Закон постоянства

Проект Кадмус получил своё имя из мифа о фиванском царе Кадме, драконоборце и создателе города Фивы. По легенде, победив посвящённого Аресу змея, Кадм вырвал его зубы и засеял ими поле. Из зубов этих поднялось целое войско, и войско это начало междоусобную войну, пока их не осталось пятеро. Пятеро братьев-змеев были сильнейшими воинами и стали главными помощниками Кадма в его правлении. Официально этого не заявлялось, так что и в отчётах ничего не было. Но Тим не мог не обратить внимания на название. Проект Кадмус занимался клонированием, и созданные ими существа должны были стать сильнейшими воинами и лучшими из людей. Но у Кадма, сеявшего змеиные зубы, было благословение Афины. Тим не признавал власти богов Греции над собой, но понимал, что пять воинов-змеев поднялись лишь по их воле. Проект Кадмус был игрушкой Лекса Лютора и создавал жизнь против воли любых богов, кроме тех, что придумал он сам. Клоны, вышедшие из этих лабораторий, были не посланниками Олимпа, а богомерзкими химерами, на создание которых Лютор не имел никакого права. Официально Кадмус располагался в Метрополисе — целая лаборатория, которую можно было показать президенту, инвесторам и журналистам. Настоящий проект Кадмус находился в Биалии. Тиму давно было известно, что Лютор завёл крепкие партнёрские отношения с правителями Биалии, и то, что именно там расположили настоящую лабораторию Кадмуса его почти не удивило. Ещё удобнее было то, что Биалия имела с Кураком общие границы. Джейсон вместе со своей командой могли добраться до этой небольшой страны за несколько часов, а оттуда до лаборатории рукой подать. — Не дай им закончить работу. — Тим наставлял Джейсона лично. Он не спал всю ночь и не находил себе места. Супермен был мёртв, а это означало, что слишком много всего изменится, и слишком много всего нужно предпринять. — Ты можешь перестать ходить из стороны в сторону, пожалуйста? — попросил Джейсон, оторвав взгляд от карты. Тим остановился. — Спасибо. — Будьте осторожны, лаборатория полна телепатов. Судя по данным теней, они не особо сильны или разумны, но тем они опаснее. Слишком сложно предугадать их действия, если они почуют угрозу. — Тим сел и потёр виски. — Живых не оставлять. Жертвы с нашей стороны минимизировать. — Ты это каждый раз говоришь. — Джейсон сложил карту и убрал её в карман куртки. — Я знаю. Они работали в лаборатории, значит, одобряют действия Лютора. — Я не имел в виду учёных. — Тим покачал головой. — Думаю, их контролируют телепаты. Уничтожить нужно только их. Если я правильно понял отчёт по Кадмусу, то учёным обещали золотые горы, но ничего из этого не случилось. — Он немного помолчал. — Дадим им второй шанс. Посмотрим, что они будут предпринимать, защитим, если их попытается устранить Лютор, или устраним сами, если они попытаются вернуться в Лекскорп. Скопируй все файлы и уничтожь сразу же после этого. Всё, что они узнали, всё оборудование, любые записи… — Тим помолчал ещё немного, потом вскинул голову и посмотрел Джейсону в глаза: — Когда убьёшь клона, привези его останки сюда, чтобы они не достались Лютору. — А ты постарайся поспать, тебе это нужно. — Нет, мне нужно понять, как переживёт потерю Супермена мир, рассчитать, какие могут быть последствия от поиска нефти в Арктике и просмотреть отчёты Питера по наркоторговле. — Тим потёр переносицу. Джейсон в ответ только пожал плечами. Его забота никогда не была навязчивой, и он всегда отступал, если Тим давал понять, что знает лучше. Даже несмотря на периодическое панибратство, Джейсон оставался слишком лоялен, а всё, что исходило из уст Тима, было приказом. А приказ есть приказ. — Как скажешь. Но у тебя выцветают глаза. Не играй со здоровьем лишний раз, даже если у тебя больше девяти жизней. — Он поклонился, потом шутливо козырнул и ушёл. Тим какое-то время сидел, неподвижно глядя на плакат, который совсем недавно повесил Джейсон, затем устало вздохнул и пересел на кровать. Скинув сапоги, он растянулся на койке и закрыл глаза. Пожалуй, Джейсон был прав. Ему нужно было поспать. Джейсон вернулся через два дня, когда Тим сосредоточенно изучал формулу лихорадки Эбола, размышляя, как можно её модифицировать. — Проект Кадмус уничтожен, господин. — Джейсон вытянулся рядом с его рабочим столом в общем зале. — Практически всё, что было запланировано — сделано. Тим оторвал взгляд от формулы и уставился на Джейсона. — Практически? — повторил он. — И где останки клона? — Это именно то, что описывает слово «практически». Всё остальное исполнено. — Джейсон замялся. — Так где останки? — ещё раз произнёс Тим. Он доверял Джейсону — он ему свою жизнь доверял — и был почти уверен, что тот не мог ослушаться его приказа так глупо. Вся операция была под угрозой срыва, если тело клона Супермена попалось бы в руки Лютору. — Он спит в грузовике. Ему на вид не больше шестнадцати, мы называем его Супербой… — И ты не убил его, потому что?.. — Тим медленно поднялся. Он не мог поверить, что Джейсон ослушался просто из жалости. — Потому что яд не подействовал. Кровь криптонца делает его неуязвимым. Он, конечно, выглядит паршиво, но жив. — Джейсон развёл руками и едва заметно ухмыльнулся. Тим выдохнул с облегчением и сел на место. — Почему вы не попробовали другие способы? — Ну, я даже не знаю. Ножи об него ломаются, пули в лепёшку плющатся, удавки рвутся, а голыми руками ему шею свернуть разве что Супермен… — Джейсон виновато запнулся, встретившись с Тимом глазами. — Посадите его в волчью яму. Супермен становился сильнее под солнечным светом, наверняка и клон ослабеет, если держать его в темноте. — Он потёр лицо руками. — Пусть Зед поднимет свои источники и найдёт, что может убить криптонца, кроме Думсдея. Как только узнает, пусть доложит мне. — Тим помолчал, а потом поднял взгляд на Джейсона: — Спасибо, — выдохнул он. Люди вокруг него были важны. Каждый из них. Их вера в его правоту, их стремление разделить его цели были ценнее любых денег. Но только Джейсон сумел стать чем-то большим. Другом. Джейсон скрестил руки на груди и посмотрел на него исподлобья. — За что? — За то, что остался, — пояснил Тим. — А теперь делай, что сказано. Мне есть чем ещё заняться. Дел у него было много. Порой ему казалось, что даже слишком. Но ни одно из них откладывать было нельзя.

***

Мир медленно просыпался, пытаясь осознать произошедшее. Супермен был символом надежды, живым сверхчеловеком, которого так и не развратило собственное совершенство. Он отличался от людей, но был таким же, как все: пару лет назад он похоронил Лоис Лейн, ставшую его лучшей подругой на пятьдесят лет. А теперь весь мир хоронил его. Это было странно и жутко. Тим смотрел новости, видел своё отражение в зеркале и с трудом верил в происходящее. Когда-то Супермен заставил его поверить в то, что один человек сможет изменить весь мир. Только тогда, пятьдесят лет назад, Тим ошибался. Это не Супермену было суждено изменить мир.

***

Метрополис учился жить без Супермена. В бедных районах города несколько раз видели человека, облачённого в железный доспех и носящего букву «S» на груди. Он так же, как и Тим когда-то, вдохновился героем с огромным сердцем и пытался помочь Метрополису сохранить равновесие. Когда трансляция похорон Супермена закончилась, Тим какое-то время сидел молча, глядя перед собой, а потом поднялся и пошёл вниз. Туда, где были темницы. Туда, где была волчья яма. Волчья яма была каменным карманом на задворках крепости. Она находилась глубже, чем остальные камеры, там не было окон, а в единственной двери было лишь окошко для передачи еды. Клона, правда, никто не кормил. По мере приближения к яме шаги Тима звучали всё громче, а воздух становился всё холоднее. У дверей камеры замерли два человека, приставленные скорее чтобы отгонять любопытных, чем на случай, если клон вырвется. Впрочем, любопытных тоже не было. Клон говорил громко и быстро, будто не чувствовал никаких неудобств. Он даже не стал ждать, пока Тим поздоровается, и выглянул в щель в двери, как только Тим остановился. — Я услышал бы твои шаги, даже если бы у меня не было суперслуха, — сказал он. — Ты принёс мне поесть? — Зачем нам кормить того, кого мы хотим убить? — ответил вопросом на вопрос Тим. Чтобы клон не видел его, он жестом велел одному из охранников подвинуться и сел прямо на холодную землю, опершись спиной о дверь. Клон, похоже, поняв, что еды не получит и лица своего пленителя тоже не увидит, сделал то же самое. — Но я бы правда поел. Маленький батончик «Сникерс» был бы в самый раз, — пробормотал он. — Ты знаешь, кто мы такие? — Тим сложил руки на коленях и запрокинул голову назад. — Без понятия, — честно ответил клон. — Я даже не знаю, где я. Не вижу ни черта и ни с кем не разговаривал ещё. Проснулся здесь. Немного разочаровывающе, я думал, реальный мир веселее. — Мы — Лига теней. Мы живём, чтобы изменить мир, — начал Тим, но клон тут же перебил его: — Погоди, погоди. Это же о вас легенда, мол, в Кураке есть тюрьма, в которую людей бросают страдать и умирать? Она называется Яма, и иногда Яма посылает кого-то к нам. Тех, кто нашёл в себе силы и смелость вскарабкаться по стене и совершить прыжок веры. Те, кто выжил и смог… — Да. Это мы. Хотя историй у нас гораздо больше, чем история Ямы, — перебил его Тим. — Яма посылает нас, потому что мы нужны миру. — А зачем вам меня убивать? — Потому что ты клон, созданный проектом Кадмус. — А что в этом плохого? — У тебя нет божественного благословения. — Божественного благословения? — Клон рассмеялся. — Это как? — Ты знаешь миф о Кадме? — Это древние греки и змеиные зубы в земле? — Для клона ты очень хорошо знаешь легенды, — заметил Тим. Клон и правда удивлял тем, как быстро вспоминал факты, которые не мог знать. — Меня хорошо обучили. Так что с Кадмом? — Кадма благословила Афина. На твоё создание Боги никого не благословляли. Ты безбожное существо. — Что ты подразумеваешь под… — клон сбился и повторил по слогам: — без-бож-ным существом? — Что когда ты умрёшь, Боги даже не смогут взвесить твоё сердце и решить, куда тебя отправить, потому что они не признают тебя. — Ну, конечно, они не смогут. — За стеной рассмеялись так громко и заразительно, что у Тима защемило в груди. Ему было завидно. Клон был так беззаботен и полон жизни. — Они не смогут взвесить моё сердце, — отсмеявшись, сказал клон. — Потому что я не умру. Ответ так и не слетел с уст Тима, потому что Тим замер, не в силах пошевелиться. Слова клона вспыхнули в голове, будто созвездия на небе, будто первые солнечные лучи, и отказывались гаснуть. — Ты как будто в этом очень уверен, — наконец сумел выдавить Тим. — О, конечно, я в этом уверен, — клон за дверью фыркнул. — Ра'с аль Крут, или как там тебя, вы вытащили меня из стазиса раньше, чем меня закончили. Я не повзрослею и не умру. Я буду вечно молод. Тим мог поклясться, что клон ему подмигнул, хотя они сидели спиной к спине и их разделяла толстая железная дверь. — Откуда ты знаешь моё имя? — спросил он. — Ну, чувак, я же знаю легенду, давай не будем повторять, — протянул клон. — Короче, я не состарюсь и не умру от старости. Вы меня пытались отравить, потом начали морить голодом, но я всё ещё живее всех живых. Тим рассмеялся в ответ. — Хочешь сказать, что у тебя нет слабых мест? Клон молчал, будто пытался найти в своих знаниях нужное, но не мог. — Наверное. Вероятнее всего. Ну, я так думаю. — Уверенность в собственном бессмертии, кажется, оставила его. — Ты не знаешь. Пока не знаешь. — Тим поднялся, отряхнулся и пошёл прочь. Не только клон потерял уверенность в собственной правоте. Тим тоже — не слишком надолго — усомнился в своей. Слабое место клона обнаружили на следующий день. Тим с интересом читал всё, что нашли тени о Человеке из Стали, пытавшемся поддержать порядок и спокойствие в гетто, когда к его столу подошёл Зед. — Ра'с, разрешите? — Зед дождался, пока Тим кивнёт, и сел напротив. Он был высоким и жилистым, чуть-чуть старше Джейсона. Талантливый хакер, он сам нашёл Лигу теней и покинул родную Англию, чтобы занять своё место в рядах людей Ра'с аль Гула. — Итак, ты что-нибудь нашёл? — Кое-что. — Зед поставил на стол ноутбук, поднял крышку и включил его. — Пришлось хорошенько покопаться и влезть в файлы Лоис Лейн. — Ты даже такое можешь? — Тим вскинул брови. — Что поделать, вы собрали вокруг себя лучших из лучших. — Зед торопливо застучал по клавишам, потом развернул ноутбук экраном к Тиму и подвинул поближе. — Эта информация так и не попала ни в одну из статей, хотя Лоис Лейн знала об этом с их самой первой встречи с Суперменом. Его слабость — осколки его родной планеты. Они называют их «криптонит». Тим поднял руку, чтобы Зед немного помолчал, и быстро пробежался взглядом по собранной Лоис Лейн информации. — Но зачем ей было хранить это? Она вроде как его лучший друг, — вдруг подал голос Зед. — Вот это мне не понятно. Тим задумчиво посмотрел на него и вздохнул: — Возможно, она сохранила данные на тот случай, если Супермен погибнет, но найдутся выжившие криптонцы. Мы не можем быть уверены, что все они такие же, как Супермен. — Он пожал плечами. — Спасибо за работу, Зед. Разыщи места, где можно найти эти осколки, и передай эту информацию Джейсону. Чем быстрее, тем лучше. Зед кивнул, выключил ноутбук и поднялся, чтобы уйти. Тим подпёр рукой подбородок и дочитал файл Джона Генри Айронса, мысленно посетовав, что мир потерял ещё одного прекрасного учёного, воспользовавшись его творением не в том направлении. От Айронса было бы больше пользы в науке или политике, но уж никак не на улицах Метрополиса. Вечером Тим заперся в лаборатории. Желая быть готовым к любому повороту событий, он решил, что неплохо было бы иметь под рукой биологическое оружие. Болезнь, которую ты можешь контролировать и которая может сожрать целую страну за несколько месяцев. Это было невидимое оружие, убийца настолько скрытный, что даже специально обученные ассасины Тима не могли бы сравнится с ним. Никакие вооружения не были так опасны, как одна крохотная бактерия. В восьмидесятых Тим увлёкся микробиологией. После воскрешения Джейсона и притока новых умов, ему в руки стали попадать различные труды и научные работы занимавшихся этим учёных СССР, США и Великобритании, и вскоре он вступил в переписку с несколькими из них. К началу девяностых переписка с русским учёным из новосибирского академгородка закончилась. Уже тогда Тим начал неплохо разбираться в микробиологии, но ему отчаянно не хватало практики. Путь Евгения был долог и сложен, но в конце концов он тоже вступил в Лигу теней, заняв пустовавшую какое-то время лабораторию. Евгений был немолод и умер спустя пару лет, но даже этого времени хватило для того, чтобы он передал сыну Тота свои знания. Теперь Тим занимался вирусологией сам. Он проводил в лаборатории много времени, изучая один вирус за другим и не решаясь заняться их изменением. Но времена менялись. Тим менял вирус Эболы, вызывающий одноимённую лихорадку. Сейчас вакцину от неё искали только в России, но даже их исследования должны были завершиться. Учёные ещё пытались совершить прорыв, используя ресурсы, оставшиеся после развала Союза, но с каждым годом это было всё сложнее. Иммуноглобулин, созданный советскими учёными, сохранял жизнь инфицированного, но не являлся панацеей. Уровень смертности по-прежнему был выше пятидесяти процентов. Это не устраивало Всемирную организацию здравоохранения и не устраивало Тима. Тиму нужна была смертность намного, намного выше. Защитный костюм был громоздким и неудобным, но за проведённые в лаборатории дни Тим научился максимально свободно двигаться в нём, и в какой-то момент тот даже перестал ему мешать. Плотный комбинезон и закрывающие лицо защитные очки и маска стали почти второй кожей. И однажды он её поцарапал. У предметного стекла, на котором он рассматривал через микроскоп новый вирус, был отколотый уголок. Собираясь поменять плашку, Тим взялся за него, и острый край прорезал перчатку и оцарапал кожу. Впервые за долгое время Тим оказался к смерти так близко, что почти почувствовал её дыхание у себя на плече. Он заразился. Была вероятность, что это не так, но сейчас он не мог рисковать и надеяться на предположения на лучший исход. Яма Лазаря, безусловно, помогла бы ему вылечиться, но сейчас это было слишком хорошей возможностью. Ему не на ком было испытывать вирус. Его люди были слишком ценны, а он не был склонен к бесполезной трате человеческого ресурса. Но он мог посмотреть, как вирус подействует на него и понять, где именно ошибся. Нужно было просто подождать, пока начнётся активная фаза вируса и станет ясно, действительно ли он болен. Тим стянул защитные очки и маску, устало потёр висок и достал рацию. Выбрав частоту Джейсона, он остановился. Ему предстояли дни мучений. Оставалось только надеяться, что лихорадка дойдёт до финальных стадий за пару дней. Он наконец нажал на кнопку. — Джейсон. — Слушаю, босс, — тут же отозвался Джейсон. — Срочно эвакуируй всех. Распредели их по ближайшим базам. Рекрутов отправь на учения в горы, выдели группу, которая будет за ними следить. Здесь должно остаться как можно меньше людей. — Это учебная тревога? — В голосе Джейсона послышалась тревога. — Для учебной как-то много возни. — Потому что она не учебная, — процедил Тим. — Джейсон, я заразился вирусом, над которым сейчас работаю. Он передаётся воздушно-капельным путём. Я не могу так рисковать. — Понял, — коротко ответил Джейсон. Рация затихла, но зато в крепости включилась сирена. Тим стянул перчатки и сел обратно за стол, опираясь о него спиной, ссутулился и прикрыл глаза. Он был уверен, что может положиться на своих людей, и ни одна из операций не сорвётся. Сомалийские пираты и африканские контрабандисты всё равно погибнут во имя Лиги теней. Слежка за Лютором не будет приостановлена. Клон Супермена всё ещё был в их власти, и Зед наверняка уже знал, куда придётся отправиться Джейсону, чтобы добыть криптонит. — Всё под контролем. Всё хорошо, — бормотал Тим себе под нос. Кто-то забарабанил в дверь, и он тут же вскинул голову. — Ты меня впустишь? — едва слышно кричал через стекло Джейсон. Он стоял у двери в своей форме, обеспокоенно глядя на него и дёргая за ручку. — Что случилось? Тим подошёл к двери и нашёл кнопку микрофона. — Я же сказал, что скорее всего заразился вирусом Эболы. Какого чёрта ты притащился сюда без защитного костюма? — зашипел он. — Я тебя не впущу, пока не буду уверен, что ты себя защитил, и то только после того, как все покинут крепость. — Я беспокоюсь, Ра'с, — закатил глаза Джейсон. — К чёрту твоё беспокойство. Сначала выведи всех, потом натягивай комбинезон и, может быть, я тебя впущу, — рявкнул Тим. — Только попробуй прийти без него. Только попробуй заразиться, Джейсон. Джейсон поджал губы, но вместо того, чтобы пререкаться, спросил: — Что делать с клоном? — Его слишком опасно увозить. — Тим опёрся о стену, глядя на Джейсона снизу вверх. Их разница в росте напоминала ему о собственной статичности во времени. Слишком быстро Джейсон стал на голову выше и в два раза шире в плечах. Тим не был готов видеть перемены ещё и в нём, и никак не мог к этому привыкнуть. — Оставьте его здесь. Не думаю, что он не выбрался только потому, что боялся охраны. — Тим покачал головой, пытаясь вытряхнуть из мыслей слова клона о смерти, и продолжил: — Нужно держать его в темноте. Так он точно будет слабым. — А если он захочет подкоп ложкой сделать? — Джейсон ухмыльнулся. Тим в ответ нахмурился: — А вы что, кормили его, хотя я запретил? — Знаешь, я думаю, он слышал сигнал тревоги, и инстинкт самосохранения у него есть. Может, он из последних сил дверь вышибет, если мы его там бросим. — Ладно. — Тим закатил глаза. — Уговорил. Оставим охрану. — Две смены. По два человека. — Джейсон скрестил руки на груди. — И я сам их выберу. — Хорошо. — Тим вздохнул. — Когда все уедут, нужно будет организовать зону карантина здесь. Место, где вы будете оставлять мне еду, чтобы мы не контактировали. Чтобы когда выяснится, что я не заразился, или болезнь дойдёт до финальных стадий — если это случится — вы могли уничтожить лабораторию. Сжечь её дотла. — Он замолк, немного подумав, и тихо добавил: — И было бы неплохо, если бы вы принесли мне спальник. — Конечно, Ра'с. — Джейсон поклонился, прощаясь, развернулся и убежал. Тим снова остался один. В зону карантина вошла только лаборатория и пристроенные к ней подсобка и душевая с уборной. Дверь в лабораторию Тим открыл, вместо этого запечатав выход из раздевалки в душевую. Все вещи и еду ему оставляли под дверью, и Тим забирал её, только удостоверившись, что в помещении никого нет. В подсобку он отволок спальник, который ему принёс Джейсон, и кое-какие лекарства, призванные немного облегчить его страдания, когда таковые начнутся. Три раза в день Джейсон приносил ему копии отчётов, чтобы Тим постоянно был в курсе происходящего в Лиге теней, и на второй день добровольного заточения там обнаружился отчёт от Зеда. Хакер писал, что криптонит можно найти в «метеоритной столице Америке» — крохотном городке Смоллвиль, штат Канзас. Джейсон должен был отправиться туда на следующий день, так что он несколько часов стоял в раздевалке, рассматривая Тима. — Я не хочу оставлять тебя, если тебе плохо, — упрямо повторял он. Тиму уже тогда было больно говорить. Лихорадка развивалась медленнее, чем он ожидал. Но в какой-то мере сейчас это было ему на руку. — Всё в порядке, Джейсон, я не страдаю. И у тебя есть приказ. — Но… — Приказ, Джейсон. — Тим устало вздохнул. — Езжай в Смоллвиль и добудь криптонит. Верь своим людям, они тебя не подводили раньше, и тем более не подводили меня. — Он выдавил ухмылку и пожал плечами. — Когда вернёшься, уже и карантин снимут. — Дядя Шрам, ты такой странный. — Джейсон рассмеялся, качая головой. — Смотри мне. Только попробуй умереть. — Даже и не мечтаю. — Тим махнул рукой. — Иди спать. Тебе лететь почти сутки, лучше отдохнуть перед этим хорошенько. — Вроде того. — Джейсон почесал затылок, с сомнением глядя на него, но потом всё же выпрямился, поклонился и ушёл. Тим дождался, пока за ним закроется дверь, и только тогда закашлялся. Болезнь не торопилась развиваться. Она протекала слишком медленно даже для обычной лихорадки Эбола, не говоря уже о изменённой. Кроме боли в горле и грудной клетке, жара и постоянной тошноты, Тим почти не мог дышать. Один раз он оставил на двери записку с просьбой приносить ему мешок льда следом за подносом с едой, и забрал первый из них, закончив с ужином. Обложившись пакетами с кубиками застывшей холодной воды, он даже смог заснуть. Лихорадка отступила, и вместе с ней на какое-то время отступил горячечный бред. Когда даже лёд перестал помогать, он погряз в видениях о собственной смерти от рук жреца, о смерти Дрейков и смерти Джейсона. Они повторялись по кругу, снова и снова, пока он не начал бояться спать. Две недели он пытался работать, читал отчёты и оставлял записки с приказами, приклеивая их к стеклянной двери, потому что ему было больно говорить. Джейсона всё ещё не было. Он не вернулся даже тогда, когда Тима начало ломать. Это была не обычная болезненная слабость, а настоящая боль. Ему выкручивало суставы, пальцы не разгибались, и он едва мог стоять. Даже иммуноглобулин почти не спасал. Всё это время мир был погружён в тишину. Казалось, все затаились, пытаясь смириться со смертью Супермена. Метрополис никак не мог оправиться, не помогал даже незваный преемник, Человек из Стали, благородно зачищающий группировки в гетто одну за другой. Только Лютор отправил своих людей разбираться с уничтоженной базой проекта Кадмус. Джейсон вернулся на восемнадцатый день болезни. К этому времени у Тима уже шла кровь носом и через глаза. Он страдал фотофобией и уже несколько дней даже не пытался включить свет. Он почти перестал ходить. На шестнадцатый день Тим с трудом доковылял до двери в раздевалку и забрал только воду. Теперь любая попытка поесть вызывала рвоту, но вода хотя бы ненадолго разбавляла постоянный металлический привкус во рту. Он кашлял кровью и постоянно вытирал глаза, и шёл по стеночке, пока ноги не перестали его слушаться. Кости болели невыносимо, ему казалось, что они вот-вот раскрошатся. На следующий день он не смог выйти даже за водой, так и оставшись лежать на спальнике. Обезболивающее больше не помогало. Болезнь была долгой и ужасно мучительной. Он снова и снова проваливался в свои воспоминания и бредил. События менялись и мир менялся. Он видел мир без Лиги теней, и мир этот разрушался, погружаясь во тьму. Видение сгорело в яркой вспышке света. Кто-то тряхнул Тима за плечи и удивительно знакомый и родной голос позвал его: — Господи, Ра'с, ты же обещал мне, что карантин снимут к моему возвращению. Тим с трудом открыл глаза, промокнув рукавом кровавые слёзы, и едва рассмотрел Джейсона в защитном костюме. Свет был выключен, будто Джейсон догадался, что это может быть слишком болезненно. — Какого чёрта ты здесь делаешь?! — прохрипел Тим. — Да вот, узнал, что ты уже два дня еду не забираешь и день воду не пьёшь, решил посмотреть, как ты. Напялил костюм, включил свет, а там весь коридор в кровавых разводах. — Джейсон попытался его усадить, и Тим тут же захрипел. — Это не повод тащиться ко мне в подсобку, Джейсон! А если ты заразишься? Хочешь ещё раз в Лазаря поиграть? — продолжил возмущаться Тим, морщась от боли. — Не хочу. Но ты, похоже, очень хочешь. Нужно вести тебя туда прямо сейчас. Куда… — Нет. — Тим всё-таки сел. Суставы пульсировали болью, он не мог разогнуть руки. — Ты принёс криптонит? — Да, милая такая статуэтка кошечки. — Джейсон кивнул. — Но сначала лечиться. — Нет, сначала убить кло… — Тим не договорил. Он согнулся пополам и, откашлявшись, выплюнул на пол кровавый сгусток. — Ра'с, — ещё раз повторил его имя Джейсон, с нотками властности в голосе. Тим клацнул зубами и хотел было накричать на него, спросить, какого шакала он усомнился в его авторитете, но осёкся. Кто-то тарабанил в стекло. — Что им нужно? — выдохнул Тим. Как только Джейсон поднялся и выбежал в коридор, он повалился обратно, сжавшись в комок. Было так больно. Никогда ещё он не испытывал такой сильной физической боли. — Ра'с. — Джейсон вернулся, шурша костюмом. — В Метрополисе появился человек, который называет себя возродившимся Суперменом. Он на него очень похож, только выглядит моложе. Тим попытался подняться, опираясь на руки. — Что? — Он усиленно заморгал, силясь рассмотреть Джейсона из-за кровавых слёз. — Сейчас они принесут тебе запись на ноутбуке. — Джейсон снова помог ему сесть и подложил под спину подушку. — Ноутбук потом тоже уничтожим, но это такая мелочь, по сравнению… Они молчали какое-то время, только Тим хрипло дышал и кашлял, пытаясь выкашлять лёгкие. Когда принесли ноутбук и Джейсон, нелепо тыкая мимо нужных кнопок, запустил запись, Тим поморщился от боли не только физической. Незнакомец действительно выглядел как Супермен. Костюм отличался немного, и глаза скрывались за красными очками, но разница была не в этом. — Земля благословлена, — говорил он, — чтобы стать новым Криптоном! Чтобы возродить его! Этих слов хватило, чтобы Тим с силой захлопнул крышку ноутбука и попытался встать. — Он либо попытается захватить власть над всей планетой, либо начнёт терраформирование. — Он ухватился за Джейсона и всё же встал. — И скорее всего — второе. А значит, человечество в его планы не входит. Мы все погибнем. — Он снова закашлялся, отвернувшись от Джейсона, и снова сплюнул кровь на пол. — Армии мира не смогут его остановить, даже если очень постараются. — И что нам делать? — Джейсон поймал Тима, когда тот пытался сам пройти к шкафчику с респираторами. — Пусть охрана клона уйдёт, чтобы ты мог отвести меня к нему. — Тим достал из шкафчика респиратор, и Джейсон помог ему его надеть. — Пока мы будем у клона, пусть наденут защитные костюмы. Обработают его, сожгут его одежду и дадут вместо неё новую. Потом его нужно накормить и отвезти в наш аэропорт. Его нужно доставить в Метрополис, и поскорее, и ещё лучше — чтобы вокруг всё время было солнце. Можно посадить на самолёт, в прямом смысле, или… — Ты что, собираешься его отпустить? — тихо спросил Джейсон. Из-за защитного костюма его дыхание было шумным, а голос, наоборот, приглушённым. — Он наша единственная надежда. Он клон Супермена. — Тим пожал плечами. — Сейчас у нас нет выбора. Он редко отступал от своих идей и никогда не признавал свою неправоту. Но сейчас клон действительно был их шансом на спасение. Он был нужен людям. Как Супермен когда-то. Тим помнил, как стучало его собственное сердце, когда Супермен впервые появился. Как много это значило лично для него, и для всего остального мира. — Давай же, Джейсон! — буркнул Тим, и, держась за стену, пополз к коридору. — Рация на столе. Выполняй! Джейсон не стал спорить. Приказ был приказом. Спускаться вниз было даже тяжелее, чем просто передвигаться по подсобке. Джейсон крепко держал его, не давая упасть, хотя переступать ногами было очень сложно. — У тебя глаза совсем белые стали. Даже не прозрачные. Просто белые. Как у трупа, — тихо сказал Джейсон, кажется, пытаясь разрядить обстановку. — Какая радость. — Тим хрипло рассмеялся, и смех перешёл в кашель. С последних ступеней он бы свалился, если бы у него не было возможности повиснуть на Джейсоне. — Эй, тут есть кто-нибудь? Не то чтобы эти парни, которые меня сторожили, были сильно разговорчивыми и дружелюбными, но я с ними почти сроднился. — Голос клона облетел весь коридор и несколько раз отозвался эхом. Тим поморщился и потёр запястьем висок. — Э-ге-гей? — повторил клон. — Потише, — шикнул на него Джейсон. Он убедился, что Тим хорошо держится за стену и достал ключи, открывая дверь. — Выходи. — Что, вы наконец-то нашли, как меня убить? — Клон сначала выглянул из-за двери, а потом вышел в коридор. Он шагнул было к Тиму, протягивая руку, но Джейсон преградил ему путь: — Не подходи к нему. Иначе всё пойдёт насмарку. — Я правда собирался тебя убить, — начал Тим, пытливо глядя на клона. Истощение почти не сказалось на нём. Непонятно, на чём он держался всё это время, как он мог вообще стоять. Впалые щёки и бледность были единственным, что напоминало о его заточении. — Но ты нужен Метрополису. — Да что вы? — Клон скрестил руки, скрыв знаковую «S» на груди, и посмотрел на Тима исподлобья. — Ты вообще в порядке, старик? — Это тебя не касается. — Тим снова вцепился в Джейсона, зашуршав тканью защитного костюма. — Появился кто-то, кто называет себя Суперменом, но не несёт его… философии. Если его не остановить, он уничтожит планету, чтобы вернуть Криптон. — А разве злодеи вроде тебя не хотят того же? — Лично я хочу совсем не того. — Тим стёр рукавом кровавую слезу и закашлялся. — Сейчас ты единственный, кто может ему противостоять. — Конечно, я же Супермен-младший. — Клон расплылся в самодовольной улыбке, и Тиму вдруг стало по-настоящему тепло. Как тогда. Когда он впервые увидел Супермена. — Вот и спаси н… — Тим снова закашлялся. Перед глазами начало темнеть и ноги стали подгибаться. Он слышал, как Джейсон крикнул: — Прямо по коридору и наверх! Там тебя встретят. Скажи моим людям, чтобы отдали тебе шкатулку, которую я привёз, это можно использовать против лже-Супермена в самом крайнем случае. И придётся пройти кое-какие процедуры, прежде чем мы тебя выпустим. Ну, беги! Он крепко держал Тима в руках, повторяя: — Только не умирай мне тут, не умирай. Не умирай. — Джейсон. — Тим уже даже держаться за него не мог. — Яма в… подвале. Неси меня туда. — Он захрипел. Агония была невыносимой, и он затрясся от боли в руках Джейсона. — Бросишь в воду и… беги за тр… транкв… — Транквилизаторами? — Джейсон прижимал его к себе и бежал по коридору. По лестнице он спустился, перескакивая через ступеньки. — Да, — выдохнул Тим. Соображать было всё сложнее. — Б… Большую дозу. С р… ружьём. — Хорошо. Только не умирай, ни за что не умирай, — шептал Джейсон. Тим потерял чувство времени и пространства. Ему казалось, что он просто плывёт в темноте, сходя с ума от боли, и что так было всегда, и будет всегда, и что эта агония бесконечна. Но она закончилась. Он погрузился в вязкую зелёную воду Ямы Лазаря, опустившись на дно. С трудом он заставил себя содрать с лица маску и только теперь сумел вздохнуть полной грудью, заполняя лёгкие плотной жидкостью Жизнь возвращалась к нему.