …пошел, да, - заканчиваю за того его же слова. Протягиваю вперед одну руку, касаясь его щеки, и полусогнутыми пальцами провожу до подбородка.       - Сойчиро! – громко восклицает это чудо и набрасывается на меня, невзирая на капельницу. Крепко сжимая меня в своих объятиях, он утыкается лицом мне грудь. Слышу тихие всхлипы и чувствую, как он улыбается.       - Рей, - поворачиваю голову. Альфа понимает по взгляду, чего я от него хочу. Отодвинув от себя на расстояние Масато, я осторожно спускаюсь на пол, на колени перед ним.       - Ты чего? – омега непонимающе выгибает бровь.       - Масато, - Рей подает мне маленькую красную коробочку, - я обещаю любить тебя верно и преданно. Отвергать всех других, быть с тобой рядом в радости и горе, в болезни и здравии, куда бы жизнь ни увела нас. Обещаю доверять тебе, защищать и уважать тебя. Делить с тобой радости и печали, утешать в тяжелые времена. Обещаю холить тебя и лелеять, поддерживать твои мечты и беречь от всех невзгод. Все, что мое – отныне и твое. Моя любовь, мое сердце – отныне и навеки.       Губы омеги заметно дрожат. Их вмиг окутывает улыбка. Глаза сияют ярче любой звезды в ночи.       - Выйдешь за меня?       Неожиданно дверь в палату распахивается. Забегает папа, а на руках у него Канаме. Удивленно и в то же время испуганно он смотрит на всех. Переводя дыхание, не может произнести и слова.       - Спрашиваешь? Да! Я согласен!       Резко и быстро поднимаюсь с пола. Заключаю мое сокровище в крепкие объятия.       Когда он впервые появился в моем кабинете, я и представить не мог, что все так обернется. Он стал моей ежедневной порцией радости и счастья. Стал моей надежной опорой. Стал моей надеждой и моей причиной для выздоровления. И ему удалось. Удалось сделать то, о чем я так мечтал последний год.