Дьявольски влюблённая

- Может быть, не будем ничего делать? - спросила я, уткнувшись глазами в пол. - Наталья Валерьевна, и вы туда же, - громко проговорила директор. Наш директор - Галина Владимировна Савельева - очень даже хороший, отзывчивый и доброжелательный человек, но сегодня она что-то решила все делать так, чтобы ее точка зрения не совпадала ни с чьей-либо другой. - Галина Владимировна, но ведь в этом году и вправду слишком много школьных мероприятий: день города, день школы, "олимпийская гора", и это я еще не называю концерты, посвященные 23 февраля, 8 марта и 9 мая. Где же время взять, чтоб все это организовывать, - произнесла моя Любимка, но, похоже, ее доводы совсем не впечатлили директора. - А вы, Ирина Николаевна, не должны организовывать ничего, для этого есть специальные люди, которые получили диплом дополнительного образования. Вы должны следить за ведением этого мероприятия, указывать, что неправильно, а что правильно. - Да, но для этого тоже нужно время. Репетиции ведь будут не во время учебы, а когда обе смены закончат учиться, то бишь в семь часов вечера. А у меня еще куча другой важной работы, которую вы попросили сделать в ближайшее время. Кстати, можно взять у вас отсрочку? - Так, бери, что хочешь, делай, что хочешь, но чтобы мероприятие, посвященное Дню влюбленных, состоялось. Я хотела пригласить гостей из Департамента, чтобы они посмотрели на нашу внеклассную жизнь! А теперь свободны. Обе. Мы с Ирой вышли от директора и побрели в сторону наших кабинетов. - Ты завуч, а меня-то она зачем позвала? - глядя недоуменным взглядом на преподавателя, спросила я. - Она обычно прислушивается к твоему мнению, - негромко ответила та. - Но сегодня, видимо, не тот лунный день, - улыбнулась Ирина. - Да, или просто секса давно не было, - мы посмеялись обе, а затем Ира подняла руку над собой и стала ждать, когда я "дам пять". Она попросила помочь ей с организацией концерта, на что я неохотно, но согласилась. Каждый день я оставалась после занятий на эти репетиции, где школьники читали стихи о любви, пели песни и ставили танцы. Как ни странно, но желающих поучаствовать было хоть отбавляй, в отличие от других мероприятий, где добровольно-принудительно пытаешься привлечь к работе подростков, но мы все равно были вынуждены некоторых "отсеить". - Какой-то праздник намечается? - спросила Вероника, подкравшись сзади. - К сожалению, - уныло ответила я. - Я считаю, что 14 февраля - не такой уж и знаменательный день, чтобы устраивать концерт и приглашать гостей. - А я люблю этот день, - улыбнулась подросток. - О, правда? Почему? - она меня заинтриговала. - Ну... Я просто родилась в этот день. - Ой, а я даже и не знала, теперь буду знать, жди от меня подарка, - улыбнувшись, сказала я. Она улыбнулась мне в ответ, а потом сказала, что ей нужно идти. Через несколько дней Вероника выловила меня в коридоре и рассказала новость: она будет выступать на празднике и петь в дуэте песню. - Молодец! Я рада, что ты решила поучаствовать. Только какую песню? Надеюсь, веселую? - Нет, наоборот грустную. Блин, ну как грустную... Она просто такая мощная, но в то же время лирическая. - Ладно, посмотрю на репетиции. Она проводила меня до кабинета директора, где ждала меня Галина Владимировна с Ирой. - Ну что, Наталья Валерьевна, как продвигаются дела с подготовкой? Мне Ирина Николаевна сказала, что она попросила вас заняться организацией праздника. А Департамент уже ждет - не дождется. - Все... Нормально... Более чем, - напряженно произнесла я. Мне тяжело давалась организаторская деятельность. Точнее я должна была лишь руководить, но настоящие организаторы не выдвигали никаких креативных и интересных идей, и мне пришлось все разрабатывать самой, даже Катя подключилась мне в помощь. Она хорошо рисовала и четко представляла все, что я говорила. И у нас получилось на бумаге расставить стулья в форме сердца. На данный момент это все, что я могла предоставить директору в качестве отчета. А, еще у меня был список детей, которые будут выступать, но я не пронумеровала его. - Хорошо. Сколько номеров будет? И тут я запнулась и не знала, что сказать. - Десять, - невнятно произнесла я, сказав число наобум. Директор разрешила мне идти, якобы одобрив мою подготовку. Но я, забывшись, чуть не поцеловала Иру на прощание. - Ээ, - "проснулась" я, - Ирина Николаевна, из вашего класса дуэт выступает. Она странно посмотрела на меня, спрашивая меня взглядом: "И что дальше?" Галина Владимировна с аналогичным недоумением посмотрела на меня, и я вышла. А теперь мне следовало бы действительно заняться списками. - Кашапова - танец, Алексеева - песня, Еремина, Татьянкин, Фомичева - стихи, Перевезенцева и... - Громова - песня, - прошептала Вероника, легонько коснувшись губами моего уха. - А, привет, Вероника, это ты, - улыбнулась я. - Как дела у моего любимого учителя? - быстро спросила она, плюхнувшись в соседнее кресло. - Любимого учителя? - засмеялась я, - это что-то новенькое. - Все когда-то бывает впервые. - Ты неисправима, - произнесла я и ласково взглянула на девчонку. - Но вам же это нравится, - сначала мне показалось, что это вопрос, затем я почувствовала уверенность в голосе и потом поняла, что это было утверждение. - Да, нравится. Помолчав несколько секунд, подросток быстро произнесла: - Что вы любите больше всего на свете? - Свою дочь, - сразу ответила я. - Нет-нет, не кого, а именно что. - Тогда, наверное, стихи. - Я прочитаю вам мое любимое стихотворение, можно? Я кивнула. С первого слова, с первого звука я узнала стихотворение, которое читала Вероника - это "Silentium" Тютчева. - ... Как сердцу высказать себя? Другому как понять тебя?.. Было видно, что она чувствует стихотворение, чувствует его ритм, эмоции. Я так давно не слушала стихов вживую, что сейчас мне казалось, что я нахожусь в раю. - Внимай их пенью... И молчи. Несколько секунд я продолжала жить в самой себе, а Вероника просто смотрела на меня, ожидая реакции. - Я тоже люблю это стихотворение, - нежно промолвила я. - Оно одно из моих любимых. Скажи мне, почему ты решила спросить, что я люблю? - Потому что я ровным счетом ничего о вас не знаю. На наших занятиях вы спрашивали лишь о том, что люблю я, но я не знаю, что любите вы. По телу пробежала стая мурашек, но я все же спросила: - Почему тебе так важно знать, что я люблю? - Потому что я хочу делать вам приятно. Неприятного в нашей жизни и так много. - Хорошо, пойдем, я дома доделаю работу. - Так, Наумова, где список? - прохрипела Ирэн, бегая по актовому залу. - Ты даже ничего не сказала про то, как я стулья расставила. - Прекрасно, где список? Я подала завучу список выступающих и продолжала стоять возле нее. Через несколько минут в зал забежала Галина Владимировна. - Почему вы не запускаете всех в зал, Ирина Николаевна?! - Потому что... - Меня не волнует почему. Чтобы через 5 минут все места в зале были заполнены. Директор погрозила пальцем и вышла из зала. - Да, босс, - тихо произнесла Ира, когда та уже вышла. - Тьфу ты, да что с ней такое, - невольно вырвалось из моих уст. - В общем, Натали, запусти, пожалуйста, пока народ, а я пойду сверю план концерта с ведущими. Я покорно пошла, открыв нараспашку двери, и запустила толпившихся детей, их родителей и учителей. Вдруг вдалеке я увидела Веронику. - Бу, - схватила я за плечи подростка и протянула шоколадку. - Волнуешься? Девчонка стояла, уставившись на слова песни. - Ооо, спасибо большое, любимый учитель! Да... Я очень волнуюсь. - Не волнуйся, я рядом. Ты же выступала передо мной, и все было хорошо. - Нет, это другое. Ладно, я пошла за сцену, там повторю все.. Через двадцать минут начался концерт, я стояла позади всех рядов, наблюдая за дисциплиной. На сцене один за другим появлялись дети, показывая свои таланты. Некоторые читали собственные стихи, некоторые пели свои песни, но все в общем это было непередаваемо, чувственно, волнительно. Наконец Вероника вышла со своей одноклассницей на сцену с микрофоном. Они пели английскую песню, которую я раньше не слышала, но в исполнении Вероники (не знаю, как в оригинале) она звучала восхитительно. На них были красивые пышные платья до колен, в которых они плавно, но в то же время ритмично расхаживали по сцене. Закончив петь, они поклонились и ушли. Прошло еще несколько номеров. Вот должна читать восьмиклассница стихи, но на сцену выходит Вероника. Если мне не показалось. На ней было красное облегающее платье в пол с открытой спиной и руками. Ее волосы небольшими кудрями свисали с плеч. А сама девушка подошла к стойке. Она обхватила руками микрофон и начала говорить нежным голосом: - Раз уж этот вечер посвящен любви, то я хочу сказать всего пару слов. Извините за мое откровение, которое вы можете считать неуместным, но... мне это необходимо. - Она выдержала паузу в несколько секунд, а я сидела и ждала, что же она скажет. - Я.. Я люблю вас. По-настоящему люблю. Я сидела и дрожала, а все мое тело похолодело. Нет, она обращается не ко мне... Вероника снова продолжила. - Я вижу, что вы в замешательстве и не понимаете. Сейчас вы все поймете. - Я еще тяжелее задышала. - Тютчев. "Silentium". Мои ноги подкосились, и я еле стояла, в то время как зал глазами искал "возлюбленного" Вероники. - А теперь я спою песню. Началась музыка, которая была мне до боли знакома. - А не спеть ли мне песню... О любви, - подросток стала петь своим чарующим голосом, смотря на меня со сцены и обвивая руками стойку микрофона. Чиж и компания... А не спеть ли мне песню... Она все обо мне знает. Одна из моих любимых песен... И в моей голове стали всплывать все значимые и незначимые моменты, связанные с Вероникой. И как я могла не замечать ее отношения? Она постоянно находилась рядом, поздравляла меня, целовала, обнимала, мы часто проводили время в месте, но... Она ведь так молода... Нет, она не лесбиянка, нет, только не это... Все мое тело снова задрожало, и я решила. - ... И я стану сверхновой супер-звездой, - она выхватила микрофон из стойки и повернулась к залу открытой спиной. Я внимательно наблюдала за ее движениями, грациозной походкой и извивающимся, как змея, телом. - Я тебя обниму... Ты права... По моей щеке потекли слезы. Ее последние слова прозвучали так нежно, что я не выдержала и побежала к выходу. Вероника заметила мой стремительный уход и сама поспешила быстрее откланяться. Через пару минут я оказалась в своем кабинете, где был напрочь выключен свет, и я встала возле первой парты среднего ряда и уставилась в окно, вытирая капли слез. Я не слышала, как она вошла, но в какой-то момент Вероника сзади коснулась моего плеча, и я повернулась от испуга. - Как ты сюда попала? - нервно спосила я. - Дверь не была заперта, - монотонно ответила подросток. Воцарилась тишина, и был слышен лишь гул ночи, глухой темноты, скрывающий наши лица друг от друга. - Почему вы молчите? - Вероника, понимаешь... Это неправильно! Так быть не должно! Ты девушка, и я тоже. - Но когда люди любят друг друга, то им все равно на мнение окружающих. Я не могу без вас жить... Я люблю вас... Внезапно она приблизилась ко мне и, как тогда это сделала Ирина, накрыла мои губы своими, положив свои руки мне на талию. Меня же внезапно парализовало, и я очнулась лишь тогда, когда Вероника полностью расстегнула пуговицы на блузке. Мгновение, и я отстраняюсь от ребенка, тяжело дыша. - Вероника... Ты хорошая девочка. Мне с тобой безумно приятно общаться, но.. Я тебя не люблю... Девчонка упала на колени стала кулаками бить по полу, рыдая и крича: - Нет! Нет! Нет! Этого не может быть! Вы меня любите! Вы любите меня! Ведь я люблю вас! Я присела на колени и стала поднимать ее, но она не слушала меня и продолжала кричать и плакать. - Вероника, пожалуйста, послушай, - на моих глазах тоже появились слезы, но я пыталась держать себя в руках. - Прошу тебя, мне тоже тяжело... Вдруг она подняла свое туловище, все еще сидя на коленях, и произнесла: - А знаете, в чем проблема? Я с недоумением посмотрела на подростка сквозь темноту. - В чем же? - Я когда-то давно вам сказала, что вы можете предпочесть Ирину Николаевну мне... Так и случилось. - Ирина Николаевна не имеет никакого отношения к тебе и ко мне. Она молчала. - Прошу вас, будьте со мной... Я сделаю все, чтобы вы меня полюбили... Я не могу без вас жить! - Вероника, ты найдешь себе хорошего парня, хорошего мужа, родишь детей. А со мной у тебя ничего не будет, и я не хочу лишать тебя будущего из-за твоего мимолетного чувства. Пожалуйста, пойми это... Девчонка облокотилась о парту и стала смотреть в одну точку. Она выглядела сумасшедшей. - Уходите, - тихо произнесла она, - оставьте меня одну. - Мы можем общаться дальше! Обещаю, что между нами ничего не изменится! Только пожалуйста, успокойся, прошу тебя! - Уходите, - снова прошептала она. Я коснулась ее руки - она была холодна. - Уходите! Убирайтесь! Не надо меня успокаивать! - прокричала подросток. Я быстро встала с колен и пошла к выходу. Остановившись в проеме двери, я со слезами на глазах тихонько прошептала: - Прости меня... Только прости... И я убежала куда-то к лестнице, где меня, к несчастью, встретила Ирина. - О, Натали, ты такой замечательный концерт организовала, все в восторге. Кстати, стулья просто очаровательны, - завидев меня в заплаканном виде, завуч начала говорить встревоженно и с недоумением, - Натали, ты чего? - Оставь меня в покое, - закрыла руками лицо я и убежала.