Тайны замка Леох

Лэрд удивленно вскинул брови и с веселым цинизмом взглянул на брата: - Полагаю, она заснула под тобой от скуки, а ты не догадался ее разбудить. Удивительно, при моей слабой мужской силе она вся течет и плавится в моих объятиях, а ты, со своим здоровым членом жеребца, даже возбудить ее не смог как следует. - Тебе-то и полено может показаться страстным, - с нескрываемым сарказмом парировал Дугал, доведенный до бешенства досадой на брата и на самого себя. Кровь бросилась в лицо Колуму, но он, как всегда, смог обуздать свой гнев, и ,не повышая голоса, тем же тоном, выражая им крайнее презрение, бросил брату: - У меня нет особого желания благодарить судьбу за то, как она обошлась со мною, но в одном мне точно стоит быть благодарным: женская дырка не делает из меня полного идиота, как это произошло с тобой. А теперь пошел вон и не смей показываться мне на глаза, пока не наберешься смелости извиниться перед моей женой! Дугал хотел что-то сказать в ответ, но смог только смерить брата испепеляющим взглядом, а затем резко развернулся и вышел из комнаты, хлопнув дверью. Колум же повернулся к Летиции, которая во время перепалки братьев не произнесла ни слова. Оскорбленная и униженная до предела, она задыхалась от гнева, но не могла позволить себе выразить его никоим образом, понимая, что должна дать мужу возможность разрешить конфликт с братом, и не имеет права вмешиваться, хоть это и касается лично ее. Лэрд хорошо разбирался в настроении супруги, умел чувствовать ее, отлично изучив за эти годы. Он подошел к жене настолько быстро, насколько мог, подвел к креслу и заставил ее сесть. У Летиции дрожали руки, и она прерывисто дышала, судорожно хватая ртом воздух. Она была на грани истерики, как и прошлой ночью, но воспитание, вбитое с детства отцовским ремнем, не позволяло показывать свои эмоции на людях, будь то муж, подруга или горничная. - Мой брат мерзавец, я знаю, милая, - заговорил Колум ласково и заботливо, словно не он только мгновение назад отчитывал брата. - Но не держи на него зла. Он по недомыслию своему и слабости оскорбляет тебя, потому что ему очень хочется сделать больно мне, ибо это я лэрд клана, и это у меня есть та власть, которую он так желает и с которой ему не справиться и не вынести ее. Он обуреваем своими желаниями и страстями и не может справиться с ними. Летиция ничего не ответила, но обвила шею мужа руками и спрятала лицо у него на груди. Колум гладил ее по голове, перебирал ее волосы, еще не убранные горничной в прическу, и чувствовал, как дрожит жена. Лэрд понимал, что ему необходимо успокоить ее как можно скорее: замок полон гостей, и Летиция обязана следить за порядком и принимать участие во всех мероприятиях, за исключением мужских увеселений. Колум приподнял ее голову за подбородок и поцеловал, чувствуя, как напряжена супруга, глубоко уязвенная грубостью брата. Нужно постараться выбить из ее головы эти дурные воспоминания, иначе она не сможет как должно выполнять свои функции хозяйки. Он отпустил ее руки, которые до этого сжимал в своих, и отступив на шаг, принялся расстегивать штаны. - Я соскучился, - улыбнулся лэрд. - Поможешь? Она замерла, кажется, готовая посмеяться над собой, заявив, что лишь тот, кто не может ее удовлетворить, скучает по ее ласкам. Но чувства к мужу были сильнее, а он, сейчас наклонившись и вновь целуя ее, умел направить ее мысли в нужное русло. - Помогу, - прошептала Летиция, ладонью скользнув за ткань штанов и ощущая пальцами теплую нежную кожу его мужской плоти. Она принялась осторожно поглаживать ее и заметила, как муж замер и прикрыл глаза, наслаждаясь ее лаской. Летиция еще некоторое время ласкала мужа рукой, а затем осторожно поднялась из кресла и заставила лэрда опуститься в него вместо нее. Молодая женщина опустилась на колени между ног супруга и склонилась к его паху. За годы совместной жизни Летиция научилась ласкать супруга, который испытывал определенные трудности в постели и не мог исполнять свой супружеский долг, однако ее ласки были ему приятны, хоть и не достигали нужного эффекта. Но его нежность с супругой рождали в ней желание поделиться хоть частичкой тех чувств, что испытывала она. Летиция, осторожно придерживая орган мужа рукой, мягко лизнула головку, а затем взяла ее в рот и принялась посасывать, внимательно следя за реакцией мужа, который, откинувшись на спинку кресла, поглаживал ее по голове. Это занятие требовало от леди Маккензи большой сноровки и концентрации внимания. И Колум отлично это знал, поэтому и направил все ее мысли на себя - так она сможет успокоиться и забыть гадости, которые наговорил Дугал. Да и самому лэрду хотелось расслабиться и отвлечься. Он был изрядно взбешен словами брата. Колум любил жену разумом - иного ему было не дано. Не раз он досадовал на судьбу, что не может взять супругу. Он смотрел на изгибы ее тела, он трогал и ласкал ее... но его собственное тело не отвечало. Тогда, понимая, что иного выхода нет, он пошел на то, чтобы Летиция забеременела от Дугала. Это было нужно клану - за все эти годы у Дугала наследника не появилось, а отдавать клан в руки безвольного Джейми, руками которого Фрейзеры все развалят, Колум не собирался. Это было нужно самой Летиции - лучше быть матерью наследника клана, чем просто вдовой бывшего лэрда. Это было нужно и Дугалу, в лице которого Колум видел защиту для жены после своей смерти. Но не только выгодой руководствовался Дугал, когда соглашался на план брата. Колум видел жадные взоры, которыми младший Маккензи награждал невестку. Да и в выражениях Дугал не стеснялся, наедине с братом иронизируя, что тому достался товар, который он не в силах оценить. Рассказ брата о том, как ему показалась после первого раза Летиция, Колум слушал, обуреваемый самыми разными чувствами. Обидой, что сам не может узнать это, ревностью, что Дугалу она понравилась, и одновременно гордостью, что это так. Верх, разумеется, взял разум. Колум не лукавил, говоря с братом. У лэрда было много времени подумать об этом. И он знал, что жить чувствами и, особенно, телесными страстями, не желает: терять рассудок, потому что в штанах тесно - не это ли высочайшая глупость? Но все же жаль, что он не может узнать то удовольствие, которое приносит обладание его женой. И пренебрежение, сейчас высказанное Дугалом, задело Колума. Тем более, что лэрд считал необходимым сохранить мир в семье любой ценой. Как можно этого добиться, задевая чувства женщины?! Теплые руки жены больше не дрожали, оглаживая пах мужа, губы и язык плели лишь им одним известную вязь ласк. Колум успокоенно вздохнул и, взяв Летицию за плечи, потянул к себе, тронул висок поцелуем, пробежал ладонями от груди к бедрам, чуть сжимая ее через корсет. - Надо идти к завтраку, - напомнил он. - Тебе еще делать прическу, дорогая, не забудь. *** На завтраке ничто не могло бы вызвать подозрения у любопытных. А чтобы Клэр, пытавшаяся ночью сбежать, тоже ничего не заподозрила, Дугал никак не дал понять, что помнит о событиях в коридоре замка. Летиции же пришлось вовсе заставить все выбросить из головы. После завтрака мужчины замка отправились на охоту. И до их возвращения следовало заняться делами. Правда, именно обычные домашние дела всегда отвлекали Летицию от прочих тягот. Были и еще новости, заставившие ее внимательно слушать разговоры кухарок и горничных. Накануне Джейми, который должен был отсиживаться на конюшне, вдруг появился на присяге, отчего едва не произошла ссора кланов. Летиция представляла, каких переживаний это стоило мужу и деверю – гадать, принесет ли Джейми клятву верности Маккензи, примкнув к клану и тем самым претендуя на лэрдство, или откажется, после чего его те же Маккензи разорвут на части. Джейми клятву принес, ловко извернувшись в формулировке и показав, что остается верен отцовскому клану, но будет предан дяде на его землях. И теперь в замке недоумевали – что вообще заставило молодого Фрейзера явиться на принесение клятвы. Летиция от злости сжимала зубы. Она знала, что. Вернее, кто. Клэр Бичем. То, что ей не удастся сбежать, было очевидно для всех, кроме нее самой отчего-то. Но никому из их охраны она не попалась. А после того, как она оглушила Дугала, она должна была понимать, что оставаться здесь для нее опасно. И до этих сплетен Летиция не понимала, почему же Клэр тут, а никто из охраны о ней не сообщал. А разгадка – вот она. Англичанка повстречала Джейми. И тот вернул ее в замок, убедив, что опасаться ей нечего. Сам же, из-за этой глупой курицы, вынужденный появиться в замке, он не мог уже не явиться и на клятву. Отвлечься в этот раз никак не получалось. Летиция готова была сама сейчас разодрать гостью на куски. Все из-за нее! Из-за Клэр Колум вынужден гадать, что подозревают англичане. Из-за Клэр Дугал ночью набросился на нее, Летицию, изнасиловав, словно дешевую шлюху. Из-за Клэр Джейми явился на присягу, едва не спровоцировав трагедию. Летиция была готова услышать от вскоре вернувшихся охотников, что кто-то погиб на охоте – и тоже из-за Клэр! И в этот раз она угадала. Вернулись мужчины с новостью о гибели Джорди, друга Дугала, от напавшего кабана. Последнего деверь, конечно, пристрелил и лично отправил тушу на кухню. Но Джорди этим было не вернуть. Летиция торопливо ушла в свою комнату, понимая, что пока не в силах выносить вида кого-либо рядом. Она стояла у окна, наблюдая за шинти. Мужчины нашли для себя новое развлечение – в игре. Ее же боль не находила выхода. Летиция не сразу увидела появившегося деверя. Но мгновенное оживление стало причиной тому, что женщина невольно начала смотреть за игрой осмысленно. И поняла… Дугал не играл. Он в ярости нападал на Джейми, злой на то, что тот появился на присяге, яростный от того, что пришлось оплакивать друга. Летиция сжала губы и отошла от окна. Она не благоволила Джейми, но никакой ненависти к нему не испытывала. И вчера, попав в столь непростую ситуацию, он повел себя все же достойно. Хотя Колума очень жаль, наверное, мужу пришлось несладко только при одном виде племянника. Но все же виноват во всем этом Джейми не был. Это на Клэр следовало обрушить все эти тумаки… *** - Ты вновь не в себе, милая, - покачал головой Колум, завидев супругу на пороге своего кабинета. - Почему ты не сказал про Джейми? – она обняла мужа за плечи. – Он… очень досадил тебе? - Именно потому что он только досадил, - поморщился тот. – Но вряд ли его поступок может сравниться с тем, что вытворил Дугал. - Только что он избивал Джейми, я видела в окно. Колум устало прикрыл глаза. - Ну ничего, - вздохнул он. – Не убьет, я думаю. А ему надо выбросить ярость. Друг погиб, извиняться за свои глупости пришлось, баба глупая отшила… Кстати, о глупых бабах. Нам следует с ней разобраться. - Что ты хочешь сказать? – Летиция невольно напряглась. - Я намерен отправить ее с Дугалом, когда он поедет за платой. И потом пусть оставит ее у англичан – она их соотечественница, пусть они ее и забирают. - Да, это разумно. - Однако она могла узнать лишнее, - покачал головой Колум. – А кроме того, ты же понимаешь, что у нас цель не только собрать деньги с арендаторов? Летиция медленно кивнула – да, она понимала, их цель требует связи с французами. И еще некоторых денег, конечно. - Дугал слишком горяч, а сейчас особенно. Тебе придется отправиться с ними, милая. Чтобы он не сболтнул лишнего. Леди Маккензи измученно вздохнула, опускаясь на стул рядом с мужем. Она чувствовала, что муж преследует много целей, и помирить их с братом – одна из множества. - Но, Колум… - Я понимаю, - он взял ее ладонь в свои. – Лейтис, я все понимаю. Ты не хочешь даже видеть сейчас его. Но ты же понимаешь, что именно ты необходима там? А за Дугала не волнуйся, я позабочусь, чтобы он и думать не смел тебя обижать. Супруга глянула на него умоляюще, ненадолго становясь слабой женщиной, а не женой главы клана. - Я прошу, помоги мне, милая, - Колум прижал ее ладонь к своим губам. – Ты нужна нашему делу. И только ты можешь проследить, чтобы Дугал не натворил бед, а эта пронырливая англичанка не сунула нос туда, куда не следует. Летиция безвольно кивнула. Она понимала, что муж вновь умело манипулирует ею, но и отрицать его правоту не могла.