Долг

Четыре месяца пронеслись быстро. Солнечная осень сменилась мягкой зимой, прошло Рождество, и весна медленно вступала в свои права, обгоняя календарь на добрых пять недель. Белль, казалось, не заметила этого. Девушка пропускала мимо ушей буквально все, каждую минуту думая о мистере Голде. С ней не возможно было находиться рядом - она все равно не слушала, полностью погруженная в мечтания. Встречались они часто. Расставались в обед, но только для того, чтобы вновь увидеться вечером, когда на город спускались густые сумерки. Места встреч были разные: от извилистой набережной и до крохотных парков, прятавшихся среди беспорядочно стоящих домов, и Белль каждый раз изнывала от любопытства, что же придумает мужчина на этот раз. Один из вечеров, когда только-только закончился снегопад, и в воздухе витал вкус мороза, особенно сильно поразил девушку. Мистер Голд, коварно улыбаясь, попросил Белль закрыть глаза и вел ее, крепко удерживая за руку. Девушка едва сдерживалась, чтобы не подсматривать, но все-таки добросовестно жмурилась, пока мужчина не разрешил смотреть. Они стояли перед театром. Недавно отстроенное здание манило девушку, но время на его посещения она так и не нашла. От переполнявшего ее удивления Белль счастливо охнула и порывисто обняла мужчину. Затем покрылась свекольными пятнами румянца и отступила, смущенно закусив губу. Во время самого представления Белль зачарованно смотрела на сцену, боясь оторвать взгляд хоть на минуту, будто, даже если она просто моргнет, непременно пропустит что-то важное. Приплясывая от радости и восторга, девушка легко сбежала по ступенькам, после окончания спектакля. Мужчина, посмеиваясь, спускался за ней. «Если бы я знал, что вам так понравится, - сказал он тогда, заботливым движением поправляя выбившуюся из ее прически прядь, - отвел бы вас сюда раньше». Еще счастливее - хотя, казалось, больше некуда - она стала после того, как мужчина, осторожно касаясь ее лица ладонями, поцеловал ее. Ей хотелось растянуть каждое мгновение в вечность и дольше, много дольше. Все время у нее было ощущения скоротечности происходящего. Будто все это, внезапно свалившееся на нее счастье, отберут, жестоко и безжалостно. Однако, пока все было крайне прелестно, Белль просто растворялась в своих эмоциях. Она вернулась домой раньше обычного. У мистера Голда резко появились дела, и им, с обоюдным сожалением, пришлось попрощаться. Девушка на цыпочках отправилась в свою комнату, чтобы не привлекать к себе внимание. Она снова, забывшись, не предупредила никого, но все домашние, уже после пятой подобной вылазки, перестали обращать внимание на регулярное отсутствие Белль дома. Но в этот раз, ей не удалось пройти незамеченной. - Мисс Френч! - Звонкий голос Кары почти заставил Белль дернуться. - Да? - Девушка удивленно повернулась к служанке. - Ваш отец хотел вас видеть, - сообщила служанка и скрылась в дверном проеме, ведущим в гостиную. Девушка мученически простонала, облокотившись о стену. Мо, как и говорил мистер Голд, не сильно-то и расспрашивал ее о том, где она пропадает круглыми сутками. Но всегда, когда они находились вместе в одной комнате, девушка ощущала на своем затылке беспокойный взгляд отца. Особенно сильно играло на ее нервах то, что ей приходилось ему врать, и поэтому девушка предпочитала избегать встреч вовсе. - Можно? - Белль осторожно постучала в дверь отцовского кабинета, прежде чем войти. - Конечно. - Мо сидел за столом, заваленным бумагами и привстал, приветствуя ее. Девушка дошла до глубокого кресла, стоявшего рядом со столом, и присела на самый его краешек, чинно сложив ладошки на коленях. - Белль, я так давно тебя не видел. - Мужчина тепло ей улыбался, но вместо облегчения, она почувствовала мурашки, спускающиеся от шеи вниз по позвоночнику. - Мы завтракали вместе, - осторожно заметила она, поведя плечами, чтобы отогнать внезапно охвативший ее холод. - И ты, абсолютно точно, была не со мной в столовой. - Он говорил спокойно, не высказывая обвинения. Белль почувствовала, что у нее пересохло во рту. Она нервно сглотнула. - Я просто хотел попросить тебя сегодня быть дома. На ужин у нас будет очень важный гость, и я хотел тебя с ним познакомить. - Хорошо, папа. Это все? - Необъяснимая паника захлестывала ее с головой, девушку это крайне беспокоило. - Да, можешь идти. - Он снова вернулся к свои счетам. Девушка еще некоторое время посидела, будто в оцепенении переваривая сказанные им слова, потом кинула сама себе и вышла из комнаты. До ужина оставалось еще слишком много часов. Мучительно много. Белль было двинулась в сторону прихожей. Сесть в карету, проехать три улицы прямо, две направо, и с головой окунуться в приветливую атмосферу знакомого дома. Потом, мужественно прикусив щеку с внутренней сторону, отправилась в свою комнату - готовиться к визиту "важного" гостя. Она давно не выглядела так. Тугие кудри собраны в высокую прическу, корсет затягивает талию, мешая дышать, а юбка была слишком пышной и неудобной. «Мистеру Голду определенно бы не понравилось», думала она, недовольно рассматривая себя в зеркале. Кара вилась вокруг нее, поправляя прическу и платье. Особенно сильно ей не нравилось, как служанка разукрасила ее лицо. На ее собственный вкус, можно было бы обойтись и пудрой. - Зачем это все? - в пятый раз спросила Белль, когда на ее щеки добавилось румян. - Ваш отец попросил, - все-таки ответила девушка, прикалывая на лиф платья блестящую брошь. Мисс Френч закатила глаза, но продолжила покорно стоять, не мешая Каре. В момент, когда покинула комнату, ей снова завладел безотчетный страх. Спускаясь по лестнице, девушка уговаривала себя выдержать этот ужин. Потом она могла снова погрузиться в омут своей любви, не беспокоясь ни о чем еще очень долго. За столом уже сидел отец, напротив него - незнакомый молодой человек, неотрывно разглядывавший скатерть. Когда Белль вошла, оба повернули головы в ее сторону. Она нервно сглотнула и натянуто улыбнулась. Молодой человек, к искреннему ее удивлению, покраснел. Почти в гробовой тишине она прошла к своему стулу и села. Мо завязал беседу с гостем, будто специально выжидал ее прихода. Они говорили о политике, бизнесе и еще о чем-то, но вскоре Белль перестала их слушать. Она изучала красиво составленные букеты, украшавшие всю комнату, и изредка делала мелкие глотки вина из своего бокала. Алкоголь жег ей рот, но ничего другого ей не оставалось делать - блюда, почему-то, не подавали. Спустя три опустошенных бокала, она заметила, что разговор снова затих. Белль посмотрела на отца. - Дочь моя, - взволнованно начал Мо. Сбился. Начал снова. - Моя милая. Ты у меня совсем взрослая. И пора бы подумать о замужестве. Девушка делала глоток и подавилась на словах отца, закашлялась, сгибаясь пополам и хватаясь пальцами за горло. На глазах у нее выступили слезы, и Белль казалось, что легкие сейчас разорвутся. Она почувствовала чью-то ладонь на своей спине, легкие хлопки. Приступ прошел, и она выпрямилась. Чуть позади нее стоял ее спасителем оказался новый знакомый ее отца - совсем мальчишка, едва ли одного возраста с Белль. - Спасибо, - отозвалась она. Молодой человек снова покраснел и ответил ей что-то невнятное, затем вернулся на место. - Так вот. - Мо подождал, пока девушка снова смогла ровно дышать. - Ты просто обязана выйти замуж. - Папа, -перебила она. Мужчина ее не услышал и продолжил. - А мистер Блек как раз попросил твоей руки. - И кто этот мистер Блек? - обреченно спросила Белль, пытаясь вспомнить человека с такой фамилией. - Это... это я, - смущенно отозвался мальчишка. Белль закрыла глаза. Сделала глубокий вдох и снова их открыла. - Мистер Блек, не поймите меня неправильно, но мы же с вами не знакомы, - попыталась она воззвать к его разуму. - Я... - Он мялся так, будто действительно был в нее влюблен до беспамятства. Будто она была идолом, до которого он наконец-то дотянулся. - Ваш отец мне много о вас рассказывал. А когда я увидел ваш портрет... - Что ж. Раз так... Мне что-то нездоровится. Я, пожалуй, пойду. Отец. Мистер Блек. Она кивнула каждому сидящему и, излишне громко скрипнув ножками стула по полу, вышла из столовой, звонко цокая каблучками. Чтобы не расплакаться, она до боли закусила щеку. Пелена слез все-таки заволокла ее глаза, и девушка бессильно всхлипнула. Она остановилась на полпути к своей комнате, озаренная мыслью. Нужно срочно рассказать об этом мистеру Голду. Он точно что-нибудь придумает. Девушка развернулась и широкими шагами направилась к черному ходу из дома. Тяжелая юбка мешалась, и она раздраженно дернула за подол. Ткань жалобно треснула, разойдясь по шву. Брать повозку она не рискнула - отец запросто мог запретить кучеру везти ее сегодня хоть куда-либо. Так быстро она еще не бегала. Скинув туфли еще около дома, она преодолела расстояние до спасительного дома за считанные минуты, не обращая внимания на редких прохожих и давясь слезами. Ей казалось, быстрее, чем на карете. Задыхаясь, она постучала в дверь. Ей не открыли. Истерика подступала. Белль замолотила ладонями по дереву, сбивая их до тупой пульсирующей боли. «Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста», шептала она. Замок щелкнул, дверь открылась в глубь, и девушка ввалилась в помещение. От падения ее удержало только то, что ее подхватил дворецкий. - Мисс Френч, - ошарашенно позвал мужчина. Девушка кинулась ему на шею, продолжив плакать. - Мисс Френч. Что случилось? - Мой отец. Мистер Голд. Мне срочно нужно с ним поговорить, - выдавила она, между истеричными всхлипами. Дворецкий подхватил ее под руки и куда-то повел. Девушка ничего не видела все еще глотая судорожные всхлипы. Ее передали из одних рук в другие - теплые и хорошо знакомые. - Белль, - тихо позвал ее мистер Голд. Девушка надрывно дышала, пытаясь сказать что-то. Он осторожно похлопал ее по спине, прижался губами к ее волосам. Довел ее до дивана и усадил, присев рядом. Девушке удалось взять себя в руки только спустя час. Когда по ее щекам прекратили катиться слезы, мужчина протянул ей стакан воды. Стуча зубами по краю стакана, она сделала несколько глотков. - Белль, дорогая. Что случилось? - Мужчина выглядел так, будто был готов растерзать любого, кто довел его девочку до такого состояния. - Мой отец. - От долгих рыданий ее голос осип, она почти хрипела, а не говорила. - Он хочет выдать меня замуж. В комнате повисла густая тишина. Девушка подняла красные глаза на него, всматриваясь в мужское лицо, ища поддержки. - О Белль, - тихо прошептал он, притянув ее к себе, сжав в объятьях крепко, почти до боли. - Что мы теперь будем делать? - Вопрос, заданный мужчиной, вогнал девушку в тупик. - Я думала, вы мне это скажете. - Внезапно ее озарила догадка. -Мы должны убежать! - Девушка вывернулась из объятий мужчины и взяла его за руку. - Вдвоем. Сейчас же! - Белль, не порите горячку. Нельзя так быстро... - Да как это нельзя?! Нужно. Необходимо. Я не смогу жить, если я буду чей-то чужой женой. Мы же тогда не сможем ни видеться, ни... - Девушка запнулась, видя, что мужчина изменился в лице. - Что? - Белль, мы не можем убежать. - Почему? - почти взвыла она, подскакивая на ноги. - Потому что, у меня в городе очень много связей. И имущества. Нельзя все это бросить так резко, с горяча. Девушка застыла, глядя на него. Ей казалось, что ее сердце сжали ледяной рукой, вогнав в него пальцы, разворошив и вывернув. Мисс Френч протянула трясущуюся руку к мужчине. Он ее не взял, отвернулся. Девушке казалось, что она стоит на краю пропасти, глубиною в бесконечность, а ее палачом был мистер Голд. Она тянулась к нему, он толкал к краю. - Что я для вас значу, мистер Голд? - холодно спросила она, сжимая подол платья в кулак. - Белль. - Мужчина посмотрел ей в глаза. - Что? - настойчиво повторила она. - Так, девка для развлечений? Игрушка. Сломать и выбросить, да? Да. Не отрицайте, - Ее снова начало колотить от внезапно охватившего ее холода. - Я и не собирался, - отрезал он. Крышку гроба захлопнули, заколотили наглухо. - Вы не сможете понять. Все, что у меня есть стоило мне слишком многих усилий. Свой бизнес я выстраивал долгие годы. Вас я знаю пять месяцев. - Что ж. Буду надеяться, ваш бизнес будет заботиться о вас в старости и греть холодными ночами. Пусть ваш бизнес рожает вам детей, до осточертения похожих на вас, - прохрипела она, пока еще спокойным голосом. Ей хотелось причинить ему столько же боли, сколько причинил он ей за двадцать девять простых слов. - Вы были для меня всем. Я готова была - да и сейчас все еще готова - на все ради вас. Что угодно. Вы ничего не желали, кроме одного моего присутствия. Говорили, что все моменты со мной для вас - самое дорогое, что есть в жизни. - Девушка уже не обдумывала слова, они слетали с ее губ, идя от самого разрушенного сердца.- Вы - трус. Не можете выйти из зоны комфорта, да? - Ты ничего не понимаешь, девчонка! У тебя ничего нет. Тебе просто подорваться и уехать! Я - не ты. Связи и деньги - все что у меня есть, и я не собираюсь бросать все ради девчонки, которая вбила себе в голову, что любит меня! - Но я же и вправду люблю! - прохныкала она, потеряв контроль над эмоциями. - Меня слишком сложно любить.-Девушке казалось, что он над ней смеется. - Да и власть мне дороже, чем ты, в сто раз. Одна фраза и Белль уже летит в пропасть. - Вы еще будете об этом жалеть. Впрочем, свой выбор вы уже сделали. - Девушка почувствовала, как у нее на глазах снова выступают слезы. - Прощайте. - Она сморгнула их, не дав соленой воде снова намочить лицо, и развернулась к нему спиной, окончательно воздвигнув между ними высокую кирпичную стену. Пошатываясь, она покинула такой родной дом, ставший для нее чужим и колючим за два часа. Не было ни слез, ни сожаления. Сплошная, зияющая пустота в душе - все, что осталось у нее, поле этого бесконечно-черного дня. Небо посерело, тучи сгустились. Пошел дождь. Капли воды срывались с неба с частотой барабанной дроби - тук, тук, тук. Белль мигом промокла, но ей было все ровно. Ее личный гроб засыпали землей.