С первого взгляда

      Тяжелое дыхание разрывало тишину. Мягкое касание будоражило кожу. Наши пальцы переплетались. Я ощущал ее, словно, по-новому... что-то иное, что-то запредельное. - Хината... Ее глаза закрыты, губы расслаблены, голова слегка запрокинута на бок, а руки боязливо скользили по моим плечам. Она их медленно поднимала вверх и заносила мне за спину, хватаясь за рубашку и сжимая ее изо всех сил. - Хината... Я касался ее губ своими аккуратно и бережно, покрывая их короткими и частыми поцелуями. От этого она начинала непроизвольно улыбаться. Тайную занавес ее внутреннего мира мне хотелось как можно быстрее сорвать, обнародовав чувства, соединяясь и телом, и душой. - Хината... Ее руки у меня на груди, ее тело пробивала дрожь, биение ее сердца далеко не идеальное, учащенное, башенное, рвущиеся из груди. Тяжело дыша, я оторвался от ее уст и, обхватив лицо ладонями, посмотрел в ее глаза: они завораживали и искушали, они говорили мне о желанной близости четко и ясно. - Хината... Я сделал шаг, она тоже, еще один, а за ним другой - мы оказались возле окна. Лунный свет, пробивающийся через неплотно прикрытые шторы, осветил наши силуэты, выдавая местонахождения в большом зале, предоставляя друг другу в полном единении. - Хината... Положив руки ей на талию, сжимая сильнее, подсадил девушку на подоконник, располагая удобнее, чтобы потом пристроиться и самому, медленно разведя ее ноги в стороны и прижимаясь всем телом. Она податливо соглашалась с каждым моим действием и, предчувствуя большее, сжимала плотно губы. - Хината... Мы снова поцеловались, недолго, но значимо. Переведя взгляд от ее затуманенных глаз на ее часто вздымающуюся грудь, неуверенно, каждый раз тушуясь, еле ощутимо провел по ней пальцами, а потом полностью взял в ладоши, стараясь не причинить боль. Судя по вырывающемуся судорожному стону в ответ – ей было приятно. - Хината... Вдоволь «наигравшись» с ее округлостями, я спустился ниже, завладев упругими бедрами, сжимающими меня как тески. Но пару ласковых прикосновений сделали свое дело – она полностью расслабилась, позволив мне спустить свои штаны и приподнять ее юбку до самого живота, предоставив взору белоснежные плавки с небольшим красным бантиком посередине. Она сильно смущена, как и я – это впервые происходило с нами. - Хината... Вновь произношу ее имя и, соединяя наши губы, начинаю прижиматься своей давно набухшей пульсирующей плотью к ее самому чувственному и тайному месту. Ощутив это, она обняла меня сильнее за шею, судорожно глотая воздух. Я не мог больше тянуть. - Хината... Движение, единственное быстрое и резкое движение, сметающее ее девственную плеву, заставило меня замереть на месте. Она испытывала боль, кажется, что нестерпимую, - из ее глаз тут же потекли слезы. Как только я начинал двигаться, она пресекала, молила быть неподвижным, стараясь унять дискомфорт. Я, молча, повиновался. Настолько сильно ее тело отвергало меня? От собственных мыслей мне становиться не по себе, и как только я решился выйти наружу, она начала жаться ко мне всем телом, заключая в замок и руками, и ногами. - Хината... Все верно! Отступать сейчас бессмысленно!

***

- П... про... прости, - не удержавшись, промямлил, как только дыхание выровнялось и мы отстранились друг от друга. – Тебе… тебе точно было... прия... - это слово вертелось у меня на языке, но его сложно было произнести вслух. Хината, все еще содрогаясь всем телом, - прокатившаяся вспышка экстаза не отпускала ее до сих пор – краснела пуще прежнего. Она неловким движением руки указала на свою кофту, которую я в порыве страсти отправил на пол. - Конечно, - отряхнув материю, передал ее Хинате. - Тебе помочь? Она замотала головой и, приняв их из моих рук кофру прикрыла ею свою обнаженную грудь. Продолжая робеть, Хьюга начала сползать вниз с подоконника, а я, почувствовал дискомфорт, на автомате отвернулся. Почему после случившегося, неловкость увеличилась, не оставляя место для раскованности?

***

- Привет! Ты не спишь? – мой голос дрожал, по-прежнему думал о Хинате. - Только собираюсь ложиться, - он сразу распознал мой настрой. – Наруто, ты там случаем не рыдаешь? Я держал паузу. Мне было сложно решиться на откровенный диалог, даже несмотря на то, что Шикамару мне как брат. - Наруто… речь о Хинате? - Да, - выдохнул. – Послушай… насколько моя любовь отличается от твоей? - Ты это о чем? - удивился он. - И хватит юлить! Толком объясни, что стряслось? - У нас был се... – запнулся, вновь вспоминая свою девушку, ее смущенное лицо, частое дыхание и полные вожделения стоны. - Поздравляю, - спокойствие друга не укладывалось в голове. – Не понимаю, почему ты тогда расстроен? - Сложно объяснить, - измеряя свою комнату размашистыми быстрыми шагами, - от стенки к стенке, от угла к углу – никак не мог успокоиться. - Сначала все было хорошо, она согласилась прогуляться, а потом мы долго целовались у автобусной остановки. Я обнял ее, очень крепко, и сказал, что не хочу сегодня расставаться... - И где вы это сделали? - В библиотеке, - непроизвольно рассмеялся. - У нее были ключи и мы решили этим воспользоваться. - Что именно тебя смущает? - друг торопил события. - Только одно. Она сдерживалась, словно терпела, желая поскорее с этим разобраться. - Послушай, дружище, - забеспокоился Шикамару, - действительно ли это так? Это было впервые, и она не знала как себя правильно вести. Или даже наоборот - ей было настолько хорошо, что она постеснялась тебе это показать. Его предположения могли быть ошибочными. Оставаясь наедине с Хинатой, не позволял себе ничего лишнего или же распутного, без ее разрешения. Все происходило по обоюдному согласию, она была не против. Но когда все закончилось, не пожелала смотреть мне в глаза, даже "словом не обмолвилась". Быстро оделась, выбежала из зала, оставив меня наедине с гнетущими мыслями, и даже когда садилась в такси, не обернулась. Мы в тот день не попрощались толком. - Еще раз тебе говорю, дубина, - интонационно проронил Нара, слыша в трубке мое тяжелое сопение. - Все будет хорошо. До завтра она усвоит пережитое и, скорее всего, сама тебе напишет. - Сама? Я уже пятнадцать смс написал, а она ни на одно не ответила! - Короче, - раздражался друг, - не накручивай. Кстати, ты презек использовал? - Ага, - буркнул. - Вспомнил о нем в самый последний момент.