Маленькая Италия.

— Мне кажется ты перестарался, — блондинка перевернулась на спину, — он уже походит на безмозглый овощ. — Ему полезно, — парень не глядя затушил бычок в пепельнице, — он восемь лет издевался на до мной. Ты не представляешь, что такое унижение изо дня в день. нет меня ни кто и пальцем не трогал. В то время я радовался этому. А сейчас понимаю, эта сука сделала все, что бы невозможно было доказать травлю. Его слово против моего слова. и естественно мне бы не поверили, а других доказательств его причастности к издевательствам и травли просто не существовало. Ведь любой синяк стал бы его смертным приговором. — А в тот раз? — девушка подобралась. — Увы и ах, не мне, не тем более тебе не было ни какого дела до синяка, мы были слишком заняты. Экзамены, переезд, свадьба, новые ощущения. Для меня было шоком все, что только начинало связывать меня, теперь уже, с моей семьей. Твое появление было шоком. Учителя готовы были упасть в обморок, от трепетного ужаса перед твоей персоной. Ты внушала святой трепет перед сильными мира сего. А для меня ты казалась чем-то внеземным. Таким прозрачно-легким. На что можно только молится и не дыша внемлеть. Но ровно через сутки все это разбилось на миллиарды мельчайших осколков непринятия. Злая сука с замашками порядочной твари. Такой ты предстала в самолете. безжалостно выкинуть свою мать из жизни, так еще и презирать ее за содеянное. Я забитый и запуганный, свято верующий в идеал добра и мира, не мог принять тебя и твою жизнь. А потом как ты и обещала начался кромешный ад. — Высказался? — красивое лицо, потемнело, и стало напоминать восковую маску. — Нет, — парень посмотрел в опустевшую пачку сигарет. — То продолжай, — блондинка подгребла под себя подушки, — лучше правда, чем ненужная и грязная ложь. — Ты уверенна? — Костя с задумчивостью смотрел на такую непривычную сестру, за год ему доводилось лишь несколько раз видеть ее такой, и тогда это была будущая глава мафии, а не девушка с которой можно поговорить по душам. — Да, — твердый ответ и Кап кидает брату нераспечатанную пачку. — Для тебя тот мир был обыденностью и рутиной, для меня же это было противоположным моему убеждению вещь. Деньги правят всем. Секс это развлечение. На вершине только сильнейшие. Твои мозги ни что не зная. И еще тысячи утверждений ломающих привычную картинку мира. в первый вечер в качестве сестры ты мне сказала, что обсуждать будут все. Я не верил, до последнего не верил. Но и это убеждение сгинуло в пучина новой жизни. Опять же как ты и обещала, ровно через три месяца. Первого сентября, вступив в класс вслед за нашей потаскушкой, первое, что я услышал, была фраза: « — Я его бы оттрахал». для меня стало шоком. Парень, вице президент потока, а такие фразы. Это позже гораздо позже, когда он стонал по до мной, я припомнил ее ему. А в тот момент от стыда я готов был сгореть. А ты вместо поддержки всего лишь фыркнула. Неделю ровно столько я терпел. Потом же через стыд и совесть я сам пришел к тебе. Ретроспектива. — Кап? — парень осторожно постучал в приоткрытую балконную дверь. — Я тут, — веселый голос раздался из глубины помещения. — Ты не занята? — блондин вошел и остановился на пороге комнаты. — Да вроде нет, — девушка потянулась на кровати, и сняла очки, — ты что-то хотел? — Понимаешь, — Костя замолчал. — Да, говори, не съем я тебя, — Каприз перевернулась и вопросительно уставилась на парня. — Мне неприятны подколки по поводу секса, — он покраснел до кончиков ушей, — как от них избавиться? — Просто докажи, что ты лучший, — блондинка флегматично пожала плечами. — Что? — глаза брата вылезли на лоб. — Иди сюда, — девушка похлопала рядом с собой, и дождалась пока собеседник приблизится, — глаза не закрывай, и пытайся повторять за мной. Мягкие розовые губки аккуратно коснулись сухих и покусанных, поймали судорожный вздох. Язычок пробежался по нижней и легко задел верхнюю. Карие глаза внимательно смотрели за реакцией. После нескольких прикосновений к языку присоединились зубки. Конец Ретроспективы. — Ты не поверишь какой шок я испытал в тот момент. Мой первый поцелуй был таким странным образом осквернен и опорочен. Потом началось мое «воспитание». Черт я ни когда не забуду свой первый минет. Твои губы это нечто. И так проходили дни, и в какой-то момент секс превратился в рутину. В простую игру, для снятия стресса. Я перестал рассматривать его, как сокровенное между любимыми людьми. В мою постель стали попадать все кого я хотел в ней видеть. Люди стали игрушками, а жизнь бесконечной игрой на выживание. — Ты жалеешь? — розовые губы собрались в тонкую поджатую линию. — Ты о чем, — парень зло хохотнул, — надо быть последним кретином что бы променять, то что сейчас имею я, на то, что было до этого. Возвращаться к образу всеми чмыримого ботана ни стал бы ни кто. — Тогда зачем ты снова прогоняешь одни и те же мысли? — девушка соскользнула с кровати. — Это помогает не забыть, — блондин снова затянулся. — И что же? — Кэприсия встала рядом и подкурила. — То что я больше не беззащитный мальчик для битья, — недокуренная сигарета была смята в дрожащих пальцах. — Психология была для этого? — карие глаза внимательно осмотрели дрожавшую от накала нервов фигуру. — Не только, — Константин схватил сестру в охапку и повалил на кровать, — это помогает справляться. Я слишком привык анализировать и искать подвохи, ожидая очередного удара в спину. Единственная девочка в классе относящаяся ко мне с добром, была очарованна и оттрахана на глазах всего класса. Знаешь кем? Артемом. Он забывает их как только они покидают его кровать. А для меня она была лучиком надежды. — И что дальше? — острые ногти аккуратно почесывали взлохмаченную макушку. — Она перевелась, — парень еще глубже зарылся, в пропахшие деньгами и сломанными жизнями, белокурые кудри. — Ты решил за нее отомстить? — девушка даже не пыталась вырваться из стальной хватки. — Нет, — Костя вновь замолчал. — Тогда зачем ты организовал эту поездку? — карие глаза застыли, снова просматривая первые отчеты. В них было написано все это и даже больше. Но из уст брата все это звучало куда более мерзко, чем на бумаге. — Я хочу отомстить за себя, — блондин перекатился и сел верхом на бедра девушке. — Полегчает? — светлая бровь приподнялась в издевательском вопросе. — Нет, — тяжело вздохнув он опустился на мягкое тело под ним. — И не поможет, — Каприз обняла вздрагивающие плечи, — даже если ты его убьешь это не поможет. — Я знаю, — Костя руками обнял белокурую голову. — Тогда еще раз спрашиваю, смысл? — карие глаза потемнели и наполнились гневом. — Просто понимание того, что я могу его контролировать, — парень тяжело вздохнул, — могу сделать из него шлюху, заставить выполнять все что я хочу. — Ты уничтожишь его психику, — Кап мягко погладила напряженную спину. — Я хочу сломать ее до конца, — Костя повернул голову и уткнулся в знакомый изгиб шеи. — К чему это? — девушка потерлась щекой об волосы. — Тогда мы поменяемся местами, — первая слеза скатилась по щеке. — Ты станешь тварью? — смешок раздался как гром среди ясного неба. — Я уже такой, — он расхохотался еще громче, — ты сама меня таким сделала. — Тогда какого извините хера ты тут лежишь и занимаешься самокопанием, — девушка оттолкнула парня и соскочила с кровати, — подъем нас ждут при мерзкие дела. — Ты уже собрала чемоданы? — Костя поднялся с кровати в след за сестрой. — Естественно, — весело хмыкнула блондинка, — или они серьезно думают, что рождество мы будем встречать тут. Через час служба Домодедово забирает машины. — Тогда в путь, — парень подошел к ноутбуку и последний раз взглянул на экран лаптопа.