Глава 12. Клыки
15 марта 2020 г., 22:11
Боль притупляется, видимо, помогают таблетки.
Десна начинают чесаться.
Я не мог заразиться! Не мог.
На глазах выступают слезы.
Ощупываю языком зубы. Прежние. Тупые милые клычочки.
Все хорошо. Просто простуда. С утра надо будет сходить в больницу…
Воскресенье, никто не работает. Закон подлости.
Ощупываю десна верхней челюсти пальцами. Гладкие, ровные.
«Леня, не выдумывай себе болезни!», как говорила мама, когда не хотел идти в школу. Не выдумывай.
Становится совсем фигово. Вся морда ноет. Тело бьет дрожь, хотя жарко.
Раскутываюсь.
Что со мной? Что?..
Ответ витает в воздухе. Но озвучивать страшно. Этого не должно быть!
Перекатываюсь на бок и сжимаюсь в комок.
Не знаю, сколько проходит времени.
Тупая боль, жар и жажда.
Трогаю языком клык на верхней челюсти. На месте. Все хорошо.
Вдруг, зуб шатнулся под следующим движением языка.
Холодею.
Касаюсь верхнего правого клыка пальцем. Пробую на прочность. Шатается!
Прихожу в ужас. Резко сажусь.
Этого не может быть!
Ощупываю второй. Сидит плотно.
Хоть бы показалось!
Первый клык снова шатаю. Теперь ходит еще свободнее.
От ужаса бьет дрожь.
Самый главный симптом заражения, когда у человека выпадают верхние клыки.
Неужели, конец? Сегодня. Сейчас. Я же еще толком не пожил! Мир повидать не успел. Не хочу умирать. Не хочу быть вампиром!
Хочется закричать. Но молчу: не люблю привлекать внимание.
Убираю пальцы от зуба. Снова падаю на постель и нервно заворачиваюсь в одеяло.
Жарко. Душно. Раскутываюсь.
Ощупываю зубы языком: все на месте.
Организм сильный, справится. Не поддамся заразе. Переборю.
Сжимаю кулаки. Мысль успокаивает.
Одолею. Всего лишь царапина. Яда много попасть не могло.
Вдруг, приобрету иммунитет к укусам? Получил что-то вроде прививки.
Усмехаюсь.
Точно. Прививка от вампиризма.
Смешок выходит нервным.
Боль становится пульсирующей. Проходит и возникает вновь. Охватывает верхнюю челюсть, отдает в виски.
Стон не сдерживаю.
Снова лезу пальцами к несчастному зубу. Обхватываю, шатаю. Ходит пугающе свободно. Ситуация только ухудшилась. Невольно вспоминаю молочные зубы, только здесь — постоянные.
Шевелю еще раз. Клык внезапно выходит из челюсти. Тянется за пальцами, оставшись в них.
Это конец…
Вытаскиваю несчастный зуб изо рта, не желая поверить в происходящее.
Привстаю на локте и с ужасом взираю на клык на ладони. Выпал вместе с корнем. Без крови. Сам.
Сдавленно вскрикиваю.
Ощупываю языком дыру в челюсти.
Чудовищная правда накрывает, как ушат ледяной воды. Я превращаюсь в вампира.
Этого не может быть! Была просто царапина! Почему?! Это не укус! Несправедливо! Я должен убивать вампиров, а не становиться им!
Это смертный приговор.
Я хочу жить. Очень хочу жить.
На глаза наворачиваются слезы. Горько плачу над выпавшим зубом. Над своей жизнью, которой больше нет.
Сжимаю бедный клычок в кулаке.
Леня, ты знаешь, что нужно делать в такой ситуации. Торопись, пока не потерял над собой контроль.
Хватаю телефон и смотрю на него, как на ядовитую змею.
Надо позвонить Старшему или Вадиму, или еще кому-то из охотников, и сказать: «Ребят, меня тут упырь покусал, приезжайте и прикончите, чтобы заразу не разносил».
Черт! Не могу. Страшно.
Не хочу умирать. Не хочу превращаться в вампира! Хочу жить.
Не могу позвонить. Духу не хватает.
— Я охотник, а не вампир! — пробую себя подбодрить.
Голос дрожит.
— Я — охотник на вампиров.
Я охотник на себя.
Нервно смеюсь. Хочется взвыть. Но испугаю соседей. Сжимаю челюсти, в которой больше нет клыка.
Все нормально. Все будет хорошо. У тебя сильный организм, переборет заразу. Нужно только подождать. Не звони. Жди. Ты поправишься. Обязательно.
— Просто царапина. Черт возьми, просто царапина! Я же не мог…
Глаза снова заволакивает мокрая пелена.
— Не должен был…
Смаргиваю и откладываю телефон обратно.
Не позвоню. Еще не потерял надежды.
Ощупываю языком второй верхний клык. Шатается. Как приговор…
Почему я? Всегда был осторожен, собран…
Черт.
Утыкаюсь в подушку. Плачу. Жалко себя до безумия. Свою жизнь.
Или это расплата за грехи? Мать бы сказала так. Я не был верующим. Бог оказался бессилен против вампиров.
Не хочу питаться кровью. Не хочу убивать!
Не буду.
Переборю заразу. Не стану вампиром. Останусь собой. Охотником.
Немного успокаиваюсь. Перестаю плакать.
Верно, я — охотник. Пока контролирую себя, не закончу жизнь самоубийством. Буду бороться до конца.
Снова касаюсь оставшегося клыка языком. Сильно шатается. Очень сильно.
Черт.
Беру пальцами и довольно легко извлекаю из челюсти. Чуть кровит. Солоноватый привкус на языке собственной крови заставляет голодно сглотнуть и усилить жажду.
Кладу на ладонь ко второму зубу.
Смотрю на многострадальные клыки.
Страшно. Очень.
Ощупываю прореху. В глубине язык натыкается на что-то твердое и заостренное.
Из челюсти лезет новый вампирский клык.
Все плохо.
Что делать?
Бороться.
Как? Ответа нет. Опыта тоже. Остается, как всегда, действовать по обстоятельствам.
Верхняя челюсть болит. Область над клыками потеплела, будто внутри идет воспаление. Наверное, там формируются железы с ядом. В клыках вампира проходит канал, который впрыскивает при укусе заразу в жертву. Почти, как у змей. Гадов. Тьфу.
Вспоминаю, как впервые наткнулся в заброшке на пару выпавших человеческих клыков на полу. Подумал, что выбили. Когда узнал правду, сделалось жутко. Тогда и подумать не мог, что испытаю это на своей шкуре.
Почему от вампиризма нет лекарства? Почему не сделали противоядие? Может, потому что о вампирах мало знают? О литературных, киношных образах знают все. Но не верят, что они существуют в реальности. Почему?
Не хочется рассуждать. Ни о чем. Просто закрыть глаза. Убежать от кошмарной реальности.
Так и делаю. Откидываюсь на подушку.
Клыки держать в ладони горестно, сую под подушку и оставляю там.
Придет Зубная фея, заберет и оставит монетки.
Шутка не выходит смешной. Фей не бывает. Только вампиры. И я становлюсь одним из них. Ужасно…
Челюсть болит вполне терпимо. Или удается притерпеться.
Проваливаюсь в забытье.
Открываю глаза.
Очень светло.
Уже утро?
Беру сотовый и смотрю на время. Без пяти восемь утра.
Ощупываю языком клыки. Новички вытянулись из челюсти до половины соседних зубов. Еще продолжат расти. За что мне это…
Обхватываю плечи в панике. Часто дышу.
Вот и все. Стал тем, на кого охотился.
Боль поутихла, но не прошла полностью. Сосредоточилась только на верхней челюсти.
Боль — ерунда. А вот вампиром стать, куда хужее.
Я ведь не стану упырем, правда? Я — охотник, по званию не положено!
Нервно смеюсь. Но веселость быстро проходит.
Грустно. Не знаю, как буду дальше жить. Никак.
Может, выйти на солнце и закончить страдания?
Хочется жить наперекор судьбе.
Я справлюсь. Организм переборет вампиризм. Выживу. Обязательно.
Немного успокаиваюсь. Расслабляюсь и снова проваливаюсь в вязкий полубредовый сон.
Снится охота, вампиры. Их слишком много, а я один. Отбиваюсь и проигрываю. Загрызают.
Вздрагиваю. Просыпаюсь.
На часах телефона десять утра.
Во рту сухо. Жажда ощущается острее.
Черт.
В комнате очень светло. Шторы задернуты и спасают от света. День пасмурный. Хорошо.
Трогаю лоб. Жар спал.
Вставать не хочется. Вялость, разбитость. Челюсть немного ноет.
Снова ощупываю верхние клыки языком. Глаже и заостреннее предыдущих.
Интересно, будут выделяться на фоне зубов в челюсти во втянутом состоянии или нет?
Мысль ужасает. Не хочу вампирских клыков!
Лежу и не верю, что заразился, что становлюсь вампиром.
Не может быть! Особенно таким приятным воскресным днем. Но жажда развевает сомнения.
С трудом сглатываю.
Все. Конец. Ты не справился.
Звони товарищам и проси приехать. Пусть пустят пулю в лоб.
Звучит чудовищно. Не хочу.
Я никого не буду кусать. Лучше сдохну от жажды.
Запрусь в квартире и буду сидеть, пока не умру. Но убивать людей не стану.
Закрываю глаза.
Может быть, все будет хорошо…
Затягивает в сон.
В этот раз снится, что охочусь уже я. На охотников. Бегаю за товарищами и пытаюсь укусить. Серебряные пули не берут: я слишком страшен. Когда добегаю до Вадима, кошмар рассеивается.
Сотовый показывает половину третьего.
Первым делом проверяю длину клыков. Теперь сравнялись с родными зубами. Чувствую их чужими. Лишними. Страшными.
Если бы вампира, как змею, делало незаразным удаление клыков, я бы их вырвал. Но они отрастут вновь, как хвост у ящерицы. Старший показывал на трупе, как вырвать клыки у вампира. Легче, чем обычные зубы, и корня нет. Клык обламывается в определенном месте у основания. А потом отрастает. Если только хирургически удалять вместе с частью челюсти. Не слышал про такое, да и выйдет слишком травматично. К тому же не факт, что не регененрирует вновь.
Хочется спать, даже жажда притупилась. Дневной свет раздражает, вызывает инстинктивное желание спрятаться в темноту. Закрываюсь одеялом с головой. Так лучше.
Засыпать не хочется: опасаюсь кошмаров. Но веки смыкаются.
Сквозь дрему прорывается звонкая трель.
— Сотовый, мать его, — зло хриплю.
Приподнимаюсь на локте, не снимая с головы одеяло. Нахожу сотовый в полуметре от подушки. Беру и подношу к глазам.
Вадим. Не удивлен.
Отвечать или нет? Стоит успокоить, а то волнуется.
Снимаю трубку и подношу к уху.
— Алло.
— Привет! Куда пропал?
— Уснул.
— Ну, ты спать!
— Замотался вчера. Вы все домой поехали, а я на базе почти на час задержался.
— Ладно. Так и подумал, что дрыхнешь.
— Хорошо посидели?
Сказать, что со мной или нет? Стоит довериться? Убьет или поможет?
— Я до сих пор не отошел, — смеется. — Шашлыки — пальчики оближешь! Давай, сегодня вдвоем сходим? Приглашаю.
Заманчиво. Но только не в таком состоянии.
— Я не могу, — отказываюсь.
Соврать, что отравился? Так сам прискачет в гости. Надо что-то другое сказать.
— Почему?
— Холодильник сломался, — вру. — Выбирать сейчас поеду. Потом устанавливать. Некогда.
— Давай, в городе встретимся, — предлагает.
— Я же сказал: не могу сегодня. Давай, в следующие выходные?
— Не знаю, смогу ли. Теща на дачу тащит: забор заколачивать. Вчера мозг выносила. В следующие выходные точно поеду, а то, как дожди зарядят, вообще до дачи не проехать будет.
Признаться, что заразился? Чувствую, неуместно. Не могу. Боязно.
— Всего хорошего тебе, — говорю, понимая, что в последний раз. — Удачи. Прощай.
— Тебе с холодильником не надорваться, — не замечает подтекста. — Прощевай.
Вешает трубку.
Смотрю на телефон и выключаю полностью. Бросаю на край ложа.
Не хочу больше звонков. Ни от кого. Особенно Старшего. Этот опытный, раскусит.
Тяжело вздыхаю.
Чувствую себя лучше, чем вчера, но на душе еще паршивей. Безнадежнее.
Трус я или нет?
Хотеть жить — это не трусость. К тому же совсем не верится, что стал кровососом.
Вновь ложусь и закрываюсь одеялом с головой.
Думать ни о чем не хочется. Будь, что будет.
Закрываю глаза.
Проверяю языком новые зубы. Другие. Но тоже мои. Какая мерзость.
Сон снова принимает в свои объятия.
