Be my misfortune

Как девушка и обещала, она вернула Колину камеру в тот же день, вчитываясь с немного позабытые японские иероглифы. В книге говорилось, что водная кицунэ может управлять водой в любом из состояний, упоминалось такое владение как магия крови. Она пыталась овладеть навыками каждую ночь на Астрономической башне, но получалось с трудом, хоть и теперь она умела достаточно много. С Малфоем она не общалась с тех самых пор, как отказала идти с ним на Святочный бал, и кажется, все факультеты чувствовали это напряжение, нависшее между ними. Гермиона всё чаще спрашивала что между ними произошло, а Гарри лишь сверлил того ненавидящим взглядом под тираду Рона о том, что если он хоть как-то навредил ей то лишиться всех зубов. В очередное такое утро девушка не выдержала, захлопнув книжку, прочитанную уже до дыр: – Да ничего не случилось. Я отказалась идти с ним на бал и всё. – А я-то думаю, чего это он больше возле тебя не вертится, – парень почесал рыжую макушку. – Видимо отказ был весьма критичным, раз он тише травы. Обычно Драко так просто не мирится с поражением, – выразила мысль Грейнджер, – он не делает вид, что человека не существует, он унижает и задирает. – Это бы со мной не прошло. – Именно поэтому весь Хогвартс думает, что вы спали вместе, – сказала вмиг подсевшая за стол Луна, – да ещё и будто бы он тебя бросил. От такой новости Амелия аж поперхнулась тыквенным соком, прокашлявшись, девушка подняла взгляд на соседку по комнате: – Что? – Слизеринцы сказали, что ты спала с Малфоем. Не знаю, кто точно этот слух пустил, но я думаю, что без самого Малфоя не обошлось. Лайт оглянулась, за эти несколько дней, что она была сосредоточена на учебнике, девушка и не заметила этих перешептываний и косых взглядов в свою сторону. – Хорёк совсем с головой не дружит, раз решил, что может такое себе позволять, – Поттер поднялся на ноги, но был остановлен Гермионой. – Не стоит снова нарываться на него, навещать тебя в Больничном крыле, когда там же валяется Малфой невыносимо. – Я сама с ним поговорю, – девушка, закинув сумку на плечо, направилась к столу Слизерина. Драко находился в компании всё тех же Забини, Нотта и Паркинсон, которая, кажется, едва ли не сидела на руках у парня, шепча ему что-то на ухо. Уверенно шагающая фигура новенькой привлекла внимание всех учащихся и, в конце-концов и самого старосту Слизерина. Блондин выровнялся, скидывая руки однокурсницы с себя. – Разговор есть. Он вздёрнул вверх бровь: – Говори. Тут все свои. – Будь, по-твоему, – она усмехнулась, наклоняясь к его уху, вновь вдыхая аромат моря, – я тебя сотру в порошок, Малфой. После девушка покинула Большой Зал, а за ней и слизеринец, который явно недопонимал, что происходит в стенах заведения, где он главный. Он догнал когтевранку у входа в зал, где должны были начатся занятия по танцам. Слизеринец развернул её лицом к себе, сразу заработав звонкую пощёчину: – Не думала, что ты так низко можешь поступить, что можешь просто распустить слух о нас из-за того что я отшила тебя. Парень пальцами коснулся горящей от удара щеки. – Я не знаю, кто это сказал. Она вновь поднесла руку для удара, но парень перехватил её кисть: – Слышишь? Это не я. Но узнаю кто. И заткну его, – он прижал руку девушки к себе, притягивая ближе. Серые глаза всмотрелись в такие же стальные его, девушка была не в силах вырваться, да и не хотела. За эти дни она успела соскучиться по Малфою, который стал, кажись частью её самой за эти три месяца. – Я тебя ненавижу, – она уткнулась в его грудную клетку, ощущая удары чужого сердца, – как же я тебя ненавижу за то, кто ты. Шаги за поворотом заставили её отшатнуться от парня, мельком заглядывая в глубину его глаз, своими, уже стоящими на мокром месте, прежде чем примкнуть к друзьям. Вошла она в зал, уже собравшись, лишь беспокойство на лице Гермионы говорило о том, что что-то произошло. Пока зал заполнялся учениками, староста змеиного факультета наблюдал за собранностью Лайт, которая кажется, не прижималась несколько минут назад к нему и не была на грани истерики. Её лицо не выражало толком ничего, она даже не бродила взглядом по комнате, сосредоточившись на одной точке. Шум в зале затих после того как МакГонагалл вошла в зал, приказывая выстроится парней и девушек в разные колоны параллельно друг другу. – Как вы понимаете Святочный Бал будут открывать участники Турнира со своими партнёршами, но это не значит, что остальные не смогут насладиться прелестью танца, – женщина кинула хитрый взгляд на хихикающих девчонок. – Рональд Уизли! – Она протянула ему руку, – смелее. Разговаривающий до этого гриффиндорец недовольно вышел вперед: – Ну почему всегда я? – Разбейтесь на пары! – словно не замечая возмущений, сказала та. Амелия замялась, до слухов, которые пошли от Малфоя любой парень захотел бы составить ей компанию, но теперь, считая её собственностью Слизеринского Принца, все бросали на неё лишь заинтересованные, полные страха взгляды. Она никогда не любила танцевать, хоть и умела. Девушка помялась на месте, краем глаза заметив приближающегося к ней Драко, и взмолилась, что бы он прошёл мимо. Протянутая белоснежная ладонь отвлекла девушку от собственных мыслей: – Потанцуем, Лайт? – Я говорила, что ненавижу танцевать, Малфой. – Не любишь или не умеешь? – его взгляд был твёрд, а в голосе не читалось ни намёка на издёвку. Она поджала губы. Девушка надеялась на то, что сможет потанцевать это занятие с Гарри, но парня быстро перехватила другая слизеринка, что вызвало у него непонимание. – Я попросил занять нашего героя. Не оставалось ничего, кроме как принять приглашение и услышать звонкое молчание всего курса. – Теперь я вовсе возненавижу танцы. Когда заиграла музыка, сразу же послышались недовольные голоса учеников. Кто-то кому-то на ногу наступил, кто-то в мантии запутался, но такие проблемы парочку не волновали. Драко уверенно вёл партнёршу, кружа в танце. Что сказать, ему нравилось наблюдать за её холодным выражением лица, особенно зная, что теперь она его, хоть и не признаёт этого. Эта истерика, взрыв эмоций сказали всё за неё. Холодный взгляд хоть и без привычного презрения, чуть вздёрнутый вверх подбородок, идеально ровная спина и чёткий, но по-женски легкий шаг. Когда та прогнулась, как требовалось в этой партии, он невольно поджал губы, прижимая девушку к себе ещё плотнее. Чуть приоткрытые губы, тонкая белоснежная шея, немного вздрагивающая грудь. За это можно было сойти с ума. – Почему мы остановились? – спросила она, когда вернулась в исходную точку. – С кем ты идёшь на бал? – Ты решил узнать это сейчас? – брови блондинки метнулись вверх. – Да, ведь у меня должно быть всё лучшее, Лайт. – Я иду с Крамом, – резко сказала та, чуть искривляя губы. Дурмстранговцу она отказала ещё несколько дней назад, но что ей стоило поменять решение? – Ты шутишь? После того что мы видели ночью? Они явно что-то замышляют, – он крепко схватил её за плечи. – Не забывай о личном пространстве, хорёк, – девушка резко скинула руки с себя. Его глаза сузились: – Обязательно скажу Грейнджер спасибо за то, что донесла тебе это мерзкое прозвище, но сейчас не об этом. Ясно как белый день, что Крам преследует определённую цель. Какую мы пока не знаем. Это неразумно. – Мне всё равно. –Твой выбор, так или иначе, – он её раскрутил, в конце отпуская руку и уходя к насупившейся Пэнси, которая засияла как начищенный чайник, когда слизеринец выцепил ее из толпы, вовлекая в танец.

***

Сестры Патил суетились по комнате, пока новенькая была увлечена чтением. Девушка никак не могла понять один из приемов водной магии, над которым корпела уже не первый день. Одна надежда оставалась на то, что она что-то упустила, читая строки, но и на десятый раз она не могла заметить свою ошибку. – Чувствуется мне, что и после этого матча кто-то да окажется в Больничном Крыле, – рассуждала вслух Парвати, обматывая вокруг шеи шарф факультета. – Что за матч? – встряла в разговор Лайт, перечитывая страницу. – Драко Малфой бросил вызов Виктору Краму еще перед первым состязанием, а вчера огласил, что игра будет проведена сегодня, только в неофициальной форме. То бишь, учителя не приглашены. Совсем ничего не замечаешь за своими заданиями, - сокурсница подкатила глаза. Луна вздохнула: – Не понимаю, зачем ходить смотреть на Квиддич в очередной раз, особенно когда дел и так невпроворот. – Как я знаю, – Патвати развернулась на носках, откидывая волосы назад, – и Крам и Малфой еще не определились с парой на Святочный Бал. – Малфой? Серьезно? – непонимающе посмотрела на нее сестра, – Ты забыла, что было в прошлом году? – Не забыла, – она хлопнула дверцей шкафчика, – но если не открывать бал с Виктором, так уж хоть со старостой. – Ты прекрасно знаешь, с кем он хочет идти, – Луна покрутила на пальце локон. Три пары глаз устремились на Амелию. Девушка глубоко вдохнула: – Я отказала и тому и другому. – Ну вот видишь, – образовалась Парвати , – Не нужно забывать ещё и о Гарри. Дальнейший разговор девушек она не слышала, очнувшись, только когда дверь за ними закрылась. Когтевранка отложила книгу и взяла в руки шкатулку, внутри было несколько пар серьг, колец и подвесок, одну из которых она взяла в руки. Это была жемчужина в серебряной огранке на тонкой цепочке, девушка покрутила ее в руках, а после застегнула на шее, скрывая камень под тканью кофты. В глаза бросился кусок ткани, выглядывающий из приоткрытой тумбочки. Амелию выудила свитер змеиного факультета, аккуратно кладя его себе на колени. Лайт провела пальцами по нашивке, даже с такого расстояния она чувствовала едва уловимый запах одеколона его владельца. Она никогда не была трогательной и уж тем более не любила плакать, но глаза все же застелила пелена горячих слёз. Разум гласил о том, что неразумно было подаваться флирту с Малфоем, а душа трепетала. Когтевранка надела свитер поверх своего, а после скрыла его мантией, отправившись на поле, где уже было довольно много народу. Девушка знала, насколько было опрометчиво надевать вещь старосты, но удержаться не смогла. Вещь прожигала кожу, она чувствовала предательство к памяти родителей, но поделать ничего не могла. Лайт поднялась на трибуны, где восседали дурмстранговцы и те, кто болел за них. Обе команды уже находились на поле, разминаясь перед "дружеским" матчем. Слизеринский Принц и Крам стояли посредине поля, о чем-то разговаривая. Даже не слыша разговор, было ясно, что ничем хорошим это не закончится. По свистку команды взмылись вверх, а за ними и мячи. Сказать, что слизеринцы были сосредоточены на том, что бы заработать побольше очков, значило соврать. Причем нагло. Нападающие беспринципно зажимали соперников, выводя из игры одного за другим, чем вызвали одобрительный кивок ловца. Казалось было бы проще, если бы ловцы команд вышли один на один, но нет. Драко несколько раз едва ли не сбил с метлы Виктора, чем добился только более агрессивной игры. Под охи-вздохи болельщиков обеих команд Виктор был сброшен с собственной метлы, но парень, успел ухватиться за метлу соперника. – Знаешь, мне ничего не стоит тебя сейчас сбросить вниз и тем самым облегчить участь Поттера, а тем самым и мою. Все подтвердят, что это был всего лишь несчастный случай во время игры. – Так чего ждешь? Малфой обвел взглядом трибуны: – Понимаешь, я уж очень хочу понравиться одной особе, а ты мне мешаешь. – Если ты про Амелию, то думаю, в отношениях с ней ты преуспел явно больше моего. – Я так не считаю, – он протянул ему ладонь, втягивая на место позади себя. Они спустились на землю, Крам протянул ему ладонь: – Спасибо. Светловолосый презрительно скривил губы: – Это не значит, что всё хорошо. Брюнет опустил руку, согласно кивая и удаляясь в сторону своей команды. В раздевалке, скинув мантию и налокотники, староста вздохнул. Блейз тихо сидящий в стороне, поднялся на ноги: – Тебе нужно расслабиться. Может, вспомним былые времена? Парень провел рукой по волосам, согласно кивая. – Тогда я соберу всех сегодня в десять, как раз пятница. Пригласить Лайт? – Нет. Забини кивнул, уносясь прочь из раздевалки, в которую ввалились остальные игроки.

***

Вечером комната Когтеврана была столь же суетлива, как и днём. Как оказалось, сестры Патил и еще несколько девчонок из Гриффиндора были приглашены на вечеринку в подземелья Слизерина. Как удалось узнать, такие вечеринки были не впервые. На прошлом курсе, слизеринцы организовывали подобные гуляния каждый месяц, если не чаще. Лавгуд, наблюдающая за подругами, лишь вздыхала: – Вы же знаете, что там происходит. Зачем туда идти? – Я всё ещё хочу пойти со старостой, а сестра за компанию, – сказала Парвати, меряя очередное платье, - блин, ну ничего подходящего. Амелия, можно я возьму что-то из твоего? – Конечно, – светловолосая вновь обмакнула перо в чернила. Ей ещё не скоро предстояло закончить эссе по Зельеварению и, хоть впереди были еще целые выходные, закончить хотелось сегодня. – А ты не хочешь пойти? – спросила сокурсница, примеряя одно из платьев новенькой. – Есть дела и меня не приглашали, а даже если бы и так, то я все равно бы не пошла. – Почему? Лайт непонимающе уставилась на неё, действительно, что ей мешало отправиться на вечеринку? Впереди ещё целые выходные. Потому что там Драко? – Хорошо, я пойду. Она поднялась из-за стола и, подойдя к шкафу, скользнула взглядом по вешалкам. В глаза бросилось черное платье средней длинный, в которое она и переоделась, встряхнув локоны волос. Полумна лишь проводила девушек встревоженным взглядом, ненадолго отвлекаясь от учебника по Трансфигурации. Оказавшись у портрета, за которым находился вход в гостиную змеиного факультета, девушки замялись, но Амелия громко постучала. Дверь отворилась через несколько мгновений, Теодор Нотт лучезарно улыбнулся новоприбывшим: – Лайт, я уж думал, не явишься. Прошу, – он отступил. Войдя в затуманенное помещение, новенькая нахмурилась. В воздухе витал аромат дыма от кальяна и сигар, которые были у некоторых из парней. Внутри играла ненавязчивая музыка, под которую немногие танцевали довольно откровенные танцы, попивая алкоголь. – Вот как вы отдыхаете. – Не боись, – он подтолкнул её вперед, – мне передать Драко, что ты пришла? – Зачем? Мне до него дела нет. Парень присвистнул: – Тогда может, выпьем? – Было бы неплохо. Пока парень отходил, она исследовала помещение взглядом. В углу был размещен стол, за которым почти вся команда по Квиддичу играла в карты, именно напротив них кружились представительницы слабого пола. Паркинсон сидящая около старосты, что-то шептала тому на ухо, пока тот был увлечен партией. Слизеринец передал ей огневиски, которое она осушила залпом. – Потанцуем? – Не люблю это дело, лучше выпить. Тео улыбнулся, вновь наполняя стакан девушки: – И никто из учителей не заглянет? – Нет, конечно. Все схвачено. Снейп уже смирился, как говорится, чем бы ребёнок не тешился, лишь бы не плакал. – Интересно. Девушка сделала глоток, понимая, что делать ей тут нечего. Сестры Патил были заняты Забини и Малфоем, который мало обращал внимания на кого-либо. Когда карточная игра была окончена, и все разбрелись кто куда, девушка села за стол, напротив уже хорошо поддатого старосты. – Какие люди, – он прыснул со смеху, – почтила мою скромную обитель своим присутствием? Что сподвигло? – Парвати соблазнила на такой тип отдыха. – И как тебе? – Довольно мерзко. Парень хохотнул, поправляя волосы. – Так чего же не ушла? Хотела встретиться? – Хотела посмотреть, как развлекаются змеи. Улыбка снова заиграла на его лице: – Так может, повеселимся? – он достал из-под сидения бутылку виски, купленную в одном из магазинов Лондона. Блондинка поставила свой стакан, который вмиг наполнится янтарной жидкостью. – Правила таковы: мы по очереди говорим что-то, что мы не делали, например, я говорю, что никогда не был в Шармбаттоне, – он на мгновение встретился с ее настороженным взглядом, – Если ты это делала, то пьешь, если нет, пропускаешь. Ясно? – Предельно. – Отлично, – он поставил бутылку рядом, закуривая, – начинай. Она поверила стакан в руке: – Я никогда не курила. – Хитрюга, – он усмехнулся, делая несколько глотков, – Я никогда не учился в другой школе. Амелия сделала глоток: – Я никогда не спала с девушкой. – Это уже наглость, – он снова выпил, замечая, на чуть раскрасневшемся лице когтевранки, улыбку. Когда бутылка уже была почти выпита, а в голове девушки приятно плыло, иллюзию спокойствия нарушила Паркинсон. Она подошла к столу, влияя в такт музыке бедрами: – Может, выйдем? – слизеринка подмигнула парню. – Мне и здесь неплохо, – он вкинул в рот кусочек сыра. Видимо задетая таким отношением, сокурсница скривилась: – Видимо сегодня, ты будешь развлекаться не со мной. Лайт повела бровями, допивая остаток алкоголя: – Мне лучше уйти. – Тебе вообще не следовало являться сюда, – шатенка сложила руки на груди. – По-моему это тебе здесь не место, – Малфой впился в Пэнси злобным взглядом, – все отдыхают, а ты закатываешь сцены. – Потому что все знают, что эта шлюшка раздвигает перед тобой ноги, хотя и скрывает это от своих дружков, – повысила голос та. – Так, – новенькая поднялась, – видимо мне действительно пора. Было приятно провести время. Негромко стуча каблуками, Лайт отправилась к выходу. Староста поднялся на ноги, он хотел было отправиться за ней, но был остановлен крепкой хваткой слизеринки. – Если сейчас пойдешь за ней – между нами всё будет кончено. Парень хмыкнул, выдергивая руку: – Между нами ничего и не было. Оставив оскорбленную Паркинсон посреди гостиной, светловолосый поспешил за Амелией. К счастью девушка недалеко ушла за то время, что он говорил, и догнать её не составило огромного труда. – Прости за её слова. Она остановилась: – Да ничего, это было ожидаемо. – Может, пойдем ко мне? В комнате вроде была бутылка неплохо вина. – У вас здесь прям ликероводочный можно открывать, – она последовала за ним. Оказавшись в комнате, Драко и впрямь нашел в закромах вино, которое вмиг оказалось открытым и разлитым по бокалам. Парень принёс ей напиток, пока девушка всматривалась в огонь. – Это странно. – Что именно? – Что я пришла сюда, – Амелия отхлебнула выпивку, – что ты не остался там. Это всё странно. Он отставил бокал на камин, после проводя пальцами по щеке новенькой. Девушка непроизвольно подалась вперёд. Честно говоря, такой Малфой ей нравился больше. Под градусом не было наигранного веселья, придирчивости и сарказма по отношению ко всем. Сейчас, с расхлябанным галстуком, в рубашке с закатанными рукавами и теплом в глазах он казался настоящим. Он поставил её бокал рядом со своим, приобнимая ту за талию и вовлекая в ненавязчивый танец под тишину. Это не казалось диковинкой для обоих, девушка полностью повиновалась его движениям, не прерывая зрительного контакта. – Скажи что ты такой на самом деле. – Это не мне решать. Девушка опустила голову на его плечо, останавливаясь и набирая полные лёгкие моря. Его моря, которое казалось, поглотило её с головой и не собиралось возвращать на поверхность. Она подняла голову вверх, натыкаясь на его подбородок, а после, немного смутившись, приподнялась на носочки, легко касаясь губ Слизеринского принца. Драко зарыл ладонь в светлые локоны когтевранки, углубляя поцелуй. Амелия крепко ухватилась за вороты его рубашки, притягивая парня ближе. Язык парня прошёлся по нижней губе девушки, вкушая тёрпкое послевкусие вина. Вскоре поцелуи переросли в покусывания, а после и вовсе в кровь на губах и оживлённый смех Малфоя, который не понимал, как возможно было существовать до этого момента. Парень подхватил девушку на руки, неспешно перенося в спальню всё тех же изумрудных тонов. Лайт оттягивала волосы парня до боли, открывая доступ к шее, которую незамедлительно покрывала укусами. Сама она не поняла, как настолько быстро они оказались в постели, соприкасаясь уже полуголыми телами, в то время как платье и рубашка старосты валялись на полу. Девушка обвила ногами торс парня, вновь примыкая к истерзанным губам с поцелуем уже более нежным и терпеливым. Прикрыв от удовольствия глаза, она чувствовала, как парень спускается вниз по шее к ключицам, быстро освобождает её от бюстгальтера, нежно прикусывая сосок, от чего по хрупкому телу прошла волна мурашек, а воздуха в лёгких стало предельно мало. Длинные пальцы прошлись по животу девушки вниз, ловко забираясь под край трусиков новенькой, вновь вызывая дрожь и сладостный стон, который он стремился вобрать в себя поцелуем. Амелия вцепилась ногтями в плечи сокурсника, когда тот, лишив её последнего предмета одежды, плавно вошёл. На минуту он остановился, мягко целуя ту в щеку, по которой скатилась слеза. Конечно, парень не сомневался, что она ещё была нетронута, но до последнего гнал от себя эту мысль. Двигаться он начал нарочно медленно, дабы дать возможность девушке привыкнуть к новым ощущениям, но когда услышал первый блаженный стон, ускорился, вколачиваясь в разгорячённое тело. Руки когтевранки исследовали спину парня красными полосами, она несколько раз вгрызалась в его плечо, дабы не закричать, а после, зализывала увечия. Что сказать, как и предполагал опыт, Малфой оказался хорошим любовником, от чего тело пробила дрожь и девушка обмякла, едва слышно произнося имя слизеринца.

***

Утро прокралось в спальню старосты так же внезапно, как и закончился прошлый вечер. Драко провёл рукой от плеча и до бедра девушки, вызывая тем самым неодобрительное угуканье. Парень глубоко вдохнул запах исходящий от неё, вновь удивляясь тому, что от человека просто так может пахнуть шоколадом. Платиноволосый слегка прикусил мочку её уха, и немного поиграв с ней, всё же добился того, что блондинка открыла глаза. С минуту она не могла понять, где находится, а после, резко поднявшись, крепко прижала простынь к груди: – Что я здесь делаю? – А ты подумай, – староста усмехнулся. – Если это какая-то шутка лучше сразу скажи. – Ты в моей комнате полностью голая и с похмельем. И как видимо, ничего не помнишь, – он недовольно хмыкнул, перекатываясь на спину. Лайт потёрла глаза. Она помнила, как пришла на вечеринку в подземелья, как играла на выпивание с Драко, как Паркинсон закатила скандал и… – О Мерлин, – только и смогла выдавить из себя та, склоняясь спиной на кровать. – Вспомнила? Когтевранка согласно кивнула. – Тогда может, перестанешь выглядеть так, словно я тебя силком сюда затащил? Ловец повёл бровью, а после, приподнявшись, подмял её под себя под рьяные протесты: – Мне тебя обязательно спаивать нужно? Сталь её глаз разрезала его холод. Он осторожно наклонился к пухлым губам, слыша как девушка поглубже набрала воздуха в лёгкие, прежде чем принять поцелуй. Малфой прикрыл глаза, поддаваясь собственной слабости. Поцелуй закончился так же медленно как и начался, напоследок проведя по краю губы сероглазой, парень уткнулся лбом в её: – Это была предполагаемая реакция. – Тебя задевает то, что я практически ничего не помню? – она зарыла руку в его волосы, ощущая их мягкость. Вопрос парень оставил без ответа. Девушка скользнула кончиками пальцев по плечу старосты, спускаясь ниже по руке, и замерла. На предплечье красовалась метка пожирателей смерти, девушка оттолкнула парня от себя, что явно привело того в недоумение. – Ты мне соврал, – она быстро вылезла из-под простыни, надевая наспех нижнее белье, – не знаю, как тебе удалось её спрятать, но это дела не меняет, – она надела платье. Драко поднялся на ноги, он совсем и забыл, что заклятье Снейпа должно было в скором времени потерять свою силу. – Врал мне. Всё это время ты лгал и играл на моем чувстве вины, – девушка активно жестикулировала, – что ты сейчас мне скажешь? Что? Староста молчал, лишь бдительно наблюдая за действиями девушки. – Ты ещё более жалок и мерзок, нежели я думала. Лайт вихрем покинула комнату старосту, громко хлопнув дверью. Кровь стучала в ушах с бешеной скоростью, сердце ударялось о рёбра, прожигая всё своё аристократическое нутро. Он знал, что не сможет скрывать это вечно. На что надеялся? Что сможет остаться Пожирателем и быть с Амелией? Кулак врезался в дверцу шкафчика, пробивая тонкую древесину. Хотелось вырвать глупый орган, ломая кости, разверзая раны в надежде на облегчение. Трудно было признавать, что он не хотел быть полным мерзавцем рядом с ней. Усмешка тронула пухлые губы парня. Но солнце уже давно стояло высоко над горизонтом, и было время возвращаться в привычную среду, где Драко Малфой вновь заносчивый кретин, эгоист и самовлюблённый идиот. Парень надел рубашку, и неспешно завязывая галстук, подошёл к зеркалу. Губы алели на фоне бледного, едва ли не зелёного лица слизеринца, взволнованное состояние которого не могли бы разобрать даже друзья. Покинул комнату он уже при полном параде. Как всегда в приталенном выглаженном костюме и идеально уложенными волосами. Как обычно, он направлялся в Выручай-комнату, дабы починить Исчезательный шкаф, вновь мучая смертью наколдованную птичку. Следовало поскорее закончить с этим делом, ведь если Лайт кому-то сообщит о том, что он Пожиратель к нему приставят слежку, или даже совсем выгонят из школы. Оказавшись у нужной стены, из которой возникла дверь, он вошёл, оказавшись в захламлённой комнате. Он настолько часто бывал здесь, что уже даже с закрытыми глазами мог пройти мимо безделушек к нужному месту. Парень вынул животное из клетки, усаживая внутрь шкафа, плотно закрывая дверь. – Гармония Нектере Пасус. Он повторял это каждый день в надежде на благополучный финал, но каждый раз птица была мертва. Как и он сам. Железная хватка отца крепко держала его даже за пределами Малфой-мэнора и попробуй он только ослушаться, то пошёл бы как корм Волан-де-Морту. Парень глубоко вдохнул. Птица была мертва. А ему нужно было воскресать.