Мех Немейского льва

Когда снова начнется кровавая бойня, Уколется рука о белой розы шип, И сердце молодой красивой Персефоны, Займет тот мрачный и бледный Аид. Билл Шимус сидел за дубовым столом со своей подругой из королевства богов Тамико Хае, они разговаривали насчет войны, ведь представителями были их отцы. Даже при союзе они проигрывали сообществу «Белая роза», что давало тем отличным поводом для дешевого шантажа. Но это не мешало жить Биллу и Тамико вполне хорошей и богатой жизнью. Их апартаменты были покруче Елизаветы II: практически все из золота и бархата, да и других очень дорогих материалов. Билл на самом деле был не очень красив. Когда-то родители захотели его назвать «Чудесное дитя», но когда его крестили, священнику в рот залетела муха, и тот сказал имя Билл. Родители смирились и назвали его таким именем. Он был самым младшим из своих братьев, но никто не знал, почему он был уродлив. Нет, когда он стал подростком, он был обаятельно уродлив. И многие дамы сочли бы его более, чем очаровательным. У Билла были черные волосы и глаза цвета бирюзы. Ну а что сказать на счет Тамико? Она была милой и симпатичной, но кто бы мог подумать, что она отдала свое предпочтение такому некрасивому, как младший из Шимусов. Тамико была блондинкой с карими глазами. Ее мать была Пандорой, а отец Прометеем. Хоть и гласит легенда, что Пандора была женой брата Прометея. Но ведь и люди могут совершать довольно частые измены, а в особенности боги. Тамико и Билл были лучшими друзьями с самого детства, и они всегда хорошо ладили между собой. Но сейчас война могла принести довольно необычные обороты. - Как думаешь, скоро мы потерпим поражение? – спросила тонким голоском Тамико, посматривая на часы. Все помещение было окутано розовым туманом и запахом дорогих духов с большим вкусным букетом цветом. Билл немного покосился на выход, словно думая о том, чтобы сбежать отсюда. Лучи света проходили сквозь окна, освещая пыль в воздухе. Ничто не говорило, что этот союз просто гибнет на войне и за окном стоит соленый привкус крови. - Если это того надо, то скоро уже, - тяжело вздохнул Шимус, переводя взгляд на свою подругу. И тут все снова погрузилось в молчание, словно следующее должно было последовать признание, что, собственно, и случилось. Билл вгляделся в карие глаза Тамико, зрачки были расширены. А вы знаете, что означают расширенные зрачки? Симпатию (Ну, или в крайнем случае возбуждение). - Слушай, я так давно хотел тебе сказать… - но этому предложению не дано было закончиться, ведь в зал забежали стражники, а всю эту компанию в доспехах сопровождал король. Тамико встревожено встала, поднимая свои глаза на повелителя мира отаку. Его звали Фредерик III. Пшеничного цвета волосы и густые усы, светлые глаза и доспехи. Он воевал, поэтому друзья сразу вскочили от неожиданности и тревоги. Фредерик метнул глазами из угла в угол, и только потом заметил своего сына и его подругу. - Сын мой! Подойди сюда! – взревел король, и сцена больше напоминала, как отец ругает сынишку, разбившего бабушкину любимую чашку. Билл подбежал к своему отцу и глазами уже спрашивал, что случилось. Фредерик нервно облизнул свои сухие губы, снова метнул глазами и рассказал все от начала до конца, но начиналась эта сказка так: - Я помню, мы проходили по левой стороне, думая, что там никого не будет, ведь у сообщества всегда возникают проблемы с обороной. Но мы ошиблись. Там сидел на своем черном мустанге сам двадцать пятилетний принц Джеймс, шестой рыцарь сообщества «Белая роза». Мы потерпели поражение, но когда он приставил свой холодный заостренный меч к моему горлу, напоследок сказал: «Мы заключим перемирие, если мы объединим власть. Вы выдадите свою дочь за меня, я вас отпущу. Ступайте. Вам дано на раздумья всего три дня». Но моя Хелен уже была замужем! Да и все остальные мои дети уже имели спутников своей жизни, корме тебя! Поэтому я решил… И тут Тамико вздрогнула и громко прошептала, что эхо прошелестело по всему залу, где обычно обедали господа: - Поэтому вы решили отдать замуж Билла? Но это же безумие… - Отец, можете ли вы вообще решать за меня такое? – Воскликнул самый молодой из Шимусов, в надежде смотря на представительницу рода Хае. Отец покачал головой, говоря этим, что это единственный выход. Но в мыслях у Билла проник маленький и хитрый план. - Хорошо, папенька, раз он приедет завтра, то, пожалуйста, можно ли мне пойти к себе в комнату? – спросила черноволосый парень, притянув к себе девушку и поднимаясь по лестнице. Карие глаза просто находились в состоянии шока и недоумения. Как бы того ни было, когда Билл запер дверь, Тамико воскликнула. - Ты согласился? Или я ослышалась? – Шимус отрицательно покачал головой, но потом взял свое слово успокоить девицу. - У меня есть план, ибо он прекрасен! – заверил ее он, а потом рассказал о своей задумке: - Когда все господа пойдут ужинать, я под предлогом головной боли откажусь. Тогда-то мы и сможем пробраться в сад ночью под полной луной. Убежим с тобой в Пограничье (Большой мирный город в сообществе «Глоток воды»). Будем жить свободной жизнью. А потом я предложу тебе за меня выйти замуж и мы родим кучу детей, а потом будем жить долго и счастливо, и умрем в один день. Дочь Пандоры рассмеялась и крепко обняла своего друга. Так они и просидели до вечера в комнате одни одинешеньки. И все-таки всегда наступает время операции. Тамико осталась в коридоре в белом подвенечном платье, но славу богу, ее облик был словно тень. Билл зашел в гостиную и уведомил всех о своей головной боли. - Ты не заболел, Билл? Обычно ты всегда бежишь кушать поданные яства, - спросила маменька. Это так, но сейчас молодой Шимус едет в церковь жениться на Тамико, ведь это был единственный выход. Им всего-то по шестнадцать лет. Родители с такой заботой относились к нему, что стало немного горько на душе. Бил вышел к своей невесте, в руках у нее была золотая шкатулка с золотой росписью. Шкатулка Пандоры. Самая ужасная вещь на свете, оставившая в себе надежду. Чтобы не растерять ее, они взяли ее с собой. Молодые вышли в темный сад и последовали по дороге. Снег хрустел под ногами, а в воздухе вились снежинки, опускаясь на волосы Тамико и Билла. Вскоре ароматный сад закончился. На дороге сани дожидались их. Лошади, прозябнув, не стояли на месте. Кучер расхаживал перед оглоблями, удерживая ретивых. Он помог Тамико и Биллу усесться и уложить узлы на шкатулку, взял возжи, и лошади полетели по снегу. Дорога была им знакома, а езди всего минут двадцать до безопасности, до леса. Но едва Хае и Шимус выехали за околицу в поле, как поднялся ветер, и сделалась такая метель, что они ничего не видели. В одну минуту дорогу занесло; окрестность исчезла во мгле мутной и желтоватой, сквозь которую летели белые хлопья снега; небо слилось с землею. Тамико и Билл очутились в поле и напрасно они хотели снова попасть на дорогу. Лошади ступали наудачу и поминутно въезжали в сугроб, то проваливалась в яму. Сани поминутно опрокидывались. Им казалась, что прошло более получаса, а они еще не доезжали до леса. Они ехали полем, пересеченным глубокими оврагами. Метель не утихала, небо не пояснялось. Наконец в стороне что-то стало чернеть. Молодые увидели рощу, скоро нашли дорогу и въехали во мрак деревьев. Но они ехали, ехали, а конца было не видать. Он и с ужасом увидели, что заехали в незнакомый лес. Вдруг с ветки огромной сосны упал сугроб прямо на голову кучеру, и тот остался в снегу, пока его не замело окончательно. Лошади заржали и бросились в разные стороны, опрокидывая сани с Тамико и Биллом. Те неаккуратно поднялись. Вдруг в карих глазах засела неплохая паника. Кто-то схватил Шимуса сзади за волосы и прошептал над ухом. - Да я вижу, ты согласился и слугу с собой привел, - голос был незнаком. Послышался лязг заржавевших доспехов. Какие-то люди схватили Тамико и Билла, погружая в объятия веревок, стискивающих кожу… Какие-то слова здесь присутствуют старинные. Наша Торговка счастьем боится, что все это сильно отличается от заявки и не будет принято читателями. Просто наша одиннадцатилетняя писательница волнуется, ведь никогда не писала яой, что ей предстоит, поэтому она включила гет. Собственно, поэтому так и назвала. Ваш, Злоумышленник