Not strong enough

Безвыходных ситуаций не бывает — это мое личное мнение. Любое, происходящее в настоящий момент событие, имеет в будущем несколько легко предсказуемых вариантов развития. При желании мне несложно составить некоторое количество альтернативных цепочек, каждая из которых будет иметь логическое завершение. Конечно, точно угадать никогда не получается, но один из сценариев все равно отыграет процентов на пятьдесят. В теории, в критической ситуации этот процент должен возрастать, поскольку в такие моменты психология человеческого мышления сужает свой диапазон и сводится к самым примитивным действиям. В воцарившемся после пламенной речи капитана хаосе, поставленная передо мной задача, сложной не казалась. В принципе, проблем и не возникло, я достаточно легко сменила систему наведения. По ранее составленному плану на этом моя миссия завершалась, и мне только и нужно было выбраться с хеликэррьера. Правда мои собственные планы на этом не заканчивались. Зимний солдат все еще себя не обнаружил, потому оставалась вероятность, что я доберусь до него первой. Контактный бой с таким противником для меня не самый выигрышный вариант, потому я решила пробраться на палубу и угнать один из куинджетов. Мне думалось, это тоже не составит труда, но именно в этот момент все пошло не так. Я словила две пули, и все бы ничего, но одна из них определенно точно застряла в легком. А дальше еще интереснее, мне пришлось прыгать с авианосца. Спасло только то, что упала в воду, хотя и не знаю, какими неправдами добралась до берега... И вот теперь я лежу на прохладном песке, раскинув руки, и наблюдаю за тем, как хеликэррьеры обрушиваются на землю словно в замедленной съемке. То и дело я схаркиваю собственную кровь, но даже не пытаюсь подняться — ноги переломаны. Я не знаю, в какой момент потеряла передатчик, это и не важно, только результат, я не могу позвать на помощь. Практически не чувствую тела, будто я превратилась в сгусток тупой тягучей боли, впрочем, мне казалось, должно быть намного больнее. Постепенно становится холоднее, будь я более фаталистична, решила бы, что умираю... смешно, на самом деле, если так пойдет и дальше, я вправду сдохну. Почему никто не сказал, что спасать мир совсем не клёво? Небо надо мной безукоризненно синее, что совсем не вяжется с тем, что сейчас происходит, словно мир отказывается принимать человеческую подлость... совсем как отец. Черт! Почему удача мне изменила?! Я подставилась, но напрасно. С самого начала я была готова оказаться в нынешнем положении без каких либо претензий, если бы это дало хоть какой-то результат, но я ничего не смогла. Понимаю, претендовала бы я на галочку у пункта «спасение всех и вся», но нет же, я желала помочь лишь одному человеку и даже это вышло для меня непосильным. Хочется надеяться, что хоть из Уилсона вышел какой-то прок. Не то чтобы я совсем не верю в отца, скорее наоборот, я почти наверняка знаю, что он сам со всем справиться... просто это не правильно и... очень больно. Чувство, словно Стив совсем один, словно не существует людей, разделяющих его идеалы, словно сама вселенная против их воплощения в жизнь, оттого и посылает столько несчастий на долю совершенно замечательного человека. А может так и есть, и мир мечтает захлебнуться в собственной крови, совсем как я сейчас. Тогда имеет ли смысл жить дальше и бороться за этот мир? Я отключилась, кажется всего на мгновение, хотя не могу утверждать, что это так. Вернуться в сознание меня заставило ощущение постороннего присутствия. Я буквально подскочила на месте, будто очнулась от ночного кошмара, и тут же едва снова не отрубилась из-за пронзившей все тело острой боли. Я судорожно закашлялась, из глаз брызнули слезы. Мне понадобилось какое-то время, что бы совладать с собственным телом, потому я не сразу поняла, что в самом деле не одна. На земле прямо рядом со мной неподвижно лежало тело отца. От ужаса у меня буквально все тело отнялось, сумей я встать мгновением ранее, не удержалась бы на ногах. Израненный, промокший, бездыханный, если Стив не погиб от пуль, то просто напросто утонул. К адской боли добавилось ощущение того, что мою грудную клетку сдавили. Я попыталась вздохнуть, но ничего не вышло, никак не получалось нащупать у отца пульс. Я была на грани беспамятства и истерики, когда папа вдруг закашлял. Живой. Я сразу испытала такую легкость, что казалось с этим чувством и готова отправиться в мир иной, но что-то продолжало удерживать меня в этой реальности. Я машинально оглянулась в поисках того, кто мог вытащить отца из воды. Не больше, чем в десяти метрах от себя, я увидела удаляющуюся фигуру. Мужчина, весь в черном и с металлической рукой, догадаться совсем не сложно. Сохрани я на этот момент хоть остатки здравого смысла, и не подумала бы рот открывать. Кто станет окликивать киллера? Придурок или тот, кто жизнью не дорожит. Я не относила себя ни к одной из категорий, но все же спросила: - Почему?! Зимний солдат замер на мгновение и только после обернулся. - Я не знаю. - его ответ прозвучал правдоподобно и очень растеряно. Я видела его лицо лишь пару секунд, но этого было достаточно, чтобы ясно представить себе чувства отца. Это был не призрак, не бездушная машина, а самый настоящий Баки Барнс, именно тот, которого я так часто видела на старых снимках и хрониках. Как сильно я заблуждалась, думая, что это далеко и никак меня не коснется. «Пап, это не обязательно должен быть ты, я могу убить Барнса» я озвучила это перед самым выходом, но только сейчас осознала, насколько это ужасно. Господи, кем я выглядела в глазах отца, когда говорила это, когда вызывалась убить его лучшего друга? Меня затрясло по-новой, не в силах удерживать себя в сидячем положении, я упала на бок, прижалась лбом к отеческому плечу и заплакала. Я не хочу, что бы это было последним, что я сказала папе, не хочу что бы он умер с чувством разочарования... вообще не хочу, что бы он умирал. - Ты не умрешь. - всхлипнула я. - Не у меня на руках... не сегодня... никогда...