Бирюза с примесью зелени

      Утро понедельника ничем не отличалось от утра воскресенья или той же субботы. Все так же было сыро, мокро и ветрено. Сакура чувствовала продирающий до костей холод, добираясь до школы. Пальто уже не спасало, пора было доставать теплую одежду.       Мерзкий, отвратительный, ледяной дождь колкой крошкой забивался под ворот пальто, царапал глаза и оседал в волосах. Гладко причесанные и прекрасно выглядящие волосы медленно обвисали грязно-розовыми сосульками.       Сакура шагнула за ворота школы с облегчением. Убрала промокшее пальто в шкафчик, предварительно запихнув его в какой-то пакет (когда-то в нем лежала ее сменка, но это неважно), пригладила влажную шевелюру и зашагала в поиске кабинета физики.       В аудитории было совсем немного учеников. Сонные и усталые лица очень контрастировали с сидящей на третьей парте среднего ряда Ино. Она казалась генератором солнечной энергии в этом сером помещении с портретами Марии Склодовской-Кюри, Ньютона, Броуна и прочих деятелей, вложивших огромный вклад в развитие гребаной физики. Харуно немного завидовала ее способности выглядеть отлично всегда. — О, Сакура! Приветик! — Яманака выловила взглядом ее мокрые волосы, усталое лицо и мигом все поняла. — Пошли-ка…       Увлекаемая за руку куда-то в сторону туалетов Харуно чувствовала растерянность и смущение. Староста этого не замечала и продолжала почти-бег. Ну еще бы. До начала уроков — семь минут!       В туалете было совсем уж безлюдно, но это только к лучшему. Потому что Ино поставила Харуно напротив квадратного зеркала, вытащила из своей прически шпильку, прикусила ее зубами (так, чтобы не смазать бежевую помаду!) и начала зачесывать волосы Сакуры назад. Выходило так себе, но Яманака не выказывала беспокойства.       Собрав волосы в высокий хвост, она несколькими движениями свернула волосы в не очень тугой жгут, скрутила в пучок и каким-то образом закрепила его шпилькой. Отошла на шаг, полюбовалась, показала большой палец и кивнула на сушилку для рук: — Подставляй голову.       Сакура обалдело выпучила зеленые глаза, но послушно нагнулась. Сушилка была громкой. Горячий воздух обдавал голову, щекотал уши и вспушивал волосы на висках. Спина начала затекать. Как назло затрезвонил на все коридоры звонок. — Ну ладно, пошли. На следующей перемене досушим, — Ино довольно цокнула языком и поправила прядь чужих розовых волос.       Физику Харуно отсидела нервно, постоянно оправляя лезущие в лицо тонкие прядки. Закончилась ручка, — как назло — пришлось одолжить у Чо. У нее были только черные гелевые, так что записи в тетрадке на сегодняшнее число были подмазанными (а руки в черной краске), кое-как нацарапанными. Сакура даже не представляла, как будет заучивать этот конспект. Придется зубрить параграф, который длинней, чем вся ее жизнь.       Перемена настала быстро. Ино поманила ее пальцем и первой вышла из класса.       Харуно поспешила за ней, надеясь, что в туалете не будет кучи девчонок. Не хотелось как-то сушить голову под насмешливыми взглядами. А с влажными волосами ходить еще стремнее. Так и заболеть можно. Выходя в коридор, она не заметила впереди долговязую фигуру. Нос жалобно заныл. Сакура отпрянула от того, с кем столкнулась, буркнула под нос извинения и отправилась дальше, не поднимая головы. — Карлсон, ты пиздецки невезучая! — раздалось сзади. Широкая ручища больно шлепнула ее по макушке и там и осталась. Ощупала голову. — Слышь, ты чего это с мокрой головешкой ходишь? Без зонтика, что ли? — Хидан притянул ее поближе за плечо и, надув губы, ощупал затылок. — Не, ты больная совсем. — Ты нас задерживаешь, — хмурая Ино дернула бровью, подходя сзади. — Нам нужно высушить голову за десять, точнее уже за восемь минут.       Цепкая ладошка старосты ухватила Сакуру за запястье и потянула на себя. Харуно обиженной себя не почувствовала, наоборот порадовалась! Не хватало еще в коридоре с Мацураши стоять и разговаривать. На нее и так некоторые школьники косо смотрят. В туалете сидели какие-то младшеклассницы, сгинувшие мигом после одного взгляда Яманаки.       Сакура распустила волосы, уселась на корточки под сушилку и терпеливо ждала, пока Ино не скажет «хватит». Кошмар, конечно, но на что не пойдешь ради здоровья. — Ну, вроде нормально, — с сомнением вздохнула Яманака и подергала ее за локон волос. — И даже вьются. Давай расчешу.       Сакура покорно стояла напротив зеркала уже второй раз за день и наблюдала, как пушистая от горячего воздуха копна становится небрежной укладкой. Мягкие, едва заметные волны и правда остались, как напоминание о пучке. Харуно не представляла себя кудрявой, но положилась на Ино. — Кто у нас такая красотка? — Яманака прищелкнула языком и погладила одноклассницу по голове. — Погоди-ка. У меня есть идея.       Приговаривая что-то об схожих цветах кожи, Ино вытащила из кармана пиджачка плоский тюбик. Заставила Сакуру приоткрыть рот и мягкими движениями нанесла бежевую помаду на сухие искусанные губы. — Ты слишком красивая, — как-то ревниво заметила староста и склонила голову набок. — Она тебе идет больше, чем мне. Обидно-о.       Всю литературу и японский язык Сакура просидела, вертя слова Яманаки в мыслях. Неужели она и правда красивая? На самом деле, лучше б думать о метафорах и градации, чем вспоминать всякую ерунду, но все эти гротески, перефразы, антитезы в одно ухо влетали, а в другое вылетали.       И ничего не поделать, потому что навязчивость идей — это было редким, но крайне липучим состоянием у Харуно Сакуры.       Почему кое-кто даже не смотрит на нее, если она такая красивая?       Нет, если Пейн все-таки не просто друг этой Конан, то Сакура уйдет в траур.       Что-то маленькое, но твердое врезалось в затылок. Девушка вздрогнула и едва сдержала порыв обернуться. Сейчас бы на себя внимание учителя обратить, это учитывая то, что определение «фантасмагория» в голове так и не осело.       Она опрокинула на пол свой зеленый карандаш с грязным ластиком на противоположном от наточенного края кончике. Нагнувшись, чтобы поднять, захватила и комок бумаги. На измятом листке красовались человечек из серии «палка-палка-огуречик». Безголовый. Голова была нарисована отдельно, насаженная на кол. Записка шла с подписью: «Тты, Харуно».       Сакура пожала плечами, сворачивая недо-записку обратно в мятый грязный комочек. И чего она такого сделала, раз ей угрозы присылать начали? Сто процентов Хидан во всем виноват со своими демонстративными воплями на весь коридор. Надо будет поговорить с ним насчет этого. Харуно украдкой зевнула в кулачок, когда учительница отвернулась к темно-зеленой доске. Как же скучно. — Я в медпункт, — заявила Тен-Тен, сразу после звонка улегшаяся на парту. — Голова просто раскалывается. — Давай проводим, — Чо обеспокоено метнула взгляд на меланхоличную Сакуру. — Идем, — пожала плечами Харуно и нехотя поднялась из-за такой родной парты.       Медпункт радовал отсутствием медсестры, но вполне доступной аптечкой. Тен стащила оттуда таблетку анальгина и подмигнула подругам: — Теперь и идти можно.       Сакура вышла из помещения первой и тут же наткнулась взглядом на знакомые серые глаза. Пейн стоял напротив с ворохом каких-то бумаг в руках, смотрел внимательно на ее волосы. Харуно, занервничав, зачесала их ладонью назад и сдала назад. Но Тен-Тен, которой не терпелось запить таблетку водопроводной водой из-под крана в туалете, весомо толкнула Сакуру вперед и протиснулась мимо нее. — Здрасьте, — она нагло помахала главе Акацук ладонью и подхватила подругу под локоть. — Карлсон, у нас нет времени!       На что времени нет? На то, чтобы до туалета за пару десятков секунд дойти? Но Харуно протестовать не стала. Это отлично, что Такахаши вмешалась. Иначе сколько бы она там простояла, пялясь, как дурочка?       Сакура наблюдала, как одноклассница смешно фырчит, пьет воду из ладошек и жалуется на просветы между пальцами. Из-за них же вода утекает! Чо стояла, прислонившись к двери кабинки, и нервно поддергивала ногой. Видимо, ей не нравилась перспектива опоздать на географию. Она периодически напоминала о себе недовольным хмыканьем и стуком каучуковой подошвы узких балеток об пол. Тен стряхнула с ладоней воду, обрызгав все вокруг, и показала большой палец. — Идем!       Сакура черкала по контурной карте все той же гелевой ручкой, отмечая границы стран Европы с федеративной формой управления. Что может быть скучнее этого бесполезного занятия? Ну серьезно, что?       Но географичка считала иначе, давая самостоятельную работу. Харуно терпеть не могла эти атласы, контурные карты и прочую дичь, которая требовала кучи времени. Проще набросать табличку с этими же странами на тетрадном листе за десять минут и сдать. Но кто тут идет легким путем?       Под монотонный голос географички можно было заснуть. Кто объясняет, когда ученики и так самостоятельную делают? Нихрена же не понятно потом будет! Когда зазвенел звонок, Сакура облегченно выдохнула, захлопнула контурную карту, отнесла ее на учительский стол и вернулась за парту. Мидори клевала носом, поправляла потрепанные постоянным запусканием в них рук волосы.       Сонная атмосфера мягко окутала и Харуно. Потянуло на зевки, тоже захотелось прилечь на парту, как делали сейчас многие одноклассники. Перемена достаточно большая, так что подремать можно. — Карлсон, за мной! — горячие пальцы ухватили ее за висящую вне поверхности парты ладонь и дернули, как следует.       Мацураши был бесчувственным кабаном. И руки у него были крепкие. Хрен вырвешься. Сакура искренне не понимала (хоть и старалась): чего этому мудаку от нее надо? Да, они погуляли по выставке, да, сожрали кучу сладостей на автобусной остановке (потому что дождь пошел). Но это совсем не дает ему возможности тащить ее чуть ли не за шиворот хрен знает куда! Может, скандал устроить?       По лестнице вверх до конца коридора. Неприметная дверь широко распахнулась, стукаясь об стену. Хидан впихнул девушку в помещение и заорал: — Где этот ебучий фен?!       Ошалевшая Харуно чуть назад не сдала, углядев, что кроме нее и Мацураши в комнате еще и преспокойный Пейн, Конан и Сасори. Последний демонстративно закатил глаза и снова уткнулся взглядом в телефон.       Комната была оформлена под рабочий кабинет, только стол большой и компьютеров несколько. Даже окно было прикрыто строгими серыми жалюзи. Тут было много стульев, которые наверняка мешали движению по комнате. Харуно пихнули на один из них, вручили конфету и посоветовали сидеть тихо. Она кинула вопросительный взгляд в сторону Конан, наблюдавшей за всем этим с удивлением на лице. Хаюми загадочно подмигнула.       Щелкнуло что-то за спиной. Мощный поток горячего воздуха врезался девушке в затылок. Не ожидавшая такой подставы Сакура пискнула, соскочила со стула и метнула леденцом в Хидана. Тот поймал карамельку одной рукой и заржал: — Садись обратно, Карлсон. Ща тебе твою тыкву просушим. — Она и так сухая, — со страху голос сел. — Не надо! — Простудишься, — спокойный низкий голос раздался совсем уж неожиданно. — Хидан очень постарался, чтобы найти фен. — Спасибо, Хидан. Спасибо, что попытался мне помочь. Но как я с таким голосом отвечать на уроках буду? — прокашлялась Сакура, старательно игнорируя Пейна. — Нашла проблему, — отмахнулся. — Садись, сказал! Иначе приду к тебе вечером!       Это уже была реальная угроза.       Теплый воздух ворошил волосы, раскидывал их в разные стороны и трепал, удерживая пряди в своих потоках. Сакура послушно терпела, пока Мацураши просушивал ее затылок. Там волосы и правда были влажноватыми. Экзекуция длилась минуты три, после чего Хидан щелкнул выключателем. Харуно зачесала шевелюру ладонью назад, чтобы хоть как-то пригладить. — У вас, возможно, не будет последнего урока, — Конан подарила Сакуре добродушную улыбку. — У химика непредвиденная контрольная у старшеклассников. — Спасибо за предупреждение, — Харуно вернула улыбку и поспешила сбежать подальше от обитателей этой комнаты.       Хидан за ней не пошел — и слава богам!       Волосы все еще были теплыми, но остывали быстро. Сакура с сожаление потерла прядь между пальцами и мечтательно вздохнула. Ах, вот уже и фен для нее ищет. Так. А если он — не дай Ками — в нее влюбится? Такому балаболу откажи… Харуно схватилась за голову. Так. Хватит с нее контактов с этим придурком. Подружили? Ну и хватит. Тем более, ей записки уже кидают с содержимым неприятным. Оно ей надо?       Конан оказалась права — химии не было. На лицах одноклассников была такая неприкрытая радость, что если зайди сейчас старичок-химик в класс, то всех хватил бы удар. — Домой-домой-домой! — воскликнула Тен-Тен, прежде чем выскочить за пределы класса с расстегнутым рюкзаком.       Вслед за ней убежала и Мидори, чуть не сбив стул коленом. Сакура тоже поспешила сбежать их класса. Домой хотелось так, что все внутри закладывало. Обувшись и натянув на себя мокрое пальто, отлежавшееся в пакете и пропитавшееся дождевой водой как следует, Харуно выглянула на улицу с крыльца школы и страдальчески вздохнула. Пока она решалась сделать шаг под не закончившийся дождь, неподалеку прописались члены баскетбольного клуба. Кажется, не одна она такая несчастная. У ребят тренировка отменилась. — Эй, Карлсо-он! — пронесся знакомый клич. От толпы баскетболистов отделилась высокая долговязая фигура.       Сакура сразу поняла, что под дождем не так уж плохо. Романтика! Но сбежать ей не дали. Мацураши ухватил ее за ворот пальто, присвистнул и дернул на себя. Вот как-то так Харуно оказалась вжата в его торс всем своим тщедушным тельцем. — Еба-а-ать… — протянули ей на ухо. — Харуно, ты что, охуела? А ну-ка снимай свою накидочку! — К-какую еще накидочку, — просипела Сакура, вмиг потеряв голос. — Отстань, мне домой надо.       Но Хидан, даже обряженный в рыжие дурацкие шорты и такую же рыжую майку, выглядел грозно и отставать не собирался. Приказав стоять и никуда не уходить, он направился в сторону своего шкафчика.       Сакура послушно стояла у выхода, держа в руках промокшее пальто, и ждала. Мелькнули где-то впереди рыжие волосы. Харуно по привычке сфокусировала взгляд на приближающемся объекте и мигом отвернулась в другую сторону. Если прикинуться, что она его не заметила, то ничего не случится. Но вот он притворяться, что ее взгляда не заметил, не стал. Остановился напротив, загораживая обзор на улицу. — Все в порядке? — бровь дернулась вверх и застыла вопросительно. — А… Ну да. Вроде, — болванчиком закивала Сакура, кляня не вовремя вспыхнувшую косноязычность.       Серые глаза внимательно прошлись по пальто, влажной обуви (хорошо, что ее Хидан не заметил). Харуно стояла под этим сканирующим лазером и краснела от непонятно чего. Неприятно. — Во, держи! — на плечи ей опустилось что-то тяжелое. — Так хоть не сдохнешь от холода.       Хидан, как ты вовремя! Только вот Пейн, кажется, так не считал. Очень уж красноречиво у него дернулось веко. — Сам-то как пойдешь? — Сакура, погребенная под тяжестью его куртки, едва смогла повернуться к старшекласснику лицом. — У меня толстовка есть, — ладонь встрепала розовые волосы и натянула Харуно капюшон чуть не до носа. — Так что не сцы. Вали уже, на автобус опоздаешь! Пейн, ты там чего застыл? Пошли, там тебя Конан разыскивала.       Уже сидя в автобусе, Сакура поняла, что пальто все еще держит в руках, сами руки трясутся, а внутри поселилось какое-то очень обидное ощущение. Вернуться бы да отдать эту огромную куртку, но домой так хочется…