Далеко до рассвета 39

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Хобб Робин «Сага о Шуте и Убийце»

Пэйринг и персонажи:
Фитц/Шут, Шут, Том Баджерлок
Рейтинг:
R
Жанры:
Романтика, Фэнтези
Размер:
Драббл, 1 страница, 1 часть
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Фитц Чивелл Видящий иногда чувствует себя совершенно слепым, какими бывают только нелепые новорожденные щенки. Он отчаянно всматривается в глаза Шута так, словно боится что-то в них потерять. Или скорее, что он уже что-то в них потерял.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Ох давно я так на книги не подсаживался. И давно так не переживал за героев.
24 сентября 2014, 22:23
      Фитц Чивелл Видящий иногда чувствует себя совершенно слепым, какими бывают только нелепые новорожденные щенки. Он отчаянно всматривается в глаза Шута так, словно боится что-то в них потерять. Или скорее, что он уже что-то в них потерял. Любой человек начнёт сходить с ума, когда мечта, что так яро клокочет в сердце, так невыносимо борется с разумом. У Фитца не было четкого хорошо или плохо. У него было то, чему его обучили другие. То, что ему подарили другие. Подарок Шута в жизни Фитца был совершенно особенным. Он был отличен ото всех прочих. Он выделялся, и трудно сказать, делал ли он это выгодно или себе же в укор.
      Шут подарил ему любовь. Это было даже немного иронично: Любимый, который подарил любовь. Какую-то особенно искреннюю. Такую чистую, что она каждый раз выжигала Фитца изнутри. Откуда-то из детства, через юношество. Её не спугнули все эти испытания и шрамы. Её не спугнула даже смерть. А Фитц, всегда отличавшийся своей гнетущей нерешительностью, никак не мог принять самого себя.
      Он говорил ему, что никогда не окажется с ним в одном ложе. Никогда. Он не мог допустить себе подобные мысли. Что бы сказали другие? Что бы сказал он сам, если бы видел себя со стороны? Наверное, он так ничего и не смог бы понять, если бы не потерял Шута.
Когда Любимый умер, Изменяющий понял, что из него выдрали часть души. То самое сильное, живое, что позволяло ему оставаться человеком. Поэтому он и не смог смириться с холодным безжизненным телом на своих руках.
Теперь у него был Шут, который был ненавистен самому себе. Он сам, словно запутавшийся в собственной нити судьбы как в удавке. И любовь, которая могла спасти их обоих или добить.
— Любимый…
      Шут шепчет это у самых его губ и только сейчас мужчина понимает, каково на самом деле значение данного ему чужого имени. Как много себя отдаёт его спутник каждый раз, когда произносит это. Губы у Шута совсем потрескались, но Фитц словно не замечает этого и впервые целует его сам. Тело у Шута совсем хрупкое и тонкое. И необычайно нежное. Фитц ощущает это, пока ведёт по торчащим рёбрами своими грубоватыми пальцами. Здесь холодно, но их кожа обжигает друг друга, палит, заставляет чаще дышать. У Фитца внутри все замирает, словно он влюбленный мальчишка. Хотя таким он и был в глазах Шута.
— Фитц…
      Это срывается с губ само, заставляя Любимого задохнуться от счастья. Фитц не считает своё имя достойным знаменем любви, но знает, как хочет услышать его Шут.
«Он любит меня, а я его». Я люблю его, а он меня.
      Они сплетаются в танце любовников, и если Фитц своими плавными движениями, мягкими ласками и нежным шепотом подобен воску, то трепещущий у него в руках Пророк словно пламя свечи, утопает в чужих чувствах.
Шут выгибается в спине и кусает губу. Фитц сжимает пальцами его бедра и тут же целует впалую грудь. Шут запускает пальцы в свои золотые волосы и задыхается, теряясь в ощущениях. Фитц прижимает его к себе, не давая провалиться в эту бездну одному.
— Любимый.
Их голоса сплетаются в такт. До рассвета ещё мучительно далеко.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.