Начать все заново

«Я твоя похоть, Антошенька» - снова один и тот же сон. В течение недели Мартынову снится последний момент, когда он видит Кристину. Она, держа в рукие трубку, выходит из блока, захлопывая дверь. Она… изменилась. Буквально за пару минут стала холодной, мрачной, воздвигла вокруг себя неприступную стену, которую Антону теперь точно не сломать. Он в этом уверен, поэтому уже пятый день забывается в обществе молоденькой Юли, которая всегда готова. Антон уже не думает о последствиях, так как все самое ужасное, уже случилось – Кристина ушла, и в этом, несомненно, виноват он сам. Конечно, в первый день он спихивал всю вину на младшую Семакину, а потом на свою похоть, но, в конце концов, пришел к печальному выводу – виноват тот, кто отражается в зеркале. - Доброе утро, милый, - произнесла брюнетка, заходя в комнату парней. Она улыбалась своей обычной улыбкой – хитрой и наглой. Она, виляя бедрами, прошла к кровати Мартынова и чмокнула его в щечку. – Хорошо погулял вчера? Антону вдруг вспомнился момент, как после очередной пьянки Кристина подошла ему со стаканом воды и вылила его на голову брюнету. Его это бесило, очень бесило, но какие-то глубинки души Антона понимали, что без этого он бы уже давно спился и превратился из привлекательного молодого мажора, в обычного пьяницу, даже без содержания отца. Вообще все отношения с Юлей ему напоминали о Кристине. Пусть это и звучит абсурдно, но ведь так и есть. Когда они сидят в клубе, Антон невольно вспоминает, как он вообще получил эту недвижимость, а про общагу, кафе и универ и говорить-то нечего, ведь Кристину и Антона связывало абсолютно все в этих местах. - Нормально, - холодно отозвался брюнет, вставая с помятой постели. Он прошагал к ванной и взглянул в зеркало. В последнюю неделю его начало раздражать свое отражение в зеркале, он стал сам себе противен, а ведь такого никогда не было… похоже, его похоть была не права, совесть у него все-таки есть, но она отмалчивается до последнего, а когда уже не может молчать, то пускает в ход оружие – скорбь, печаль и ненависть к себе. Он не может простить себе этот поступок – измену, поэтому даже не пытается просить прощения у Кристины. Он ведь знает свою девочку, а она решила, что уедет – значит, как не вертись, она уедет. Вообще, он спит с Юлей до сих пор, несмотря на гневные предупреждения Яны и косые взгляды друзей. На самом деле Антон потерялся, он не знает, что делать, а Юля здесь – такая открытая и, вроде как, желанная. Умываясь, ему начали всплывать картинки, как они с Кристиной были здесь и занимались любовью. Он не может поверить в то, что теперь они не пара, и подобного не повторится. На душе снова скребут кошки, только уже с удвоенной силой. Вдруг из комнаты доносятся возмущенные вопли Маши: - Как новая соседка?! Не надо нам еще одной, нам и этой… сестры Яны хватает, - блондинка была целиком и полностью на стороне Кристины, поэтому до сих пор смотрит на Антона с лютой ненавистью. Что же он этого явно заслужил. Мартынов вышел из ванной и начал вникать в разговор каменды и Маши. - Белова, – начинала злиться камендатша, - ты, как всегда, все неправильно поняла! – она указала на дверь, в нее зашла Кристина, неловко улыбаясь Маше. В ее руках были чемоданы и та самая сумка, которую Антон ей когда-то подарил. – Ладно, дети, вы сами тут разберетесь, – сказав это, она вышла из блока, аккуратно прикрыв за собой дверь. - Привет, - улыбнувшись, произнесла Кристина, обнимая свою подругу. На крики вылетели из комнат и остальные – все, кроме Вали, который уже ушел на пары. - Надо же, вернулась, - закатила глаза младшая Семакина, скрестив руки на груди. Она почему-то совсем не беспокоилась из-за того, что их и так не очень нормальные отношения с Антоном прервутся, ведь такой поступок невозможно простить… или же она ошибается. - Да, вернулась, - все еще с той же улыбкой произнесла Кристина, но Антон заметил, как ее губы слегка сжались, еще капля и она взорвется – Мартынов это знал точно. Он знает свою заю, как облупленную, как и она его. Но, к сожалению, она уже не его. - Кристиинка, - завопила Янка, накидываясь на уставшую девушку с обниманиями. Она искренне рада тому, что ее соседка вернулась, ведь все-таки за три года сожительства не привыкнуть невозможно. - И тебе привет, Янусик, - обнимая подругу, произнесла Кристина. Никто не знал, почему она вернулась, но, скорей всего, уже через полчаса вся девчачья «свита» будет это обсуждать, не посвящая в это парней, а потом Юля или Маша все расскажут и другой комнате. В этом блоке невозможно хранить секреты. - Зая… - начал Антон, он не знал, что будет говорить, но решил привлечь ее внимание, пока она не ушла в свою комнату и рассказывать, как она провела эту неделю и, обязательно, какой Мартынов плохой человек, без этого не обойдется. Парень уже хотел продолжить, но Кристина шикнула на него, останавливая готовящуюся пламенную речь. - Не говори ничего. Я тебя не хочу знать, Антошенька, - она говорила ровно, удивительно, но ее голос совсем не дрожал, наоборот он был твердым и решительным… как раньше. – Не было никаких отношений, понял? Забудь. Просто, забудь, - она слегка склонила голову, понимая, что такое тяжело забыть, даже ей самой, но это необходимая мера. - Но… - он снова хотел что-то сказать, как-то оправдаться, Соколовская снова оборвала его. - Вы хотите мне что-то сказать, папенькин мажор? – не дожидаясь ответа, она резко развернулась и пошла в сторону своей комнаты. За ней побежали и остальные девушки, кроме Юли, конечно. Ей там точно не рады будут. Похоже, в этом блоке младшей Семакиной вообще никто рад не будет. Майкл пошел к себе, он так и не успел ничего сказать в приветствие, поэтому решил вечером накрыть стол и сделать все, как надо. Юля осталась с обомлевшим брюнетом. Она коснулась его плеча, но тот сразу дернулся и почти прорычал: - Отвали. – Юля фыркнула, но все же, пошла прочь из блока, захватив сумку. Осознание тяжелым грузом свалилось на Антона. Его девочка смирилась с его потерей и стала совершенно холодной к нему. Настоящая железная леди, как раньше. - Точно! – он хлопнул себя по лбу. Теперь Мартынов знает, что делать, знает, как завоевать Кристину еще раз, ведь теперь она стала той же девушкой, в которую он влюбился – сильная, волевая, неприступная. Вот именно это возбуждало страсть Антона к этой брюнетке, конечно же, еще и ее тело, но все равно, главной изюминкой в Кристине остается ее жестокий характер, который не пускает никого в ее закрытый мир, но ведь однажды у него вышло пролезть в него… но сейчас все будет куда сложнее.