Обернуться вперед

      Из открытых нараспашку окон тянуло прохладой, но в комнате было жарко и душно. Немудрено — столько-то народу набилось.       Заслышав о возвращении брата, прибежали все сестры, жившие со своими мужьями на разных концах деревни. С матушкой-то только Мира осталась. Но мало их — пришли и мужья, поглядеть, что же это за такой шурин нашелся, не появлявшийся в родном доме целых десять лет, а то вроде бы и побольше.       В конец затисканный женщинами Снэл забился в угол, воспользовавшись небольшой передышкой, пока Мира на правах самой старшей наводила порядок среди растрещавшихся сестер. Матушка, за прошедшие годы раздобревшая и ставшая тяжелой на подъем, все вздыхала, сидя рядом со Снэлом и поглаживая его по руке. Боялась, что он вот сейчас опять подхватится и убежит, опять пропав куда-нибудь, а еще все никак не могла поверить, что он уже не человек.       — Несладко тебе там жилось, да? Худенький такой, все косточки пересчитать можно...       — Матушка, я такой всегда! — пытался успокоить её юноша. — Учитель так вообще говорит, что меня почаще на тренировки из библиотеки гонять надо.       — Книжник, значит, — хмыкнул муж младшей, сидевший с трубочкой у самого окна, чтобы дым не мешал остальным. — Магик... Ну-ну.       — Архимаг, — буркнул Снэл. Это прозвучало неожиданно громко, он сам не понял почему, но еще гудевшие вокруг голоса разом стихли. Матушка охнула, всплеснув руками.       — Снэл! Мальчик мой!       — А что этот ахримаг есть? — недоверчиво прогудел муж Миры, громадный диковатого вида мужик, с такими лапищами, что Снэл, глядя на него, чувствовал себя ребенком.       — Гатс... — страдальчески выдохнула Мира, смущенная такой неграмотностью мужа.       — Ну, архимаг — это маг, который придумывает заклятья, — пожал плечами Снэл.       — А что, разве ж не все маги это умеют? — изумился Гатс.       Снэл покачал головой.       — Можно быть трижды великим, самым сильным магом, но даже они только заучивают заклинания. А придумываем их мы, — это «мы» вышло как-то спокойно, не хвастливо, а по-деловому. Юноша уже свыкся с мыслью, что он действительно архимаг. И если и думал о будущем — то исключительно с предвкушением кучи интересной работы.       — Ты лучше расскажи, как ты вообще к эльфам попал? — попросила Мира, которой было неинтересно слушать то, что она и так знала. Сестры активно закивали — кому ж не хотелось узнать о таком-то!       — Началось все с того, что Дан, ученик мастера Калева, попал в неприятную историю, — охотно начал Снэл. Что говорить он продумал уже давно. Ни слова о случившемся между ним и Орасом — только о том, что архимаг разглядел в нем талант и взял с собой, сначала ненадолго, для проверки, а потом и предложил остаться его учеником.       — А уши-то, уши откуда? — не вытерпела Рата. — Снэл, ты обещал рассказать!       — Учитель предложил, я и согласился, — нехотя ответил тот.       — А кто бы не согласился, — заметил муж кого-то из средненьких. — Рожа симпатичная, бессмертие, опять же...       — Вовсе нет, — раздраженно отозвался Снэл. — Я так же смертен, как и вы!       — От стрелы али тяжести лет? — поинтересовался муж Раты, вынув изо рта черенок трубки.       — И то и то...       — А смысл тогда в этих ушах? — усмехнулся тот.       — А иначе бы я не смог выучиться до конца! — нашелся Снэл. — Да и... Зря завидуете.       Он неосознанным жестом потер грудь. Это не укрылось от взглядов собравшихся.       — Было больно? — сочувственно спросила Мира.       — Было. К концу месяца я уже и не соображал ничего, — юноша передернулся. — Учитель чуть не погиб, а я выжил только благодаря его знакомому лекарю.       Матушка охнула, запричитала, что как же так, зачем же, и сестрам пришлось долго её успокаивать. Да и сами девушки изрядно побледнели, поняв, что эти симпатичные острые ушки дались брату далеко не так легко и просто, как им думалось.       — Снэл, а как вообще там живется? У эльфов-то, — тихонько спросила вторая по старшинству сестра, мягкая и спокойная девушка.       — Да как у нас, — честно ответил он. — Работают, едят, спят, женятся и детей воспитывают... Разве что магии и всяких чудес побольше, да живут иногда большими ветвями, родами по-нашему.       — А у тебя-то семья есть? — заинтересовалась матушка. — Уж как я хотела бы внука или внучку...       — Матушка! — закатила глаза Мира. — У тебя внуков и внучек уже почитай два десятка, куда тебе еще больше?       — Детей никогда много не бывает, — степенно ответила та. Снэл улыбнулся, потом вздохнул, отдернув руку от косички, которую начал было привычно теребить.       — Нет, матушка, у меня нет супруги. Сколько ни искал...       — Ничего, времени у тебя теперь много, — ядовито заметил Ратин муж. Снэл зыркнул на него, но смолчал на эту тему, зато поспешил добавить, видя, что матушка расстроилась от таких новостей:       — Но сын у меня есть.       — Так что же не привел познакомиться? — изумилась матушка Рами.       — С ним все сложно, — мрачно ответил Снэл и рассказал историю с Сэш, опуская некоторые подробности. Сестры от таких новостей пришли в ужас, а потом и разозлились. Виданное ли это дело — собственного ребенка так зашугать!       Снэл почувствовал, что от духоты и поднятого женщинами шума начинает болеть голова. Потер виски, но это ни капли не помогло. Он слишком привык к просторным комнатам с широкими окнами, где редко собиралось больше трех-четырех эльфов. Запах табака мешался с запахами висевших под потолком сухих трав и потом, которым пахло от наработавшихся за день мужчин. Крохотное окошко не шибко-то спасало, как и снятая давным-давно куртка.       — Снэл? — встревожено спросила матушка, заметив, как побледнело его лицо.       — Все в порядке, — вымучено улыбнулся он и встал. — Я сейчас.       — Магик... Неженка, — фыркнул в спину ядовитый голос, но Снэлу было уже как-то наплевать.       Выйдя из дома, он глубоко вдохнул прохладный ночной воздух. Стало немного полегче, но он не рискнул вернуться сразу, а вместо этого присел на чурбачок у сарая. На душе, не смотря на все, было тепло. Да, он врал, и врал осознанно, но... Снэл прекрасно понимал, что сестры с матушкой его бы еще может и поняли, и то не сразу бы. А вот их мужья — это не Рой с Даном, которые знали его с юных лет, а потому легко и просто приняли весть о его супруге. Эти мужчины уж точно не простят ему неправильность.       Жаль, что отец не дожил, так глупо свалившись с крыши... Снэл задрал голову, поглядев на усыпанное яркими звездами небо. Наверняка отец попытался бы ремнем вколотить в сына понимание, каким должен быть настоящий мужчина. Но, возможно, со временем и смирился бы, особенно встреть Ораса.       — Снэл? Ты как?       Он вздрогнул, опустив голову. На пороге стояла Мира, внимательно глядя на него.       — Уже нормально, — честно ответил юноша, — поплохело немного просто.       — Немудрено, у меня у самой голова болит, — поморщилась женщина и подошла, села рядом, благо чурбачков у стенки стояло достаточно. Снэл чуть сдвинулся, вытянув ноги и положив голову ей на плечо. Раньше он любил сидеть так с сестрой, заменившей ему мать в куда большей степени, чем матушка Рами, и слушать её сказки, те самые, что когда-то рассказывала ему мама. Тягучие, длинные, полные таких же длинных имен и храбрых героев истории до сих пор всплывали иногда в памяти, когда он думал о доме.       — Снэл, что именно у тебя случилось?       — А?       — Кроме сына, — Мира вздохнула. — Я чувствую, ты что-то не говоришь... Какие-то проблемы с учителем? Всякий раз, заговаривая о нем, ты к своей косичке тянешься. Ты ему что-то обязан за то, что он сделал тебя эльфом?       — Я не... — Снэл замялся, не зная, как ответить. Спас его родной голос, который он несколько не ожидал здесь и сейчас услышать.       — Снэл?       От угла, потирая оцарапанную о малину кисть, шел встревоженный Орас.       — Ты откуда тут? — ахнул Снэл.       — Пытался с тобой связаться, но ты не отвечал. Я думал, что-то случилось, — эльф подошел, осторожно взял его за подбородок и внимательно вгляделся в лицо, потом погладил лежащую на коленях ладонь. — Ты замерз.       — Куртку в доме забыл, — покаялся юноша, сообразив, что зеркало как раз было в кармане.       Притихшая сестра кашлянула, и Орас повернулся к ней.       — Здравствуй, Мира. Извини, что сразу не поприветствовал, — улыбнулся он.       — Мы знакомы? — удивилась женщина. Эльф кивнул.       — Мира, это Орас, — представил её давнего, пусть и неузнанного знакомого Снэл. — Он и есть мой учитель.       Мира изумленно кивнула, поглядела на улыбку Ораса, на то, как он до сих пор бережно держал ладонь Снэла. Потом на косичку, точно такую же, как у брата. В её глазах забрезжило понимание, и Мира резко развернулась, крепко сжав ухо Снэла.       — Да ты последние мозги растерял! Я тебе сколько раз говорила даже не думать о таком?! Все шутки свои шутишь?!       Снэл сдавленно вскрикнул — от неожиданности и потому, что уху было куда больнее, чем когда оно было круглое, аж слезы на глаза навернулись. Потом хватка сестры разжалась, и он боязливо покосился на неё, втянув голову в плечи.       Орас бережно, но крепко сжимал запястье Миры, а та зло глядела в ответ.       — Не знаю, что ты имеешь в виду под шутками... — начал эльф, но договорить ему не дали.       — Эй! — громыхнуло сзади. — А ну пошел вон!       И архимага просто снесло в сторону молодецким ударом. Снэл как зачарованный глядел на воздвигшегося над ними Гатса, сжавшего громадные кулаки. Потом медленно повернул голову в ту сторону, куда улетел Орас. Тот, вопреки его опасениям, уже поднимался на ноги.       — Еще раз руки к моей родне потянешь... — прогудел Гатс.       Орас сплюнул кровь, поморщился, прикоснувшись к щеке. Пальцы заплясали, залечивая повреждения, и он вполне четко сказал:       — Что рука у тебя тяжелая я убедился, еще когда в тот раз тебе ногу сращивал... Доброго вечера, Гатс.       Лицо здоровяка вытянулось, когда он воззрился на рыжеволосого эльфа, соображая, когда это и где они могли видеться. А Орас уже усмехнулся и поклонился, легко и непринужденно.       — Архимаг, учитель Снэла и давний знакомый вашей семьи. Орас. Простите, что в своем истинном обличье.       — Это... — лицо Гатса, получившего объяснение, посветлело. — Извини... А чего к Мире руки тянул?       — Объяснял, что не стоит дергать Снэла за уши, — честно ответил Орас.       — Что у вас там происходит? — окликнула их с порога Рата, и Снэл понял, что сейчас предстоит еще немало объяснений.