Находки

      Я прошел через высокие прозрачные двери супермаркета и, заскочив на эскалатор, достал из кармана список с покупками. Пробежался глазами по листку, перечень небольшой как всегда. Одинокому омеге требуется совсем немного. Самое необходимое: хлеб, масло, сахар, чай, апельсины… змея. Ах, ты ж… чтоб тебя! Змея!!! Хорошо, что я не забыл внести ее в список! Итак, прежде всего я должен зайти в отдел детских товаров за змеей.       Признаюсь, годы интенсивного использования превратили мою старую змейку в лохмотья, и пришлось ее выбросить. Было немного жаль с ней расстаться, много лет эта вещь прослужила мне верой и правдой. Но я не очень горевал, ведь это всего лишь детская игрушка, и ее легко заменить. За этим я и явился в магазин… Ну еще и за продуктами в придачу.       Здесь возникает закономерный вопрос: почему я не покупаю подобные предметы в специальных магазинах интимных товаров? Да просто, я ужасно стеснительный. И зачем тратить силы на борьбу со своими комплексами, если можно легко, без напряга, подобрать резиновое изделие подходящей формы в магазине детских игрушек?       Подхватив на входе пластиковую корзинку, снова поднялся на эскалаторе, на этот раз на третий этаж. Обойдя стенд с журналами, наконец-то очутился возле стеллажей с игрушками. Рассудив, что лучше всего начать поиски на полках с товарами для младенцев (здесь более обширный выбор именно резиновых игрушек), я замер рядом с полкой и начал внимательно изучать ассортимент.       Мое внимание привлекла оранжевая рыбка, я взял ее и, проверяя на эластичность, помял немного. Из изделия вырвался громкий противный писк. Я вздрогнул и, оглядевшись по сторонам, с облегчением перевел дух. На мое счастье других покупателей поблизости не оказалось.       Да знаю я, как это глупо! По моему внешнему виду никак нельзя определить, что я — бездетный омега и выбираю игрушку для своих собственных грязных нужд, одним словом, для секса. Но моя проклятая стеснительность может напомнить о себе в любой момент, и тогда самый ничтожный пустяк раздуется до гигантских размеров.       Стараясь случайно как-нибудь не нажать, я привередливо осмотрел рыбку и забраковал. Слишком оттопыренные плавники у нее и тело шарообразное. Ну почему нельзя было сделать резиновую рыбу более реалистичной формы? Типа селедки? Представив себе карапуза с зажатой в ручонке игрушкой-селедкой, я усмехнулся. Конечно же, младенцу все равно с чем играть, но его родители не оценят игрушку столь двусмысленной формы.       Я осмотрел еще несколько полок и приуныл. Похоже, фабрики, выпускающие детские игрушки, состоят в заговоре с родителями. Или им известно ЧТО делают омеги с некоторыми детскими игрушками, и поэтому резиновые изделия специально созданы такими… такими… Ну, ни туда и ни сюда. Вообще, ни в какие ворота!       Возьмем, к примеру, это. Я снял с полки странную фиговину ядовито-зеленого цвета. Ее неудобно держать даже мне! А ведь речь идет о детских пальчиках! Обматерив создателей игрушек от себя лично и от всех неудовлетворенных покупателей заодно, я двинулся далее, в надежде найти себе змею или на худой конец хоть какой-то ее эквивалент.       Следующим объектом моего интереса стал маленький резиновый поросенок, вполне так ничего себе, подходящей формы. Я так увлекся разглядыванием и ощупыванием этой свиньи, что чуть не встрял в другого покупателя, молодого омегу, явно из категории мамочек. Он сидел на корточках и, едва не задевая локтями мои ноги, перебирал игрушки на нижней полке. От тщательно уложенных белокурых кудряшек до маникюра на изящных пальчиках, этот омега был само благополучие.       Раньше, когда я видел таких вот благополучных омег, мне так грустно становилось. Я всегда это ощущал — между мной и другими омегами огромная пропасть. Вот-вот, прямо сейчас, это чувство опять накатит, и настроение будет испорчено на весь остаток дня. Снова кидаю тоскливый взгляд на омегу-мамочку. Кто я рядом с ним? Я, мечтающий о новой игрушечной змее, с этой своей грязной тайной, со своим нездоровым интересом к детским отделам в супермаркетах…       Внезапно ощутил, что изрядно возрос в собственных глазах. По сравнению с этим омегой, я был настоящим извращенцем, почти преступником. А если так, выходит, что эта пропасть не только в моей голове? Она и вправду существует? Мне вдруг так весело стало, я едва не расхохотался во весь голос. Надо будет обязательно повторить это, и вновь нагрянуть в детский отдел супермаркета под новогодние праздники, когда у меня начнется декабрьская депрессия. Аккуратно вернув поросенка на место (не подходит, слишком уши у него острые), я пошел дальше.       И вот, когда полки с игрушками почти закончились, и где-то за ними замаячил отдел с канцелярскими товарами, я увидел ЕГО. С верхней полки свисал хвост, похожий на большую сосиску. Присмотревшись, заметил, что этот хвост принадлежит резиновому тигру. Кажется, мои поиски подошли к концу. Предвкушающе ухмыльнувшись, я подпрыгнул, но до хвоста не достал.       — Позвольте вам помочь? — послышалось за моей спиной.       Я обернулся. Возле меня стоял альфа. Высокий и симпатичный альфа. Он возвышался в двух шагах от меня, и серьезно так смотрел. Я попятился в сторону, освобождая путь к полкам. Альфа подступил вплотную и, сдернув игрушку вниз, любезно протянул мне. Забрав тигра и поблагодарив за помощь, я машинально ощупал вещицу и с облегчением убедился, что наконец-то нашел то, что искал.       Между тем, альфа все еще оставался возле меня. Он стоял и вертел в руках… силиконовую формочку для выпечки рогаликов. И не было у него больше ничего с собой, ни корзинки, ни тележки, только эта формочка. Он без конца крутил и мял ее пальцами, словно ручной эспандер.       Оценивающим взглядом эксперта я нацелился на предмет в его руках и кое-что понял про этого альфу. Он явно не дурак отовариться в супермаркете «секс-игрушками». Вне всяких сомнений, мы с ним одного поля ягоды. И в тот же миг я почувствовал, что начинаю позорно краснеть.       Смущенный, я, как всегда, задергался, и тоже начал теребить своего тигра. Он так и прыгал в моей руке. Игрушку я держал за задницу, у основания хвоста. Сжимал и тискал ее, а хвост болтался туда-сюда, как живой. И вдруг, о, ужас! Конец тигриного хвоста воткнулся в дырку, прямо в силиконовую глубину формочки для рогаликов!       От стыда меня аж пот прошиб. А альфа, с интересом оглядев внезапное усложнение конструкции в своей руке, ехидно так заулыбался. Вот ведь гад! Отчего-то злясь и досадуя, я с силой потянул тигра к себе, но хвост, казалось, намертво застрял в этой дурацкой формочке.       Наконец одна из моих попыток увенчалась успехом, тигриную конечность удалось освободить, но как-то не так, как хотелось бы. Вместе с резиновым отростком вырвалась на волю и формочка, она спружинила на хвосте, а потом сорвалась и улетела куда-то за стеллажи, в соседний отдел.       Лишенный своей покупки, альфа ничуть не расстроился, даже наоборот, его улыбка стала еще шире. Кажется, он собрался что-то сказать, но тут вовсю заверещала сигнализация, и противный голос сообщил о пожарной тревоге, учебной, вроде. Однако настроение дальше гулять в супермаркете у меня совершенно пропало, и я помчался к кассам. ***       Недели через две я снова пришел в магазин и в отделе парфюмерии столкнулся с тем самым альфой.       — Как поживает ваш тигр? — спросил он и лукаво прищурился.       Я молчал в замешательстве и не знал, что сказать. В голове крутилось нечто совсем идиотское: «А у меня есть еще и формочка для рогаликов. Хотите посмотреть?». Смутившись еще больше, и, стараясь не глядеть на альфу, я думал лишь о том, как бы сбежать.       А он, будто не заметив мое молчание, уже переключился на другое. Посетовал на то, что я так быстро ушел, когда началась пожарная тревога и начал рассказывать о происходящем в магазине в тот день. С его слов выходило — что-то забавное. Я хихикнул несколько раз, правда, немного нервно.       Мы шли и шли вдвоем мимо полок, и больше всего на свете мне вдруг захотелось, чтобы время остановилось и этот день повторялся вновь и вновь.