В пропасть за ангелом.

Окутанный ярким солнечным светом, лес казался вымершим. Не слышно ступая по опавшей осенней листве, шел человек в черном плаще с капюшоном. За спиной находился колчан. Лук с натянутой на тетиву стрелой был сейчас в руках, готовый выстрелить. Человек прошел еще метр и остановился. Уловив краем глаза движение, он мигом направил наконечник стрелы в ту сторону. Это был кабан, да еще какой крупный. Еды хватит на несколько дней. Человек уже был готов пустить стрелу в добычу, когда не пойми откуда налетел ветер. Охотнику соринка попала в глаз, отчего он зажмурился и случайно сбился. Стрела впилась в землю в метре от кабана. Тот сразу же засуетился и побежал, почуяв опасность. - Эх... - вздохнул человек, направившись туда. Он закинул лук на плечо и снял с головы капюшон. Охотником оказалась русоволосая девушка с изумрудными глазами. Она с досадой вытащила из земли стрелу и убрала обратно в колчан. Охотиться больше не было желания. Девушка проходила по этому лесу уже часа три и это надоело. Придется возвращаться домой ни с чем. - Ничего, Флора, у тебя еще есть кое-какие запасы, - обратилась она к самой себе. Ветер усилился. Флора развернулась и, подгоняемая им, пошла между деревьев. На самом деле девушка не любила охотиться на зверей и птиц. Но что-то надо было есть, а то грибы и ягоды уже поперек горла стоят. Сегодня, по всей видимости, придется есть как раз их. Ветви деревьев покачивались, где-то слышались скрипы тонких стволов. Флора поглубже укуталась в плащ, спасающий от свежей прохлады. Вроде говорили, что еще наступит потепление, но не сильное. Так что можно пока не одевать сшитую из заячьего меха куртку. Спустя сорок минут лес расступился, и Флора вышла на широкое и длинное поле. Забрав вправо, девушка за считанные секунды оказалась около своей маленькой, но прочной хижины. Как всегда, дом встретил ее тишиной. Флора вздохнула, чувствуя легкий аромат засушенных трав. Их она собирала все лето, чтобы при случае можно было приготовить отвар от болезни или мазь. Все-таки зимы были очень холодными, недолго и простуду подцепить, не говоря уже о чем-нибудь похуже. На небольшом пространстве дома разместилась узкая кровать, стол, шкаф и лавка. В углу находилась печь, на стенах - множество полок, а с потолка свисали с пару десятков сухих пучков - те самые травы. Флора поставила у двери лук, положила рядом с ним колчан и скинула с себя накидку. Затем настала очередь сапогов. Девушка осталась лишь в штанах из грубой ткани и просторной рубашке с рукавами чуть ниже локтя. Стянув тонкой короткой веревкой волосы с хвост, она решила развести огонь в печи. Надо приготовить что-нибудь на ужин, а то есть ужасно хочется. Выбор невеликий, то есть блюдо из грибов. Может, суп? У Флоры зачесалась правая ладонь. Она поскребла ее ногтями, чувствуя под ними шрам. Он был в виде пятиконечной звезды. А появился он еще в детстве, когда девушке было шесть лет. Бегая по лесу, Флора тогда не заметила выступающий корень дерева в траве и споткнулась. Успела лишь ладони подставить, чтобы не удариться лбом о землю. И как назло там лежал тот странный предмет - пятиконечная звезда. Почувствовав острую боль, такую, что слезы выступили на глазах, Флора посмотрела на ладонь. По-началу ей показалось странным, что она болит, ведь ничего не было. Но потом из разрезов начала выступала кровь, рисуя на ладони ту самую звезду. Флора подняла предмет, походивший на форму для заливки. Его края были острыми, а девочка и упала еще со всего размаху. Кровь не останавливалась, поэтому пришлось срочно бежать к маме домой. Предаваясь детскому воспоминанию, девушка не переставала в это время готовить. По хижине расплылся запах грибов. Скоро будет готово. А за окном уже начинало темнеть, поэтому Флора зажгла свечу, стоявшую на столе у окна. И тут только девушка заметила какое-то движение на поле. Несколько десятков людей куда-то шли. Было даже пару всадников. Вот только Флоре и в голову не пришло, что они направляются не куда иначе, как к ее дому. Когда пришла догадка, было поздно убегать. Успела лишь промелькнуть искренняя мысль недоумения: " Что им нужно? ". Девушка даже не испугалась, особо не осознав причины такого шествия. Люди столпились перед крыльцом ее дома, некоторые что-то выкрикивали. Флора по-быстрому накинула плащ, на руки - перчатки, и сама вышла к ним, мимолетом услышав, что те собрались зачем-то ломать дверь. Как только девушка оказалась на улице, люди загалдели. - Тишина! - послышался властный мужской голос, и один из всадников выехал на лошади перед толпой. - Что случилось? - спросила Флора, неуютно себя чувствуя перед десятками глаз. Она уже и так поняла, что все пришли с недобрыми намерениями, хотя неизвестно почему. Ведь девушка не сделала ничего противозаконного. - Флора Ренар, ты обвиняешься в колдовстве, - произнес всадник. Это уже звучало, как приговор. Девушка попятилась к дому, понимая, чем все сейчас кончится. Вот только она не могла понять, откуда взялось столь абсурдное обвинение. Да, Флора жила в отдалении от всех, на краю леса, но почему люди подумали, что она колдунья? - Схватить ее! - скомандовал всадник. Двое воинов выдвинулись из толпы и взяли не сопротивляющуюся девушку за локти. - Это ошибка, - произнесла она. - Я не являюсь колдуньей! - На правой ладони посмотрите, - с перекошенным лицом выкрикнул чуть сгорбленный старик. Флора его узнала. Вчера днем в городе она покупала у него нить для шитья. А чтобы расплатиться сняла перчатку и передала бронзовую монету. Похоже, в этот момент старик заметил шрам и что-то там себе домыслил, придя к примитивному выводу. Один из воинов стянул перчатку и вывернул ладонь девушки так, чтобы всем было видно. Толпа загудела, а какая-то женщина выкрикнула: - А я давно знала, что она нечиста! Ведьма! Последнее слово подхватили еще несколько голосов, скандируя его, словно проклятье. Запястья Флоры сильно перетянули длинной веревкой. Один ее конец держал в руке всадник. Он дал команду лошади, веревка натянулась, и девушке против воли пришлось идти следом. Толпа разошлась в две стороны, образовав подобие коридора. - Это всего лишь шрам, - попыталась возразить Флора, но ее слова потонули в общем гомоне. Всадник то и дело дергал веревку, тем самым подгоняя за собой девушку. Она обернулась. Кто-то из деревенских зашел в ее хижину, как к себе домой. Спустя пару секунд послышался звон. Они разбили окно. А толпа радостно загудела, одобряя эти действия. Неужели они собрались разнести ее дом? - Постойте! Что же вы делаете? Никакая я не ведьма! - начала оправдывать себя Флора. - Молчи! У тебя на ладони магический знак, - прошипел всадник. - Только попробуй применить свое колдовство, мигом голова с плеч полетит, так и не доживешь до казни. - Казни...? Внутри все похолодело. Да эти люди одержимые. За что ее хотят убить? Прижавшись спиной к холодной и влажной стене темницы, Флора с грустью смотрела на маленькое зарешеченное окошко. Все произошло так быстро... Даже и додуматься до такого невозможно было. Теперь уже девушка жалела, что сразу не заподозрила неладное. Но даже если и так, то куда было бежать? У нее нет никаких родных или родственников. Флора сирота. Единственный близкий человек - мама, умерла четыре года назад от болезни. Все еще не укладывая в голове суровую действительность, девушка надеялась, что эти люди поймут свою ошибку и отпустят ее. Все-таки она верила в справедливость и доброту, что было несвойственно этому миру. Просто Флора никогда еще не разочаровывалась в людях. И жила отдельно не потому, что не хотела кого-либо видеть или с кем-то общаться, а просто из-за того, что любила одиночество. Но ведь девушка иногда выбиралась в город, сталкивалась с дальними соседями в лесу. И все было хорошо до этого дня. - Смотри, ведьма, скоро представление начнется, - злорадно проговорил стражник за дверью темницы. - Твою соратницу сейчас накажут за антицерковные деяния. Флора вздрогнула и подошла к окошку. Оно было на уровне земли. Глазам предстала небольшая затоптанная площадь, на которой столпились горожане. Горели факелы, потому что на дворе уже была ночь, но, благодаря огню, все ярко освещалось. Посередине площади возвышался толстый столб, скорее всего из красного дерева, которое очень сложно поддается горению. Вокруг этого столба было накидано множество досок, хвороста, соломы и прочего. Спустя несколько минут на площадь вывели под руки сопротивляющуюся женщину. Она упиралась ногами в землю, но ее все равно тащили. Она кричала и умоляла стражей, но те были непреклонны. Женщину привязали к столбу за запястья и щиколотки. Флора и не заметила, как наблюдает за всем этим действом, затаив дыхание. Вышел человек в одежде судьи и, достав на свет лист бумаги, зачитал приговор, в котором несчастную обвиняли в колдовстве и обучении ему своих детей. - Мы очистим твое тело и душу, предав их огню! - завершил пламенную речь судья. Он поднял руку, затем опустил ее. Двое человек с факелами с разных сторон подошли и сунули огонь прямо в нагромождение соломы и хвороста. Флора раскрыла рот от ужаса. Неужели это правда? Девушка только мимолетом слышала о таких казнях. Она никогда не ходила вглубь города. Рынок находился недалеко от ворот, поэтому необходимости далеко ходить не было. В этот момент женщина посмотрела точно на нее. Флора отступила назад, потом покачала головой. Окошко находится далеко от столба, тем более, что внутри темно и разглядеть девушку просто невозможно. Огонь занялся очень быстро, через мгновение он перекинулся на одежду несчастной. Та закричала от обжигающей боли. Затем на мгновение замолчала. - Да будьте вы все прокляты! Все до единого! Ее кожа покрывалась страшными волдырями, которые потом чернели. И снова нечеловеческий крик, преисполненный страданий. Огонь вырос настолько, что скрыл за собой женщину. И наступила гробовая тишина. Флора отпрянула от окошка. По ее щекам катились слезы, но она этого даже не осознавала. - Нет-нет-нет! - в пустоту проговорила девушка. - Я не хочу такой смерти! Господи, за что? Отчаяние наполнило все ее существо. Только теперь пришло осознание того, что все это не глупое недоразумение, и ее сожгут на самом деле. Флора даже боялась представить, какие это адские мучения - гореть заживо. - Чего там бормочешь, ведьма? - снова послышался голос стражника. - Твой костер будет уже следующей ночью. И никакой дьявол тебя не спасет!