Обернуться вперед

      Влетать вихрем в лабораторию алхимика — очень дурная примета. И кричать с порога — тоже. Доподлинно известно, что алхимики — народ странный, а железные нервы тоже когда-нибудь могут дать слабину. Вот дрогнет рука и...       Только поэтому Снэл вошел тихо и осторожно, сначала убедившись, что никто не занят работой. И только потом бросился к разговаривающим эльфам, схватив рыжего архимага за рукав.       — Орас, ты мне нужен!!! — выпалил юноша, позабыв поздороваться с остальными тремя. Алэйл удивленно моргнул: обычно юный эльф был всегда вежлив и уж о приветствиях никогда не забывал. Но сейчас острые уши стояли торчком, разноцветные волосы растрепались, а щеки раскраснелись, будто Снэл бежал всю дорогу. А может, так и было.       — Что случилось? — обеспокоенно спросил Орас, но ему не ответили, только требовательно потянули к выходу. От изумления архимаг даже не сопротивлялся, торопливо шагая следом за супругом. Опомнился он только на улице, заметив, что Снэл все прибавляет и прибавляет шаг.       — Да куда ты так спешишь? — он поймал ладонь юноши. — Снэл!       — А? Домой... Орас, пошли!       — Стой, — эльф затормозил, силой останавливая спутника, потом принялся открывать портал. Так уж точно было быстрее, чем бежать те несколько километров, что отделяли лабораторию от здания.       Снэл моргнул, увидев белесый овал портала, и без лишних слов нырнул в него. Шагнувший следом Орас обнаружил, что Снэл уже успел умчаться в библиотеку и бежит обратно, сжимая в руках стеклянный шар. Шар этот архимаг вручил ему с утра, засадив тренироваться в управлении заклятьем, наложенном на бесполезную в остальном стекляшку. Заодно и легкую грусть, опять напавшую на супруга перед приближением памятного праздника, предполагал развеять. Знал, что тот пожелает увидеть свою семью, пусть даже вот так вот, через заклятье. Десять лет к ним не ездил — пусть хоть так повидается.       — Вот!       — Что вот? — осторожно уточнил Орас, даже не решаясь предположить, что Снэл мог увидеть такого, что могло его так встревожить. Явно не плохое — тогда реакция юноши была бы другой.       Снэл тем временем яростно воззрился на шар, тот мигнул и продемонстрировал обычную с виду улочку человеческого поселения. Вид чуть сместился, метнувшись через забор во двор, и Орас только подивился, как быстро и умело ученик справляется со сложным в управлении заклятьем.       А потом забыл про все заклятья разом, уставившись на открывшуюся картину.       У стены сарая, вжавшись в нее спиной, стоял совсем еще маленький мальчонка, исподлобья глядя на орущую на него женщину. Слова заклятье не передавало, но губы распахивались так широко, что казалось, что крик вот-вот будет слышен.       Но вовсе не женщина столь изумила архимага. Мальчонка. И его волосы, столь ему знакомые. Прядка рыжая, прядка каштановая... Это было заметно, даже не смотря на пятнавшую их грязь.       — Демоны Хаоса... Снэл?!       — А я откуда знаю как? — нервно откликнулся тот.       Эльфы и люди не могли иметь детей. Не по каким-то моральным соображениям, а просто потому, что не получалось. Не совпадало что-то. И вот теперь выяснилось, что из правила есть исключение.       Нет, наверное, дело было в остатках человеческого в Снэле, и этот вопрос стоило тщательно изучить... Женщина в шаре замахнулась, отвесив мальчику оплеуху, от чего голова ребенка запрокинулась, нелепо мотнувшись.       Снэл мало что не зарычал. Силу этой женской ручки он знал прекрасно, хотя и получил от нее по морде всего два раза, в ту последнюю, памятную и весьма мерзкую встречу с Сэш. Знал бы раньше, что у этой встречи будут последствия...       Пальцы Ораса коснулись его плеча, и Снэл поднял голову, увидев открытый портал. И без вопросов шагнул туда одновременно с архимагом, выронив позабытый шар. Тот, печально звякнув, упал на пол, и изображение пошло трещинами, от чего казалось, что на узкой улочке появились не два эльфа, а сразу шестеро.       Но эльфов все-таки было двое. Один в золотых одеждах архимага, другой в серебряных ученика. Оба смотрелись здесь так же естественно, как изысканная сортовая роза среди полной клумбы сорняков, но обоим было плевать на это.       Схватившись за край добротного высокого забора, Снэл в три движения перебрался на ту сторону, легко спрыгнув на пыльную землю двора. Визгливый голос Сэш, на улице звучавший как-то приглушенно, ударил в уши, заставив сморщиться и почти что оскалиться.       — ... если ты, выродок, еще раз посмеешь стащить чужую еду, я тебя так отхлестаю, что неделю сидеть не сможешь!!! — еще одна затрещина с такой силой отбросила мальчика назад, что он стукнулся затылком о стену и медленно сполз по ней на землю. Сэш замерла, переводя дыхание, и заорала от неожиданности, когда чьи-то руки схватили её и отшвырнули в сторону.       — Да как ты... — Снэл шагнул к ухватившейся за поленницу и все-таки устоявшей на ногах женщине. От бешенства он даже не говорил — шипел еле слышно.       Сэш выпрямилась, уперла руки в бока, глядя на него без всякого страха.       — Явился! Что так долго? Я уж думала тебе уже вообще на людей наплевать, а гляди-ка ты!       — Думай, что говоришь! — совладав с голосом, рявкнул Снэл. — Почему у тебя не хватило мозгов сказать мне сразу, как узнала?!       — А позволь спросить, как?! — взвизгнула Сэш. — Твой любимый остроухий что-то такое сделал, что я и словом о нашей встрече никому обмолвиться не могла! Урод магский! — припечатала она Ораса, который предпочел не перелезать через забор, а открыть ворота и войти как положено.       Не обратив на слова ни малейшего внимания, будто женщины попросту не существовало, он подошел к потерявшему сознание мальчишке и быстро осмотрел его.       — Живучий, тварь, не беспокойся! — выплюнула Сэш. — Сколько разумение вбить пыталась — всякий раз сам вставал!       — Да как у тебя вообще рука на ребенка поднялась?!       — Ребенок? Это?! Не смеши меня! — расхохоталась Сэш. — Выродок твой, подстилка эльфийская! Весь в отца!       Орас резко обернулся, глядя на Снэла, но тот ничего не делал, только заледенел будто.       — Я его забираю, — глухо сообщил он.       — Разбежался! — фыркнула Сэш. — Я его кормила, одевала, а ты пришел и забрал готовенькое? Ну уж нет!       — Сколько? — прежним тоном спросил Снэл. Сэш сначала не поняла о чем он, а потом нахально заявила:       — Да уж на два золотых в год он меня точно разорил!       Это было ложью, но женщина и глазом не моргнула, рассчитывая, что сейчас юноша начнет торговаться... Тем более краем глаза она видела, как старший эльф поднял ребенка на руки, осторожно устраивая его голову у себя на локте.       Снэл торговаться не стал. Достав прямо из воздуха увесистый мешочек — этому несложному фокусу Орас обучил его давно — он бросил его к ногам женщины.       — Ты продала своего сына, и у него больше нет матери.       — Как будто у него был отец! — плюнула Сэш. Плюнула в прямом смысле слова, попав на серебристый рукав. На мгновение ей показалось, что сейчас случится что-то страшное... Мелькнуло что-то такое в глазах Снэла... Потом ушло. Брезгливым движением отряхнув руку, одновременно очищая ткань магией, он развернулся к воротам, собираясь уйти. И замер на месте, уставившись на троицу, стоявшую в проеме. Двое молодых мужчин взирали на него широко распахнутыми глазами. Старик же изумленно открыл рот.       — Учитель, я все объяс... — годы разлуки не истребили привычку, и Снэл сначала сказал, а потом задумался, что же он говорит. И резко оборвал себя, когда мастер Калев, пораженно уставившийся на него, неожиданно схватился за грудь, хватая ртом воздух.