Так получилось

У Минсока проблема. Большая. Гигантская. Колоссальная проблема. Ему нужно подарить что-то Луханю на День святого Валентина, и он даже знает что, беда только в том, что он в жизни этого не делал. Ну в смысле вообще. Минсоку предстоит проделать подарочный минет. Гугл встречает его адовым количеством ссылок. Правда, там ни одного обучающего видео, а сплошное порно, и на тринадцатом ролике Минсока начинает натурально подташнивать, потому что на лицах тринадцати дев всевозможной наружности нет ни капли удовольствия, только стоическое терпение и капли чего-то другого. Час назад Минсок был не против попробовать, но теперь он уже что-то не уверен. Если уж профессионалам члены во рту не нравятся, Минсоку вообще ловить нечего. Лучше бы он сам шоколадом обмазался. Почему у Луханя на шоколад аллергия. ** Минсок, наконец, находит коротенькую художественно-популярную заметочку в каком-то журнале на тему как доставить парню удовольствие. И тут его поджидает первый неприятный сюрприз — он почему-то думал, что языком не будет касаться. То есть все понятно, но блин… От одной мысли Минсоку не по себе становится. Он раньше не думал, где находится член, когда дева на экране берет его в рот. Да ладно, он вообще о членах в таком контексте не думал. Вечером, когда Лухань, разомлевший в томной неге, лезет к нему с посткоитальными поцелуями, Минсок прикидывает диаметр измеренного на глазок члена. — Ми-и-и-ин, — тянет Лухань, касаясь губами шеи. — Уйди вообще нафиг от меня, — Минсок ежится, безуспешно пытаясь выкинуть картину побывавшего в нем члена из головы. — Я явно люблю тебя слишком сильно. — Я тоже, — на Луханя до сих пор это магическое влияние оказывает. — Люблю тебя. — Не смей пристраиваться еще раз! ** Минсок решает начать с банана. В конце концов, считается же банан эротическим фруктом. Он покупает три штуки, моет, старательно не представляя вместо них член, кладет на стол и садится напротив. Сглатывает. Ужасно не хочется, но Минсок должен. Он раскрывает рот и засовывает банан. Шершавая поверхность трется о губы, все не так уж плохо, пока Минсок не решает его вытащить. Мда, вряд ли Луханя эти два сантиметра обрадуют. Минсок искренне думал, что засовывал дальше. Он повторяет и на всякий случай чуть сжимает зубы, чтобы остался след, измеряет линейкой. Даже полтора. Лухань, конечно, переживает, что у него член маленький, но не настолько. Минсок стискивает зубы и подносит банан еще раз. Потом вспоминает, что зубы стискивать как раз не надо. Открывает рот и засовывает банан возвратно-поступательными движениями, надеясь, что с каждым разом подальше. С бананом вроде бы ничего, он, конечно, не мечта, но все же лучше ожидаемого. Минсок открывает заметочку, прямо с бананом во рту, и обнаруживает, что возвратно-поступательные движения должен был совершать он, а не член. Что, в общем, логично, члены на теле крепко сидят. Минсок выпускает банан, замеряет глубину (три сантиметра) и смотрит на него со всех сторон. То есть он должен втянуть этот самый банан в рот. А банан, следовательно, должен втянуться. Минсок очень критически относится к своей способности что бы то ни было втянуть, но решает попробовать. Он сглатывает, прочищает горло, открывает рот и кладет банан на нижнюю губу. Вот дальше проблема. С какой силой сосать? Минсок раньше никогда такое не делал с бананами, вдруг у него не получится, мало ли. А вдруг получится? Что тогда делать, прямо сразу минет? Минсок представляет, вдыхает с ужасом и давится половиной банана. Проклятый эротический фрукт застревает где-то в горле и отламывается, Минсок выплевывает остатки, кашляет и клянется больше никогда. Половина банана и два целых молчаливо напоминают, что все равно придется. Вернувшийся пораньше Лухань застает его пыхтящим над третьим экспериментальным бананом. ** Минсок решает изменить стратегию и первым делом поработать над введением. Он вдумчиво изучил порноролики и теперь точно знает, что за чем идет. Сначала облизать, потом всосать, потом возвратно-поступательные движения головой до победного. Если победный не наступает на первой минуте, еще раз облизать и всосать. Как облизывать, он себе примерно представляет, нужно потренироваться с засасыванием. Минсок покупает себе чупа-чупсы и тренируется до отвращения к сладкому. По вечерам он засасывает, выталкивает языком, ощупывает неровности и поворачивает без помощи рук. Минсок в жизни не знал, что можно столько всего языком сделать. И все бы ничего, но Луханя почему-то его тренировки возбуждают до крайности. — Миньшо, — Минсок терпеть ненавидит, когда Лухань называет его вот этим вот китайским прозвищем. Каждый раз это секс-марафон на полночи. — Миньшо, булка моя… — Убью нахер, — Минсок пытается отпихнуть настойчиво лезущего в штаны Луханя, но куда там. — Мне работать завтра. — Я сделаю как ты любишь. Минсок не против секс-марафонов в принципе, но не ежедневно. Проблема не только в том, что на работе иногда нужно сидеть — Минсок сам заводится на счет раз, а секс с Луханем выматывает. На второй неделе тренировок Минсок уже жалеет, что Лухань стайер. Отстрелялся бы, блин, за пять минут и отстал. — Что ты лезешь ко мне вообще, что тебе тут, медом намазано? — У тебя сладкий соблазнительный рот, — Лухань тянется и проводит языком по его губам. — Давай ты не только на леденцах… — Минсок смотит на него с нескрываемым ужасом. — Ладно, ладно, я понял. Можно хоть помечтать? Судя по пальцам, ласкающим между ягодиц, мечтать Лухань собирается в абсолютно практической плоскости. ** Минсок смотрит на стол и вздыхает. Ему предстоит сделать сложный выбор между огурцом и колбасой, банан был отвергнут по причине ломкости. Вчера он обследовал вставший член Луханя с линейкой и теперь точно знает все нужные параметры. И даже подрочил для верности, чтобы замерить глубину погружения. Лухань остался в недоумении, но кончил, как полагается. Правда, всю ночь не давал спать вздохами на тему «Он все-таки маленький? Минсок, скажи, я тебя не удовлетворяю?» Минсок под утро так озверел, что пообещал сам его отыметь. Лухань сказал, что морально готов, если так они смогут быть вместе. Пришлось перед уходом сказать, что размеры Луханя — последнее, на что он вообще обращает внимание. Главное, не сантиметры, а мастерство. После мастерства Лухань немного воспрял. Минсок по очереди дрочит огурцу и колбасе и приходит к выводу, что оба нужной кондиции. Колбаса на первую, так сказать, половину действия, огурец на вторую. Он чистит колбасу, зажимает ее в кулаке и проделывает все то же самое, что с чупа-чупсом. Колбаса холодная, скользкая, ее облизывать сложнее, чем чупа-чупс, но Минсок постепенно справляется. Если у Луханя будет такой же, он, пожалуй что, справится. Ну или… Минсок бы честно хотел заглатывать как девы в порнороликах, по самое горло, но нет. Даже любовь к Луханю неспособна победить рвотный рефлекс. Минсок вытаскивает изо рта колбасу и берет огурец. Он, конечно, ровный, гладкий, и Минсок помыл его от всякого лишнего, но колбаса ему все равно как-то ближе. Он честно тренируется на огурце пару минут, прикрыв глаза от отвращения, как вдруг приходит Лухань. Минсок едва успевает изо рта огурец вытащить. — Минсок? А что ты такое странное делаешь? — Сэндвичи. — Какие сэндвичи? У нас же хлеба нет. Мозгов у него нет, думает Минсок, куда уж тут с хлебом. — Вот поэтому они и странные. ** Вечером четырнадцатого февраля Минсок сосредоточен и безжалостен. Едва Лухань переступает порог, Минсок отправляет его в душ с наказом помыть все как следует. А если не справится, Минсок сам проконтролирует. Лухань было начинает заигрывать, наивно полагая, что это прелюдия, но нет. Минсок засовывает его в душ и моет во всех труднодоступных местах, а выступающую часть так даже два раза. У него, в конце концов, на нее планы. — Я что-то не то сделал? — тушуется Лухань, распластанный на постели. — Помнишь, какой сегодня день? — Ну… День всех влюбленных? — Да. И у меня есть подарок, так что терпи. — Ты бы сказал, мы бы уже давно поменялись. — Это ты мне на Белый день подаришь. — Л-ладно… А что делать-то? — Лежи. — Минсок садится рядом и гладит его живот. Лухань реагирует правильно. Минсок его не первый день знает, Луханя заводит, когда Минсок сам ласкает и смотрит. Еще быстрее, чем когда Лухань касается его сам. — И запоминай, потому что больше я этого в жизни не сделаю. — Чт-что не с… — Лухань давится вопросом, потому что Минсок наклоняется и берет его уже похожий на колбасу член губами. И да. Он абсолютно точно, ни при каких обстоятельствах, не повторит это еще раз. Член соленый, скользкий, горячий и вообще не похож на леденец и колбасу. — Мин… — Заткнись и получай удовольствие, — Минсок смотрит искоса. — Стой, подожди. — Лухань привстает и на самом деле придерживает его за плечо. — Я хочу видеть. — Да что там видеть-то?! Во рту отвратительно. Сколько им там в порно платят, что они соглашаются. — Тебя. — Лухань садится на постели, спихивает его на пол и заставляет сесть между ног. — Если раз в жизни, я хочу самый лучший обзор. — На телефон еще сними, извращенец. Лухань тянется и в самом деле берет телефон. Минсок закатывает глаза. — Можно тебе на лицо кончить? — Только не в рот. В рот он точно не переживет. — Ладно, давай. Я готов, — Минсок садится поудобнее и берет его член. — Мин? Ты лучший. Лухань ослепительно улыбается. Минсок явно любит его слишком сильно.