Глава 1.
11 сентября 2014 г., 23:25
Время было почти 8 утра. Солнце уже давно освещает своими лучами прекрасный город Магнолия. На улицах уже открываются магазины и лавки. Взрослые спешат по своим делам. Но в этом городе сейчас нет шума, здесь стоит умиротворяющая тишина. Журчание реки и пение птиц практически не слышно. И ветер не играет с лепестками таких красивых, сейчас, летних цветов.
В этом городе есть волшебная гильдия «Хвост Феи». В этой гильдии есть множество могущественных волшебников. И каждый из них уникален и способен на многое. И «Хвост Феи» прославился своими подвигами и умением быстро справляться со сложной ситуацией. Эта гильдия столько раз спасала мир, что теперь, кажется, они справятся и с богами.
И есть в этой гильдии девушка-маг Люси Хартфилия. Она имеет редкую, теперь, магию – заклинать духов. При помощи ключей она открывает врата и призывает звёздных духов. Она не самый сильный маг, но Люси не слаба. С каждым боем она становиться всё сильнее. И сейчас она может призывать 3 духов одновременно, что, на самом деле, очень сложно. Ведь на это уходит много волшебной энергии. Но это не конец, это только начало.
Наша заклинательница живёт в съёмной квартирке, когда все её друзья живут в общаге гильдии. Но наша волшебница не скучает. Её согильдийцы часто заглядывают к ней в гости. И из всей массы выделяются два особенно надоедающих согильдийца.
Нацу Драгнил – огненный убийца драконов. Весёлый неунывающий парнишка. Не глуп, и всегда готов прийти на помощь другу. И Хэппи – синий кот, разговаривает. Имеет крылья, любит рыбку и гильдию. Особенно Нацу и Люси. Весёлый, наивный, и чуть глуповат.Был воспитан Нацу, поэтому так же сильно любит «Хвост Феи» – семью.
Нацу и Хэппи часто приходят к Люси в гости. Ну как приходят, скорее, вваливаются без разрешения в дом заклинательницы через окно. За что потом хорошенько получают.
По началу Хартфилия бесилась и кричала, а после делала это скорее для вида, чем из-за раздражения. И сегодняшний день не исключение.
Златовласая кариглазка лежала на своей любимой кровати. Она расположилась у стены, на левом боку. Рядом с ней, крепко обняв Люси, лежал Нацу. А над их головами на подушке расположился Хэппи. Все они мирно спали на кровати блондинки. Кажется, как будто они были парой, так красиво все сейчас смотрелись. Но судьба была злюкой, и до сих пор не свела их.
Солнечные лучи начали пробираться в комнату Хартфилии. Сначала они остановились у кровати, будто любуясь этой маленькой «семейкой», но, быстро взяв себя в руки, стали приближаться к лицам согильдийцев. Первые лучи оказались на лице Саламандра. Смешно сморщив нос, он нашёл укрытие в волосах цвета солнца. Уткнувшись в них лицом и прижимая к себе Люси сильнее, Нацу задремал.
Далее лучи заиграли с Хэппи. Бедный котик никак не мог скрыться от ярких лучей и просто залез под одеяло. Каким-то чудесным образом, оказавшись между Нацу и Люси. И, блаженно замурлыкав, снова провалился в сон.
А когда лучи добрались до юной волшебницы, та повернулась на другой бок, и, уткнувшись носиком в грудь Драгнила, обняла его и Хэппи, снова уснув.
Но вот, похоже, Нацу от действий своих напарников проснулся. Когда у тебя под ухом шуршат одеялом, так еще если у тебя имеется слух дракона, как же не проснуться. И, видимо, Нацу был того же мнения.
Парень потихоньку открывал глаза, и уже ожидал получить пенок под зад, или душераздирающие крики на ухо. Но когда ни того, ни этого не последовало, Нацу удивился. А когда он заметил, что Хартфилия до сих пор спит, и при этом неосознанно обнимает его, улыбнулся, начав разглядывать заклинательницу.
Её тонкие шелковистые волосы разметались на подушке, некоторые пряди лежали на плечах. Длинные реснички слегка подрагивали. Она дышала ровно и улыбалась во сне. Словно говоря, что ей снится хороший сон. Улыбка Саламандра стала ещё шире, когда он увидел улыбку девушки.
Нацу уже давно заметил за собой, что ему нравиться улыбка волшебницы. И даже не просто нравиться, он любит её. Любит эту улыбку. Потому, что она настоящая. В ней никогда нельзя было заметить фальшивости и натянутости. Эта улыбка всегда была яркой и источала столько света и тепла, что погрязнувший во тьме человек точно бы задохнулся под натиском такой улыбки. Неважно, весело или грустно, её улыбка всегда грела душу.
Эту улыбку хочется защищать. Хочется, чтобы она никогда не затухала и дарила всем радость, как и Нацу. Ведь эта улыбка, как солнышко. А если солнышко потухнет, спрячется, исчезнет, уйдёт, то никто уже не будет радоваться жизни, как радуется сейчас.
Но Нацу доводилось один раз видеть улыбку, ту, что не похожа на «солнышко» ни капли. Эту улыбку можно было скорее называть луной. Когда на лице Хартфилии играла она, Драгнил почувствовал какую-то пустоту и одиночество вокруг девушки. Её глаза в тот момент были настолько грустны и печальны, что паренек просто чуть не сошёл сума.
Но эта улыбка была по-своему прекрасна. Луна, так же, как и солнце, освещает дорогу. Хоть луна и не так ярко светит. Свет луны мягок и радует взгляд. Такой чистый и приятный свет.
Но Нацу не только улыбка нравилась. Её волосы, глаза, голос и даже характер. Всё это нравилось Драгнилу, и нравится сейчас. И это чувство, когда она находиться рядом. Тепло, приятное тепло, разливающееся по всему телу. Запах. Да, этот запах он не спутает ни с чьим. Приятный аромат кофе с корицей, перемешанный с запахом весны. Этим запахом он никогда не сможет насладиться полностью. Сколько бы раз не пытался, не получалось. И даже сейчас, находясь с ней так близко, он не может.
А какой у неё приятный голос. М-м-м, он готов слушать его целую вечность. Хоть Нацу никогда не слышал, как она поёт, но был уверен, что даже самые прекрасные богини музыки начали бы выть от зависти.
Руки. Такие нежные и маленькие. Порой Нацу удивлялся тому, как много она может сделать ими. Этими руками она может не только приготовить Нацу почти, что шедевр кулинарии. Она может протянуть руку помощи. И если понадобиться, побить Нацу. А сколько раз эти руки спасали его во время поездок. Ведь Саламандра сильно укачивает в транспорте.
Её волосы были мягкими и тонкими. Нацу называл их мысленно паутинками. Красивыми золотыми паутинками.
И глаза. Эти глаза цвета молочного шоколада он любил так сильно, что иногда пугался своей любви. Настолько сильна она была к этим бездонным очам.
Он любил абсолютно всё в ней и не хотел отдавать её никому.
Но как бы это ни было банально, он до сих пор думает, что любит её только, как напарницу, как согильдийца, как сестру. Однако сам не раз замечал, что в первую очередь несётся спасать её.
Нацу ещё глуп, ведь он, как маленький ребёнок. И это давно уже все знают. Но каждый начинает замечать, что Нацу смотрит на Люси по другому. Он смотрит на неё слишком нежным взглядом.
Саламандр всё так же находился в крепких, но нежных объятьях Люси. Он перебирал волосы Хартфилии, иногда останавливаясь и проводя пальчиками по лицу волшебницы. Он трогал её идеальный носик, пухлые розовые губы, длинные золотые ресницы, или просто поглаживал румяную щёчку.
Хартфилия, не замечая таких действий, продолжала спать. И, Драгнил даже знал, почему.
FlashBack.
— Люси-и, пошли на задание. Я рыбки хочу, — ныл бедный Хэппи. У них с Нацу деньги закончились три дня назад. И котик уже четвёртый день помирает с голоду. Хорошо, что хоть в гильдии и у Люси перекусывает. — Ты прав, Хэппи. Надо идти на задание. Денег вообще почти не осталось. Хорошо, что хоть за квартиру заплатила, — сказала, погрустневшая, Хартфилия. — Я аж воспылал, -—внёс своё Нацу.Еnd flashBack.
И всё бы ничего, если б это задание не оказалось повышенной сложности. Сам заказчик об этом даже не догадывался. Но в конце всё-таки повысил плату до нужной. И на место 900.000 драгоценных они получили 3.000.000 . Не хилые денежки все трое забабахали. Хорошо, что хоть не в городе сражались. Их команда не ожидала, что противник будет сильным, и в начале их чуть потрепали. Но уже через полчаса враг был вынесен. Правда, Люси как всегда досталось. Нацу провёл большим пальцем по затягивающейся ране на плече Хартфилии. После мази Полюшки от этой раны осталась лишь небольшая царапина, которая к вечеру уже заживёт. Драгнил вспомнил, как тогда испугался. Когда один из магов напал на Люси и чуть не ударил своей косой. Люси может, и успела увернуться от удара. Но лишь на несколько секунд опоздав, она получила глубокую рану на плече. В тот момент, когда парень увидел кровь у напарницы, он вынес сразу же трёх магов. И, как успокоился, видя, что напарнице ничего страшного не угрожает. Однако рану стоило бы обработать. Поэтому они побыстрее справились со всеми и пошли к Полюшке. Нацу тяжело вздохнул и прикрыл глаза. Он не понимал, что с ним происходит, и это его раздражало. Хоть всё раздражение проходило, стоило только взглянуть на Хартфилию, но сам факт того, что Драгнил что-то не понимал в себе, бесил его. Неожиданно Люси вздрогнула, и Нацу убрал свою руку с плеча заклинательницы. Хартфилия начала открывать глаза, Саламандр заворожено наблюдал за девушкой, а та, в свою очередь, уже почти проснулась. Сонно моргая, Люси посмотрела на напарника. — Нацу? Ты же уже давно не спишь, почему не встал? Приготовил хоть что-нибудь. — Люси не была недовольна, просто привыкла видеть лицо Драгнила каждый раз, как просыпалась. А Нацу не обратил на это особого внимания. — Так я бы уже давно встал, если бы ты не держала меня так крепко, — улыбнулся своим словам розововолосый. Сначала Люси не поняла, о чём говорит Нацу, но когда посмотрела на свои руки, быстро их убрала, при этом сильно покраснев. — П-прости, — она приподнялась на локтях, — а, где Хэппи? — удивление послышалось в голосе. — Вот тут, — приподнимая одеяло, Нацу указал на голубой комочек. Люси погладила высшего и, услышав урчание, широко улыбнулась. Осторожно, чтобы не разбудить Хэппи, она встала с кровати и подошла к шкафчику. В это время за ней наблюдал Драгнил. Он рассматривал её стройное, красивое тело, и не мог оторвать взгляд. Он смотрел на то, как она достаёт полотенце, нижнее бельё, халат. «Стоп! Нижнее бельё?» - подумал Нацу очнувшись. — Ты в душ, Люси? — Да. Вчера я не смогла помыться. Так что пойду сейчас. — Хорошо... Люси скрылась за дверью, а Нацу начал рассматривать потолок. Но он никак не мог увидеть белую поверхность. Перед глазами всплывали картинки. А на них был никто иной, как Люси Хартфилия. — Что же ты делаешь со мной, Люси? — обречённо вздохнул Нацу, гладя Хэппи по голове.
